На протяжении всей жизни А. С. Пушкин интересуется личностью Петра Первого, анализирует его историческое значение. Поэтому образ Петра довольно часто встречается в творчестве Пушкина. Проблема оценки этого монарха в начале девятнадцатого века становится необычайно важной.
Одно из первых стихотворений, посвященных теме Петра, — стихотворение «Стансы», написанное в тысяча восемьсот двадцать шестом году. Это время — начало правления Николая Первого — нового, еще не известного царя. Стихотворения Пушкина является своеобразным наказом Николаю. При этом Пушкин воспринимает Петра Первого как почти идеального монарха и ставит его в пример Николаю. Поэт восхваляет Петра:
Самодержавною рукой
Он смело сеял просвещенье,
Не презирал страны родной:
Он знал ее предназначенье.
По мнению Пушкина, Петр — «то академик, то герой, то мореплаватель, то плотник» — был «вечным» работником, занятым, деятельным человеком. Пушкин хотел бы видеть Николая таким же идеальным монархом, каким был Петр. В последней строфе поэт дает наставления новому царю:
…Во всем будь пращуру подобен:
Как он, неутомим и тверд,
И памятью, как он, незлобен.
Видя сходство в началах царствований Петра и Николая, Пушкин пишет: «…Гляжу вперед я без боязни: начало славных дней Петра мрачили мятежи и казни…» Пушкин вспоминает восстание декабристов. Сходство с началом петровского правления, по-видимому, оправдывает Николая и позволяет надеяться на «славу и добро».
В повести «Арап Петра Великого» Пушкин продолжает развивать тему занятости, увлеченности Петра Первого. В повести Петр привозит Ибрагима в строящуюся столицу, которая, «поднималась из болота по манию самодержавия». Петр работает там целыми днями. Пушкин дополняет представления о Петре как о зачинателе всего нового сюжетом о сватовстве Ибрагима: Петр Первый стремится создать и новую семью.
В стихотворении тысяча восемьсот тридцать пятого года «Мир Петра Первого» Пушкин использует необычный сюжет, раскрывающий новые достоинства царя. На первый план выходит тема необыкновенной милости Петра. Пушкин в четвертой строфе перечисляет те празднества, по повод которых Петр может устроить пир. Но в пятой строфе раскрывается истинная причина торжества: «он с поданным мирится»:
…Виноватому вину,
Отпуская, веселится;
Кружку пенит с ним одну;
И в чело его целует,
Светел сердцем и лицом;
И прощенье торжествует,
Как победу над врагом.
Событие, из-за которого происходит пиршество, оказывается для Петра столь же ценно, как и другие вышеперечисленные события. Пушкин повествует не только о заслугах и подвигах Петра, но и говорит о его человечности.
Поэма «Медный всадник» написана в тысяча восемьсот тридцать третьем году. И я осознанно иду на отступление от хронологии, рассматривая ее после стихотворения тысяча восемьсот тридцать пятого года. Это связано с тем, что «Медный всадник» — особенная поэма по отношению к другим произведениям Пушкина, связанным с петровской темой, где последовательно развивается по сути один и тот же взгляд на Петра как на идеального монарха. В этой же поэме проблемы представлена в несколько ином ракурсе.
Если в предшествующих произведениях Пушкин восхваляет Петра, то в поэме поэт впервые поднимает вопрос: так ли уж идеален Петр на самом деле? Основанный им город, безусловно, нужен российскому государству. Но он стоит на ненадежном месте. И из-за опасного расположения Петербурга страдают люди (в тексте поэмы — это Евгений, Параша). Помысли Пушкина, государство должно быть гуманным, ориентированным на человека. Счастье Евгения разрушено, а сущность российского бытия осталась прежней, и творческая воля царя не смогла ничего изменить. Это произошло потому, что царь не может быть Богом, а на это претендует Петр Первый в начале поэмы. Он — «кумир на бронзовом коне». В поэме Петр — покоритель стихии. Его образ существенно меняется по сравнению с предыдущими произведениями. Петр по сути становится отрицательным героем. Но нельзя забывать о прологе поэмы, в котором Пушкин признается в своей безоговорочной любви к Петербургу — творению Петра:
Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид…
Люблю зимы твоей жестокой
Недвижный воздух и мороз…
Люблю воинственную живость
Потешных Марсовых полей…
Следовательно, существует два варианта прочтения поэмы. И оба они заложены Пушкиным изначально. Возможно, такая вариативность обусловлена самой темой произведения — трагизмом и неразрешенностью русской истории. Пушкин не дает прямого ответа на вопрос: каков же Петр Первый на самом деле? Поэт лишь позволяет увидеть эту фигуру в новом качестве.
Наверное, трудно найти в творчестве А. С. Пушкина каких-либо однозначных утверждений. Удивительно глубоко осмыслена Пушкиным историческая тема, одной из главных фигур в которой является фигура Петра Первого. Пушкин объективно судил как о заслугах, так и о противоречиях его деятельности. Образ Петра не случайно становится одним из центральных в творчестве Пушкина. Петр — символ русской истории, загадочной и противоречивой.
Сочинение по литературе на тему: Образ Петра Первого в творчестве А. С. Пушкина
Образ Петра Первого в творчестве А. С. Пушкина
II.10 Äèàëåêòèçìû, ïðîñòîðå÷èÿ è ðàçãîâîðíûå ñëîâà. ×àñòü VIII. Ïðèìåðû èç ïîýçèè XIX âåêà: Ïóøêèí è ñîîòâåòñòâóþùèå ðàçãîâîðíûå ñëîâà â ïîñëåäóþùåé ïîýçèè
II.10.1 Ðàäèêàëû-ïðîñòîðå÷èÿ â ïðîèçâåäåíèÿõ Ïóøêèíà
Ïóøêèí ââ¸ë â ïîýòè÷åñêèé ÿçûê ìíîæåñòâî ïðîñòîðå÷èé, ðàçãîâîðíûõ ñëîâ è âûðàæåíèé, îäíàêî ïî÷òè íå âñòðå÷àþòñÿ äèàëåêòèçìû, ò.å. íå ðàñïðîñòðàí¸ííûìè â ðóññêîì ÿçûêå ñëîâàìè ìàëî ïîëüçîâàëñÿ.
 «Åâãåíèè Îíåãèíå» ÷èòàåì:
Ëàé, õîõîò, ïåíüå, ñâèñò è ÕËÎÏ,
Ëþäñêàÿ ÌÎËÂÜ è êîíñêèé ÒÎÏ!
Ãëàâà ïÿòàÿ, ñòðîôà XVII.
Ëèòåðàòóðíûå êðèòèêè òîãî âðåìåíè ïîñ÷èòàëè âûäåëåííûå ñëîâà êàê «íåóäà÷íûå íîâîââåäåíèÿ», òî åñòü, ãîâîðÿ ñîâðåìåííûì ÿçûêîì, íåîëîãèçìû, íà ÷òî Ïóøêèíó ïðèøëîñü çàùèùàòüñÿ, îáðàùàÿ âíèìàíèå êðèòèêîâ, ÷òî ýòè ñëîâà âîâñå íå íîâûå, à äàâíî èçâåñòíûå, «êîðåííûå ðóññêèå» ïðîñòîðå÷èÿ.
Ïðè ýòîì, â ñâî¸ì ïðèìå÷àíèè ê ñîîòâåòñòâóþùåé ñòðîôå èç «Åâãåíèÿ Îíåãèíà» îò 1833 ã. Ïóøêèí ïðîöèòèðîâàë ñòèõè èç «Ñêàçêè î Áîâå Êîðîëåâè÷å», ïðîèçâåäåíèÿ ðóññêîãî ôîëüêëîðà ÕVI âåêà (186,355)
«Âûøåë Áîâà èç øàòðà ïðîõëàäèòüñÿ è óñëûøàë â ÷èñòîì ïîëå ëþäñêóþ ÌÎËÂÜ è êîíñêèé ÒÎÏ».
«Õëîï óïîòðåáëÿåòñÿ â ïðîñòîðå÷èè âìåñòî õëîïàíèå, êàê øèï âìåñòî øèïåíèÿ:
[449]
Îí ØÈÏ ïóñòèë ïî-çìåèíîìó.
(Äðåâíèå ðóññêèå ñòèõîòâîðåíèÿ)
Íå äîëæíî ìåøàòü ñâîáîäå íàøåãî áîãàòîãî è ïðåêðàñíîãî ÿçûêà» (186).
Ýòè çàìå÷àíèÿ Ïóøêèíà ïðèâîäÿòñÿ òàêæå è â åãî íàáðîñêàõ «Îïðîâåðæåíèå íà êðèòèêè è çàìå÷àíèÿ íà ñîáñòâåííûå ñî÷èíåíèÿ» (1830), îïóáëèêîâàííûõ â ïîñìåðòíûõ èçäàíèÿõ åãî ñî÷èíåíèé.
Ýïøòåéí îáðàòèë âíèìàíèå íà çàìå÷àíèÿ Ïóøêèíà è ñäåëàë âûâîä, ÷òî «òà æå ñàìàÿ òåíäåíöèÿ òÿãîòåíèÿ ê «ðàäèêàëèçìó» è íàðîäíîé ðå÷è, è ïîýçèè», íà êîòîðóþ áûëî óêàçàíî âûøå åù¸ íà ïðèìåðå èñïîëüçîâàíèÿ ñëîâ-ðàäèêàëîâ Òðåäèàêîâñêèì, «÷åòêî ïðîñëåæèâàåòñÿ è â ïîýçèè 20-ãî âåêà, îò Âÿ÷. Èâàíîâà äî Î. Ìàíäåëüøòàìà, îò Â. Ìàÿêîâñêîãî äî Ì. Öâåòàåâîé» (335).
Çàìå÷àíèÿ Ïóøêèíà îáñóæäàëèñü è â ñòàòüå äîêòîðà ôèëîëîãè÷åñêèõ íàóê Ìèõàèëà Ìèõååâà «Äóøè ñèðåíåâàÿ öâåòü èëè ïðîñòî êàêàÿ-òî õðåíü? Áåññóôôèêñàëüíûå ñóùåñòâèòåëüíûå â òåêñòàõ ðóññêèõ ïèñàòåëåé» (356):
Ìèõååâ ñ÷èòàåò, ÷òî «â öèòèðîâàííîì ïðèìå÷àíèè ê ðîìàíó Ïóøêèí íåñêîëüêî ëóêàâèò, âûäàâàÿ íàìåðåííî âûçûâàþùóþ öåïü êâàçèíàðîäíûõ ñëîâå÷åê, íåîëîãèçìîâ è àðõàèçìîâ çà âïîëíå îðäèíàðíûå ñëîâà ðóññêîãî ÿçûêà òîãî âðåìåíè» (356).
Ïî ìíåíèþ Ìèõååâà, óæå âî âðåìåíà Ïóøêèíà óêàçàííûå ñëîâà-ðàäèêàëû «ñêîðåå áûëè àðõàèçìàìè, íåæåëè ñîáñòâåííî ïðîñòîðå÷èåì» (356).
Ýòè ñëîâà íå áûëè è íå ñòàëè îáùåóïîòðåáèòåëüíûìè â ðóññêîì ÿçûêå.
Òåì íå ìåíåå è â ïîýçèè ÕÕ â. íàõîäèì óêàçàííûå è èñïîëüçîâàííûå Ïóøêèíûì àðõàè÷íûå ñóáñòàíòèâíûå ðàäèêàëû õëîï, ìîëâü è òîï:
[450]
Óéìè òû ðæàíüå áóðè
È ÒÎÏ ãðîìîâ óéìè!
Åñåíèí. «Ïðèøåñòâèå» (1917)
Íå îí, íå ÒÎÏ ïîäêîâ,
Íî òîëüêî òî, íî òîëüêî òî,
×òî — ñòÿíóòà ïëàòêîì.
Ïàñòåðíàê. «Çàìåñòèòåëüíèöà» (1917)
¨ì÷å îðãàíà è çâîí÷å áóáíà
ÌÎËÂÜ — è îäíà äëÿ âñåõ:
Îõ, êîãäà òðóäíî, è àõ, êîãäà ÷óäíî,
À íå äàåòñÿ — ýõ!
Öâåòàåâà. «¨ì÷å îðãàíà è çâîí÷å áóáíà
» (1924)
Èç äåòñêèõ ïåñåíîê èçâåñòíû âûðàæåíèÿ, óïîòðåáëÿþùèåñÿ äî ñèõ ïîð, «íîãîþ òîï», «â ëàäîøè õëîï».
Ïðîñòîðå÷íûé ðàäèêàë õëîï èñïîëüçîâàë â äàëüíåéøåì åù¸ è Àëåêñåé Ñóðêîâ (1899-1983) (357)â ñòèõîòâîðåíèè «Äåòñòâî» (1966):
Âîò ñâåðíóëèñü ñàíêè,
È ÿ íà áîê õëîï!
Êóáàðåì êà÷óñÿ
Ïîä ãîðó, â ñóãðîá.
Íàïðèìåð, óêàæåì íà ôàìèëüÿðíîå ïðîñòîðå÷èå ãîëü, ïðèìåíÿâøåãîñÿ äëÿ îáîçíà÷åíèÿ «îáîðâàíöåâ, áåäíÿêîâ è íèùèõ», è åù¸ â ñìûñëå «ïóñòûííîé ìåñòíîñòè», êàê ðåäêîãî ñëîâà (48), ò.å. òàêæå íà ñåãîäíÿøíèé äåíü íå ñîâñåì ëèòåðàòóðíîãî, îòëè÷àþùåãîñÿ îò îáùåïðèíÿòîãî ñòàíäàðòà.
Ýòîò ðàäèêàë âî âòîðîì çíà÷åíèè èñïîëüçîâàí â ñòèõîòâîðåíèè Ïóøêèíà «Àëüôîíñ ñàäèòñÿ íà êîíÿ…» (1836):
Êðóãîì ïóñòûíÿ, ÄÈ×Ü è ÃÎËÜ
[451]
Êñòàòè, çäåñü Ïóøêèí óïîòðåáèë åù¸ ðàäèêàë-ïðîñòîðå÷èå äè÷ü. Îí îáîçíà÷àåò âñ¸, ÷òî äèêî (57), â òîì ÷èñëå, íå òîëüêî çàïóùåííûå ìåñòà, íî è äèêèõ ïòèö è æèâîòíûõ è ÿâëÿåòñÿ ñèíîíèìîì ñëîâà äèêîñòü.
Ó Íåêðàñîâà òîæå óïîìÿíóòà ãîëü:
Òàíöóåò , åñò, äåð¸òñÿ ÃÎËÜ,
Äîâîëüíàÿ ñîáîé
È êîñó, ÷¸ðíóþ êàê ñìîëü,
Ðèìëÿíêå ìîëîäîé
Ñòàðóõà ÷åøåò…
«Êíÿãèíÿ Òðóáåöêàÿ» (1871)
Ýòîò ðàäèêàë èñïîëüçîâàí åù¸ â ñòèõîòâîðåíèè Åñåíèíà «×åðíàÿ, ïîòîì ïðîïàõøàÿ âûòü…» (1914):
Îëîâîì ñâåòèòñÿ ëóæíàÿ ÃÎËÜ…
 ñòèõîòâîðåíèè Ïóøêèíà «Çèìíÿÿ äîðîãà» (1826) âûäåëèì ðàäèêàë ãëóøü:
Íè îãíÿ, íè ÷¸ðíîé õàòû,
ÃËÓØÜ è ñíåã
Íàâñòðå÷ó ìíå
Çäåñü ãëóøü èìååò çíà÷åíèå «îòäàëåííîãî îò ïîñåëåíèé, ïóñòûííîãî ìåñòà» (48). «ãëóõîãî ìåñòà, óäàë¸íííîãî îò ëþäåé, îòîðâàííîãî îò êóëüòóðíûõ öåíòðîâ» (50).
Ïóøêèí èñïîëüçîâàë ðàäèêàë ãëóøü è â «Åâãåíèè Îíåãèíå»:
[452]
«Óæåëè, äóìàåò Åâãåíèé, —
Óæåëü îíà? Íî òî÷íî… Íåò…
Êàê! èç ÃËÓØÈ ñòåïíûõ ñåëåíèé…»
Ãëàâà âîñüìàÿ, ñòðîôà XVII
Ñåâåðÿíèí â ñòèõîòâîðåíèè «Ãðàñèëüäà» (1910) ïèñàë:
Êàêàÿ íî÷ü! — è ÃËÓØÜ, è òèøü
Ðàäèêàëû ù¸ëê è ðîçü îòìåòèì ó Ïóøêèíà â «Ñêàçêå î ïîïå è î ðàáîòíèêå åãî Áàëäå» (1830):
Ù¨ËÊ ùåëêó âåäü ÐÎÇÜ.
Âûäåëåííîå â ïóøêèíñêîé ñòðîêå ñóùåñòâèòåëüíîå-ðàäèêàë ø¸ëê èìååò ðàçíûå ñåìàíòè÷åñêèå çíà÷åíèÿ (48,57):
«Âåùåñòâî, âûäåëÿåìîå ãóñåíèöàìè øåëêîïðÿëîâ è çàñòûâàþùåå íà âîçäóõå â âèäå òîíêèõ íèòåé
; òêàíü, èçãîòîâëÿåìàÿ èç òàêèõ íèòåé
; îäåæäà èç òàêîé òêàíè» (48).
 ðóññêîì ÿçûêå åñòü åù¸ è îìîíèì — ø¸ëê, îçíà÷àþùèé òî æå, ÷òî ùåë÷îê: «êîðîòêèé, ðåçêèé çâóêîì» óäàð, à òàêæå è çâóê ïðè òàêîì óäàðå, èëè, íàïðèìåð ïðè ðàçãðûçàíèè èëè ðàçäðîáëåíèè ñêîðëóïû (96).
Åùå â óêàçàííîé ñòðîêå ó Ïóøêèíà îáðàòèì âíèìàíèå íà âûäåëåííûé ðàäèêàë ðîçü, ÿâëÿþùèéñÿ ðàçãîâîðíûì óñòàðåâøèì ñëîâîì, èìåþùèì òî æå çíà÷åíèå, ÷òî ðîçíü è ðàçíèöà.
Ðàäèêàë ðàòü, âïåðâûå óêàçàííûé â «Ñëîâå î ïîëêó Èãîðåâå» (172), Ïóøêèí íåîäíîêðàòíî èñïîëüçîâàë â «Ñêàçêå î çîëîòîì ïåòóøêå» (1834):
[453]
×òîá êîíöû ñâîèõ âëàäåíèé
Îõðàíÿòü îò íàïàäåíèé,
Äîëæåí áûë îí ñîäåðæàòü
Ìíîãî÷èñëåííóþ ÐÀÒÜ.
Âîåâîäû íå äðåìàëè,
Íî íèêàê íå óñïåâàëè:
Æäóò, áûâàëî, ñ þãà,ãëÿäü, —
Àí ñ âîñòîêà ëåçåò ÐÀÒÜ.
Ïåòóøîê êðè÷èò îïÿòü.
Êëè÷åò öàðü äðóãóþ ÐÀÒÜ.
Ïåòóøîê êðè÷èò îïÿòü,
Öàðü ñêëèêàåò òðåòüþ ÐÀÒÜ
Âêðóã øàòðà; â óùåëüå òåñíîì
ÐÀÒÜ ïîáèòàÿ ëåæèò.
Çäåñü ñëîâî ðàòü îçíà÷àëî âîéñêî (50). Âìåñòå ñ òåì èçâåñòíû è äðóãèå çíà÷åíèÿ ýòîãî ðàäèêàëà:
«áðàíü, ïðÿ, ññîðà, ðåòü ñ ïîáîèùåì, âîéíà» (59) èëè áèòâà, áîé, ñðàæåíèå (174);
íàïàäåíèå, íàøåñòâèå, íàáåã (172);
ìÿòåæ, âîññòàíèå (172);
íàïàäêè, êîçíè (172);
áîðüáà (172);
âðàæäà, íåíàâèñòü, íåïðèÿçíü (172).
Íåêðàñîâ â ñòèõîòâîðåíèè «Ðóñü» (1876-1877) ïèñàë:
[454]
ÐÀÒÜ ïîäûìàåòñÿ
ÍÅÈÑ×ÈÑËÈÌÀß!
Ñèëà â íåé ñêàæåòñÿ
Íåñîêðóøèìàÿ!
Åñåíèí èñïîëüçîâàë ýòîò ðàäèêàë â ïîýìå «Èîðäàíñêàÿ ãîëóáèöà» (1918) :
Òî äóø ïðåîáðàæ¸ííûõ
ÍÅÑ×ÈÑËÈÌÀß ÐÀÒÜ,
Ñ îç¸ð ïîäíÿâøèñü ñîííûõ,
Ëåòèò â íåáåñíûé ñàä.
«Èîðäàíñêàÿ ãîëóáèöà»
Îáðàòèì âíèìàíèå, ÷òî ýïèòåòîì ê ñëîâó ðàòü Íåêðàñîâ âûáðàë ñëîâî íåèñ÷èñëèìàÿ, à Åñåíèí íåñ÷èñëèìàÿ. Åñòü ëè â ýòèõ ñëîâàõ ñìûñëîâàÿ èëè ñåìàíòè÷åñêàÿ ðàçíèöà?
 àêàäåìè÷åñêîì Ñëîâàðå ðóññêîãî ÿçûêà Åâãåíüåâîé (49) ñëîâî íåèñ÷èñëèìûé òîëêóåòñÿ êàê «íå ïîääàþùèéñÿ èñ÷èñëåíèþ, ïîäñ÷¸òó; ÁÅÑ×ÈÑËÅÍÍÛÉ [âûäåëåíî ìíîþ- Ï.Ï.]».
 Òîëêîâîì ñëîâàðå æèâîãî âåëèêîðóññêîãî ÿçûêà äàëÿ (57) ñëîâî íåñ÷èñëèìûé óêàçàíî â ñòàòüå ê ñëîâó ÁÅÑÊÎËÈ×ÅÑÒÂÅÍÍÛÉ:
«íå èìåþùèé êîëè÷åñòâà; íåñ÷èñëèìûé, íåñ÷åòíûé, íåèçìåðèìûé, íå
âûðàæàåìûé ñ÷åòîì; ÊÀ×ÅÑÒÂÅÍÍÛÉ [âûäåëåíî ìíîþ- Ï.Ï.]».
Èòàê, êíèæíîå ñëîâî âûñîêîãî ñòèëÿ íåèñ÷èñëèìûé (48) ÿâëÿåòñÿ êîëè÷åñòâåííîé õàðàêòåðèñòèêîé, à ðàçãîâîðíîå ñëîâî æèâîãî ðóññêîãî ÿçûêà íåñ÷èñëèìûé, êîòîðîìó óäåëèë âíèìàíèå Äàëü, ÿâëÿåòñÿ êà÷åñòâåííîé õàðàêòåðèñòèêîé.
Íóæíî îòìåòèòü åù¸ è òî îáñòîÿòåëüñòâî, ÷òî ñîâðåìåííûå îðôîãðàôè÷åñêèå ñëîâàðè äàþò òîëüêî îäèí âàðèàíò íàïèñàíèÿ — íåèñ÷èñëèìûé (29), âèäèìî ñ÷èòàÿ âàðèàíò íåñ÷èñëèìûé óñòàðåëûì.
[455]
Ðàäèêàë ðàòü Åñåíèí èñïîëüçîâàë åù¸ è â ïîýìå «Ïåñíü î âåëèêîì ïîõîäå» (1924):
À êàê ïîøëà ïî íåé
Òóò ÐÀÒÜ Äåíèêèíà
«Ïåñíü î âåëèêîì ïîõîäå»
È Ìàÿêîâñêèé èñïîëüçîâàë ýòîò ðàäèêàë â ñòèõîòâîðåíèè «Ïîï» (1928):
Ïðîôåññîðååò
âóçîâöåâ ÐÀÒÜ.
Ðàäèêàë — ðæà (48,50,118), îçíà÷àþùèé òî æå ñàìîå, ÷òî ðæàâ÷èíà, òåïåðü ÿâëÿåòñÿ óñòàðåâøèì ñëîâîì (58,118. Ïóøêèí óïîòðåáèë åãî â ñòèõîòâîðåíèè «Íà âîçâðàùåíèå ãîñóäàðÿ èìïåðàòîðà èç Ïàðèæà â 1815 ãîäó»:
È ïðèäóò âðåìåíà ñïîêîéñòâèÿ çëàòûå,
Ïîêðîåò øëåìû ÐÆÀ, è ñòðåëû êàëåíûå
II.10. 2 Äðóãèå ïðîñòîðå÷èÿ è ðàçãîâîðíûå ñëîâà â ïîýçèè Ïóøêèíà
Ïóøêèí íåðåäêî óïîòðåáëÿë ïðîñòîðå÷íûé ãëàãîë ñëûõàòü âìåñòî ñëûøàòü:
ÑËÛÕÀËÈ ëü âû çà ðîùåé ãëàñ íî÷íîé
Ïåâöà ëþáâè, ïåâöà ñâîåé ïå÷àëè?
Êîãäà ïîëÿ â ÷àñ óòðåííèé ìîë÷àëè,
Ñâèðåëè çâóê óíûëûé è ïðîñòîé
ÑËÛÕÀËÈ ëü âû?
«Ïåâåö» (1816)
Íåðåäêî ïîä âå÷åð ÑËÛÕÀËÈ
Ÿ ïðèÿòíûé ãîëîñîê…
«Ðóñëàí è Ëþäìèëà». Ïåñíü ÷åòâåðòàÿ. (1817-1820)
[456]
ÑËÛÕÀË ÿ ðóññêîå ïðåäàíüå
«Öûãàíû» (1824)
Íå ïðàâäà ëü? ÿ òåáÿ ÑËÛÕÀËÀ:
Òû ãîâîðèë ñî ìíîé â òèøè,
Êîãäà ÿ áåäíûì ïîìîãàëà
Èëè ìîëèòâîé óñëàæäàëà
Òîñêó âîëíóåìîé äóøè?
«Åâãåíèé Îíåãèí» (1823-1831). Ïèñüìî Òàòüÿíû ê Îíåãèíó.
È ó Ãðèáîåäîâà â êîìåäèè «Ãîðå îò óìà» (1822-1823) ÷èòàåì:
Âû íå ñëûõàëè çäåøíèõ áåä?
Äåéñòâèå III. ßâëåíèå 18.Ãðàôèíÿ âíó÷êà.
«
ß ñàì óæ â òîé ãóáåðíèè
Äàâíåíüêî íå áûâàë,
À ïðî Åðìèëó ÑËÛÕÈÂÀË,
Íàðîä èì íå íàõâàëèòñÿ,
Ñõîäèòå âû ê íåìó».
Íåêðàñîâ. «Êîìó íà Ðóñè æèòü õîðîøî» (1873). Ãëàâà 4. «Ñ÷àñòëèâûå».
 «Áîëüøîì òîëêîâîì ñëîâàðå ïðàâèëüíîé ðóññêîé ðå÷è» Ñêâîðöîâà (46) óêàçûâàåòñÿ:
«Â XIX âåêå óïîòðåáëåíèå ãëàãîëà ñëûõàòü (è åãî ôîðì) íà ìåñòå è â çíà÷åíèÿõ ãëàãîëà ñëûøàòü áûëî äîâîëüíî ðàñïðîñòðàí¸ííûì
Âìåñòå ñ òåì â ñîâðåìåííîì ëèòåðàòóðíîì ÿçûêå, íà÷èíàÿ ñ êîíöà XX âåêà, ãëàãîë ñëûõàòü â çíà÷åíèÿõ è íà ìåñòå ãëàãîëà ñëûøàòü âñ¸ áîëüøå ïðèîáðåòàåò ñòèëèñòè÷åñêèé îòòåíîê ñíèæåííîé ðàçãîâîðíîñòè è óïîòðåáëÿåòñÿ ïî ïðåèìóùåñòâó â îáèõîäíî-ðàçãîâîðíîé ðå÷è, à â ïðîèçâåäåíèÿõ õóäîæåñòâåííîé ëèòåðàòóðû èñïîëüçóåòñÿ â õàðàêòåðîëîãè÷åñêèõ öåëÿõ è äëÿ ñòèëèçàöèè íàðîäíî-ðàçãîâîðíîé ðå÷è» (46) .
[457]
Íàõîäèì ïðèìåðû óïîòðåáëåíèÿ ãëàãîëà ñëûõàòü è ó ïîýòîâ XX âåêà.
Íàïðèìåð, ó Åñåíèíà:
Ñàìà ÿ ñâîèìè óøàìè
ÑËÛÕÀËÀ îò ïðèõîæàí
..
ÑËÛÕÀËÈ äâîðöîâûå ñâîäû
Ñîëäàòñêóþ êðåïêóþ «ìàòü».
«Àííà Ñíåãèíà» (1925)
Óñëûõàëè àíãåëû ãîëîñ ÷åëîâå÷èé,
Îòâîðèëè íàñêîðî îêíà-ñòàâíè ãîðíèå.
«Ìàðôà Ïîñàäíèöà» (1914)
Òàêæå ó Ïàñòåðíàêà â ñòèõîòâîðåíèè «Âîðîáü¸âû ãîðû» (1917) ÷èòàåì:
ß ÑËÛÕÀË ïðî ñòàðîñòü. — Ñòðàøíû ïðîðèöàíüÿ!
Ïàñòåðíàê. Âîðîáü¸âû ãîðû (1917)
Åù¸ ýòîò ïðîñòîðå÷íûé ãëàãîë íàõîäèì â ñòèõîòâîðåíèè «Ïðèìåòà» (1938) ó Ñòåïàíà Øèïà÷¸âà (1899-1980) (358):
 îäíîé ðóáàøêå äðîæü áåð¸ò.
ÑËÛÕÀË, ïðèìåòà åñòü â íàðîäå:
êîãäà ÷åð¸ìóõà öâåò¸ò,
õîëîäíûé âåòåð íà ñâîáîäå.
 ñòèõîòâîðåíèè «Âîñïîìèíàíèÿ â Öàðñêîì Ñåëå» (1814) Ïóøêèí èñïîëüçîâàë ðàçãîâîðíûé ãëàãîë ðæàâèòü :
È ïðàçäíûé â ïîëå ÐÆÀÂÈÒ ïëóã.
[458]
 «Áîëüøîì òîëêîâîì ñëîâàðå ïðàâèëüíîé ðóññêîé ðå÷è» Ñêâîðöîâà (46) óêàçàíû äâà ðàçëè÷àþùèõñÿ ðàçãîâîðíûõ ãëàãîëà: ðæàâåòü è ðæàâèòü. Ðæàâåòü çíà÷èò «ïîêðûâàòüñÿ ðæàâ÷èíîé, èñïîðòèòüñÿ îò ðæàâ÷èíû», ïðè÷¸ì ýòî ñîâñåì íå îáÿçàòåëüíî êàñàåòñÿ æåëåçà.
Ðæàâèòü îçíà÷àåò «äåëàòü ðæàâûì, âûçûâàòü ðæàâ÷èíó íà ÷¸ì-í», íî â XIX â. ãëàãîë ðæàâèòü ìîã óïîòðåáëÿòüñÿ è â çíà÷åíèè «ðæàâåòü» (46), îäíàêî «òàêîå óïîòðåáëåíèå â ñîâðåìåííîì ëèòåðàòóðíîì ÿçûêå ðàñöåíèâàåòñÿ êàê óñòàðåëîå», — çàêëþ÷àåò Ñêâîðöîâ (46).
 «Åâãåíèè Îíåãèíå» íàõîäèì ïðîñòîðå÷èå «åçæàëè» âìåñòî åçäèëè:
Ñíà÷àëà âñå ê íåìó ÅÇÆÀËÈ…
Ãëàâà âòîðàÿ, ñòðîôà V.
È åù¸ â òîé æå ïîýìå Ïóøêèí èñïîëüçîâàë ïðîñòîðå÷èå ñáèðàòü âìåñòî ñîáèðàòü (49,57):
 ñàäó ñëóæàíêè, íà ãðÿäàõ,
ÑÁÈÐÀËÈ ÿãîäû â êóñòàõ
Ãëàâà òðåòüÿ. Ñòðîôà XXXIX.
È ó Åñåíèíà òîæå íàõîäèì ýòî ïðîñòîðå÷èå â ñòèõîòâîðåíèè «Ïåñíè, ïåñíè, î ÷¸ì âû êðè÷èòå?..» (1918):
Õîðîøî â ýòó ëóííóþ îñåíü
Áðîäèòü ïî òðàâå îäíîìó
È ÑÁÈÐÀÒÜ íà äîðîãå êîëîñüÿ
 îáíèùàëóþ äóøó-ñóìó.
Ôîðìà åçæàëè â îòëè÷èå îò åçäèëè ÿâëÿåòñÿ ïðîñòîðå÷íîé. Îò ýòîé óñòàðåâøåé ôîðìû ñîõðàíèëèñü è ëèòåðàòóðíûå ñëîâà: ïðîåçæàë, ïðèåçæàë, ïðèåçæèé, ïîåçæàé.
[459]
 ïîýìå «Ìåäíûé âñàäíèê» (1833) Ïóøêèí èñïîëüçîâàë ïðîñòîðå÷èå ñûìàë âìåñòî ñíèìàë:
Êàðòóç èçíîøåííûé ÑÛÌÀË
 ïîýìå «Àíäæåëî» (1833) Ïóøêèí âìåñòî ñîâðåìåííîãî ëèòåðàòóðíîãî ñëîâà äîïóñêàòü, óïîòðåáëÿåò ïðîñòîðå÷èå äîïóùàòü è âìåñòî ãëàãîëà ïóãàòü — ñòðàùàòü:
Íàñ íåóäà÷åþ ïðåäàòåëè ÑÒÐÀÙÀÞÒ
È áëàãî âåðíîå äîñòàòü íå ÄÎÏÓÙÀÞÒ.
×àñòü ïåðâàÿ. Ãë. VIII.
Ïðîñòîðå÷èå ÷óÿòü, îçíà÷àþùåå òî æå, ÷òî ÷óâñòâîâàòü, Ïóøêèí èñïîëüçîâàë â ñòèõàõ «Êîçàê» (1814) è «Íà ïåðåâîä Èëèàäû» (1830):
Âåðíûé êîíü, óçäû íå ×Óß,
Øàãîì âûñòóïàë;
Ãðèâó äîëãóþ âîëíóÿ,
Óãëóáëÿëñÿ âäàëü.
«Êîçàê»
Ñëûøó óìîëêíóâøèé çâóê áîæåñòâåííîé ýëëèíñêîé ðå÷è;
Ñòàðöà âåëèêîãî òåíü ×ÓÞ ñìóùåííîé äóøîé.
«Íà ïåðåâîä Èëèàäû».
Åù¸ â ñòèõîòâîðåíèè «Ïîÿñîê» (1907) Ñåðãåé Ãîðîäåöêèé (1884 — 1967) (359) èñïîëüçîâàë ýòîò ãëàãîë:
Áûë îäèí áû, êàá íå ×ÓßË, ÷òî ëþáèìàÿ âîò òóò
È ó Åñåíèíà â ñòèõîòâîðåíèè «Áîãîìîëêè» (1914) ÷èòàåì:
[460]
À â ñàäó ðàçáðåõàëèñü ñîáàêè,
Ñëîâíî ×Óß âîðîâ íà ãóìíå.
Åù¸ ýòîò ãëàãîë Åñåíèí èñïîëüçîâàë â ñòèõîòâîðåíèè «Î êðàé äîæäåé è íåïîãîäû » (1917):
Áðåäó è ×ÓÞ ÿðîâîå
Ïî ãîëóáåþùåé âîäå.
À â ïîýìå «Ñîðîêîóñò» (1920) ïîýò èñïîëüçîâàë ðîäñòâåííûé ãëàãîë ïî÷óÿòü:
ÏÎ×ÓßË áåäó íàä ïîëåì.
È Ìàíäåëüøòàì â ñòèõîòâîðåíèè «Îí äèðèæèðîâàë êàâêàçñêèìè ãîðàìè » (1934) èñïîëüçîâàë ïðîñòîðå÷íîå äååïðè÷àñòèå ÷óÿ:
Øåë, ×Óß ðàçãîâîð áåñ÷èñëåííîé òîëïû.
 ñòèõîòâîðåíèè «Î, êàê æå ÿ õî÷ó » (1937) Ìàíäåëüøòàì ïðèâîäèò ïðèëàãàòåëüíîå íå÷óåìûé, êîòîðîå Ñåðãåé Òîëñòîé ïîñ÷èòàë åãî íåîëîãèçìîì (280):
Î, êàê æå ÿ õî÷ó,
ÍÅ×ÓÅÌÛÉ íèêåì,
Ëåòåòü âîñëåä ëó÷ó,
Ãäå íåò ìåíÿ ñîâñåì!
[461]
 ïîýìå Ïóøêèíà «Ïîëòàâà» (1828) âûäåëèì óñòàðåâøèå ðàçãîâîðíîå ñóùåñòâèòåëüíîå äðåìà, êîòîðîìó ñîîòâåòñòâóåò áîëåå ïîçäíåå ïðîèçíîøåíèå è îðôîãðàôèÿ ðàçãîâîðíîãî ñëîâà äð¸ìà (49,50) è åù¸ áîëåå óñòàðåâøèé «ïðîñòîíàðîäíûé», ïî îïðåäåëåíèþ Âèíîãðàäîâà (51), ãëàãîë äîëèòü â çíà÷åíèè «îäîëåâàòü» (51):
Ãîòîâ îí ëå÷ü âî ãðîá êðîâàâûé.
ÄÐÅÌÀ ÄÎËÈÒ. Íî, áîæå ïðàâûé!
Åùå Ìàðèÿ ñëàäêî äûøèò,
ÄÐÅÌÎÉ îáúÿòàÿ, è ñëûøèò
Ñêâîçü ëåãêîé ñîí, ÷òî êòî-òî ê íåé
Âîøåë è íîã åå êîñíóëñÿ.
Åù¸ óñòàðåâøåå ñëîâî äðåìà ñ óäàðåíèåì íà ïîñëåäíèé ñëîã âìåñòî ñîâðåìåííîãî äð¸ìà è óñòàðåâøåå ïðèëàãàòåëüíîå-ïîýòèçì äîëüíèé îò ñóùåñòâèòåëüíîãî äîë (òî æå, ÷òî äîëèííûé) (49,96) èñïîëüçîâàíû â ñòèõîòâîðåíèè Áëîêà «Ñòàðîñòü ìåðòâàÿ áðîäèò âîêðóã » (1905):
Âñ¸ çàêàòíîå íåáî â ÄÐÅÌÅ,
Óäëèíÿþòñÿ ÄÎËÜÍÈÅ òåíè,
È íà ðîçîâîé ãàñíåò êîðìå
Óïëûâàþùèé êîðìùèê âåñåííèé
Ïðîñòîðå÷íîå ïðèëàãàòåëüíîå äðåìëèâûé, îáðàçîâàííîå îò ñóùåñòâèòåëüíîãî äðåìà è îçíà÷àþùåå «ñêëîííûé ê äðåìîòå, ïîãðóæ¸ííûé â äðåìîòó» (49), èñïîëüçîâàë Íåêðàñîâ â ïîýìå «Êîìó íà Ðóñè æèòü õîðîøî» (1873):
Âñòàíü, âñòàíü, âñòàíü, òû — ÄÐÅÌËÈÂÀß!
Ñîíëèâàÿ, ÄÐÅÌËÈÂÀß, íåóðÿäëèâàÿ!
Èç òðåòüåé ÷àñòè. «Êðåñòüÿíêà». Ãëàâà 2. Ïåñíè. Ñòðàííèêè (õîðîì)
Ó Åñåíèíà â ñòèõîòâîðåíèè «×åðíàÿ, ïîòîì ïðîïàõøàÿ âûòü…» (1914) âûäåëèì îáðàçîâàííîå îò ñóùåñòâèòåëüíîãî äð¸ìà äèàëåêòíîå ïðèëàãàòåëüíîå äð¸ìíûé, îçíà÷àþùåå òîæå, ÷òî äðåìîòíûé (99):
ÄШÌÍÓÞ ïåñíþ ïîþò ðûáàêè.
[462]
 ñòèõîòâîðåíèè «Íàïåðñíèöà âîëøåáíîé ñòàðèíû…» (1822) Ïóøêèí èñïîëüçóåò ðàçãîâîðíîå ñëîâî øóøóí, êîòîðûì íàçûâàëè ñòàðèííóþ âåðõíþþ æåíñêóþ îäåæäó èç õîëñòà èëè äîìîòêàíîé øåðñòè «ïðåèì. êîðîòêîé (âðîäå êîôòû, òåëîãðåéêè) èëè äëèííîé (âðîäå ðóáàõè, ñàðàôàíà)» (49,50):
ß æäàë òåáÿ; â âå÷åðíåé òèøèíå
ßâëÿëàñü òû âåñåëîþ ñòàðóøêîé,
È íàäî ìíîé ñèäåëà â ØÓØÓÍÅ,
 áîëüøèõ î÷êàõ è ñ ðåçâîþ ãðåìóøêîé.
Øóøóíû íîñèëè íå òîëüêî ïðîñòûå ëþäè, íî è çíàòíûå. Òàê â ïðîçàè÷åñêîì ïðîèçâåäåíèè Ïóøêèíà «Àðàï Ïåòðà Âåëèêîãî» (1827) ÷èòàåì:
« áàðñêàÿ áàðûíÿ â ñòàðèííîì ØÓØÓÍÅ »
Ó Åñåíèíà ñëîâî øóøóí èñïîëüçóåòñÿ â ñòèõîòâîðåíèè «Ñòàðóõè» (1915):
Ïîä îêíîì áàëÿêàþò ñòàðóõè.
Âÿçëûé õðèï èõ êðîøèò òèøèíó
Ñ ÷óðáàêà, êàê ñêàòíûé áèñåð, ìóõè
Óëåòàþò ê ËÅÑÓ-ØÓØÓÍÓ.
«Ëåñ-øóøóí» çäåñü — ïîýòè÷åñêèé îáðàç, ìåòàôîðà, â êîòîðîé ëåñ ñðàâíèâàåòñÿ ñ øóøóíîì.
È åù¸ ñëîâî øóøóí ïîýò ïðèâîäèò â ñòèõîòâîðåíèè «Ïèñüìî ê ìàòåðè» (1924):
Òàê çàáóäü æå ïðî ñâîþ òðåâîãó,
Íå ãðóñòè òàê øèáêî îáî ìíå.
Íå õîäè òàê ÷àñòî íà äîðîãó
 ñòàðîìîäíîì âåòõîì ØÓØÓÍÅ.
[463]
Î äðóãèõ ðàçãîâîðíûõ ñëîâàõ, êîòîðûå ìîæíî îòìåòèòü â óêàçàííûõ ôðàíìåíòàõ ìû ïîãîâîðèì ïîçäíåå, îáðàùàÿñü íåïîñðåäñòâåííî ê òâîð÷åñòâó Åñåíèíà.
Èòàê, ðàçãîâîðíîå ñëîâî øóøóí, èñïîëüçîâàííîå ïðåæäå âñåãî Ïóøêèíûì, íå ÿâëÿåëîñü êîíñòàíòèíîâñêèì äèàëåêòèçìîì, êàê ñ÷èòàëà ôèëîëîã Åëåíà Îñèïîâà (360). Îíî áûëî èçâåñòíî è â äðóãèõ ìåñòíîñòÿõ è åãî íåëüçÿ ñ÷èòàòü ýòíîãðàôè÷åñêèì äèàëåêòèçìîì (1), êîòîðûìè îáîçíà÷àëè íàçâàíèå îäåæäû, ñâîéñòâåííîé òîëüêî æèòåëÿì îïðåäåëåííîé ìåñòíîñòè.
Ýòî ñëîâî íàõîäèì åù¸ â ñòèõîòâîðåíèè Ïàñòåðíàêà «Âàêõàíàëèè» (1957):
Ëáû ìîëÿùèõñÿ, ðèçû
È ñòàðóõ ØÓØÓÍÛ
Ñâå÷åê ïëàìåíåì ñíèçó
Ñëàáî îçàðåíû.
 ãëàâå III «Åâãåíèÿ Îíåãèíà», â ðàçäåëå «Ïåñíÿ äåâóøåê» Ïóøêèí èñïîëüçîâàë ñîáèðàòåëüíîå ñóùåñòâèòåëüíîå âèøåíüå, îçíà÷àþùåå òî æå, ÷òî âèøíè, ïîìå÷åííîå â Ñëîâàðå Óøàêîâà (1935-1940) êàê îáëàñòíîé äèàëåêòèçì-ïðîñòîðå÷èå (48):
Çàêèäàåì ÂÈØÅÍÜÅÌ,
Âèøåíüåì, ìàëèíîþ,
Êðàñíîþ ñìîðîäèíîé.
Ýòîò äèàëåêòèçì-ïðîñòîðå÷èå èñïîëüçîâàëüçîâàëñÿè â ïîýçèè XX â. Êëþåâûì è Åñåíèûì:
×òî áåç âàñ ñ ìîèì ÂÈØÅÍÜÅÌ ñòàíåòñÿ:
Âîðîíüþ îíî â ïèùó äîñòàíåòñÿ.
Êëþåâ. «Âû, äåíüêè ìîè ãîëóáè áåëûå
» (1910-å ãîäû)
[464]
«Óãîñòèòå ïàðòèçàíîâ
ÂÈØÅÍÜÅÌ êàðòå÷íûì
»
Åñåíèí. «Ïåñíü î âåëèêîì ïîõîäå» (1924)
Îáðàòèì âíèìàíèå â ïðèâåä¸ííîì ôðàãìåíòå èç ïîýìû Åñåíèíà åù¸ è íà îòêëîíåíèå â ñêëîíåíèè ñëîâà ïàðòèçàíû â ðîä.ï.: «ïàðòèçàíîâ» ó Åñåíèíà âìåñòî ïàðòèçàí , ò.å. íóæíî ïèñàòü è ïðîèçíîñèòü ñ íóëåâûì îêîí÷àíèåì, êàê òðåáóåò ñîâðåìåííàÿ íîðìà ñêëîíåíèÿ ñóùåñòâèòåëüíûõ ìóæñêîãî ðîäà, ÿâëÿþùàÿñÿ èñêëþ÷åíèåì èç ïðàâèëà (361).
II.10.3 Ïðîñòîðå÷íûå íàðå÷èÿ, ñîþçû è ÷àñòèöû â ïðîèçâåäåíèÿõ Ïóøêèíà è òàêèå æå ó ïîñëåäóþùèõ ïîýòîâ
Âåðí¸ìñÿ åù¸ ðàç ê ñëåäóþùèì ñòðîêàì Ïóøêèíà:
ÓÆÅËÜ è ÂÏÐßÌÜ è â ñàìîì äåëå
Áåç ýëåãè÷åñêèõ çàòåé
Âåñíà ìîèõ ïðîì÷àëàñü äíåé
(×òî ÿ øóòÿ òâåðäèë ÄÎÑÅËÅä)?
È åé ÓÆÅËÜ âîçâðàòà íåò?
ÓÆÅËÜ ìíå ñêîðî òðèäöàòü ëåò?
«Åâãåíèé Îíåãèí» (1823-1831). Ãëàâà VI. Ñòðîôà XLIV.
Ïðîñòîðå÷èå äîñåëü íàõîäèì ó Ïóøêèíà åù¸ â ïîýìå «Ðóñëàí è Ëþäìèëà» (1817-1820) :
ÄÎÑÅËÜ ÿ ×åðíîìîðà çíàëà
Îäíîþ ãðîìêîþ ìîëâîé.
Ïåñíü òðåòèÿ.
II.10.4 Óñòàðåâøèé îáëàñòíîé äèàëåêòèçì è ïðîñòîðå÷èå ïîêàìåñò
Ïóøêèí íåîäíîêðàòíî èñïîëüçîâàë óñòàðåâøåå íàðå÷èå ïîêàìåñò.
[465]
Ñèíîíèìîì ïðîñòîðå÷èÿ ïîêàìåñò ÿâëÿåòñÿ ïîêà, (48,49,57,96). Èç èñïðàâëåííûõ èçäàíèé «Áîëüøîãî òîëêîâîãî ñëîâàðÿ ñîâðåìåííîãî ðóññêîãî ÿçûêà» Óøàêîâà (2005,2006) ýòîò àðõàèçì èñêëþ÷¸í.
È ÏÎÊÀÌÅÑÒæèçíè íèòü
Ñòàðîé Ïàðêîé òàì ïðÿäåòñÿ…
«Îïûòíîñòü» (1814)
ÏÎÊÀÌÅÑÒ â óòðåííåì óáîðå,
Íàäåâ øèðîêèé áîëèâàð,
Îíåãèí åäåò íà áóëüâàð
È òàì ãóëÿåò íà ïðîñòîðå
Ïóøêèí. Åâãåíèé Îíåãèí (1823-1831). Ãëàâà ïåðâàÿ, Ñòðîôà XV.
ÏÎÊÀÌÅÑÒ ìîåãî ðîìàíà
ß êîí÷èë ïåðâóþ ãëàâ.
Òàì æå. Ñòðîôà LX.
Ëþáëþ ÿ î÷åíü ýòî ñëîâî,
Íî íå ìîãó ïåðåâåñòè;
Îíî ó íàñ ÏÎÊÀÌÅÑÒ íîâî
È âðÿä ëè áûòü åìó â ÷åñòè
Òàì æå. Ãëàâà âîñüìàÿ. XV ñòðîôà.
Åù¸ íàõîäèì ýòî ñëîâî è ó Êðûëîâà:
«Ñåíþøà, çíàåøü ëè, ÏÎÊÀÌÅÑÒ, êàê áàðàíîâ,
Îïÿòü íàñ íå ïîãíàëè â êëàññ,
Ïîéäåì-êà äà íàðâåì â ñàäó ñåáå êàøòàíîâ!»
Êðûëîâ. «Äâà ìàëü÷èêà» (1836).
È â XX â., â ïðîèçâåäåíèè Ìàÿêîâñêîãî «IV Èíòåðíàöèîíàë» (1922) òàêæå èñïîëüçîâàíî ýòî íàðå÷èå:
[466]
Äîñêàêèâàåì.
Îãîíü ïîïðèòóøåí.
×àäèò ìåùàíñòâî.
Äûìèòñÿ ÏÎÊÀÌÅÑÒ.
Íî êðåïêî
íà çàãíàííîé êîíñêîé òóøå
ñèäèì,
â êîëåíè çàæàòà áîêàìè.
II.10.5 Ïðîñòîðå÷íîå íàðå÷èå è ââîäíîå ñëîâî àâîñü
Ñîãëàñíî Äàëþ, íàðå÷èå àâîñü ïðîèçîøëî îò âûðàæåíèé «à-âî-ñå, à âîò, ñåé÷àñ» «ñ âûðàæåíèåì æåëàíèÿ èëè íàäåæäû» (57). Åù¸ Äàëü óêàçàë íà ãëàãîë «àâîñüêàòü», êîòîðûé îçíà÷àåò «îáû÷íî ïðèãîâàðèâàòü ïî÷àñòó àâîñü» (57).
Ôèëîëîã Åëåíà Ïîïîâà â èññëåäîâàíèè «Àâîñü â ðóññêîì ñîçíàíèè» (362) óêàçûâàåò, ÷òî ñëîâî-÷àñòèöà àâîñü, «âîçíèêíóâ â ÕVII â. ïóòåì ñðàùåíèÿ ñîþçà à è óêàçàòåëüíîé ÷àñòèöû îñå (âîò) ñ èíòåðâîêàëüíûì «â» «ÿâëÿåòñÿ æèçíåííîé ïîçèöèåé ðóññêîãî ÷åëîâåêà, êîòîðûé ÷àùå áåñïå÷íî ïîëàãàåòñÿ íà óäà÷íîå ñòå÷åíèå îáñòîÿòåëüñòâ, íà ñóäüáó, ÷åì íà ñîáñòâåííûå ñèëû».
 ðóññêîì ÿçûêå àâîñü ÿâëÿåòñÿ íå òîëüêî íàðå÷èåì, íî è ââîäíûì ñëîâîì ñ ñèíîíèìîì «ìîæåò áûòü», è ïðîñòî ðàçãîâîðíîé (ïðîñòîðå÷íîé) ÷àñòèöåé (50,57).
Çà ïðèìåðàìè ñî ñëîâîì àâîñü â ðóññêîé ïîýçèè îáðàòèìñÿ, ïðåæäå âñåãî, ê «Åâãåíèþ Îíåãèíó» Ïóøêèíà.
Êàê èçâåñòíî, â ýòîé ïîýìå ñîõðàíèëèñü âîñåìü ãëàâ. Îäíàêî, â ïîñëåäíåé ãëàâå Ïóøêèí îñòàâèë â íåêîòîðûõ ñòðîôàõ (II,XXV) òîëüêî ìíîãîòî÷èÿ, íå ðåøèâøèñü îïóáëèêîâàòü çàãîòîâëåííûé äëÿ íèõ òåêñò.  ïðåäèñëîâèèè ê ïîñëåäíåé, âîñüìîé, ãëàâå Ïóøêèí ïèñàë:
[467]
«Àâòîð ÷èñòîñåðäå÷íî ïðèçíàåòñÿ, ÷òî îí âûïóñòèë èç ñâîåãî ðîìàíà öåëóþ ãëàâó, â êîåé áûëî îïèñàíî ïóòåøåñòâèå Îíåãèíà ïî Ðîññèè». «Íåêîòîðûå îòðûâêè áûëè íàïå÷àòàíû; ìû çäåñü èõ ïîìåùàåì, ïðèñîâîêóïèâ ê íèì åùå íåñêîëüêî ñòðîô».
 òåõ «Îòðûâêàõ èç ïóòåøåñòâèÿ Îíåãèíà» åñòü åù¸ è äåñÿòàÿ ãëàâà, ïðàâäà, ÷àñòü òåêñòà Ïóøêèíûì òàì áûëà çàøèôðîâàíà îòäåëüíûìè áóêâàìè âìåñòî ñëîâ èëè ñîêðàùåíèÿìè ñëîâ. È òàì åñòü ñòèõè ïðî àâîñü:
Ìîðÿ äîñòàëèñü Àëáèîíó
ÀÂÎÑÜ àðåíäû çàáûâàÿ
Õàíæà çàïð¸òñÿ â ìîíàñòûðü
ÀÂÎÑÜ ïî ìàíüþ
Ñåìåéñòâàì âîçâðàòèò
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
ÀÂÎÑÜ äîðîãè íàì èñïðàâÿò
Åù¸ â «Ñêàçêå î ïîïå è î ðàáîòíèêå åãî Áàëäå» (1830) Ïóøêèí ïèñàë ïðî
Ùåëê ùåëêó âåäü ðîçü.
Äà ïîíàäåÿëñÿ îí íà ðóññêèé ÀÂÎÑÜ.
Ëåðìîíòîâ â äðàìå «Ìàñêàðàä» (1835) ïðèìåíèë ñëîâî àâîñü â âîäíîì âûðàæåíèè «è óæ àâîñü»:
Òóò åñòü èíòðèãà
äà, âìåøàþñü â ýòó ñâÿçü
Ìíå áëàãîäàðåí áóäåò êíÿçü.
ß ïîïàäó ê íåìó â àãåíòû
Ïîòîì ñþäà ñ ðàïîðòîì ïðèëå÷ó,
È óæ ÀÂÎÑÜ, òîãäà õîòü ïîëó÷ó
ß ïÿòèëåòíèå ïðîöåíòû.
Äåéñòâèå âòîðîå. Ñöåíà ïåðâàÿ. Âûõîä âîñüìîé. Øïðèõ.
Áðþñîâ â ñòèõîòâîðåíèè «Òà æå ãðóäü» (1922) èñïîëüçóåò âûðàæåíèå «íà àâîñü», îçíà÷àþùåì «äåëàòü ÷òî-íèáóäü áåç äîñòàòî÷íîé îñíîâàòåëüíîñòè, ñ ðàñ÷¸òîì íà ñëó÷àéíóþ óäà÷ó» (50) :
[468]
È äðóçüÿ õîõîòàëè, êåì áûë ÿ áðîøåí,
Áðîñèë êîãî (çà âèíîì, íà ÀÂÎÑÜ),
Ïðî òî, êàê âûë â ñòðàõå ðàçìåòàííûé Áðîêåí,
Èëü ñòèëåò òðåïåòàë ÷åðåç ñåðäöå íàñêâîçü.
Âîçíåñåíñêèé íàïèñàë ïîýìó «Àâîñü» (1970), êîòîðàÿ áûëà â äàëüíåéøåì ïåðåðàáîòàíà â ëèáðåòòî èçâåñòíîé ñîâåòñêîé ðîê-îïåðû «Þíîíà è Àâîñü» (1979) (363) íà ìóçûêó êîìïîçèòîðà Àëåêñåÿ Ðûáíèêîâà (ð. 1945) (364) .
«Àâîñü» òàì — íàçâàíèå îäíîé èç øõóí, íà êîòîðîé ñîâåðøàëà ïëàâàíèå ðóññêàÿ ìîðñêàÿ ýêñïåäèöèÿ â Êàëèôîðíèþ, îñíîâàííàÿ íà ðåàëüíûõ èñòîðè÷åñêèõ ñîáûòèÿõ.
Ïðèâåä¸ì ôðàãìåíò èç ýòîé ïîýìû ñî ñëîâîì àâîñü:
«ÀÂÎÑÜ» íàçûâåòñÿ íàøà øõóíà.
Ëóíà íà âîëíå, êàê ñóõîé îâåñ.
Òðàâè, Ìóçà, ïóñêàé õóäî,
Íî íàøó âåðó çîâóò «ÀÂÎÑÜ»!
Âñòóïëåíèå.
Èçâåñòíîå âûðàæåíèå «Ðóññêîå àâîñü». Àâîñü, äåéñòâèòåëüíî, ìîæíî íàçâàòü ðóññêîé âåðîé èëè, âåðíåå, ñóåâåðèåì, èìåþùèì èñòîêè â ÿçû÷åñòâå, è ýòî ñóåâåðèå äàæå íàçûâàþò «Ðóññêèì Áîãîì» (362).
 ñâÿçè ñ ýòèì ïðèâåä¸ì åù¸ ôðàãìåíò çàìå÷àòåëüíîãî ñòèõîòâîðåíèÿ Âÿçåìñêîãî «Ðóññêèé Áîã» (1828), â êîòîðîì ïîä ýòèì íàçâàíèåì ïîäðàçóìåâàåòñÿ èìåííî àâîñü:
Íóæíî ëü âàì èñòîëêîâàíüå,
×òî òàêîå ðóññêèé áîã?
Âîò åãî âàì íà÷åðòàíüå,
Ñêîëüêî ÿ çàìåòèòü ìîã.
Áîã ìåòåëåé, áîã óõàáîâ,
Áîã ìó÷èòåëüíûõ äîðîã,
Ñòàíöèé — òàðàêàíüèõ øòàáîâ,
[469]
Âîò îí, âîò îí, ðóññêèé áîã.
Áîã ãîëîäíûõ, áîã õîëîäíûõ,
Íèùèõ âäîëü è ïîïåðåê,
Áîã èìåíèé íåäîõîäíûõ,
Âîò îí, âîò îí, ðóññêèé áîã.
Èíòåðåñíî, ÷òî îò ñëîâà àâîñü ïðîèçîø¸ë è ñåìàíòè÷åñêèé íåîëîãèçì àâîñüêà, îçíà÷àþùèé ñåò÷àòóþ, ñàìóþ ïðîñòóþ ïðîäóêòîâóþ ñóìêó, ïîÿâèâøóþñÿ â ñîâåòñêîå âðåìÿ,êîòîðóþ óäîáíî áûëî áðàòü ïðè ïîõîäå çà ïðîäóêòàìè.
Ñàìî æå ñëîâî àâîñüêà â äðóãîì, ïåðâîíà÷àëüíîì çíà÷åíèè, ïîÿâèëîñü ãîðàçäî ðàíüøå, è îíî óêàçàíî â òðåòüåì èçäàíèè Ñëîâàðÿ Äàëÿ (1907) ñ òàêèì òîëêîâàíèåì [öèòèðóþ â ñîâðåìåííîé îðôîãðàôèè Ï.Ï.]:
Àâîñüêà ì. áóäóùèé æåëàííûé ñëó÷àé, ñ÷àñòüå, óäà÷à; îòâàãà; êòî äåëàåòú âñå íà-àâîñü». (57)
II 10.6 Ïðîñòîðå÷íûå ìåñòîèìåíèÿ è ñîþçû àí, êàá, êàáû, àëü,àëè
Âûøå ìû îáðàùàëè âíèìàíèå íà ñîþç àí â «Ñêàçêå î çîëîòîì ïåòóøêå» (1834) Ïóøêèíà:
— ÀÍ ñ âîñòîêà ëåçåò ðàòü!
Ðàçãîâîðíûé ïðîòèâèòåëüíûé ñîþç «àí», îáû÷íî ñîåäèíÿþùèé äâà ïðåäëîæåíèÿ, — êàê óêàçàíî â àêàäåìè÷åñêîì ñëîâàðå ðóññêîãî ÿçûêà Åâãåíüåâîé (49),- «âòîðîå èç êîòîðûõ âûðàæàåò íåñîîòâåòñòâèå, ïðîòèâîïîëîæíîñòü òîìó, ÷òî îæèäàåòñÿ íà îñíîâàíèè ïåðâîãî ïðåäëîæåíèÿ, ñîîòâåòñòâóåò ïî çíà÷åíèþ ñëîâàì: îêàçûâàåòñÿ, à íà ñàìîì äåëå, íî âäðóã è ò. ï.» (49).
[470]
 ïîýçèè XX â. ñîþç àí èñïîëüçîâàí â ñòèõàõ Áëîêà «Âåòõàÿ èçáóøêà» (1906), íî íå êàê ñîåäèíåíèå äâóõ ñëåäóþùèõ äðóã çà äðóãîì ïðåäëîæåíèé, à êàê ïðîòèâîïîñòàâëåíèå äâóõ ðàçëè÷íûõ îáðàçîâ, âûðàæåííûõ â íà÷àëüíîé è çàêëþ÷èòåëüíîé ÷àñòÿõ ñòèõîòâîðåíèÿ:
Âåòõàÿ èçáóøêà
Âñÿ â ñíåãó ñòîèò.
Áàáóøêà-ñòàðóøêà
Èç îêíà ãëÿäèò.
Âíóêàì-øàëóíèøêàì
Ïî êîëåíî ñíåã.
Âåñåë ðåáÿòèøêàì
Áûñòðûõ ñàíîê áåã
Áåãàþò, ñìåþòñÿ,
Ëåïÿò ñíåæíûé äîì,
Çâîíêî ðàçäàþòñÿ
Ãîëîñà êðóãîì
 ñíåæíîì äîìå áóäåò
Ðåçâàÿ èãðà
Ïàëü÷èêè çàñòóäÿò,
Ïî äîìàì ïîðà!
Çàâòðà âûïüþò ÷àþ,
Ãëÿíóò èç îêíà
ÀÍ óæ äîì ðàñòàÿë,
Íà äâîðå âåñíà!
Åù¸ ýòîò àðõàè÷íûé ðàçãîâîðíûé ñîþç ïðèìåíèë Ïàñòåðíàê â ñòèõîòâîðåíèè «Îïðåäåëåíèå ïîýçèè» (1917):
Ïëîùå äîñîê â âîäå äóõîòà.
Íåáîñâîä çàâàëèëñÿ îëüõîþ,
Ýòèì çâåçäàì ê ëèöó á õîõîòàòü,
ÀÍ âñåëåííàÿ ìåñòî ãëóõîå.
 êà÷åñòâå ïðèìåðà óïîòðåáëåíèÿ «àí» êàê ïðîñòîðå÷íîé ÷àñòèöû, ñîîòâåòñòâóþùåé ïî çíà÷åíèþ ñëîâàì «à âîò, à âñå-òàêè, íåò è ò. ï.», Ñëîâàðü Åâãåíüåâîé (49) ïðèâîäèò âûäåðæêó èç ïîâåñòè Ëüâà Òîëñòîãî «Õàäæè-Ìóðàò» (êîíåö 1890-õ íà÷àëî1900-õ ãã.):
[471]
«-Íó ÷òî, ïðîèãðàëñÿ? ñêàçàë ïðîñíóâøèéñÿ Òèõîíîâ.
— ÀÍ íåò, ñåìíàäöàòü ðóáëåé âûèãðàë».
Ïóøêèí â «Ñêàçêå î öàðå Ñàëòàíå» (1831) èñïîëüçîâàë óñòàðåâøèé ê íàñòîÿùåìó âðåìåíè ïðîñòîðå÷íûé ñîþç êàáû, ÿâëÿþùèéñÿ ïî ìåòå ñëîâàðÿ Óøàêîâà (1935-1940) îáëàñòíûì äèàëåêòèçìîì (48), ïîâòîðÿÿ ñëåäóþùóþ ñòðîêó:
«ÊÀÁÛ ÿ áûëà öàðèöà »
Âûøå ìû óêàçûâàëè, ÷òî è Ãîðîäåöêèé â ñòèõîòâîðåíèè «Ïîÿñîê» (1907) èñïîëüçîâàë êàáû è åãî ðåäóöèðîâàííóþ ôîðìó êàá:
«Áûë îäèí áû, ÊÀÁÛ íå áûë äà ñî ìíîþ ïîÿñîê,
À íà ýòîì ïîÿñî÷êå äà âîò ýòîò óçåëîê.
Áûë îäèí áû, ÊÀÁ íå ÷óÿë, ÷òî ëþáèìàÿ âîò òóò,
 ñàìîì ñåðäöå, ãäå æèâûå ãîëîñà ãóäÿò, ïîþò.
Áûë îäèí áû, ÊÀÁ íå âåäàë, ÷òî òþðüìà ëþäåé ïîëíà,
×òî è â êàìåííîé íåâîëå âîëÿ âîëüíàÿ âîëüíà!»
Ñèíîíèìîì ïðîñòîðå÷èé êàá è êàáû , ÿâëÿåòñÿ «åñëè áû».
Åñåíèí â ñòèõîòâîðåíèè «×òî ýòî òàêîå?» (1914) òàêæå èñïîëüçîâàë ïðîñòîðå÷èå êàáû:
ÊÀÁÛ òâåðäî çíàë ÿ òàéíó
Çàêîëäîâàííûì ðå÷àì,
ß óçíàë áû õîòü ñëó÷àéíî,
Êòî çäåñü áðîäèò ïî íî÷àì.
 íà÷àëå ðàçäåëà îá àðõàèçìàõ ìû óæå óêàçûâàëè íà óñòàðåâøèé ñîþç-ïðîñòîðå÷èå àëè (â ñîêðàùåíèè àëü), êîòîðîå åù¸ Ïóøêèí óïîòðåáëÿë âìåñòî ñîâðåìåííûõ ýêâèâàëåíòîâ èëè, èëü. Ìû ïðèâåëè òàì ïðèìåð èç ñòèõîòâîðåíèÿ «Óòîïëåííèê» (1928):
[472]
Ðûáîëîâ ëè âçÿò âîëíàìè,
ÀËÈ õìåëüíûé ìîëîäåö,
ÀËÜ îãðàáëåííûé âîðàìè
Íåäîãàäëèâûé êóïåö?
«Óòîïëåííèê» (1928).
Ïðèâåä¸ì åù¸ è ñîîòâåòñòâóþùèé ïðèìåð èç ñòèõîòâîðåíèÿ «Êîíü» èç öèêëà «Ïåñíè çàïàäíûõ ñëàâÿí» (1834):
«×òî òû ðæåøü, ìîé êîíü ðåòèâûé,
×òî òû øåþ îïóñòèë,
Íå ïîòðÿõèâàåøü ãðèâîé,
Íå ãðûçåøü ñâîèõ óäèë?
ÀËÈ ÿ òåáÿ íå õîëþ?
ÀËÈ åøü îâñà íå ââîëþ?
ÀËÈ ñáðóÿ íå êðàñíà?
ÀËÜ ïîâîäüÿ íå øåëêîâû,
Íå ñåðåáðÿíû ïîäêîâû,
Íå çëà÷åíû ñòðåìåíà?»
«Êîíü» èç öèêëà «Ïåñíè çàïàäíûõ ñëàâÿí» (1834).
II.10.7 Óïîòðåáëåíèå êîñâåííûõ ïàäåæåé ëè÷íîãî ìåñòîèìåíèÿ 3-ãî ëèöà áåç íà÷àëüíîãî «í» ïîñëå ïðåäëîãîâ
«Íå ìåíåå óñòîé÷èâîé ìîðôîëîãè÷åñêîé îñîáåííîñòüþ â ÿçûêå Ïóøêèíà ÿâëÿåòñÿ óïîòðåáëåíèå êîñâåííûõ ïàäåæåé ëè÷íîãî ìåñòîèìåíèÿ 3-ãî ëèöà áåç íà÷àëüíîãî «í» ïîñëå ïðåäëîãîâ» (174),- îòìåòèë Âèíîêóð.
Ìåæ ÈÌÈ âñå ðîæäàëî ñïîðû!..
Åâãåíèé Îíåãèí, Ãëàâà âòîðàÿ, ñòðîôà XVI.
Òàêîå æå îòêëîíåíèå îò ñîâðåìåííîé ëèòåðàòóðíîé íîðìû íàõîäèì è â ïîýìå Áëîêà «Äâåíàäöàòü» (1918), íî òàì îíî îáúÿñíÿåòñÿ ñòèëèçàöèåé, îáðàùåíèåì ê ñòèëþ ïðîñòîðå÷èÿ, åù¸ ñîõðàíèâøåìóñÿ â ãîâîðàõ:
[473]
— À Âàíüêà ñ Êàòüêîé — â êàáàêå…
— Ó ÅÉ ÊÅÐÅÍÊÈ åñòü â ÷óëêå!
Ïðîñòîðå÷èå «êåðåíêè» îçíà÷àëî áóìàæíûå äåíüãè, âûïóùåííûå Âðåìåííûì ïðàâèòåëüñòâîì Êåðåíñêîãî.  äàëüíåéøåì ýòî ïðîñòîðå÷èå ìû âñòðåòèì åù¸ è â ïîýìå Ìàÿêîâñêîãî «150 000 000» (1919-1920) è â ïîýìå « Åñåíèíà «Àííà Ñíåãèíà» (1925).
II.10.8 Äðóãèå ïðîñòîðå÷èÿ, èñïîëüçîâàííûå Ïóøêèíûì è âïîñëåäñòâèè äðóãèìè ïîýòàìè
 «Ñêàçêå î ïîïå è î ðàáîòíèêå åãî Áàëäå» (1831) Ïóøêèí ïèñàë:
Âîò, ìîðå êðóãîì îáåæàâøè,
Âûñóíóâ ÿçûê, ÌÎÐÄÊÓ ïîäíÿâøè,
Ïðèáåæàë áåñåíîê çàäûõàÿñü,
Âåñü ÌÎÊШØÅÍÎÊ, ëàïêîé óòèðàÿñü,
Ìûñëÿ: äåëî ñ Áàëäîþ ñëàäèò.
Ñëîâî ìîðäêà îò ìîðäà, äðåâíåðóññêîãî ñëîâà, îçíà÷àâøåãî ãîëîâó æèâîòíîãî. Ìîðäêà, â îòëè÷èå îò ìîðäî÷êà ÿâëÿëîñü ïñêîâñêèì äèàëåêòîì èñïîëüçîâàëîñü åù¸ Äðåâíåé Ðóñè , â Íîâãîðîäå, êàê íàçâàíèå ìîíåòû (36,365), â ñâÿçè ñ òåì, ÷òî â XIIIXIV ââ. ìåõîâûå öåííîñòè ñî÷åòàëèñü ñ «êóíüèìè ìîðäêàìè» (365), ò.å ., êàê ñâèäåòåëüñòâóåò Ýòèìîëîãè÷åñêèé ñëîâàðü Ôàñìåðà, òàê ïåðâîíà÷àëüíî íàçûâàëèñü «ìîðäî÷êè êóíèöû» (36).
Ðàçãîâîðíîå ïðèëàãàòåëüíîå «ìîêð¸øåíîê» îçíà÷àåò òî æå, ÷òî «î÷åíü ìîêðûé».
Ïðèìå÷àíèå: Äàííûé ðàçäåë ýññå «Î ëèòåðàòóðíûõ íîðìàõ â ðóññêîé ïîýçèè», ïðèâîäèòñÿ çäåñü â îáíîâë¸ííîé ðåäàêöèè ñ ïðîäîëæåíèåì íà÷àòîé íóìåðàöèè ñòðàíèö è ñíîñîê, ñîäåðæàíèå êîòîðûõ áóäåò îïóáëèêîâàíî â çàêëþ÷èòåëüíîì ðàçäåëå.
Ïðîäîëæåíèå ñëåäóåò.
Присылай нам свои работы, получай litr`ы и обменивай их на майки, тетради и ручки от Litra.ru!
/ Сочинения / Пушкин А.С. / Разное / Образ Петра Первого в творчестве А.С. Пушкина
На протяжении всей жизни А.С. Пушкин интересуется личностью Петра Первого, анализирует его историческое значение. Поэтому образ Петра довольно часто встречается в творчестве Пушкина. Проблема оценки этого монарха в начале девятнадцатого века становится необычайно важной.
Одно из первых стихотворений, посвященных теме Петра, — стихотворение «Стансы», написанное в тысяча восемьсот двадцать шестом году. Это время – начало правления Николая Первого – нового, еще не известного царя. Стихотворения Пушкина является своеобразным наказом Николаю. При этом Пушкин воспринимает Петра Первого как почти идеального монарха и ставит его в пример Николаю. Поэт восхваляет Петра:
Самодержавною рукой
Он смело сеял просвещенье,
Не презирал страны родной:
Он знал ее предназначенье..
По мнению Пушкина, Петр – «то академик, то герой, то мореплаватель, то плотник» — был «вечным» работником, занятым, деятельным человеком. Пушкин хотел бы видеть Николая таким же идеальным монархом, каким был Петр. В последней строфе поэт дает наставления новому царю:
…Во всем будь пращуру подобен:
Как он, неутомим и тверд,
И памятью, как он, незлобен.
Видя сходство в началах царствований Петра и Николая, Пушкин пишет: «… Гляжу вперед я без боязни: начало славных дней Петра мрачили мятежи и казни…» Пушкин вспоминает восстание декабристов. Сходство с началом петровского правления, по-видимому, оправдывает Николая и позволяет надеяться на «славу и добро»..
В повести «Арап Петра Великого» Пушкин продолжает развивать тему занятости, увлеченности Петра Первого. В повести Петр привозит Ибрагима в строящуюся столицу, которая, «поднималась из болота по манию самодержавия». Петр работает там целыми днями. Пушкин дополняет представления о Петре как о зачинателе всего нового сюжетом о сватовстве Ибрагима: Петр Первый стремится создать и новую семью.
В стихотворении тысяча восемьсот тридцать пятого года «Мир Петра Первого» Пушкин использует необычный сюжет, раскрывающий новые достоинства царя. На первый план выходит тема необыкновенной милости Петра. Пушкин в четвертой строфе перечисляет те празднества, по повод которых Петр может устроить пир. Но в пятой строфе раскрывается истинная причина торжества: «он с поданным мирится»:
…Виноватому вину,
Отпуская, веселится;
Кружку пенит с ним одну;
И в чело его целует,
Светел сердцем и лицом;
И прощенье торжествует,
Как победу над врагом.
Событие, из-за которого происходит пиршество, оказывается для Петра столь же ценно, как и другие вышеперечисленные события. Пушкин повествует не только о заслугах и подвигах Петра, но и говорит о его человечности.
Поэма «Медный всадник» написана в тысяча восемьсот тридцать третьем году. И я осознанно иду на отступление от хронологии, рассматривая ее после стихотворения тысяча восемьсот тридцать пятого года. Это связано с тем, что «Медный всадник» — особенная поэма по отношению к другим произведениям Пушкина, связанным с петровской темой, где последовательно развивается по сути один и тот же взгляд на Петра как на идеального монарха. В этой же поэме проблемы представлена в несколько ином ракурсе.
Если в предшествующих произведениях Пушкин восхваляет Петра, то в поэме поэт впервые поднимает вопрос: так ли уж идеален Петр на самом деле? Основанный им город, безусловно, нужен российскому государству. Но он стоит на ненадежном месте. И из-за опасного расположения Петербурга страдают люди (в тексте поэмы – это Евгений, Параша). Помысли Пушкина, государство должно быть гуманным, ориентированным на человека. Счастье Евгения разрушено, а сущность российского бытия осталась прежней, и творческая воля царя не смогла ничего изменить. Это произошло потому, что царь не может быть Богом, а на это претендует Петр Первый в начале поэмы. Он – «кумир на бронзовом коне». В поэме Петр – покоритель стихии. Его образ существенно меняется по сравнению с предыдущими произведениями. Петр по сути становится отрицательным героем. Но нельзя забывать о прологе поэмы, в котором Пушкин признается в своей безоговорочной любви к Петербургу – творению Петра:
Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид…
Люблю зимы твоей жестокой
Недвижный воздух и мороз…
Люблю воинственную живость
Потешных Марсовых полей…
Следовательно, существует два варианта прочтения поэмы. И оба они заложены Пушкиным изначально. Возможно, такая вариативность обусловлена самой темой произведения – трагизмом и неразрешенностью русской истории. Пушкин не дает прямого ответа на вопрос: каков же Петр Первый на самом деле? Поэт лишь позволяет увидеть эту фигуру в новом качестве.
Наверное, трудно найти в творчестве А.С. Пушкина каких-либо однозначных утверждений. Удивительно глубоко осмыслена Пушкиным историческая тема, одной из главных фигур в которой является фигура Петра Первого. Пушкин объективно судил как о заслугах, так и о противоречиях его деятельности. Образ Петра не случайно становится одним из центральных в творчестве Пушкина. Петр – символ русской истории, загадочной и противоречивой.
57935 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.
/ Сочинения / Пушкин А.С. / Разное / Образ Петра Первого в творчестве А.С. Пушкина
Смотрите также по
разным произведениям Пушкина:
- Критические статьи
ПОДЕЛИТЬСЯ
Банк литературных аргументов для направления «Кому на Руси жить хорошо? — вопрос гражданина» итоговое декабрьское сочинение 1 декабря 2021-2022 учебный год, весь список аргументов для сочинения вы можете посмотреть ниже.
Аргумент верно ли утверждение, что Родину не выбирают?
Н.В. Гоголь в повести «Тарас Бульба» доказал, что человек не может выбрать Родину, ведь он родился и сформировался в определенной среде, которая уже оказала на него определенное влияние. Так, Андрий был казаком и впитал традиции и нравы казачества. Несмотря на то, что его сходство с отцом прослеживается далеко не во всех аспектах, он также проникается культурой Сечи и перенимает ее кодекс поведения. Андрий пьет, гуляет, дерется и получает от этой жизни удовольствие. Лишь любовь к панночке убеждает его переменить сторону в сражении и предать веру отцов. Герой видит польские нравы в розовых очках своей симпатии к девушке. Поэтому он надевает другие доспехи, но своим в среде поляков не становится. Никто не последовал за ним, когда казаки заманили его в ловушку. А в финале, уже после смерти Андрия, Гоголь выхватывает из толпы на площади красивую панночку, которая смеется. Герой не смог выбрать Родину, Польша ею для него не стала. Зато он предал ту, что была для него единственной.
Аргумент стоит ли покидать малую родину ради достижения успеха?
В.М. Шукшин в рассказе «Срезал» демонстрирует разницу между тем, кто покинул малую родину для достижения успеха, и тем, кто остался. Константин Журавлев стал кандидатом наук, нашел жену себе под стать, завел семью. Он стал успешным человеком и достиг высокого уровня благосостояния. Дочь посещала школу и имела все перспективы пойти по стопам родителей. А что нашел в деревне эрудит Глеб Капустин? Он питал свой ум вырезками из газет и случайными источниками знаний, поэтому его образование напоминает не систему, а сборную солянку из неприменимых премудростей. Он остался один, в деревне он не может найти компанию своего уровня, и все смотрят на него, как будто он шут и показывает представление. Он не сделал карьеру, не женился, не завел детей. Самоутверждение, мелкое и подлое, он находит только в унижении тех, кто чего-то добился в жизни. Глебу обидно, что он сам никуда не поехал и ничего не смог сделать. Поэтому его пример убеждает нас в том, что человек должен искать средства для реализации себя в том месте, где для этого созданы все условия. Кандидатом наук в деревне не стать — это очевидно.
Аргумент какие проблемы мешают людям найти счастье на Руси?
Н.А. Некрасов в поэме «Кому на Руси жить хорошо» показал, что люди на Руси зачастую становятся жертвами друг друга и своих слабостей. Социальное неравенство во многом определяется их нежеланием работать над собой. «Умны крестьяне русские, одно нехорошо, что пьют до одурения, во рвы, в канавы валятся — Обидно поглядеть!» — вот так Павел Веретенников, знаток русской жизни, говорит о тех, за кем наблюдает. Конечно, пьяницы тут же находят оправдание: тяжелая работа заставляет их злоупотреблять спиртным. Но неужели бить жен и детей их тоже принуждает труд? Неужели пропивать последние гроши в кабаке и оставлять семью без еды требует лично царь или барин? Все эти проблемы исходят из глубин их душ, порочных и слабых. Можно было бы не выпивать, как сам Некрасов, оказавшийся в столице без материальной помощи отца и вынужденный голодать, чтобы заниматься тем, что ему нравилось. Можно было бы откладывать деньги и начать свое дело, ведь многие купцы были выходцами из крестьянства. Возможности жить хорошо были у всех, но порочные желания и вечные оправдания мешают героям взяться за ум и перестать во всем винить богачей.
Аргумент кто счастлив на Руси?
Ф.М. Достоевский в романе «Преступление и наказание» показывает человека, который был счастлив, несмотря на бедность и униженность положения. В отличие от Раскольникова, который жил на средства матери и сестры, да еще и жаловался на судьбу, Разумихин не получал помощи. Зато он много работал, чтобы оплатить учебу самостоятельно: давал уроки, делал переводы, старался заработать честно. Дмитрий много веселится, общается со всеми, умеет дружить и сопереживать людям, поэтому его окружают позитивные и доброжелательные товарищи, которые выручают и Раскольникова. Все эти юноши не думают о своем высоком статусе и сравнении с Наполеоном. Они трудятся и добиваются успеха, а не замыкаются в своем несчастье. Живет Дмитрий не богаче Родиона, но он счастлив и делится этим состоянием с другими. Значит, внутреннее состояние зависит не от дохода или происхождения, а от того, насколько человек открыт миру и готов к созидательному взаимодействию с ним.
Аргумент как Вы относитесь к жизненной позиции «где родился — там и пригодился»?
А.П. Чехов в рассказе «Невеста» призывает людей выйти из зоны комфорта и отправиться туда, где их таланты можно раскрыть и усовершенствовать. Его героиня живет в маленьком городе и довольствуется малым — тем, что ей дает обеспеченная бабушка. Для Нади нашли подходящего жениха и сняли дом. И все идет к свадьбе, только вот невесело невесте. Она родилась там, где ее способности пригодиться не могут. В этом городе юной девушке только и остается, что выйти замуж и вести праздную жизнь с скуке и довольстве. Но Надя поняла, что хочет иной судьбы. Благодаря студенту Саше она смогла сбежать из дома и поступить в учебное заведение. Родные простили Надю и приняли ее выбор. А она обрела счастье в саморазвитии, возможном только в большом городе. Увы, в глубинке люди не могут получить достойное образование и найти работу по специальности.
Аргумент кому на Руси жить плохо и почему?
И.С. Тургенев в рассказе «Му-му» описал судьбу крепостного человека, который был зависим от своей сумасбродной барыни. В условиях рабства люди не могут быть счастливы, в чем мы убеждаемся, читая данную историю. Герасима насильно перевезли из деревни в город, принудили отказаться от брака с любимой женщиной, а потом и лишили единственного близкого ему существа — собаки. Помещица приказала крепостному топить Му-му просто из-за того, что таков был ее каприз. А человек не имел права ослушаться. С горечью Герасим осознал: будучи собакой на крепостной привязи, он сам не может заводить ни семью, ни животных. Он не мог сберечь то, что ему дорого, ведь вся его жизнь была сравнима лишь с участью самой Му-му. Поэтому до конца своей жизни он прожил один. Ему жилось плохо на Руси, потому что он был зависимым человеком и не мог управлять своей жизнью. На таких условиях ему было бы плохо везде.
Аргумент что нужно сделать, чтобы на Руси всем жилось хорошо?
Н.Г. Чернышевский в романе «Что делать?» предложил публике свой план по усовершенствованию России. И он отчасти воплотился в жизнь, ведь был правильным: чтобы женщины жили свободно и счастливо, а мужчины не тащили в одиночку бремя содержания семьи, необходимо создать условия для полноценного вовлечения всех людей в экономические, социальные и политические процессы. Девушки должны иметь право на образование, работу и равные возможности в обществе. Находясь в финансовой зависимости, они становятся предметами торговли и бесправными существами, судьба которых — это узаконенная форма проституции, брак без любви и выбора. Вера могла быть насильно выдана замуж за Михаила, и лишь вмешательство Дмитрия помогло ей встать на ноги и начать себя обеспечивать. Поэтому в финале героиня стала образованной, успешной и счастливой женщиной, а ее семья была построена на любви и взаимоуважении. Сейчас все девушки в нашей стране имеют такие возможности, что изменило нашу жизнь к лучшему.
Аргумент какие обязанности налагает на человека статус гражданина страны?
Л.Н. Толстой в романе-эпопее «Война и мир» показал разные точки зрения на долг гражданина перед Родиной. В эпилоге Пьер Безухов настаивает на необходимости перемен и пересмотре прав монарха. Он входит в тайные общества и хочет активно участвовать в формировании политического курса страны и ее законов. Пьер не исключает и возможности открытого выступления против существующего строя. А Николай Ростов, напротив, видит обязанность гражданина в защите государства от таких инициатив. Он открыто признает, что может применить оружие против бунтовщиков, какими бы ни были их намерения. По его мнению, подданые должны подчиняться, а решать глобальные вопросы должен лишь царь. Оба героя осознают свой долг перед Родиной, но его видение у каждого свое.
Аргумент какие реформы могли бы улучшить жизнь человека на Руси?
Н.В. Гоголь в пьесе «Ревизор» поднимает важные проблемы России, которые пока имеют статус «вечных». Чиновники воруют, халатно относятся к своим обязанностям и всячески унижают своих сограждан, которым повезло меньше. Для героев нет ничего святого: внешне набожные и степенные господа расхищают даже те деньги, которые выделены на строительство церкви. Городничий закрывает глаза на лень и бестолковость подчиненных, их связывает круговая порука. Поэтому они стремятся вовлечь в нее приезжего проверяющего. Подкупы не имеют границ, городничий даже готов отдать свою дочь замуж за Хлестакова, которого едва знает. К сожалению, воз и ныне там, чиновники все еще злоупотребляют своим положением. Видимо, без кардинального ужесточения контроля и наказания за коррупцию невозможно решить эти проблемы раз и навсегда.
Аргумент что мешает людям «жить хорошо» на Руси?
М. Горький в пьесе «На дне» продемонстрировал пороки, которые присущи многим русским людям, считающим себя несправедливо обделенными судьбой. Ночлежку населяют далеко не ангелы: шулеры, бывшие каторжники, воры, пьяницы. Даже честный работник Клещ, который так гордится своим положением, сживает со свету жену, бьет ее и оскорбляет. А Василиса, едва вырвавшись из грязи в князи благодаря браку по расчету, тиранит людей без жалости. Увы, нравы этой среды полностью соответствуют уровню ее достатка. Актер, Барон, Сатин, Бубнов вовсе не стремятся трудиться и выходить из нищеты. Им и так нормально, ведь делать ничего не нужно и ответственности никакой. Сатин открыто пропагандирует лень и противопоставляет себя тем, кто трудится. Что мешает им жить хорошо? Они сами и менталитет социального дна.
Аргумент какие социальные проблемы предстоит решить моим соотечественникам?
М. Горький в повести «Детство» показал социальные проблемы, которые, к сожалению, не решены до сих пор. Речь идет о насилии в семье. В доме Кашириных постоянные драки и скандалы. Дети становятся жертвами агрессивного и злого дедушки, которому никто не может помешать учинять унизительные расправы. Василий Васильевич бьет и жену, и детей, хоть они уже и взрослые. Поэтому нас не удивляет тот факт, что сыновья Каширина выросли такими же жестокими, пьющими и неблагополучными родителями. Они готовы убить отца за наследство, а детей не жалеют, как и жен. Один из них даже довел супругу до гроба своими побоями. Сегодня детей из таких семей изымают, но не всегда. Довольно долго они могут терпеть насилие и издевательства. Видимо, в этой сфере закон требуется ужесточить, а контролирующие органы заменить на более эффективные.
Аргумент как научиться ценить свою Родину?
А.С. Грибоедов в пьесе «Горе от ума» доказал парадоксальную вещь: люди учатся патриотизму за рубежом! Александр Чацкий получил заграничное образование и несколько лет путешествовал. Глядя на благополучие и прогрессивность других стран, он понял, чего не хватает его Родине. У Александра появилась четкая гражданская позиция. Он сформулировал взгляды и почувствовал желание помочь своей России. Герой думал, что и дома найдет единомышленников. Однако соотечественники оказались более равнодушными и эгоистичными, чем он. Дворяне имели узкий кругозор, из своих хором не выезжали, поэтому им казалось, что все нормально. Реформаторов они считали якобинцами и осуждали. Для них патриотизм ограничивался орденом на шее и безграничной лояльностью правящей элите. Им не хватало опыта Александра и его кругозора, чтобы понять, что России нужно развитие, что у нее есть огромный потенциал, что французики из Бордо — не предел мечтаний.
Аргумент что важнее: личное счастье или благополучие Родины?
М.А. Шолохов в рассказе «Судьба человека» доказал, что благополучие каждого из нас неразрывно связано с Родиной и ее состоянием. Андрей Соколов мог бы отсидеться в погребе и понаблюдать за битвами издалека, а не рисковать собой… Или не мог? Нет, конечно! Враги приходили в каждый дом, разоряли все земли. Альтернативы не было. Андрей не мог наслаждаться счастьем наедине с семьей, когда вражеский снаряд разнес его дом и убил жену и дочерей. Война не щадила никого и показывала каждым своим патроном, что личного счастья на оккупированной земле быть не может. Человек неразрывно связан со своей страной и ее судьбой, поэтому выбирать ему не приходится.
Аргумент в чем польза и опасность патриотизма?
Л.Н. Толстой в романе «Анна Каренина» показал изнанку патриотизма, когда людей загоняли на сербскую войну, прикрывая очевидное безумие этой затеи возвышенными речами о благе Родины. Какой? Чьей? Но эти вопросы пропаганда обходит стороной. Общественное мнение обмануто ею. Светские дамы с улыбками и цветами провожают на бойню тех, кто воспринимает геополитику буквально и погибнет, в отличие от хитрых агитаторов. Разговоры о патриотизме прикрывают амбиции властолюбцев и направляют людей на смерть. А по факту судьба «славянских народов» не должна затрагивать интересы солдат из других стран, ведь такая война, как это позже и случится, перерастает в мировую и заканчивается поражением всех участников. Человек должен быть готов защищать только свой дом, а другие спекуляции на патриотизме нужно пресекать, так как они ведут к войне.
Аргумент какими качествами обладает русский человек?
Какими качествами обладает русский человек? Н.С. Лесков в сказе «Левша» описал менталитет русского народа в образе главного героя. Он талантлив, патриотичен, религиозен. Левша без образования, микроскопа и большого финансирования смог подковать иностранную танцующую блоху и проявить феноменальное мастерство. Но он же проявляет и отрицательные качества русского человека: много пьет, терпит унижения вышестоящих особ и не понимает свою значимость в стране. Будучи честным, работящим и преданным Родине мастером, он не соглашается переехать в Англию, несмотря на заманчивые условия. Но он же напивается и не выполняет свою миссию: его оружейный секрет теряется, ведь никто не будет прислушиваться к пьянице. Русский менталитет невероятно сложен и парадоксален. У нас талантливый и смекалистый народ, но не знает себе цену и не может постоять за свои права.
Аргумент В.Г. Распутин «Живи и помни»
Н.А. Некрасов писал следующее: «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан. А что такое гражданин? Отечества достойный сын». У гражданина есть важнейшая обязанность – отдавать долг Родине. Что происходит, когда человек забывает о своём долге? Об этом размышляет В.Г. Распутин в повести «Живи и помни». Андрей Гуськов уходит на фронт ради защиты своего Отечества и близких людей, но в какой-то момент он чувствует слабость, нежелание сражаться и рисковать своей жизнью. Герой становится дезертиром, не понимая, на что обрекает свою семью, ведь в таком случает его близкие оказываются в опасности. Герой пытается снять с себя ответственность за произошедшее, и всё это приводит к страшным мучениям и деградации личности. Писатель говорит о том, что у человека, который забывает о своём долге и личной ответственности, нет права на полноценную счастливую жизнь.
Аргумент Н.А. Некрасов «Кому на Руси жить хорошо»
Поэма «Кому на Руси жить хорошо» по праву считается центральным произведением Н.А. Некрасова. Это произведение стало своеобразным итогом деятельности поэта, концентрацией его идей: Некрасов работал над поэмой больше десяти лет. Главным героем произведения является народ, в котором воплощены исконные, «вечные» черты русского национального характера, начала народного горя и народного счастья. Чтобы показать жизнь народа во всех его проявлениях, автор делает героями поэмы людей разных классов и сословий: это и крестьяне, и помещики, и священники, и дворяне, и новоявленные сельские буржуа. Так, в образе Гриши Добросклонова Некрасов показывает тип народного бунтаря, через жизнь крестьянки Матрены Тимофеевны повествует о судьбе русских женщин, в лице Савелия показан тип русского былинного богатыря.
Произведение создавалось в переломную эпоху русской истории (отмена крепостного права повлекла за собой экономические реформы и «брожение в умах»), однако резонанс оно вызвало не только поэтому. В произведении Некрасов, пытаясь понять, кто является счастливым человеком на всей Руси, приходит к выводу, что не крепостное право виной тому, что люди несчастливы. Казалось бы, устами одного из героев (Гриши Добросклонова) автор отвечает на этот вопрос: «Всему виною крепь». Однако крепостное право уже отменено, и поэт понимает, что «освобождение» не решило самых больных проблем народной жизни. Более того, крепостное право, несмотря на отталкивающее уродство, тяжесть гнета, не в силах было сломить характер русского народа. Крестьянин, по мнению Некрасова, не может быть жертвой помещика: для этого он слишком могуч, так что ему даже «грузно от силушки, как от тяжелого бремени». Таков у Некрасова Савелий, богатырь святорусский, который словами из былины о Святогоре говорит о русском мужике – богатыре и великом терпеливце: «Покамест тягу страшную / Поднять-то поднял он, / Да в землю сам ушел по грудь / С натуги! По лицу его / Не слезы – кровь течет!». Яким Нагой говорит о том же – о подвигах тяжкого труда, которые совершает «рать-орда крестьянская».
Проблему поэт видит в том, что сила народа-богатыря используется неразумно, не по назначению. А причиной такой неразумности автор называет «темноту», непросвещенность русского мужика. В качестве иллюстрации своей мысли Некрасов рассказывает о богатыре-каменщике Трофиме, который, похваляясь своей силой, снес на второй этаж четырнадцать пудов и надорвался; о богатыре Савелии, который уснул и оставил без присмотра правнука Демушку, из-за чего мальчик погиб; о Якиме Нагом, который, спасая от пожара карточки, не успел спасти все свое нажитое за жизнь состояние («Скорей бы взять целковые, / А он сперва картиночки /Стал со стены срывать»). Этими примерами автор хотел показать, что несчастья обрушиваются на головы крестьян независимо от помещичьего гнета. Однако не только неразумная сила губит мужиков, сама природа насылает на крестьян стихийные бедствия. Даже высшие силы обнаруживают полную неспособность что-либо изменить на земле для людей: сам Бог забыл и не может вспомнить, куда затерялись «ключи от счастья женского, от нашей вольной волюшки». Темные, забитые люди предоставлены в несчастьях самим себе.
Много говорит автор и о крестьянском терпении. На протяжении всего произведения мужик только и делает, что трудится и терпит. Его «богатырство», как объясняет Савелий, – труд и терпение. Эти два слова неразлучны, как в народной пословице: «Терпение и труд все перетрут». Но для Некрасова это вовсе не проповедь рабской покорности. Ведь иногда терпение перестает быть христианской добродетелью и становится боевым качеством народа: «Рать поднимается / Неисчислимая. / Сила в ней скажется / Несокрушимая». Именно поэтому терпеливый русский мужик представляется Некрасову скорее возвышенным, чем униженным. Несмотря на критику и разоблачение людских пороков, жизнеутверждающее начало все же присутствует в эпопее. Русь дана в волшебно-сказочном освещении: в блестках народного юмора, насыщенного фольклорной образностью (песнями, поговорками, пословицами, шутками и загадками, анекдотами и прибаутками). Люди, природа, вещи, как это бывает в народных сказках, составляют в поэме неразрывное единство. В мире народной Руси встречаем и скатерть-самобранку, и говорящую «пичугу малую», подсказавшую странникам, где они могут найти эту волшебную скатерть, и ангела милосердия, «незримо пролетающего» над Русью. Аналогии с народной сказкой располагают эпопею к жизнерадостному финалу, когда, если верить сказкам, все заканчивается счастливо.
Некрасов не закончил работу над своим главным произведением, однако в главе «Пир» все же прозвучал ответ на вопрос, поставленный в самом начале произведения: «Кому живется весело, вольготно на Руси?». Счастливым человеком оказывается народный заступник Гриша Добросклонов, который «пел…воплощение счастья народного». В то же время такая развязка не возвращает странников в их дома, не кладет конец их поискам, потому что странники ничего не знают о счастии Добросклонова. Им предстоит искать дальше, идти «за правдой» к самому царю.
Аргумент Н.А. Некрасов «Поэт и гражданин»
Об ответственности мастеров искусства перед обществом пишет Н.А. Некрасов в стихотворении «Поэт и гражданин». Поэт уверен в высокой гражданственности поэтического искусства. Стихотворение представляет собой диалог поэта и гражданина. Новое время требует от общества возрождения идеала высокой гражданственности, основанной на всеобъемлющей любви к родине: Ах! будет с нас купцов, кадетов, Мещан, чиновников, дворян, Довольно даже нам поэтов, Но нужно, нужно нам граждан! Время же требует и возрождения высокой поэзии, олицетворением которой для Некрасова является Пушкин: Нет, ты не Пушкин. Но покуда Не видно солнца ниоткуда, С твоим талантом стыдно спать; Еще стыдней в годину горя Красу долин, небес и моря И ласку милой воспевать…
Так говорит гражданин, требующий от поэта суровой и аскетичной гражданственности. Поэт находится на распутье, он ощущает дисгармонию между долгом создавать «гражданскую поэзию» и стремлением заниматься «чистым искусством». Зная, что участь поэтов трагична, Некрасов, тем не менее, выбирает этот крест.
Аргумент Н.А. Некрасов «Размышления у парадного подъезда»
Стихотворение Н.А. Некрасова «Размышления у парадного подъезда» во многом предвосхищает главную мысль будущей эпопеи «Кому на Руси жить хорошо», герои которой ищут счастливого человека на Руси. Один из героев эпопеи считает, что хорошо живется «вельможному боярину, министру государеву». Вера в то, что чиновник поделится с мужиками своим счастьем, заставляет и героев «Размышления…» отправиться в столицу «за правдой». Некрасов показывает читателю контраст двух миров: один мир представлен в образах «владельца роскошных палат» и его приближенных, другой – в образах обездоленных странников. Неслучайно в стихотворении чередуются строки, посвященные, с одной стороны, народу, с другой, «сильным мира сего». Так, вслед за описанием пышного парадного подъезда следует сцена с мужиками, не допущенными швейцаром к вельможе: (Знать, брели-то долгонько они Из каких-нибудь дальних губерний). Кто-то крикнул швейцару: «Гони! Наш не любит оборванной черни!»
Далее автор сообщает о вельможе, описывает его жизнь и вероятную дальнейшую судьбу, и в это сообщение снова вклиниваются и разбивают его на части две строчки, напоминающие об ушедших мужиках; а затем поэт возвращается к тебе народных страданий и ею заканчивает стихотворение. Важным мотивом в произведении является мотив сна. Вся жизнь вельможи, наполненная праздностью, – сон. Потому-то в тексте и появляется глагол «очнуться», синонимичный глаголу «пробудиться»: «Вечным праздником быстро бегущая / Жизнь очнуться тебе не дает». Мотив сна звучит и в связи с народной темой в стихотворении: Ты проснешься ль, исполненный сил, Иль, судеб повинуясь закону, Все, что мог, ты уже совершил, Создал песню, подобную стону, И духовно навеки почил?…
Заканчивая жизнеописание вельможи, автор предсказывает: «Ты уснешь…», заключая же свое обращение к народу, поэт вопрошает: «Ты проснешься ль?». Такой контраст мотива сна способствует противопоставлению двух основных тем произведения. Кроме вельможи и крестьян в «Размышлениях…» присутствует сам автор. Его присутствие неслучайно. Важно отношение вельможи к автору. Сам Некрасов для вельможи – один из многочисленной армии «щелкоперов». Слово имеет оттенок пренебрежения и обозначает «бездарного и легкомысленного писателя, писаку». По мнению вельможи, «щелкоперы» только кричат о путях к народному благу, демонстрируют рвение в борьбе за права мужика, однако мужикам от этого не легче, а сами «щелкоперы», спекулируя на теме народных страданий, зарабатывают себе славу и репутацию граждан. Такова снисходительно-ироническая точка зрения вельможи на «некрасовых», и Некрасов ее не утаивает, что позволяет говорить о пересечении в стихотворении народной темы с темой поэта и поэзии.
Аргумент А.Н. Радищев «Путешествие из Петербурга в Москву»
Вершиной общественной мысли в России XVIII в. стала книга А.Н. Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву». Писатель одним из первых не просто осудил самодержавие и крепостное право, но и связал эти явления с помещичьим и чиновничьим произволом. Неслучайно автор написал на титульном листе взятый из «Телемахиды» Тредиаковского эпиграф: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй». В книге Радищев обстоятельно описал все проблемы, от решения которых, по его мнению, зависело будущее страны. Он первым выступил против крепостного права, называя его «зверским обычаем», присущим только «диким народам».
В связи с этим одной из главных задач его книги стала критика крепостничества. Позиция Радищева основывалась на просветительской теории естественного права, согласно которой все люди родятся свободными. Поэтому лишение человека свободы является тяжким преступлением. Кроме того, писатель был убежден, что крепостное право мешает процветанию страны. Свободный человек делает все «с прилежанием, рачением, хорошо». А земледелец, вынужденный работать на своего поработителя, будет выполнять свой труд «оплошно, лениво, косо и криво». Яркой иллюстрацией к этой мысли служит глава «Любани». Крепостное право приводит к сокращению населения, ослабляет могущество государства, наносит обществу тяжелый моральный ущерб, воспитывая в помещиках наглость и жестокость, а в зависимых от них людях – страх и покорность.
Кроме того, проблемы России автор видел в государственном устройстве. Радищев считал, что власть должна избираться и контролироваться народом, ведь правительство, наделенное бесконтрольной властью, неизбежно выродится в деспотию. В «Путешествии» Радищев поставил перед собой задачу развеять тот ложный ореол, которым на протяжении многих веков был окружен царский престол. В главе «Спасская полесть» описан аллегорический сон путешественника, построенный по принципу просветительского «прозрения», когда герой от заблуждения переходит к правильному взгляду на мир. Человек, наслаждающийся властью, пренебрегает народ. И это правило касается не только главы государства, но и всех начальников. Таков чиновник, не пожелавший спасать утопающих в Финском заливе («Чудово»), таков наместник, посылающий за «устерсами» на казенный счет бесчисленных курьеров («Спасская полесть»), таков и еще один наместник («Зайцово»), защищающий на суде помещичий произвол.
Говоря о двух главных сословия общества – дворянстве и крестьянстве – писатель отвергает официальную позицию государства о том, что дворянство – цвет нации, ее гордость и украшение. Дворяне, по глубокому убеждению Радищева, не цвет, не гордость нации, а паразитическое сословие, незаконно присваивающее себе плоды чужого труда (главы «Любани», «Зайцово», «Вышний Волочок»). Автор приходит к мысли о полной бесполезности и даже ненужности «благородного» сословия.
Главной опорой русского общества, «источником государственного избытка, силы, могущества» (глава «Пешки») Радищев называет крестьянство. Он восхищается гражданскими и семейные добродетелями крестьян, а пороки связывает с крепостническими порядками. Образ крестьянина-пахаря, кормильца и созидателя, является уже в начале книги, в главе «Любани». От него веет спокойной уверенностью в своих силах. Эта тема будет продолжена и в главе «Вышний Волочок», и в «Пешках», в ряде других глав. Крестьянин выступает в «Путешествии» и как защитник родины, ее главная военная сила («Городня»). Труд, близость к природе сохраняют здоровье и красоту сельских жителей. Превосходство крестьян над дворянами автор видит в их нравственных достоинствах, в способности правильно понимать искусство («Клин»). Самым веским доказательством одаренности простого народа является для Радищева судьба М.В. Ломоносова, которому посвящена последняя глава, как бы венчающая всю книгу.
Крестьянам Радищев противопоставляет помещиков, которые в произведении изображены как люди, утратившие не только чувственность, но элементарные человеческие качества. Их развратили праздность, высокомерие и привычка повелевать. Неслучайно по отношению к ним писатель часто употребляет эпитет «жестокосердый» («Зайцово», «Городня»). Таким образом, описывая проблемы общества, Радищев сосредоточил внимание не только на социальных и политических проблемах крепостнического государства, но и на моральных качествах людей.
Аргумент Д.И. Фонвизин «Недоросль»
Социальным проблемам общества посвящена комедия Д.И. Фонвизина «Недоросль». В частности, автора волнует тема помещичьего произвола. Именно поэтому главным критерием в оценке героев становится их отношение к крепостным крестьянам. Уже начало пьесы – знаменитое примеривание кафтана – сразу же вводит нас в атмосферу дома Простаковых. В доме Простаковой царит и брань в адрес портного Тришки, и обвинение его в воровстве, и привычное распоряжение наказать розгами ни в чем не повинного слугу. Подобным образом ведет себя и брат героини Скотинин: он в точности повторяет крепостническую практику своей сестры. Описывая этих героев, Фонвизин тем самым подчеркивает, что дворян, подобных Простаковой и Скотинину, очень много, они типичные представители своего сословия. Недаром в конце пьесы Правдин советует предупредить других Скотининых о том, что произошло в имении Простаковых.
Кроме того, писателя волнует, что люди, подобные Простаковой и Скотинину, не смогут оставить России достойного наследия: они способные воспитать только недоросля Митрофана. И если раньше слово «недоросль» не имело негативной окраски (так называли дворянских детей, не достигших пятнадцати лет), то после публикации произведения, это слово приобрело насмешливый, иронический смысл. Митрофан – недоросль прежде всего потому, что он полный невежда, не знающий ни арифметики, ни географии, неспособный отличить прилагательного от существительного. Но он недоросль и в моральном отношении, так как не умеет уважать достоинство других людей. Он груб и нахален со слугами и учителями. Он заискивает перед матерью до тех пор, пока чувствует ее силу. Но стоило ей лишиться власти в доме, как Митрофан резко отталкивает от себя и Простакову. И наконец, Митрофан – недоросль в гражданском смысле, поскольку он не дорос до понимания своих обязанностей перед государством.
Высмеивая Митрофана, Простакову и Скотинина и противопоставляя им Стародума, Правдина, Милона и Софью, писатель исходит из своих гражданских идеалов. Стародум и Правдин безоговорочно осуждают помещичий произвол, ограбление и насилие над крестьянами. Особое место занимают в пьесе размышления Стародума о «должности» монарха и критические замечания в адрес екатерининского двора. Правитель, по глубокому убеждению Стародума, должен не только издавать полезные обществу законы, но и сам быть образцом их исполнения и высокой нравственности. Таким образом, высший принцип оценки человека, по мнению Д.И. Фонвизина, служение государству, выполнение им гражданского долга.
Аргумент М.Е. Салтыков-Щедрин «История одного города»
Проблема отношения к народу и изображения народа – одна из важнейших в русской литературе XIX века. М.Е. Салтыков-Щедрин страстно выступал против славянофильской тенденции идеализировать народ, преувеличивать его добродетели и замалчивать недостатки. Он считал, что и пороки, и добродетели народа – результат его исторического развития. Свою же задачу, как писателя, он видел в том, чтобы быть полезным, отнестись к русской жизни прямо и честно. Ведь идеализация народа, приукрашивание не могут привести ни к чему хорошему. Свою любовь к народу Щедрин видел в трезвом взгляде на сильные и слабые стороны народа. Он мечтал видеть народ свободным и счастливым, потому с помощью сатиры обличал такие качества, как покорность, пассивность, смирение, бессознательность. Таким образом, мы понимаем, что «История одного города» – сатира не только на самодержавных правителей, но и на покорность, долготерпение, начальстволюбие народа.
Собирательный образ глуповцев – забитых, темных, неразвитых, постоянно шарахающихся из стороны в сторону, в течение долгого времени выносящих на своих плечах безмозглых градоначальников и с восторгом встречающих каждого нового правителя – наглядно воплощает «ликующую бессознательность» широких масс. Писатель приходит к выводу, что «корень зла», причина главного несчастья народа состоит в политической неразвитости масс, в их общественной пассивности, в «бессознательно равнодушном отношении» не только к общенародным интересам, но даже и к тем, которые затрагивают их собственную жизнь. Основные качества глуповцев – неиссякаемое терпение и слепая вера в начальство. Сколько ни бедствуют они, сколько ни издеваются над ними градоначальники, а глуповцы всё продолжают надеяться и восхвалять, восхвалять и надеяться. Появление каждого нового градоначальника они встречают искренним ликованием. Обрушивающиеся же на них несчастья воспринимают как нечто должное и о протесте даже не помышляют.
Конечно, и среди глуповцев есть смелые люди, готовые заступиться за народ, высказать градоначальникам всю правду. Однако «заступников народных» преспокойно отправляли туда, «куда Макар телят не гонял». А народ при этом «безмолвствовал». Нельзя сказать, чтобы он не сочувствовал их судьбе. Сочувствовал, разумеется, но чувств и мыслей своих публично не выражал. Если же порой и выражал, то слова эти очень напоминали те, которыми глуповцы провожали правдолюба Евсеича, арестованного по приказу градоначальника Фердыщенко: «Небось, Евсеич, небось! – раздавалось кругом, – с правдой тебе везде будет жить хорошо!» Само собой разумеется, что результатом подобного рода «гласа народного» могло быть лишь одно: «С этой минуты исчез старый Евсеич, как будто его на свете не было, исчез без остатка, как умеют исчезать только “старатели” русской земли».
Даже когда глуповцы в конце концов не выдерживают и возмущаются, возмущение их носит нелепый характер. Так, в главе «Голодный город» взбунтовавшиеся глуповцы расправляются отнюдь не с Фердыщенко, который успел «спрятаться в архив», а с его любовницей Аленкой. Будучи революционером-демократом, Щедрин, подобно Чернышевскому, Добролюбову, Некрасову, глубоко верил в творческие силы народа, в его огромные потенциальные возможности, в народ как ту силу, которая способна радикально изменить мир. Вместе с тем он понимал, что современный ему, реальный народ, еще далек от этого идеала. Неслучайно финал романа иносказателен. На город Глупов обрушивается «нечто», именуемое летописцем «оно». Можно только догадываться, что имел в виду Щедрин, говоря «оно», возможно, в этом «оно» кроется некое озарение, то, что способно побороть все, что враждебно жизни, человеку, народу, общественному развитию. Потому и история города Глупова прекратила свое течение, а у читателя появляется надежда на то, что светлое будущее когданибудь наступит.
Аргумент Ф.М. Достоевский (обзор творчества)
В творческом наследии известного мастера психологизма Ф. М. Достоевского отчетливо представлена глубоко осмысленная концепция «русской души». «Ф. М. Достоевский был до глубины русский человек и русский писатель. Его нельзя себе представить вне России. По нему можно разгадывать русскую душу. И сам он был загадкой русской природы. Он совмещал в себе всю противоречивость этой природы». В. Г. Распутин скажет о классике: «Федор Михайлович лучше всех сказал о русском человеке. Полнее, добрее, умнее, он защитил русского человека на многие и многие времена». Впервые в творчестве Достоевского словосочетание «русская душа» появляется в романе «Идиот», оно употребляется князем Мышкиным: «Но чужая душа потемки, и русская душа потемки; для многих потемки». «Изначально для Достоевского понятия «русский народ» и «русская душа» были синонимичны, но впоследствии он уже разводит эти понятия, связывая с феноменом «русской души» не только русский народ, но и «русского человека» без учёта его социальной принадлежности».
В «Дневнике писателя» Достоевский предлагал судить русский народ «не по тем мерзостям, которые он так часто делает, а по тем великим святым вещам, по которым он в самой мерзости своей постоянно воздыхает». Писатель предлагает рассмотреть «русскую душу» не со стороны ее простоты, а со стороны ее сложности. Самое важное качество русской души – это жертвенность, желание и готовность прийти на помощь близкому человеку, родному народу, России. Жертвуя собой во имя высоких духовных ценностей, русский человек чувствует себя счастливым. Ф. М. Достоевский очень высоко ставил это свойство: «Самовольное, совершенно сознательное и ничем не принужденное самопожертвование всего себя в пользу всех есть признак высочайшего развития личности». В произведениях Достоевского это качество объединяет многих героев, среди которых Соня Мармеладова. Именно в ней сильнее всего развита потребность страдания русского человека, начало жертвенности, ощущение личной ответственности за все злое в мире.
Соня, решившись ради семьи пойти по «желтому билету», убивает себя как личность, но сохраняет свою чистоту. Во имя любви к семье девушка готова испытывать себя, переносить любые страдания. Соня наделена даром бесконечного сострадания к людям. Раскольникова до глубины души потрясает судьба Сони. Она идет по другой, параллельной ему, дороге, смиряется и страдает. Образ ее жизни, мысли, мировоззрение строятся по законам самопожертвования. Она является воплощением человеческого страдания, бесконечных нравственных мук. Отсюда рождаются странные порывы Раскольникова: «Вдруг он быстро наклонился и, припав к полу, поцеловал её ногу». Родион объясняет свой поступок испуганной до изумления девушке: «Я не тебе поклонился, я всему страданию человеческому поклонился».
Писатель связывает с концептом «русская душа» сострадание и всепрощение. Именно Соне обязан Раскольников духовным возрождением. Её чистая и глубокая душа оказалась способна в потерявшемся, запутавшемся человеке увидеть надежду на светлое будущее. Она вернула Родиона к истине, вдохнула в него жизнь главами из Евангелия и рассказами о собственной жизни. Жертвенность, сострадание и всепрощение, как качества русской души, характерны для всех любимых героев Ф. М. Достоевского. Алеша Карамазов, Лев Мышкин, Иван Петрович – все эти герои забывают о себе, личном счастье ради благополучия и спокойствия других. Герои прощали недостатки близких, воскрешали к жизни убитых горем и падших людей, смирением, добротой, чистотой сердца они делали мир лучше, они прикасались к жизням других и везде оставляли неизгладимый след.
Важным качеством русской души Достоевский считал детскую доверчивость, необычайную правдивость и чистоту. Неслучайно в романе «Преступление и наказание» писатель не раз акцентировал внимание на том, что Соня казалась почти ребенком. Детский внешний облик девушки – отражение чистоты ее души. В другом романе – «Идиот» – князь Мышкин скажет: «Через детей душа лечится…». «Противоречивость, ширь, необъятность, безграничность» – вот черты русского человека, которые, по мнению Ф. М. Достоевского, формируют нашу самобытность и уникальность. Свидригайлов в «Преступлении и наказании» говорит Авдотье Романовне: «Русские люди вообще широкие люди, широкие, как их земля, и чрезвычайно склонны к фантастическому, к беспорядочному». Герой романа «Униженные и оскорбленные» так охарактеризует свою русскую душу: «Я ведь русская натура, неподдельная русская натура, патриот, люблю распахнуться». Склонна к крайностям страстная душа Рогожина, феноменальное отсутствие меры мы видим у Дмитрия Карамазова, противоречив Раскольников, широки и безграничны Сонечка, князь Мышкин, Алеша Карамазов…
Осмысляя «русскую душу», писатель обращает внимание на её отличительную черту – «неуспокоенность, неустанное движение». Герои Достоевского не просто неустанно куда-то движутся, они стремятся ввысь, постоянно развиваются, меняются, ошибаются, падают, разочаровываются, снова встают и идут дальше.
Аргумент А.П. Чехов «Крыжовник»
Проблема национального характера отразилась в произведениях многих русских классиков, каждый заострял внимание на каких-то определенных чертах и свойствах русской психологии, типичных чертах нации. Так, А.П. Чехов писал Д.В. Григоровичу: «Русская жизнь бьет русского человека так, что мокрого места не остается, бьет на манер тысячепудового камня. В Западной Европе люди погибают оттого, что жить тесно и душно, у нас же оттого, что жить просторно… Простора так много, что маленькому человечку нет сил ориентироваться…». Пространственный простор рождает широту русской души и безмерность, что приводит и к вольнолюбивым устремлениям, и к бесформенности. В рассказе «Крыжовник» писатель, показывая жизнь провинциальной России, историю жизни чиновника, который бессмысленно потратил свою жизнь на приобретение собственной усадьбы, обнажает такие черты характера русского человека, как максимализм, любовь к крайностям.
Начиная рассказ о своем брате, Чимша-Гималайский вспоминает ряд историй о чудаках, любивших деньги: «Деньги, как водка, делают человека чудаком. У нас в городе умирал купец. Перед смертью приказал подать себе тарелку меду и съел все свои деньги и выигрышные билеты вместе с медом, чтобы никому не досталось. Как-то на вокзале я осматривал гурты, и в это время один барышник попал под локомотив и ему отрезало ногу. Несем мы его в приемный покой, кровь льет – страшное дело, а он всё просит, чтобы ногу его отыскали, и всё беспокоится; в сапоге на отрезанной ноге двадцать рублей, как бы не пропали». Его собеседник, Буркин, считает, что эти случаи «из другой оперы». Однако маленькие истории имеют непосредственное отношение к главной сюжетной линии рассказа «Крыжовник». В них описываются крайние проявления всепоглощающей страсти в самых разных формах, то есть определенные формы максимализма. Страсть к деньгам «съедает» человеческую душу и жизнь. Мечта Николая Иваныча о жизни в собственной усадьбе превращается в идею-страсть, пожирающую его.
Иван Иваныч интуитивно чувствует, что рассказанная им история о жизни брата имеет обобщенный смысл. Неслучайно он склоняется к самым широким обобщениям: «Перемена жизни к лучшему, сытость, праздность развивают в русском человеке самомнение, самое наглое. Таким образом, можно утверждать, что авторская творческая мысль, несомненно, затрагивает проблему русского национального характера. Склонность отдаваться однойединственной страсти – это проявление русского максимализма. Николай Иваныч – герой-максималист, подчинивший свою жизнь и жизнь своих близких заветной мечте, страсти, превратившей его жизнь в ничто. Не свободен от максимализма и старший брат, Иван Иваныч ЧимшаГималайский. Герой определяет метафорически два пути формирования общества: «перескочить через ров или построить через него мост». Иван Иваныч, очевидно, готов выбрать второй путь: у него нет сил ждать, путь постепенного преобразования общества не для него. «Неумение идти средним путем, отсутствие меры», – вот черты русского характера.
Подчинение своей жизни одной страсти соотносится и с другой национальной психологической чертой: с безоглядным стремлением к идеалу-иллюзии. Николай Иваныч выдумывает себе идеал в соответствии со своими банальными приземленными представлениями о счастливой жизни: «идеальную», сытую жизнь в деревне, символом которой становится крыжовник. Это предел его желаний, представление о счастье и покое, для него – высокая прекрасная мечта. У его брата подобная счастливая жизнь, культивирующая сытость и эгоизм, вызывает раздражение и отчаяние. Так мнимый идеал, иллюзия подменяет подлинную человеческую жизнь и не дает ей осуществиться. Чеховский герой словно законсервировал в юности свою жизнь, отказавшись не только от житейских радостей, но и от самого себя в настоящем, мечтая о себе только в будущем. В рассказе «Крыжовник» Чехов затрагивает и проблему русского инфантилизма, духовной незрелости. Николай Иваныч жадно ест крыжовник «с торжеством ребенка, который наконец получил свою любимую игрушку». Герой поступает как ребенок, снимая с себя ответственность за собственную жизнь, прожитую совершенно бессмысленно, по сути, ради каприза. Выбирая замкнутое существование, он выбирает состояние уюта и защищенности.
Страдает инфантилизмом и Иван Иваныч, наивно полагающий, что решительными мерами можно в один миг («волшебным образом») изменить психологию человека и образ его жизни. Именно через обыденность Чехову удается наиболее ярко продемонстрировать устоявшиеся в результате многократных повторений обычаи, привычки, правила, типичное поведение людей. Безоглядная вера в идеалы, оказывающиеся иллюзиями, инфантилизм, любовь к крайностям, максимализм, отрицание среднего пути развития – распространенные черты русского национального характера, к которым с тревогой присматривался Чехов и предлагал поразмышлять над ними своему читателю.
Аргумент А.С. Солженицын «Матренин двор»
Русская классическая литература ХIХ в. много внимания уделяла изображению русского национального характера. Это и Пушкинская Татьяна Ларина, и Максим Максимыч М.Ю. Лермонтова, и помещики Н.В. Гоголя, Ростовы и Левин Л.Н. Толстого, князь Мышкин Ф.М. Достоевского. Всех этих героев объединяет естественное мировосприятие, им чужды ценности света, они сохраняют верность «нравственным устоям». Они добродушны и открыты окружающему миру, способны любить и сострадать всякому человеку. Действуют бескорыстно, подчиняясь исключительно своим внутренним нравственным мотивам. Несмотря на присущую совестливость, эти герои не сосредоточены на себе, на собственных душевных переживаниях.
Жизнь видится им ясной и простой, поэтому они не знают противоречивых состояний либо состояний глубокого уныния, смятения. В рассказе А.С. Солженицына «Матренин двор» показана жизнь простой русской крестьянки-колхозницы – Матрены Григорьевой. Матрена прожила трудную жизнь. Муж ее пропал без вести на Великой Отечественной войне, дети умерли маленькими. Сама Матрена всю свою жизнь работала в колхозе, зарабатывая колхозные трудодни, потеряла здоровье. И все же она не ожесточилась, всегда приходила на помощь, когда звали помочь родному колхозу или нуждающимся соседям. Героиня Солженицына несет в себе черты естественного человека, который не пребывает в своем внутреннем мире, но принимает жизнь как данность, предпочитает физический труд всякой рефлексии, душевным терзаниям.
Естественный тип – это одна из граней воплощения народного характера. На первый взгляд, Матрена ничем не примечательна – живет простой жизнью, как и другие ее земляки. За свою жизнь она не накопила богатства, что вызывает у соседей Матрены не столько недоумение, сколько осуждение. Но эта пожилая крестьянка сумела сохранить чистое добродушное отношение к людям, словно не замечая в некоторых из них неискренности, недоброго мнения о ней. В этом проявляется цельность натуры героини Солженицына, чистота ее души. Внутреннее состояние Матрены всегда оставалось и остается не замутненным отрицательными впечатлениями. Люди не могли по достоинству оценить Матрену, даже автобиографический герой-повествователь Игнатьич не сразу понял, каким человеком была героиня.
Только после гибели Матрены он увидел истинную сущность женщины. «Все мы жили рядом с ней и не поняли, что есть она тот самый праведник, без которого, по пословице, не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша».
Аргумент М. Горький «На дне»
Равноправие в обществе должно касаться всех людей. К сожалению, в реальной жизни это недостижимо. Так, в пьесе М. Горького «На дне» в центре внимания находятся люди, оказавшиеся «на обочине» жизни. Компания состоит из потомственного вора, карточного шулера, проститутки, спившегося актёра и многих других. Эти люди по разным причинам вынуждены жить в ночлежке. Многие из них уже потеряли надежду на светлое будущее. Герои не вызывают жалости до тех пор, пока не появляется новый герой – старик Лука, который проявляет сочувствие к ним. Его речи производят сильный эффект на жителей ночлежки: он даёт людям надежду на то, что они могут сами выбирать свой жизненный путь, что ещё не всё потеряно. Жизнь в ночлежке меняется: актёр перестаёт пить и серьёзно задумывается о возвращении на сцену, Васька Пепел обнаруживает в себе стремление к честной работе, Настя и Анна мечтают о лучшей жизни. Вскоре Лука уезжает, оставляя несчастных обитателей ночлежки с их мечтами. С его отъездом связан крах их надежд, огонёк в их душе вновь угасает, они перестают верить в свои силы. Кульминационным моментом становится самоубийство Актёра, потерявшего всякую веру в иную, отличающуюся от этой, жизнь.
Конечно, Лука врал людям из жалости. Ложь, пусть даже во спасение, не может решить всех проблем, но его приход показал, что эти люди мечтают измениться, не они выбрали такой путь. Общество должно помогать тем, кто нуждается в помощи. Мы несём ответственность за каждого человека. Среди тех, кто оказывается на «дне жизни», есть множество людей, желающих изменить свою жизнь, им просто нужно немного помощи и понимания.
Аргумент Н.В. Гоголь «Ревизор»
Сила художественного воздействия настолько велика, что может послужить нравственному перевоспитанию общества. Именно такую задачу ставил перед собой Н. В. Гоголь, работая над комедией «Ревизор». Неслучайно писатель отказался от положительного героя. Персонажи пьесы живут в провинциальном мирке, показанном гиперболически, гротескно. Самодурство, честолюбие, мотовство, чванство героев не знают предела. Реалистическая достоверность характеров подкрепляется яркой и точной бытовой речью. Единственным честным участником событий «Ревизора» следует считать авторский смех, обличающий преступления и пороки. «Над кем смеетесь? Над собой смеетесь», – заключает автор устами городничего. Немая сцена в конце «Ревизора» позволяет увидеть в комедии глубокое философское обобщение извечной русской проблемы «А судьи кто?», ранее гениально воплощенной Грибоедовым. Главные герои комедии представляют основные слои российского губернского дворянско-чиновничьего общества – от всевластного городничего до свободных от службы помещиков Бобчинского и Добчинского. В качестве эпизодических персонажей появляются полицейские, купцы, мещане.
В основе комедии лежит анекдотическая ситуация. Городничего предупреждает письмом о возможном приезде ревизора его столичный родственник. Тем самым писатель говорит о существовании своеобразного общероссийского клана чиновников, связанных родственными отношениями и корпоративными интересами. Мнимый ревизор Хлестаков – мелкий столичный чиновник. Выходец из провинции, он как бы объединяет высшие и низшие, столичные и провинциальные круги чиновничества. Его можно принять за важного начальника лишь в глухом уездном городишке. В столичной иерархии он пока в самом низу, но нравы и порядки среды, в которой он вращается, ему и знакомы, и понятны. Тем самым в комедии создается связь с системой высшей государственной российской власти. Почувствовав это, Николай I после премьеры спектакля, на которой он присутствовал, сказал: «Ну и комедия! Всем досталось, а мне – больше всех».
Досталось же российскому служилому люду за то, что, имея возможность практически бесконтрольно осуществлять власть на местах, он в значительной своей части употребляет эти возможности во вред обществу, для удовлетворения личных потребностей, страстей, прихотей. Взятка правит миром – это главная тема, которую герои в тех или иных аспектах обсуждают на всем протяжении пьесы. Берут все и везде, разворовываются казенные средства, дело подменяется показухой. Здесь особенно яркий пример – отношение городничего и Земляники к больнице и больным. В городе царят беззаконие и произвол, полиция же занимается лишь тем, что поддерживает удобное и выгодное для властей положение. О методах работы полиции достаточно выразительно свидетельствует ставшая нарицательной фамилия одного из полицейских – Держиморда.
Важнейшим лицом комедии Гоголь считал Хлестакова. С ним связана стихия комического, и в то же время он невольно, в силу простодушной искренности, естественности своего поведения, становится едва ли не главным разоблачителем российской действительности. Хлестаков не вполне традиционный герой социально-сатирической комедии. Это не обычный плут и мошенник. На ловкую интригу, сознательный, продуманный обман он не способен хотя бы в силу данной ему интеллектуальной характеристики – «пустейший». Ничтожный «елистратишка» по стечению обстоятельств оказывается принят за «значительное лицо» и начинает вести себя соответственно.
Для него быть значительным – это прежде всего много брать. Чем выше взлетает в своих мечтах Хлестаков, тем больше денег он просит «взаймы» у приходящих искать его благосклонности, впрочем, удовлетворяясь и малым. Для Хлестакова и в этом случае главное не нажива, а игра в значительность. Эта роль ему очень нравится, и исполняет он ее самозабвенно. Характерно, что Хлестаков, подсчитывая полученные деньги, мечтает не преумножить капитал, а поскорее сыграть на них в карты. Хлестаков – артист в мире, где правит опытный, огрубевший и мрачноватый городничий Сквозник-Дмухановский. Этот мелкий чиновник готов играть любую роль, предлагаемую обстоятельствами: ревизора, любовника, жениха.
Навязанный ему репертуар он расширяет сам: писатель, приятель Пушкина, главнокомандующий, управляющий департаментом… Искренний и естественный, Хлестаков заставляет смеяться над тем, что в устах иных героев могло бы ужаснуть, вызвать чувство отвращения, даже ненависти. Вполне «невинно», оправдывая самохарактеристику («у меня легкость необыкновенная в мыслях»), запутавшись, кому же он объясняется в любви и делает предложение, Хлестаков меняет маменьку на дочку. Сцены с Анной Андреевной и Марьей Антоновной дают понять, что и семейно-бытовые устои мира городничих, судей и различных попечителей нравственно ущербны.
Таким образом, с фигурой главного героя комедии – мнимого ревизора Хлестакова – теснейшим образом связана стихия разоблачительного смеха, являющегося истинным ревизором человеческих и социальных пороков, изображенных писателем. Хлестаков не важный чиновник, на которого смотрят как на выгодного жениха, не влиятельный ревизор, которого хотят обмануть и подкупить, перед которым хотят выслужиться, которому жалуются, надеясь на справедливость. Цели героев, определяемые коллизиями интриги, изначально недостижимы. Финал комедии – чтение письма Хлестакова, получение известия о прибытии настоящего ревизора. Знаменитая немая сцена обнажает истинный конфликт произведения – между тем, что должно быть с нравственной точки зрения, и тем, что есть в действительности. Поведение чиновников во время чтения письма, их замечания еще раз напоминают о пороках, в которых погрязли эти люди. Явление настоящего ревизора повергает всех в шок. Кто знает, неизбежно ли грозное наказание, но писатель в финале подчеркнул главное – герои его заслужили.
Аргумент Н.В. Гоголь «Мертвые души»
О противоречии между духовной мощью русского народа и его рабским социальным положением, приводящем к умиранию души, пишет Н.В. Гоголь в поэме «Мёртвые души». Неслучайно произведение заканчивается подлинным гимном русскому народу: «Эх, тройка, птица тройка, кто тебя выдумал?» Замысел поэмы «Мертвые души» (1842) был величествен: Гоголь думал о многотомном произведении, «где было бы уже не одно то, над чем следует смеяться». В нем должно было быть последовательно изображено нечто подобное аду, чистилищу, раю, показана смерть и постепенное духовное возрождение Руси.
По сюжету поэмы главный герой Чичиков во время своего путешествия встречается с людьми разных состояний и сословий, что позволяет автору представить все разнообразие российских типов. Неутомимая деятельность героя объединяет всех персонажей поэмы. В ходе развития действия автор показывает важнейшие сферы жизни провинциальной России: в главах 2–6 представлены типы помещиков, в главах 7–10 нарисована картина нравов губернского города. Развязка связана с неожиданно открывшимися для общества махинациями Чичикова, после чего герой должен исчезнуть из города. Глава 11, возвращая нас в прошлое главного героя. Гоголь хотел показать нравственно-социальное лицо героя, его окружение, его прошлое и убедить читателя в необходимости искать новые пути развития. Помещики в произведении Гоголя представлены исключительно в негативном плане. Более того, можно даже говорить о постепенном снижении нравственного уровня героев – Манилова, Коробочки, Ноздрева, Собакевича, Плюшкина – по мере появления их образов на страницах поэмы. Гоголь говорил об этом: «Один за другим следуют у меня герои один пошлее другого».
«Прекраснодушный» Манилов, «дубинноголовая» Коробочка, «исторический человек» Ноздрев, «кулак» Собакевич, «прореха на человечестве» Плюшкин – это всевозможные «формы» нравственного оскудения личности. При этом писатель подчеркивает, что они – всевластные «хозяева жизни» и «наставники» народа. Имения Манилова и Ноздрева устроены беспорядочно. Оба помещика разоряются, но не способны к практическим занятиям. У одного все время уходит на беспочвенные мечты, неудержимая энергия другого расплескивается в бездумных авантюрах, пьянстве, обжорстве. В результате эти столь разные по характеру и темпераменту люди сходятся в главном – жизнь обоих пуста, бесплодна и бессмысленна. Коробочка и особенно Собакевич – помещики другого склада. Их хозяйства в порядке, крестьяне не бедствуют. Но в связи с этими персонажами возникают мысли о губительной для общественного блага замкнутости, косности, с одной стороны, и жестоком эгоизме, человеконенавистничестве, своекорыстии – с другой. Коробочка органически не в состоянии представить, а Собакевичу безразлично все, что находится за пределами их владений. Чрезвычайно важные для автора понятия Родины, Русской земли помещикам абсолютно чужды.
Плюшкин, самый богатый помещик, пал ниже всех в нравственном отношении. Этим образом писатель хотел сказать о моральной несостоятельности, омертвении помещичьего сословия, в чем Гоголь видит исток всех бед, которые несут на Русь ее «хозяева». Внешний вид потенциально богатейшего (огромные клади гниющего хлеба) и до крайности разоренного имения Плюшкина очень наглядно иллюстрирует эту мысль писателя. Не лучше помещиков и городское дворянство, чиновники: бездельники, взяточники, установившие даже «порядок», кому и сколько следует давать и брать, невежды. Нравственное состояние помещиков не может не отразиться на крестьянстве. И Гоголь откровенно показывает тупых, апатичных, забитых, спивающихся мужиков, слуг, дворовых. Личные недостатки власть имущих (помещиков и чиновников), таким образом, осмысливаются как социальная опасность, как тяжелая национальная болезнь.
О том, что проблема действительно имеет общенациональные масштабы, свидетельствуют вставные эпизоды поэмы. Так, «Повесть о капитане Копейкине» переносит действие из провинции в Санкт-Петербург. Образом бездушного столичного сановника, отказавшего в помощи и поддержке заслуженному инвалиду, завершается галерея портретов чиновников, «деятельность» которых толкает даже патриотично настроенных, честных людей на бунт и разбой.
Главного героя поэмы Чичикова можно охарактеризовать и как сильную личность, и как заурядного человека, не умеющего даже подлых дел довести до конца. Безусловно, все, чем до сих пор занимался в жизни Чичиков, низко, безнравственными выглядят все его начинания. Стремление обогатиться скупкой-продажей ревизских душ связано с желанием видеть как можно больше крестьянских могил, а страну – в разорении и хаосе. При этом Чичиков достигает своих целей. Хорошее знание людей, всевозможных обстоятельств жизни человека, его страстей и слабостей позволяет герою с каждым найти общий язык. Он наделен терпением, усердием, наблюдательностью, умением обобщать. Он приучил себя ни при каких обстоятельствах не унывать и не падать духом. А прояви герой все свои незаурядные способности в нравственно положительном деле?.. Случайно ли именно в размышлениях Чичикова о купленных крестьянах (в главе 7) возникает мысль о величии русского народа, столь важная для автора?
Но то, в чем видит цель герой, вовсе не кажется желанным итогом развития личности для повествователя. Жизненные обстоятельства гонят Чичикова по городам, не позволяя где-либо остановиться и пустить корни. Осуществление его нынешней мечты – разбогатеть и жениться на губернаторской дочке – сделало бы Чичикова заурядным помещиком или чиновником, ничем не лучше тех, чьи физиономии уже мелькнули перед читателем. Гоголь же настойчиво заставляет своего главного героя приобщиться к главному, к большему, чем поместье или губернский город, – к Руси, ее народу, бедам, надеждам, ветрам и дорогам, к противоречивому настоящему и туманному будущему. В «Мертвых душах» как бы борются две России: Россия «мертвых душ» и Россия русского народа. Все симпатии автора связаны с лирическим образом Родины. Показав, до какой низости, мерзости может дойти человек, писатель взывает к будущему страны.
Аргумент Н.В. Гоголь «Шинель»
В повести «Шинель» Н. В. Гоголь поднимает общественные, этические и эстетические проблемы. Акакий Акакиевич представлен как типичный «маленький человек», жертва бюрократической системы и равнодушия. Итак, Башмачкин – герой повести Н. В. Гоголя «Шинель», «вечный титулярный советник», который служит «в одном департаменте». Сослуживцы и даже департаментские сторожа относятся к Акакию Акакиевичу пренебрежительно. Молодые чиновники нарочно толкают его и сыплют на голову бумажки. Акакий Акакиевич же никак не реагирует на подобное обращение, как-то бесчувственно занимаясь своим постоянным делом – переписыванием бумаг. Только если уж слишком была невыносима шутка, когда толкали его под руку, мешая заниматься своим делом, он произносил: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» «И что-то странное заключалось в словах и в голосе, с каким они были произнесены».
Один из эпизодов произвёл сильное впечатление на молодого человека, недавно начавшего служить и по примеру прочих также пошутившего над Башмачкиным, что он вдруг осознал всю жестокость и низость происходящего. «И долго потом, среди самых весёлых минут, представлялся ему низенький чиновник с лысинкою на лбу, с своими проникающими словами: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» – и в этих проникающих словах звенели другие слова: «Я брат твой». И закрывал себя рукою бедный молодой человек, и много раз содрогался он потом на веку своём, видя, как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утончённой, образованной светскости, и, Боже! даже в том человеке, которого свет признаёт благородным и честным…» В словах «Я брат твой» отражена ведущая мысль произведения: мы все достойны любви и понимания. По мнению Гоголя, притеснение кого-либо недопустимо.
Когда, не сумев перенести оскорбления от значительного лица, Башмачкин скончался, сослуживцы даже не заметили его отсутствия. «Исчезло и скрылось существо, никем не защищённое, никому не дорогое, ни для кого не интересное… существо, переносившее покорно канцелярские насмешки и без всякого чрезвычайного дела сошедшее в могилу, но для которого всё же таки, хотя перед самым концом жизни, мелькнул светлый гость в виде шинели, ожививший на миг бедную жизнь, и на которое так же потом нестерпимо обрушилось несчастие, как обрушивалось на царей и повелителей мира…»
Автор подчёркивает типичность судьбы «маленького человека», говорит, что смерть ничего не изменила в департаменте, место Башмачкина просто занял другой чиновник. Таким образом, тема человека – жертвы общественной системы – доведена до логического конца. «Глубину мерзости» общества Гоголь показывает через судьбу главного героя повести – Акакия Акакиевича Башмачкина. Автор сознательно подчёркивает духовное и физическое убожество в образе героя, а также произвол и бессердечие окружающих по отношению к главному герою повести. Даже такой человек, как Акакий Акакиевич, имеет право на существование и справедливое к себе отношение.
Гоголь сочувствует судьбе своего героя. И заставляет читателя невольно задумываться и об отношении ко всему окружающему миру, и в первую очередь о чувстве достоинства и уважения, которые должен вызывать к себе каждый человек, независимо от его социального и материального положения, а лишь с учётом его личных качеств и достоинств.
Аргумент И.С. Тургенев (обзор творчества)
О крепостном праве как об одной из самых ярких проявлений социального неравенства говорит в своих произведениях И.С. Тургенев. Так, «Записки охотника» содержат в себе мощную антикрепостническую тему. Крестьяне в книге – зависимые люди, но крепостное право не превратило их в рабов: духовно они свободнее и богаче своих хозяев. По мысли Тургенева, само существование сильных, ярких характеров в народной среде превращает крепостное право в позор для России, общественное явление, несовместимое с достоинством человека.
В книге показан целый ряд образов дворян, осознающих губительность крепостного права для нравственной природы дворянина. Таковы, например, мелкопоместные дворяне типа Петра Петровича Каратаева или «Гамлет Щигровского уезда» Василий Васильевич. Пагубное влияние крепостного права на оба сословия, составляющие корень России, заставляет Тургенева призвать читателя к мысли о необходимости его отмены. Однако, как ни восхищается писатель нравственной чистотой России народной, он не может не замечать, что века крепостной неволи отучили народ чувствовать себя хозяином родной земли, гражданином. Эта мысль ярко проявилась в повести «Муму», в которой разителен контраст между богатырской мощью и трогательной беззащитностью Герасима, а его немота приобретает символический смысл.
Аргумент И.С. Тургенев «Отцы и дети»
В романе «Отцы и дети» освещается жизнь России в предреформенную эпоху и противоречия этой эпохи. Тургенев показал жизнь либерального дворянства, выявил новый тип русской жизни – тип нигилиста. Главный вопрос, стоявший перед русским обществом накануне реформы, сформулирован в третьей главе романа устами Аркадия Кирсанова: «Преобразования необходимы, но как их исполнить, как приступить?» Сердце Аркадия Кирсанова сжимается при виде с детства знакомого бедного пейзажа и оборванных мужиков. Он преисполнен благих намерений, хочет больших дел, но что и как он должен свершить, совершенно не представляет.
Основным идейным конфликтом являются противоречия между либеральным дворянством, которое, по мысли писателя, исчерпало свои прогрессивные возможности, и демократической интеллигенцией, которая начинает играть все большую роль в общественной жизни. Либерально настроенное дворянство выступало за путь постепенных реформ, в то время как демократы-разночинцы выступали за революционный путь развития России. Идеологические противоречия отражаются в спорах героев – нигилиста Евгения Базарова и аристократа Павла Петровича Кирсанова.
Павел Петрович выступает как противник материализма и защитник религии. Атеистические взгляды Базарова он воспринимает с ужасом. Павел Петрович – либерал. Его идеал – английский парламентаризм, который, по-видимому, привлекает героя тем, что сохраняет многие права и привилегии аристократии. Базаров же выступает за революционный путь развития России. По причинам цензурного характера Тургенев не мог вложить в уста героя революционных идей. Однако по отдельным высказываниям Базарова мы можем судить о его убеждениях. «От копеечной свечи Москва сгорела», – заявляет Базаров. «Мы драться хотим», – говорит он Аркадию. У Базарова нет положительной программы общественного устройства. Будучи нигилистом, он считает, что для начала нужно все разрушить, расчистить место для нового, но никаких конкретных шагов, которые привели бы Россию к светлому будущему, не предлагает.
Если по своему идеалу общественного устройства Павел Петрович – типичный либерал-западник, то в отношении народа его позиция близка славянофилам. Павел Петрович умиляется патриархальностью и благочестием народа. «Он патриархальный, он не может жить без веры», — говорит Павел Петрович о народе.
Эти черты народной жизни вызывают резкую критику Базарова. Известно, что революционные демократы критиковали народ за покорность помещикам, долготерпение, пассивность, рабскую психологию. Они часто связывали эти качества народа с его верой в Бога. Базаров считает, что «русский человек только тем и хорош, что он о себе прескверного мнения». В споре с Павлом Петровичем Базаров заявляет, что русский народ вообще «заслуживает презрения» и что свобода ему едва ли пойдет впрок, поскольку «мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке». Он признается Аркадию, что «возненавидел этого последнего мужика, Филиппа или Сидора, для которого …должен из кожи лезть и который…даже спасибо не скажет…»
У Николая Петровича Кирсанова, брата Павла Кирсанова, тоже есть гражданская позиция. Его отличает склонность к либерализму. Герой старается перестроить хозяйственную деятельность в соответствии с требованиями времени. Он говорит: «Кажется, я все делаю, чтобы не отстать от века: крестьян устроил, ферму завел… читаю, учусь, вообще стараюсь стать в уровень с современными требованиями…». Однако все его модные преобразования лишь расстраивают имение. Развитием сюжета Тургенев стремился показать, с одной стороны, незаурядность, силу духа Базарова, его идейную и моральную победу над главным противником – Павлом Петровичем Кирсановым. С другой стороны, с помощью сюжета писатель выявляет несостоятельность, бесперспективность идей Базарова, его жизненной позиции.
Аргумент А.С. Грибоедов «Горе от ума»
Чацкий Александр Андреевич – герой комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума», молодой дворянин, рано потерявший родителей и воспитывавшийся в доме Фамусова. Факты из прошлого Чацкого напоминают нам о судьбах многих либерально настроенных дворян, в том числе будущих декабристов. Так, Чацкий по идейным убеждениям оставил сначала военную, затем гражданскую службу. «Служить бы рад, прислуживаться тошно», – заявляет герой. В Чацком мы находим черты образованного дворянина того времени, человека честного, благородного. Сопоставляя «век нынешний и век минувший», Чацкий приходит к заключению, что «свет», хоть и медленно, но изменяется всё же в лучшую сторону. Хоть есть охотники поподличать везде, / Да нынче смех страшит и держит стыд в узде… Чацкий – носитель просветительских идей. Он искренне верит в силу человеческого разума. Герой убеждён в том, что с помощью образования, с помощью научных знаний можно изменить мир в лучшую сторону. При этом Чацкий никак не может понять, почему в обществе так низко ценятся знания, образованность, а невежество торжествует.
Чацкий высказывает просветительские идеи, которые напоминают нам об идеологии декабристов. Отметим наиболее важные идеи героя. Во-первых, это протест против крайностей крепостничества. Вспомним монолог Чацкого «А судьи кто?», в котором противопоставляет «отечества отцов», проводящих свои дни в пирах и мотовстве, молодому поколению, бескорыстно преданному науке или искусству. Чацкий с горечью вынужден констатировать, что пока ещё сила на стороне «староверов», для которых молодёжь – «опасные мечтатели». Также герой говорит о «Несторе негодяев знатных», который своих верных слуг выменял на «борзые три собаки», о владельце крепостного театра, распродавшего поодиночке своих актёров. Основной пафос этих слов Чацкого – в обличении крепостнических порядков, позволяющих хозяину менять верных слуг на борзых собак или распродавать актёров своего домашнего театра. Во-вторых, это любовь к свободе. «Вольнее всякий дышит», – заявляет Чацкий, имея в виду «век нынешний». «Он вольность хочет проповедать», – говорит о Чацком Фамусов. Наконец, Чацкий защищает идею национальной самобытности России, выступает против иностранного засилья. Особенно ярко эта мысль выражена в монологе о французике из Бордо. Герой восклицает: Воскреснем ли когда от чужевластья мод? Чтоб умный, бодрый наш народ /Хотя по языку нас не считал за немцев.
В результате герой терпит горе от своего ума. Похоже, что и сам автор комедии отчасти сомневается в успехе общественных преобразований, вдохновляемых просветительскими идеями. Чацкий – главный участник идейного конфликта, определяющего общественно-политический смысл комедии. Сюжетная линия, отражающая конфликт Чацкого с Фамусовым и со всем консервативным московским дворянством, завершается разрывом героя с обществом. Чацкий одерживает моральную победу над фамусовским обществом, однако оказывается при этом, по словам И.А. Гончарова, «сломлен количеством старой силы».
Аргумент Н.С. Лесков «Левша»
Что такое русская душа? Категория, феномен, стереотип, миф, раздел философской науки? «Освежите этот корень – душу народную, – говорил Ф. М. Достоевский. – Это великий корень. Этот корень – начало всему». Каждый из мастеров слова в силу своего мировосприятия, политической и социальной жизни страны попытался внести вклад, приоткрыть завесу тайны в вопрос понимания природы русской души. Концепт «русская душа» является собирательным образом положительных и отрицательных качеств, характеризующих уникальность, неповторимость, силу и слабость русской нации.
Н. С. Лесков завоевал известность в литературе как необыкновенный живописец русской самобытности и загадочности русской души. Его называли «многоликим, как Россия». Писатель создал в своем литературном наследии яркие, живые и целостные характеры. Главная тема произведений Лескова – потенциал и уникальность русской души. Отличительные свойства русского человека он искал во всех сословиях и классах. Сам Лесков уверенно написал, что русского человека он знает «в самую его глубь». И это утверждение имеет под собой основания, поскольку Лесков долго жил среди народа и смог узнать и полюбить его. С течением времени, разгадывая тайну национального характера, он пришёл к мысли, что русская натура «доброкачественна». Наиболее ярко образ загадочной русской души отразился в сказе «Левша», где повествуется о трагической судьбе талантливого мастера из народа. Писатель отражает в образе тульского гения как сильные стороны русского народа, так и его слабости. Одной из самых главных черт русской души Лесков всегда считал способность верить. Вера для Левши – это вдохновение, это надежда на разрешение проблем и самая высшая сила.
Движущей силой русской души Лесков считал постоянную деятельность, стремление к труду. Герои в произведениях писателя постоянно трудятся на благо общества, государства, часто меняют род занятий и оказываются способными ко многим видам деятельности. В труде они видят спасительную силу от невзгод, грусти и тоски. Кроме того, у лесковских героев врожденным качеством является чувство безграничной любви к Родине. Левша в сказе является истинным патриотом, для которого Россия, пусть такая несправедливая и жестокая, является единственной обителью, райским уголком: «Мы к своей родине привержены, верно преданные». Оказавшись на чужой земле, сердце мастера затосковало: «…а я желаю скорее в родное место». На корабле герой все время «нетерпеливо в родную сторону смотрит». Левша жертвует своей жизнь ради блага и имени России, ведь поступок во имя праведной цели не воспринимается героем как подвиг или великое событие. Неслучайно сам Лесков говорил: «Там, где стоит «левша», надо читать «русский народ».
Аргумент А.Н. Толстой «Петр Первый»
Первые главы романа «Петр Первый» рисуют ожесточенную борьбу за власть между двумя боярскими группами – Милославскими и Нарышкиными, представляющими старую, боярскую, допетровскую Русь. Ни ту, ни другую группу не интересовали ни интересы государства, ни народная судьба. Однако не все герои произведения безразличны к будущему народа и страны. Оказавшиеся на разных полюсах, Василий Голицын и Петр Первый, преследуют одинаковые цели, имеют схожее представление о путях развития России. Василий Голицын, в отличие от окружавших его бояр, понимает, как нужны России преобразования.
В столкновении с боярами государственные интересы Голицын ставит выше личных. «Не менее вашего о государстве болею», – говорит он, повышая голос и ударяя перстнями по кольчуге. Бояре же только ищут способ выкачать деньги из народа и предлагают наложить подать на лапти. Предложение бояр обескураживает Голицына. С болью и гневом говорит он боярам: «Во всех христианских странах, – а есть такие, что и уезда нашего не стоят, – жиреет торговля, народы богатеют, все ищут выгоды своей… Лишь мы одни дремлем непробудно… Скоро пустыней назовут русскую землю!»
Этот умный, европейски образованный человек проповедует передовые для своего времени идеи. Ему больно видеть Россию нищей, темной, отсталой. Он считает необходимым облегчить положение народа, отобрать у помещиков земли и отдать их крестьянам – в этом он идет даже дальше Петра. Он хочет видеть свою страну богатой, просвещенной, ведущей торговлю с другими государствами, развивающей свою промышленность. Эти планы преобразования отсталой, патриархальной Руси роднят его с Петром. Семь лет он фактически правит страной, однако ни один из его проектов не воплощается в жизнь. Рисуя Голицына, Толстой показывает, что не ему вести Россию вперед, по пути преобразований. Для этого нужно обладать другими качествами. Голицын изящен, красив, но безволен и слаб, непоследователен, ему во всем не хватает решительности, твердости, принципиальности: князь то издает указ, по которому должны наказать виновного, то «по доброте» своей отменяет его. Порицая бояр за равнодушие к государственным делам, к тяжелому положению в стране, он в силу своей бесхарактерности, душевной слабости становится слугой этих «монстров». Василий Голицын оторван от реальной жизни, далек от народа, ему не хватает энергии, воли, настойчивости в достижении целей, знания жизни, т. е. всего того, что нужно настоящему преобразователю и что присуще именно Петру. Петр тверд и решителен, уверенно идет он к достижению цели, его не отличает мягкость характера, доброта, как Голицына. Он не щадит ни себя, ни окружающих, ни народ во имя благосостояния государства.
Любовь к родине проявляется у Петра сначала в глубокой боли за свою страну: «Черт привел родиться царем в такой стране!» – с горечью восклицает он, видя нищету, убожество, темноту своей огромной страны. Не раз задумывается Петр над причинами обнищания России, невежественности. Вот одно из высказываний Петра, свидетельствующее об этих раздумьях: «Отчего сие? Сидим на великих просторах и – нищие…». Выход из этого положения Петр, как и Василий Голицын, видит в развитии промышленности, торговли, в завоевании берегов Балтийского моря.
В отличие от безвольного мечтателя Голицына, Петр – практический государственный деятель, решительно проводящий свои идеи в жизнь. Не только экономическая отсталость страны беспокоит Петра. Любовь к родине заставляет бороться с невежеством, темнотой, царившими в стране, заниматься развитием культуры, науки, искусства. При литейном заводе в Москве Петр учреждает школу, где двести пятьдесят боярских, посадских и даже юношей из низших сословий учились литью, математике, фортификации и истории.
России нужны были образованные люди: инженеры, архитекторы, дипломаты. Это хорошо осознавал Петр. Оба персонажа заботятся о судьбе свое страны, оба стремятся к преобразованиям, но именно Петр Великий становится человеком, изменившим Россию к лучшему.
Аргумент А.Н. Толстой «Петр Первый»
Не только жизнь и деятельность Петра, но и судьба народа, его тяжелая жизнь, великий созидательный труд и героическая борьба стоят в центре внимания писателя. Целая галерея людей из народа нарисована Толстым в романе, среди них – участники разинского восстания: смелый, решительный пегобородый Иван и Овдоким, «пытанный, мученный много, но не утративший веры в возвращение разинского времени», «костяной от злобы» Федька Умойся Грязью, талантливый изобретатель-самоучка Кузьма Жемов, русский богатырь, кузнец Кондратий Воробьев, палехский живописец Андрей Голиков, смелый бомбардир Иван Курочкин и другие. И хотя каждый из этих героев участвует в двух-трех эпизодах, читатель постоянно ощущает присутствие народа на страницах романа. Жестокая эксплуатация крестьян, бесчисленные налоги, нищета и голод не маскируются Толстым: он показывает крепостническую действительность Петровского времени глубоко и всесторонне.
Наиболее интересным народным образом является крестьянин Федька Умойся Грязью. На долю героя выпало много испытаний, жизнь его тяжела и беспросветна. Образ этого мужика-страдальца и труженика становится в романе символом тех испытаний, что выпали на долю современников царяреформатора. Федька не лишен способности мечтать. Он готов идти вместе с Голиковым в светлую страну, он хотел бы лучшей доли для себя. Однако судьба Федьки складывается иначе. Вместо райской жизни ему выпадают адские мучения: сначала он становится солдатом, потом – одним из первых строителей Петербурга. В конце произведения «угрюмый мужик, Федька Умойся Грязью со свежим пунцовым клеймом на лбу, раздвинув на высоких козлах босые ноги, скованные цепью, перехватывал длинную рукоять дубовой кувалды, бил с оттяжкой по торцу сваи». Толстой показал, какой ценой давались реформы и великие победы России, что пришлось перенести русскому народу, чтобы государство развивалось и крепло.
Аргумент И.А. Крылов «Триумф»
Сатирическое осмеяние уродливых сторон деспотичного, самодержавного строя представлено в «шуто-трагедии» И. А. Крылова «Триумф» (другое название «Подщипа»). Героиня произведения, царевна Подщипа, влюбляется в царевича Слюняя, однако ее вынуждают выйти замуж за немецкого принца Триумфа, который, уже получив однажды отказ, объявил войну царю Вакуле. Описывая государственный совет царя Вакулы, Крылов высмеивает его недостатки: совет состоит из бесполезных, жалких вельмож, один из которых слеп, другой глух, а третий нем. Не лучше и другая разновидность самодержавия, воплощенная в образе Трумфа, грубого солдафона, завоевавшего владения Вакулы и требующего себе в жены его дочь Подщипу. В лице Трумфа высмеяны прусские порядки, насильственно вводимые Павлом I.
Политическая сатира облечена Крыловым в форму классицистической трагедии, что дает ему возможность пародировать этот жанр. Отсюда и определение пьесы как «шуто-трагедии». Высокий строй мыслей и страстей классической трагедии помогает высмеять ее героев. Царь Вакула глуп и беспомощен. Его дочь Подщипа – обжора и неряха. Ее возлюбленный, князь Слюняй – трус и хвастун. Немец Трумф – грубиян и невежда. Крылов пародирует типично трагедийные сцены. Глупости правителей противопоставлена смекалка простых людей.
Аргумент А.П. Платонов «Песчаная учительница»
Говорят, что один человек не способен сделать мир лучше. Эту идею опровергает А.П. Платонов в рассказе «Песчаная учительница». Главная героиня произведения – двадцатилетняя учительница, которая по распределению попала в пустынное село Хошутово. Когда Мария впервые увидела Хошутово, ее охватила тоска: село было практически полностью занесено песком, она увидела «тяжкий и почти ненужный труд» крестьян, расчищавших улицы, «молчаливую бедность и смиренное отчаяние» этих людей. Она увидела, как сила пустыни сломила дух бедных людей, которым оставалось только мечтать о переселении. Однако увиденное не испугало Марию Никифоровну. Она начала работать и вскоре поняла, что не может этого делать, поскольку невозможно научить чему-то голодных и больных детей. Так героиня нашла свое предназначение – она решила учить население борьбе с песками, поскольку надежды на помощь извне не было. Ее труды не оказались напрасными: спустя несколько лет Хошутово превратилось в островок оазиса, а ее школа была полна не только детьми, но и взрослыми, которые с интересом слушали о том, как жить в пустыне.
Героиня не мечтала о такой судьбе, но приняла ее гордо, не жалуясь. И лишь на мгновение, когда заведующий отделом народного образования предложил ей новое назначение (учить оседлых кочевников бороться с песками), она подумала о личном счастье. Но в ту же минуту она подумала и о безысходной судьбе двух народов, «зажатых в барханы песков», и уверенно согласилась. Ее решение удивило заведующего, и он произнес следующее: «Вы, Мария Никифоровна, могли бы заведовать целым народом, а не школой». В этих словах, на мой взгляд, заключена важнейшая идея произведения: один человек может изменить мир, если он верит в свое дело, любит людей, если людское благо для него важнее личного. Подвиг героини сродни подвигу Данко из рассказа М. Горького «Старуха Изергиль». Мария Нарышкина, как и Данко, отдает сердце людям, отрекаясь от собственных целей и интересов. Пусть героиня выглядит и несколько романтизированной, но разве не благодаря таким романтикам мир становится лучше?
Смотрите также на нашем сайте:
-
Аргументы для направления преступление и Наказание — вечная тема
-
Аргументы для направления цивилизация и технологии — спасение, вызов или трагедия?
Россия – это великая страна с богатой историей. Многие исторические моменты отразили в своих произведениях великие писатели и поэты, среди которых самыми знаменитыми являются Александр Сергеевич Пушкин и Михаил Юрьевич Лермонтов. Оба этих писателя любили Россию, свою Родину, свою Отчизну и не раз упоминали о ней в своих стихах и поэмах.
Например, Пушкин в “Песни о вещем Олеге” перемещает своих читателей в Древнюю Русь, в те времена, когда правление было в руках князей. А ещё в те времена было много битв за Русские земли. Пушкин в этом произведении прославляет Россию, восхищается ее традициями и культурой, а также воспевает мужество русских людей.
Ещё одно произведение Пушкина проливает свет на события, происходящие смутные времена для России, это был 16 век, когда законного наследника трона не оказалось. Пользуясь этой ситуацией, захватить власть в свои руки желали многие люди, некоторые из них утверждали, что именно они являются законными наследниками трона. В России были восстания и бунты, всё это усугублялось тем, что к власти стремились ещё шведы и поляки, организуя нашествия на Россию. В эти тяжелые для России времена правление ею было в руках Бориса Годунова, о чем поэт повествует в трагедии с таким же названием. Пушкин смог передать читателям в своем произведении, какая сложная ситуация была в стране, упомянул о походе Лжедмитрия I, о его сговоре с поляками, рассказал о народных восстаниях и о прочих важных моментах того времени. Кроме того он поставил важную моральную проблему: можно ли построить народное и свое счастье на трагедии одного ребенка.
Также Пушкин уделил много страниц истории России в поэме “Медный всадник”. В этом произведении он возвращает читателей в эпоху правления Петра I, которому удалось сделать Россию могущественной империей. К сожалению, не все методы Петра, используемые для того, чтобы сделать из России столь великое государство, были гуманны. Например, город Петербург был возведен на человеческих костях – об этом рассказывает Пушкин в поэме. Изначально этот город строился для того, чтобы в нем решались государственные дела и не предназначался для того, чтобы в нем жили простые люди. Всё это находит свое подтверждение в историях героев поэмы, например, жизнь возлюбленной главного героя обрывается в одном из наводнений, случившихся в Петербурге.
У Михаила Юрьевича Лермонтова, как и у Пушкина, можно найти немало произведений, в которых упоминаются исторические события, происходящие в России в разные эпохи. Лермонтов восхвалял героев сражений, например в своем стихотворении “Бородино” он вспоминает об Отечественной войне 1812 года. По его мнению, в Бородинском сражении проявился в полной мере весь героизм русского народа, его любовь к своей стране, к своим землям.
Ещё одно произведение Лермонтова – “Песнь про… купца Калашникова”- переносит нас во времена правления царя Ивана Грозного. Здесь тоже прослеживается героизм русского человека. Купец Калашников, не побоявшись самого царя и его любимчика – опричника Киребеевича, защищает достоинство своей жены. Калашников погибает, но остается настоящим героем, способным защитить свою семью, пусть даже ценой собственной жизни.
Таким образом, в произведениях Пушкина и Лермонтова рассказывается об удали и бесстрашии русского народа, освещаются многие исторические события, происходящие в России в разные времена. Читая произведения этих писателей, невольно восхищаешься мужеством и силой воли русского народа.
Вся русская литература неразрывным образом связана с историей России. Наша страна обладает очень древней и богатой историей, в которой писатели видели истоки русского характера, образа жизни и мысли русского человека, истоки русской жизни.
Именно поэтому, как мне кажется, отечественные писатели всегда уделяли огромное внимание истории нашей страны. Так, А.С. Пушкина интересовали сложные периоды русской истории и исторические личности, которые коренным образом повлияли на развитие России.
В «Песне о вещем Олеге» поэт переносится в древние времена – его интересует эпоха правления первых князей на Руси, время битв и славных побед. В каждой строке этого произведения чувствуется гордость Пушкина за свою отчизну, любование ее историей, традициями, культурой:
Как ныне сбирается вещий Олег
Отмстить неразумным хозарам,
Их селы и нивы за буйный набег
Обрек он мечам и пожарам…
Но «Песнь» – не только восхищение славной историей древней Руси. На этом материале Пушкин рассуждает о сложной философской проблеме – о роли судьбы в жизни каждого человека. Поэт показывает, что перед роком все равны, а выдающиеся личности, которые дерзают совершать великие поступки, – особенно. Олегу было суждено умереть от своего коня. Это произошло и ничто не смогло уберечь князя, каким бы великим он не был.
В трагедии «Борис Годунов» Пушкин обращается к истории Смутного времени на Руси (16 век). В это время не было законного наследника на российский престол. На него претендовало большое количество людей, многие из которых выдавали себя за пропавших или погибших наследников.
Россию раздирали кризисы – политические, экономические, народные. Все это осложнялось нашествиями поляков и шведов, которые хотели захватить ослабевшую страну в свои руки.
В этот сложнейший период страной правил боярин Борис Годунов. В своем произведении Пушкин показал смутную обстановку в России, отразил поход Лждедмитрия I, его договоренность с поляками, народные бунты и так далее.
Но, как всегда у Пушкина, сложные исторические события – это фон для решения глубоких человеческих проблем. Они связаны и с образом Бориса Годунова (человек и власть, власть и народ, сила и слабость властьимущих и так далее). Кроме того, Пушкин исследует в этой трагедии истоки характера русского народа, который привык подчиняться и молчать. Крылатой стала фраза из «Бориса Годунова»: «Народ безмолвствует».
В поэме «Медный всадник» Пушкин обращается к эпохе Петра I и рассуждает, как реформы этого царя повлияли на Россию и жизнь русского человека. Безусловно, поэт отдает должное заслугам Петра – именно он превратил Россию в мировую державу, сильнейшую империю в мире:
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам,
И запируем на просторе.
Но каковы были методы этого человека? Пушкин показывает, что Петербург – один из красивейших городов мира – был построен на костях и крови. Больше того, он предназначен для государственных дел, но не для жизни простых людей.
Именно это подтверждает нам история жизни главного героя поэмы – чиновника Евгения. Одно из наводнений, которые столь часты в Петербурге, погубило его невесту и все надежды героя на счастье. Безумный Евгений винит в своих бедах Петра, который, в заботах о величии страны, разрушал жизни простых людей.
М.Ю. Лермонтов в своем творчестве также часто обращался к истории России. В ее славном прошлом он видел былое величие страны и русского народа. Лермонтов противопоставлял прошлое настоящему, подчеркивая никчемность и пустоту своих современников.
В стихотворении «Бородино» это выражено очень наглядно:
Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри – не вы!
В этом стихотворении поэт описывает одно из ключевых сражений в Отечественной войне 1812 года. Именно здесь, по мнению Лермонтова, проявились все лучшие качества русского народа, которые помогли победить «великого и ужасного» Наполеона. И главное из них – любовь к Родине, готовность отдать за нее жизнь:
И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте же под Москвой,
Как наши братья умирали!»
И умереть мы обещали,
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой.
В «Песне про купца Калашникова» Лермонтов переносится в далекие времена правления Ивана Грозного. Автор погружает нас в страшную атмосферу того времени. На этом фоне разворачивается борьба главного героя – купца Калашникова – с опричником Киребеевичем. В справедливом бою Калашников отстаивает честь жены, доброе имя своей семьи, свое счастье.
Этот герой не побоялся противостоять любимчику царя, да и самому Грозному. Калашников погибает, но остается героем, сумевшим сохранить свое достоинство и защитить свою семью.
Таким образом, исторические произведения Пушкина и Лермонтова не только освещают определенные эпохи в жизни страны и помогают познать историю России. Эти писатели решают сложные философские и психологические проблемы, волнующие человека во все времена.
Вся русская литература неразрывным образом связана с историей России. Наша страна обладает очень древней и богатой историей, в которой писатели видели истоки русского характера, образа жизни и мысли русского человека, истоки русской жизни.
Именно поэтому, как мне кажется, отечественные писатели всегда уделяли огромное внимание истории нашей страны. Так, А. С. Пушкина интересовали сложные периоды русской истории и исторические личности, которые коренным образом повлияли на развитие России.
В «Песне о вещем Олеге» поэт переносится в древние времена — его интересует эпоха правления первых князей на Руси, время битв и славных побед. В каждой строке этого произведения чувствуется гордость Пушкина за свою отчизну, любование ее историей, традициями, культурой:
Как ныне сбирается вещий Олег
Отмстить неразумным хозарам,
Их селы и нивы за буйный набег
Обрек он мечам и пожарам…
Но «Песнь» — не только восхищение славной историей древней Руси. На этом материале Пушкин рассуждает о сложной философской проблеме — о роли судьбы в жизни каждого человека. Поэт показывает, что перед роком все равны, а выдающиеся личности, которые дерзают совершать великие поступки, — особенно. Олегу было суждено умереть от своего коня. Это произошло и ничто не смогло уберечь князя, каким бы великим он не был.
В трагедии «Борис Годунов» Пушкин обращается к истории Смутного времени на Руси (16 век). В это время не было законного наследника на российский престол. На него претендовало большое количество людей, многие из которых выдавали себя за пропавших или погибших наследников.
Россию раздирали кризисы — политические, экономические, народные. Все это осложнялось нашествиями поляков и шведов, которые хотели захватить ослабевшую страну в свои руки.
В этот сложнейший период страной правил боярин Борис Годунов. В своем произведении Пушкин показал смутную обстановку в России, отразил поход Лждедмитрия I, его договоренность с поляками, народные бунты и так далее.
Но, как всегда у Пушкина, сложные исторические события — это фон для решения глубоких человеческих проблем. Они связаны и с образом Бориса Годунова (человек и власть, власть и народ, сила и слабость властьимущих и так далее). Кроме того, Пушкин исследует в этой трагедии истоки характера русского народа, который привык подчиняться и молчать. Крылатой стала фраза из «Бориса Годунова»: «Народ безмолвствует».
В поэме «Медный всадник» Пушкин обращается к эпохе Петра I и рассуждает, как реформы этого царя повлияли на Россию и жизнь русского человека. Безусловно, поэт отдает должное заслугам Петра — именно он превратил Россию в мировую державу, сильнейшую империю в мире:
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам,
И запируем на просторе.
Но каковы были методы этого человека? Пушкин показывает, что Петербург — один из красивейших городов мира — был построен на костях и крови. Больше того, он предназначен для государственных дел, но не для жизни простых людей.
Именно это подтверждает нам история жизни главного героя поэмы — чиновника Евгения. Одно из наводнений, которые столь часты в Петербурге, погубило его невесту и все надежды героя на счастье. Безумный Евгений винит в своих бедах Петра, который, в заботах о величии страны, разрушал жизни простых людей.
М. Ю. Лермонтов в своем творчестве также часто обращался к истории России. В ее славном прошлом он видел былое величие страны и русского народа. Лермонтов противопоставлял прошлое настоящему, подчеркивая никчемность и пустоту своих современников.
В стихотворении «Бородино» это выражено очень наглядно:
Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри — не вы!
В этом стихотворении поэт описывает одно из ключевых сражений в Отечественной войне 1812 года. Именно здесь, по мнению Лермонтова, проявились все лучшие качества русского народа, которые помогли победить «великого и ужасного» Наполеона. И главное из них — любовь к Родине, готовность отдать за нее жизнь:
И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте же под Москвой,
Как наши братья умирали!»
И умереть мы обещали,
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой.
В «Песне про купца Калашникова» Лермонтов переносится в далекие времена правления Ивана Грозного. Автор погружает нас в страшную атмосферу того времени. На этом фоне разворачивается борьба главного героя — купца Калашникова — с опричником Киребеевичем. В справедливом бою Калашников отстаивает честь жены, доброе имя своей семьи, свое счастье.
Этот герой не побоялся противостоять любимчику царя, да и самому Грозному. Калашников погибает, но остается героем, сумевшим сохранить свое достоинство и защитить свою семью.
Таким образом, исторические произведения Пушкина и Лермонтова не только освещают определенные эпохи в жизни страны и помогают познать историю России. Эти писатели решают сложные философские и психологические проблемы, волнующие человека во все времена.
Вся русская литература неразрывным образом связана с историей России. Наша страна обладает очень древней и богатой историей, в которой писатели видели истоки русского характера, образа жизни и мысли русского человека, истоки русской жизни.
Именно поэтому, как мне кажется, отечественные писатели всегда уделяли огромное внимание истории нашей страны. Так, А.С. Пушкина интересовали сложные периоды русской истории и исторические личности, которые коренным образом повлияли на развитие России.
В «Песне о вещем Олеге» поэт переносится в древние времена – его интересует эпоха правления первых князей на Руси, время битв и славных побед. В каждой строке этого произведения чувствуется гордость Пушкина за свою отчизну, любование ее историей, традициями, культурой:
Как ныне сбирается вещий Олег
Отмстить неразумным хозарам,
Их селы и нивы за буйный набег
Обрек он мечам и пожарам…
Но «Песнь» – не только восхищение славной историей древней Руси. На этом материале Пушкин рассуждает о сложной философской проблеме – о роли судьбы в жизни каждого человека. Поэт показывает, что перед роком все равны, а выдающиеся личности, которые дерзают совершать великие поступки, – особенно. Олегу было суждено умереть от своего коня. Это произошло и ничто не смогло уберечь князя, каким бы великим он не был.
В трагедии «Борис Годунов» Пушкин обращается к истории Смутного времени на Руси (16 век). В это время не было законного наследника на российский престол. На него претендовало большое количество людей, многие из которых выдавали себя за пропавших или погибших наследников.
Россию раздирали кризисы – политические, экономические, народные. Все это осложнялось нашествиями поляков и шведов, которые хотели захватить ослабевшую страну в свои руки.
В этот сложнейший период страной правил боярин Борис Годунов. В своем произведении Пушкин показал смутную обстановку в России, отразил поход Лждедмитрия I, его договоренность с поляками, народные бунты и так далее.
Но, как всегда у Пушкина, сложные исторические события – это фон для решения глубоких человеческих проблем. Они связаны и с образом Бориса Годунова (человек и власть, власть и народ, сила и слабость властьимущих и так далее). Кроме того, Пушкин исследует в этой трагедии истоки характера русского народа, который привык подчиняться и молчать. Крылатой стала фраза из «Бориса Годунова»: «Народ безмолвствует».
В поэме «Медный всадник» Пушкин обращается к эпохе Петра I и рассуждает, как реформы этого царя повлияли на Россию и жизнь русского человека. Безусловно, поэт отдает должное заслугам Петра – именно он превратил Россию в мировую державу, сильнейшую империю в мире:
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам,
И запируем на просторе.
Но каковы были методы этого человека? Пушкин показывает, что Петербург – один из красивейших городов мира – был построен на костях и крови. Больше того, он предназначен для государственных дел, но не для жизни простых людей.
Именно это подтверждает нам история жизни главного героя поэмы – чиновника Евгения. Одно из наводнений, которые столь часты в Петербурге, погубило его невесту и все надежды героя на счастье. Безумный Евгений винит в своих бедах Петра, который, в заботах о величии страны, разрушал жизни простых людей.
М.Ю. Лермонтов в своем творчестве также часто обращался к истории России. В ее славном прошлом он видел былое величие страны и русского народа. Лермонтов противопоставлял прошлое настоящему, подчеркивая никчемность и пустоту своих современников.
В стихотворении «Бородино» это выражено очень наглядно:
Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри – не вы!
В этом стихотворении поэт описывает одно из ключевых сражений в Отечественной войне 1812 года. Именно здесь, по мнению Лермонтова, проявились все лучшие качества русского народа, которые помогли победить «великого и ужасного» Наполеона. И главное из них – любовь к Родине, готовность отдать за нее жизнь:
И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте же под Москвой,
Как наши братья умирали!»
И умереть мы обещали,
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой.
В «Песне про купца Калашникова» Лермонтов переносится в далекие времена правления Ивана Грозного. Автор погружает нас в страшную атмосферу того времени. На этом фоне разворачивается борьба главного героя – купца Калашникова – с опричником Киребеевичем. В справедливом бою Калашников отстаивает честь жены, доброе имя своей семьи, свое счастье.
Этот герой не побоялся противостоять любимчику царя, да и самому Грозному. Калашников погибает, но остается героем, сумевшим сохранить свое достоинство и защитить свою семью.
Таким образом, исторические произведения Пушкина и Лермонтова не только освещают определенные эпохи в жизни страны и помогают познать историю России. Эти писатели решают сложные философские и психологические проблемы, волнующие человека во все времена.
Вся русская литература неразрывным образом связана с историей России. Наша страна обладает очень древней и богатой историей, в которой писатели видели истоки русского характера, образа жизни и мысли русского человека, истоки русской жизни.
Именно поэтому, как мне кажется, отечественные писатели всегда уделяли огромное внимание истории нашей страны. Так, А. С. Пушкина интересовали сложные периоды русской истории и исторические личности, которые коренным образом повлияли на развитие России.
В «Песне о вещем Олеге» поэт переносится в древние времена — его интересует эпоха правления первых князей на Руси, время битв и славных побед. В каждой строке этого произведения чувствуется гордость Пушкина за свою отчизну, любование ее историей, традициями, культурой:
Как ныне сбирается вещий Олег
Отмстить неразумным хозарам,
Их селы и нивы за буйный набег
Обрек он мечам и пожарам…
Но «Песнь» — не только восхищение славной историей древней Руси. На этом материале Пушкин рассуждает о сложной философской проблеме — о роли судьбы в жизни каждого человека. Поэт показывает, что перед роком все равны, а выдающиеся личности, которые дерзают совершать великие поступки, — особенно. Олегу было суждено умереть от своего коня. Это произошло и ничто не смогло уберечь князя, каким бы великим он не был.
В трагедии «Борис Годунов» Пушкин обращается к истории Смутного времени на Руси (16 век). В это время не было законного наследника на российский престол. На него претендовало большое количество людей, многие из которых выдавали себя за пропавших или погибших наследников.
Россию раздирали кризисы — политические, экономические, народные. Все это осложнялось нашествиями поляков и шведов, которые хотели захватить ослабевшую страну в свои руки.
В этот сложнейший период страной правил боярин Борис Годунов. В своем произведении Пушкин показал смутную обстановку в России, отразил поход Лждедмитрия I, его договоренность с поляками, народные бунты и так далее.
Но, как всегда у Пушкина, сложные исторические события — это фон для решения глубоких человеческих проблем. Они связаны и с образом Бориса Годунова (человек и власть, власть и народ, сила и слабость властьимущих и так далее). Кроме того, Пушкин исследует в этой трагедии истоки характера русского народа, который привык подчиняться и молчать. Крылатой стала фраза из «Бориса Годунова»: «Народ безмолвствует».
В поэме «Медный всадник» Пушкин обращается к эпохе Петра I и рассуждает, как реформы этого царя повлияли на Россию и жизнь русского человека. Безусловно, поэт отдает должное заслугам Петра — именно он превратил Россию в мировую державу, сильнейшую империю в мире:
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам,
И запируем на просторе.
Но каковы были методы этого человека? Пушкин показывает, что Петербург — один из красивейших городов мира — был построен на костях и крови. Больше того, он предназначен для государственных дел, но не для жизни простых людей.
Именно это подтверждает нам история жизни главного героя поэмы — чиновника Евгения. Одно из наводнений, которые столь часты в Петербурге, погубило его невесту и все надежды героя на счастье. Безумный Евгений винит в своих бедах Петра, который, в заботах о величии страны, разрушал жизни простых людей.
М. Ю. Лермонтов в своем творчестве также часто обращался к истории России. В ее славном прошлом он видел былое величие страны и русского народа. Лермонтов противопоставлял прошлое настоящему, подчеркивая никчемность и пустоту своих современников.
В стихотворении «Бородино» это выражено очень наглядно:
Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри — не вы!
В этом стихотворении поэт описывает одно из ключевых сражений в Отечественной войне 1812 года. Именно здесь, по мнению Лермонтова, проявились все лучшие качества русского народа, которые помогли победить «великого и ужасного» Наполеона. И главное из них — любовь к Родине, готовность отдать за нее жизнь:
И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята! не Москва ль за нами?
Умремте же под Москвой,
Как наши братья умирали!»
И умереть мы обещали,
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой.
В «Песне про купца Калашникова» Лермонтов переносится в далекие времена правления Ивана Грозного. Автор погружает нас в страшную атмосферу того времени. На этом фоне разворачивается борьба главного героя — купца Калашникова — с опричником Киребеевичем. В справедливом бою Калашников отстаивает честь жены, доброе имя своей семьи, свое счастье.
Этот герой не побоялся противостоять любимчику царя, да и самому Грозному. Калашников погибает, но остается героем, сумевшим сохранить свое достоинство и защитить свою семью.
Таким образом, исторические произведения Пушкина и Лермонтова не только освещают определенные эпохи в жизни страны и помогают познать историю России. Эти писатели решают сложные философские и психологические проблемы, волнующие человека во все времена.
Россия — это великая страна с богатой историей. Многие исторические моменты отразили в своих произведениях великие писатели и поэты, среди которых самыми знаменитыми являются Александр Сергеевич Пушкин и Михаил Юрьевич Лермонтов. Оба этих писателя любили Россию, свою Родину, свою Отчизну и не раз упоминали о ней в своих стихах и поэмах.
Например, Пушкин в «Песни о вещем Олеге» перемещает своих читателей в Древнюю Русь, в те времена, когда правление было в руках князей. А ещё в те времена было много битв за Русские земли. Пушкин в этом произведении прославляет Россию, восхищается ее традициями и культурой, а также воспевает мужество русских людей.
Ещё одно произведение Пушкина проливает свет на события, происходящие смутные времена для России, это был 16 век, когда законного наследника трона не оказалось. Пользуясь этой ситуацией, захватить власть в свои руки желали многие люди, некоторые из них утверждали, что именно они являются законными наследниками трона. В России были восстания и бунты, всё это усугублялось тем, что к власти стремились ещё шведы и поляки, организуя нашествия на Россию. В эти тяжелые для России времена правление ею было в руках Бориса Годунова, о чем поэт повествует в трагедии с таким же названием. Пушкин смог передать читателям в своем произведении, какая сложная ситуация была в стране, упомянул о походе Лжедмитрия I, о его сговоре с поляками, рассказал о народных восстаниях и о прочих важных моментах того времени. Кроме того он поставил важную моральную проблему: можно ли построить народное и свое счастье на трагедии одного ребенка.
Также Пушкин уделил много страниц истории России в поэме «Медный всадник». В этом произведении он возвращает читателей в эпоху правления Петра I, которому удалось сделать Россию могущественной империей. К сожалению, не все методы Петра, используемые для того, чтобы сделать из России столь великое государство, были гуманны. Например, город Петербург был возведен на человеческих костях — об этом рассказывает Пушкин в поэме. Изначально этот город строился для того, чтобы в нем решались государственные дела и не предназначался для того, чтобы в нем жили простые люди. Всё это находит свое подтверждение в историях героев поэмы, например, жизнь возлюбленной главного героя обрывается в одном из наводнений, случившихся в Петербурге.
У Михаила Юрьевича Лермонтова, как и у Пушкина, можно найти немало произведений, в которых упоминаются исторические события, происходящие в России в разные эпохи. Лермонтов восхвалял героев сражений, например в своем стихотворении «Бородино» он вспоминает об Отечественной войне 1812 года. По его мнению, в Бородинском сражении проявился в полной мере весь героизм русского народа, его любовь к своей стране, к своим землям.
Ещё одно произведение Лермонтова — «Песнь про… купца Калашникова»- переносит нас во времена правления царя Ивана Грозного. Здесь тоже прослеживается героизм русского человека. Купец Калашников, не побоявшись самого царя и его любимчика — опричника Киребеевича, защищает достоинство своей жены. Калашников погибает, но остается настоящим героем, способным защитить свою семью, пусть даже ценой собственной жизни.
Таким образом, в произведениях Пушкина и Лермонтова рассказывается об удали и бесстрашии русского народа, освещаются многие исторические события, происходящие в России в разные времена. Читая произведения этих писателей, невольно восхищаешься мужеством и силой воли русского народа.
Пушкин и Лермонтов обращались к истории России не только в тех произведениях, которые приведены выше. Они пропускали ее через себя, когда Пушкин, например, писал и стихотворение Моя родословная” и “Арапа Петра Великого”, а Лермонтов участвовал в Кавказской войне, где происходит действие романа “Герой нашего времени”. События 18 века на Урале отразились у Пушкина не только в лирической и драматичной “Капитанской дочке”, но и в “Истории Пугачёва”, для которой он сам ездил собирать материал. События начала 17 века отразились в исторической драме Пушкина “Борис Годунов”. “Песня про купца Калашникова” Лермонтова тоже воссоздаёт образ допетровской Руси. В поэме “Полтава” Пушкин описывает события переломного сражения Северной войны России со Швецией и ее исторический фон с изменой гетмана Мазепы и другими событиями. С Северной войной связано и основание Петербурга Петром Первым, великая и ужасная мощь которого показана в поэме Пушкина “Медный всадник”, где фоном служат события катастрофического наводнения в Санкт-Петербурге 1824 года. Древняя Русь служит местом действия ранней поэмы Пушкина “Руслан и Людмила”. Эти произведения можно расставить в сочинении в нужном порядке и рассмотреть подробно. В них история показана в художественной форме на примере судеб конкретных участников событий очень ярко.
