Письмо княгине р от павла петровича сочинение миниатюра

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä
Shakespear Sonet 61, Russian translation by me

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ìîé ïåðåâîä
http://www.proza.ru/2014/09/16/739
http://www.stihi.ru/2014/09/16/3851
Èàííà Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí / Eanna Inna Balzina-Balzin
© Copyright: Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí, 2014
© Copyright: Eanna Inna Balzina-Balzin, 2014
By Eanna Inna Balzina-Balzin

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä (ñòèõè è ðàññêàç)
http://stihi.ru/2021/12/10/2747
https://proza.ru/2021/12/10/618

Shakespear Sonet 61, Russian translation by me
https://proza.ru/2021/12/10/627
http://stihi.ru/2021/12/10/2899
© Copyright: Eanna Inna Balzina-Balzin, 2021
By Eanna Inna Balzina-Balzin *from UK, Nottinghamshire

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä
Èàííà Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí / Eanna Inna Balzina-Balzin

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ìîé ïåðåâîä

* William Shakespeare — Sonnet 61,
* Translation on Russian, Reverse back Translation on English
By Eanna Inna Balzina-Balzin :

ÕÀÁÀÐÎÂÑÊ

Õàáàðîâñê
Harbour Off Sky
Harbouroffsky
Habarovsk
Khabarovsk
Õàáàðîâñê

Harbour Off Sky
Ãàâàíü Ñ Íåáà
Ãàâàíü Îò Íåáà
Harbour Off Sky
HarbourOffSky
Harbourovsk
Habarovsk
Khabarovsk
Õàáàðîâñê

Âèëëüÿì Øåêñïèð. Ñîíåò 61.
Ñëîâî ðîäñòâåííîå ê õàáý (ïðèáåæèùå, óêðûòèå, óáåæèùå, ãàâàíü) åñòü â ñòèõîòâîðåíèè Âèëüÿìà Øåêñïèðà Ñîíåò 61.

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ìîé ïåðåâîä
Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí
Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ìîé ïåðåâîä

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ìîé ïåðåâîä íà ðóññêèé ñ àíãëèéñêîãî:


   Ìîÿ ëþáîâü ñèëüíà — îíà ïðåãðàä íå çíàåò
   óêðîåò îò äîæäÿ — îò áóðè çàùèòèò
   è êàê ìàÿê òåáå ñâåòèòü íå ïåðåñòàíåò
   íàäåæíîé ãàâàíüþ âñòðå÷àÿ, ïðèþòèò

Ïåðåâîä Èàííà Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí, 1961 ãð, Õàáàðîâñê, áðèòàíêà, ðóññêèé ýòíîñ
By Eanna Inna Balzina-Balzin

   Ïðèìå÷àíèÿ
   1.
   William Shakespeare — Sonnet 61

   Is it thy will thy image should keep open
   My heavy eyelids to the weary night?
   Dost thou desire my slumbers should be broken,
   While shadows, like to thee, do mock my sight?
   Is it thy spirit that thou send’st from thee
   So far from home, into my deeds to pry,
   To find out shames and idle hours in me,
   The scope and tenor of thy jealousy?
   O, no! thy love, though much, is not so great:
   It is my love that keeps mine eye awake;
   Mine own true love that doth my rest defeat,
   To play the watchman ever for thy sake:
   For thee watch I whilst thou dost wake elsewhere,
   From me far off, with others all too near.

   2.
   Øåêñïèð, Ñîíåò 61
   Ìîé ïåðåâîä:

   Ìîÿ ëþáîâü ñèëüíà-îíà ïðåãðàä íå çíàåò
   óêðîåò îò äîæäÿ — îò áóðè çàùèòèò
   è êàê ìàÿê òåáå ñâåòèòü íå ïåðåñòàíåò
   íàäåæíîé ãàâàíüþ âñòðå÷àÿ, ïðèþòèò


   3.
   Øåêñïèð, Ñîíåò 61
   Ïåðåâîä Ñ.Ìàðøàêà:

   61
   Òâîÿ ëü âèíà, ÷òî ìèëûé îáðàç òâîé
   Íå ïîçâîëÿåò ìíå ñîìêíóòü ðåñíèöû
   È, ñòîÿ ó ìåíÿ íàä ãîëîâîé,
   Òÿæåëûì âåêàì íå äàåò çàêðûòüñÿ?
   Òâîÿ ëü äóøà ïðèõîäèò â òèøèíå
   Ìîè äåëà è ïîìûñëû ïðîâåðèòü,
   Âñþ ëîæü è ïðàçäíîñòü îáëè÷èòü âî ìíå,
   Âñþ æèçíü ìîþ, êàê ñâîé óäåë, èçìåðèòü?

   Î íåò, ëþáîâü òâîÿ íå òàê ñèëüíà,
   ×òîá ê ìîåìó ÿâëÿòüñÿ èçãîëîâüþ,
   Ìîÿ, ìîÿ ëþáîâü íå çíàåò ñíà.
   Íà ñòðàæå ìû ñòîèì ñ ìîåé ëþáîâüþ.
   ß íå ìîãó çàáûòüñÿ ñíîì, ïîêà
   Òû — îò ìåíÿ âäàëè — ê äðóãèì áëèçêà.

Shakespear Sonet 61 —- word ~ Harbour Port here meaning:
Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ìîé ïåðåâîä
http://www.proza.ru/2014/09/16/739
http://www.stihi.ru/2014/09/16/3851
Èàííà Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí / Eanna Inna Balzina-Balzin
© Copyright: Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí, 2014
By Eanna Inna Balzina-Balzin

Harbour Off Sky
Ãàâàíü Ñ Íåáà
Ãàâàíü Îò Íåáà
Harbour Off Sky
HarbourOffSky
Harbourovsk
Habarovsk
Khabarovsk
Õàáàðîâñê

Ìîé ïåðåâîä, ñòèëü: ïåðåñêàç, ÷òî è êàê ÿ ïîíÿëà ñ ñòàðîàíãëèéñêîãî,
«ñèíõðîííûé ïåðåâîä» ãäå-òî, ïåðåñêàç, «èãðà â èñïîð÷åííûé òåëåôîí»,
âîñïðèÿòèå òåêñòà ñòàðîàíãëèéñêîãî (Àâòîðà è íàçâàíèÿ íå ñêàçàëè, ÷ü¸,
ÿçûêà êàê ñòàðîàíãëèéñêîãî íàçâàíèÿ íå ñêàçàëè, ïðîñòî òåêñò äàëè).
È íàäî áûëî â ñòèõàõ íà ðóññêîì ñäåëàòü ïåðåâîä ñ ëèñòà, ÷òî êàê ÿ ïîíÿëà.

Ñòàðîàíãëèéñêèé ÿ íå çíàëà âîîáùå. Àíãëèéñêèé ÿ çíàëà ñ ïÿòîãî-íà-äåñÿòîå.
Ò.å. òîæå íå çíàëà. Ñòèõè ÿ íå ó÷èëàñü ðèôìîâàòü ïèñàòü: ÿ íå ôèëîëîã.

Ïîòîì, ïîçæå, ÿ óæå íàøëà è òåêñò è àâòîðà, è ìàññó ïåðåâîäîâ,
è äîñòóï è ê ñëîâàðÿì áûë.

È ÿ äàæå ñäåëàëà ïîïûòêó «îáðàòíîãî ïåðåîäà ñ ðóññêîãî íà àíãëèéñêèé».

Ïîòîì ïðî÷ëà, ÷èòàÿ íà ðóññêîì è àíãëèéñêîì, ìàòåðèàë ïî òåìå
(íå àêàäåìè÷åñêè âåñü, íî, íî òî ÷òî îáû÷íî â øêîëå óïóñêàþò, íå ïðîõîäÿò, íå ïðåïîäàþò,
êóäà âîøëî è èññëåäîâàíèå ïîèñêà Øåêñïèðà — áûë ëè òàêîé? êòî? ãäå? êóäà âîøëî è èñòîðèÿ èçäàíèÿ ñòèõîâ Øåêñïèðà

â ïðèëîæåíèè ê èñòîðèè ïåðâîãî â Àíãëèè èçâåñòíîãî àíãëèéñêîãî ñóìàøåäøåãî äîìà

ÁÅÄËÀÌ

(ïîñåòèòåëåé òóäà âîäèëè çà ïëàòó, êàê â çîîïàðê, ïîîáùàòüñÿ ñ ñóìàøåäøèìè, ïîãëàçåòü, êàê æèâóò è êòî, à òî è ïîäðàçíèòü ñóìàøåäøèõ,
÷òî ÷àñòü ïóáëèêè è äåëàëà (àíàëîãè÷íî ÷àñòü äðàçíÿò îáåçüÿí è ìàðòûøåê â êëåòêå çîîïàðêà, òûðêàÿ ïàëêàìè è êèäàÿ êàìíè «ðàñøåâåëèòü» èëè êîð÷àò ðîæèöû è ãðèìàñû, òàê è òàì ïóáëèêà, çàïëàòèâ çà âõîäíîé áèëåò â ñóìàøåäøèé äîì, îòêðûâàëàñü). Ñîáðàííûå äåíüãè øëè â ôîíä äîõîä , âèäèìî, è íà ñîäåðæàíèå è ïèòàíèå ïàöèåíòîâ , ìóæ÷èí è æåíùèí. Ëå÷èëè îò ñóìàøåñòâèÿ ïî ðàçíîìó. Êîãî ïðèêîâûâàÿ ê ê êðîâàòè öåïÿìè: ÷òîáû ïàöèåíòû íå ñáåæàëè. ×àñòü óìèðàëè. Áûë è ìåòîä ëå÷åíèÿ ìåíòàëüíûõ áîëåçíåé, êàê «ñ ãîëîâîé íå òî», òî «áûñòðîå êðó÷åíèå ïàöèåíòà íà âåð¸âêå», — àíàëîã «öåíòðèôóãà» äëÿ òðåíèðîâàêè êîñìîíàâòîâ è àñòðîíàâòîâ. Áåäëàì ýòî íàçâàíèå ãåîãðàôè÷åñêîå è ôàìèëèÿ âëàäåëüöåâ çåìëè. Ðóññêîå ñëîâî «áåäëàì», «áåñïîðÿäîê», îò àíãëèéñêîãî ñëîâà áåäëàì». Ïî àíãëèéñêè «áåä» a bed — «êðîâàòü», «ëàì» ÿ çàòðóäíþñü ïåðåâåñòè. Åñòü Ëàìà = æèâîòíîå ëàìà, ñòåïåé, åñòü Òèáåòñêèé Ëàìà. Àíãëèéñêîå «Êðîâàòíûé Ëàìà» «Áåä Ëàìà» «Áåäëàì» âïîëíå ìîæåò áûòü, ÷òî-òî âðîäå «êðîâàòíûé ýêñïåðò» «äèâàííûé ýêñïåðò» «îôèñíûé ðàáîòíèê-ýêñïåðò», «ýêñïåðò ïî ñåêñó», «ñåñîïàòîëîã», «ñëóõè», «íåóáðàííûé øóìíûé äîì, ãäå âñ¸ â áåñïîðÿäêå», îãðîìíûé ðàçáðîñ çíà÷åíèé, à â àíãëèéñêîì ñëîâî è ñóùåñòâèòåëüíîå è ãëàãîë è ïðèëàãàòåëüíîå òî è íàðå÷èå, äåëàÿ ìàññó âåðîÿòíûé ïåðåâîäîâ è çíà÷åíèé, «èãðà ñëîâ», «øóòêà», «ìíîãîçíà÷íîñòü».)

Â 21 âåêå ïðè ñòðîèòåëüñòâå îáíîâëåíèè ñòàíöèè ìåòðî Áåäëàì
ñòðîèòåëè íàøëè ìàññó òðóïîâ ïðîøëîãî. Áîëüøå íå çíàþ, ïèñàëè: ñîòíè, ñâàëåííûå â ÿìó ëè, îò÷åãî , àíàëîãèÿ íåîôèöèàëüíîé èñòîðèè è ïîèñêè ñëåäîâ ïîòîïà: Îìñê, Ïåòåðáóðã, Ðèãà, Ôðàíöèÿ, Èòàëèÿ (â Àíãëèè íå èùàò, ýíòóçèàñòîâ íåò). Íî õîòÿò-íåò, à âîò ñîòíè òðóïîâ,
ñâàëåííûé â ïðîøëîì â ÿìó ìåñòî Áåäëàì, â 21 âåêå òî íàøëè. È õîòÿò, òî ñìîãóò ðàññëåäîâàòü ïðè÷èíû ñìåðòè, ñîáûòèÿ è õðîíèêè çàïèñè: êòî òóäà òðóïû ëþäåé ñêèäàë, êàòàñòðîôà ëè ïîòîïà, ñîáûòèÿ ëè èñòîðèè èëè ìîðà-áîëåçíè, èëè êàçíè. ß ýòó òåìó äàëüøå íå ÷èòàëà, êàê èññëåäîâàíèå, åñëè èä¸ò, çàéì¸ò âðåìÿ.

Ïåðâîå èçäàíèå ñòèõîâ Øåêñïèðà ñâÿçàíî ñ èñòîðèåé àíãëèéñêîãî ñóìàøåäøåãî äîìà â Áåäëàìå «Áåäëàì» â Àíãëèè. Âîò òóò ÿ óæå íå ïîìíþ íà ïàìÿòü êòî êàê èçäàë ñòèõè:
èëè âëàäåëüöû èëè äîêòîð âðà÷ (ïñèõèàòîð) èëè ìåöåíàò — ïîñåòèòåëü èëè ïàöèåíò.

Ëè÷íîñòü Øåêñïèðà ñïîðíàÿ. Ìóæ÷èíà? Æåíùèíà, èíêîãíèòî, ïîä ìàñêîé?
Ýòî äî ñèõ ïîð íå èçâåñòíî.

Øåêñïèð
«Øåéê ñ Ïèð»
«Òðõíóòü Ïèð»
«Òðÿõíóòü Ïýðîâ (Àíãëèè)
peer — ïèè ïè ïèý ïýðû ëîðäû
«Òàíåö Øåéê íà Ïèðñå»
«Òàíöîð Òðÿñóí íà Ïèðå»
«Òðÿñóí íà Ïèðå»
ì.. â Àíãëèè ýòî
Ñòðèïòèç¸ð, Ñòðèïòèõ¸ðøà:
òðÿñóò ïîïêîé è çàäîì è æèâîòîì
Íî è:
Øåéê — õàí, øåéê, ïàäèøàõ, âîñòî÷íûé ïðàâèòåëü
Øåéê Ïèð
Âîñòî÷íûé Ïðàâèòåëü — Ëîðä Ïýð â Àíãëèè
èëè
Ïèð Âîñòî÷íîãî Ïðàâèòåëÿ
Íî è:
peer ïýð, ëîðä
pear ãðóøà ïýà ïèà ñîêðàù¸ííî ïè ïý
pea ïèà ãîðîøåê, çåë¸íûå ãîðîøåê, ãîðîõ
* Ñêàçàíèå î Öàðå Ãîðîõå, Ñêàçêè î Öàðå Ãîðîõå
êàê ñêàçî÷íûé ëåíåãäàðíûé öàðü Ãîðîõ:
King Pea , Tsar Pea (Russian Tsar in Russian tale poem by A S Pushkin)
(Russian Roalty of Ancient Old King Pea, (Tsar Goroh, Tsar Gorokh = Pea)
pee ïè ññàòü ïèñÿòü ïîññàòü íàïèñÿòü
Pi Ïè, ÷èñëî ÏÈ 3,14…
Øåéê = «âñòðÿõíóòü» «òðÿñòè»
Pea Ïè ãîðîøåê, çåë¸íûé ãîðîøåê
«Òðÿñòè çåë¸íûé ãîðîøåê» = ïóêàòü, ïåðäåòü
Øåêñïèð êàê «Ïåðäóí» «Ïóêàí»
ïè ïè ïè ïèè ïè ïè = çâóêè ðàäèîñâÿçè èëè ìûøåé (Ìûøèíûé Êîðîëü)
pi pi pi pee = Radio link sounds /mouses presence pi pi pi voices) (Mouses King)
Øåêñïèð
ù¸êëè øåêëè øåêà çà ùåêîé = äåíüãè â ñòàðèíó õðàíèëè âî ðòó çà ùåêîé â äîðîãå øëè.
Øåêñïèëè
øåêëè = ìîíåòû, äåíüãè, íàçâàíèå
øåêñëè-ñ-ïèëè
øåêñëè-ñ-ïèð
øåêëè ñ ïèðà === àêò¸ðû ïîëó÷àëè çàðàáîòîê íà ïèðó èì êèäàëè ìîíåòêè

Øåêëè ñ Ïèðà
Øåêëè ñ ïèð
Øåê ñ ïèð
Øåêñïèð

Ïèð
Ïèðð
Ïèð
Ïýð

Øåêñïèð
Øå ÊÑ Ïèð
Øå = Ùè She = ÎÍÀ
She KS Peer
Îíà ÊÑ Ïýð(Ëîðä, Ïýð)
She KS Peer
Øå (Ùè) ÊÑ Ïýð
Øå ÊÑ ÏÝð
Øåêñïýð
Øåêñïèð

Ïîòîì â èíà÷å:

Øåêñïèð
Sheakspear

SHE AKS Pear
ÎÍÀ ÀÊÑ ÃÐÓØÀ

oaks = àêñ çàáûëà ÷òî îçíà÷àò
oak
ox
oxe
ox

Oxford
OX — ford
Ox

ford ïåðåïðàâà

Ñëîâàðü è ïðîâåðþ

oaks
oak
oxe
ox = îêñ = áûê

Øåêñïèð
Sheakspear * ÿ ìîãëà çàïèñàòü ñ ãðàììàòè÷åñêèìè îøèáêàìè, íî ïèøóò êòî êàê è ïèñàëè
SHE AKS Pear
ÎÍÀ ÀÊÑ ÃÐÓØÀ
ÎÍÀ ÁÛÊ ÃÐÓØÀ
She Ox Pear
Îíà — Ãðóøà Áûêà

SHE AKS Pear
ÎÍÀ ÀÊÑ ÃÐÓØÀ
ÎÍÀ ÀÊÑÈÍÜß ÃÐÓØÀ
She Aksinia Grusha hm hm    GRU RUSSIA GRU GRUSHA PEAR
SHE Aksinia GRU SHA
She Aksinia GRU USA       (USA = ÑØÀ — S SH A — SSHA — SHA)
Îíà Àêñèíüÿ ÃÐÓØÀ
Îíà Àêñèíüÿ ÃÐÓ ØÀ
Îíà Àêñèíüÿ ÃÐÓ ÑØÀ
ÎÍÀ Àêñèíüÿ ÃÐÓ III À
She Aksinia    GRU III A
She Aksinia    GRU USA

«GRU USA» ==== SEALS = «Ìîðñêèå Êîòèêè ÑÈËÑ ÑØÀ»

Îíà Àêñèíüÿ , «Ìîðñêèå Êîòèêè», SEALS, ÑØÀ
Îíà Àêñèíüÿ, , ÃÐÓ, III (=3) À

Àêñ

Îíà Àêñ , «Ìîðñêèå Êîòèêè», SEALS, ÑØÀ
Îíà Àêñ, , ÃÐÓ, III (=3) À
Îíà Àêñèíüÿ , «Ìîðñêèå Êîòèêè», SEALS, ÑØÀ
Îíà Àêñèíüÿ, , ÃÐÓ, III (=3) À

«Àêñèíüÿ» æåíñêîå èìÿ, ïðèëîæèìî ê âîåííîìó ñïåöíàçó ðàçâåä÷èêàì,
ÑØÀ? Ìîðñêèå Êîòèêè?
Ðîññèè? ÃÐÓ ÐÎÑÑÈÈ? III-À (3-À)

ß íå çíàþ êàê â ÃÐÓ Ðîññèè 3 ýòî ÷òî? 3òüÿ ðîòà âçâîä À? 3òèé îòäåë îôèñ À?
Åù¸ âàðèàíò
3À — 3,4 3,14 = Ïè =Pi
èëè
3À — 34
èëè èíà÷å
èëè
3 À
III — A

À ÷òî ÿ ìó÷àþñü? ïî çâóêàì ïîøëà?
Ìîæíî ïîñìîòðåòü êàê ïðàâèëüíî:

Øåêñïèð
Shakespeare

shake — òðÿñòè
speare — êîïü¸
pear — ãðóøà

speare — êîïü¸
spare — çàïàñíîé

speare — êîïü¸

sphere
ñôåðà
îáëàñòü, ñôåðà äåÿòåëüíîñòè    (field)
øàð, øàðèê             (ball)
ñåêòîð, îòðàñëü       (sector, industry)
ñôåðè÷åñêèé             (spherical)

Øåêñïèð
Shakespeare
Shake Speare
Òðÿñòè Êîïü¸ì
Øåêñïèð

Ñëîâàðü
Dictionary

ox [îêñ]
áûê, âîë, áóéâîë (ox) (bull, bullock, buffalo)
âîëîâèé
áû÷èé (bull)

Ïîõîæèå ïîäîáíûå ðîäñòâåííûå ñëîâà:
ñèíîíèìû

Related words
synonyms

bullock
bull
oxen
buffalo

ox
oxen

ox’s
oxen’s

* ììì
*ñèòóàöèÿ ñ ÃÐÓ Ðîññèè
* èëè ñèòóàöèÿ «Ìîðñêèå Êîòèêè» ÑØÀ SEALS
â 16 âåêà â Àíãëèè
êàê Âèëüÿì Øåêñïèð, àíãëèéñêèé ïîýò,
íî íà ñàìîì äåëå ïîçûâíîé «Àêñèíüÿ» «Àêñ»
âïå÷àòëÿåò.

* Êàê «ÀÊÑ» «ÀÊÑÈÍÜß»
ñêðûâàåò íàñòîÿùèå èìÿ è ôàìèëèþ
«ÊÒÎ?»

Ïîñìîòðèì Îêôîðä?
Îêñôîðäøèðå Àíãëèÿ?
Êòî òóò æèëè â 16 âåêå:

Èìåíà, ôàìèëèè.
Âäðóã òóò íàéä¸ì ÷òî?

Êàê íàïðàâëåíèå ïîèñêîâ — àðõèâû Àíãëèè?

Îõôîðä
Óíèâåðñèòåò Îêñôîðä

Oxford
https://en.wikipedia.org/wiki/Oxford

From Wikipedia, a free enciclopedia

Oxford
The city is home to the University of Oxford, the oldest university in the English-speaking world,
and has buildings in every style of English architecture from late Anglo-Saxon.
Oxford was first settled by the Anglo-Saxons and was initially known as Oxnaford, meaning «ford of the oxen», as referenced in Florence of Worcester’s Chronicon ex chronicis. A river crossing for oxen began around 900. In the 10th century, Oxford became an important military frontier town between the kingdoms of Mercia and Wessex.

The University of Oxford

The University of Oxford is first mentioned in 12th-century records. Of the hundreds of aularian houses that sprang up across the city, only St Edmund Hall (c.;1225) remains. What put an end to the halls was the emergence of colleges.
Oxford’s earliest colleges were University College (1249), Balliol (1263) and Merton (1264).
These colleges were established at a time when Europeans were starting to translate the writings of Greek philosophers.

16th century events here in Oxford

The sweating sickness epidemic
in 1517
was particularly devastating to Oxford and Cambridge
where it killed
half of both cities’ populations,
including many students and dons.

Christ Church Cathedral, Oxford is unique in combining a college chapel and a cathedral in one foundation. Originally the Priory of St Frideswide, the building was extended and incorporated into the structure of the Cardinal’s College shortly before its refounding as Christ Church in 1546, since when it has functioned as the cathedral of the Diocese of Oxford.

The Oxford Martyrs were tried for heresy in 1555 and subsequently burnt at the stake, on what is now Broad Street, for their religious beliefs and teachings.

Oxford

The three martyrs
were
the bishops Hugh Latimer and Nicholas Ridley,
and the archbishop Thomas Cranmer.
The Martyrs’ Memorial stands nearby, round the corner to the north on St Giles’.

«3» — 16 century
The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

III-A
3-À
3-A
The Archbishop Thomas Cranmer

«À è Á è Á ñèäåëè íà òðóáå. À óïàëî Á ïðîïàëî ÷òî îñòàëîñü íà òðóáå?»
«A and B and B sat on the a flute tube. A had feld down, B had dissapired, what had left on a flute tube here?»

Îêñôîðä

Îêñôîðäñêèå ìó÷åíèêè áûëè îñóæäåíû çà åðåñü â 1555 ãîäó è âïîñëåäñòâèè ñîææåíû íà êîñòðå, íà òîì ìåñòå, ãäå ñåé÷àñ íàõîäèòñÿ Áðîä-ñòðèò, çà ñâîè ðåëèãèîçíûå óáåæäåíèÿ è ó÷åíèÿ.

Òðåìÿ ìó÷åíèêàìè
áûëè
åïèñêîïû Õüþ Ëàòèìåð è Íèêîëàñ Ðèäëè,
à òàêæå àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð.
Ìåìîðèàë ìó÷åíèêîâ íàõîäèòñÿ íåïîäàëåêó, çà óãëîì ê ñåâåðó îò Ñåíò-Äæàéëñà.

«3» — 16 âåê
Åïèñêîïû Õüþ Ëàòèìåð
Åïèñêîïû Íèêîëàñ Ðèäëè,
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð.

Ïîïðîáóåì íàéòè è ïðî÷åñòü àíãëèéñêóþ èñòîðèþ Àíãëèè,
òðîå ìó÷åíèêîâ, âäðóã ýòî èìååò îòíîøåíèå
ê ëè÷íîñòè Øåêñïèðà?

Íî â ëþáîì ñëó÷àå,
ýòî èìååò îòíîøåíèå ê èñòîðèè Àíãëèè,
à ïîòîìó è ê Øåêñïèðó

Èçâèíÿþñü, ïîðîé ïðèä¸òñÿ îòâëåêàòüñÿ, èñòîðèÿ Àíãëèè, ýòî ñïëåòåíèå èì¸í è ôàìèëèé è ïåðñîíàëèé.

III-À
3-À
3-À
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð

The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

Let’s try to find and read the English history of England,
the three martyrs, suddenly it has to do
with the personality of Shakespeare?

But in any case,
it has to do with the history of England,
and therefore with Shakespeare.

I’m sorry, sometimes I have to digress, the history of England is a tangle of names and surnames and personalities.

Looking more

The Bishops Hugh Latimer

Hugh Latimer
(c.;1487 16 October 1555)
was a Fellow of Clare College, Cambridge,
and Bishop of Worcester during the Reformation,
and later Church of England chaplain to King Edward VI.

The Bishops Hugh Latimer
(c.;1487 16 October 1555)
In 1555 under the Catholic Queen Mary I
he was burned at the stake, becoming one of the three Oxford Martyrs of Anglicanism

The Bishops
Hugh Latimer
Born 1487, Thurcaston, Leicestershire, Kingdom of England
Latimer was born into a family of farmers in Thurcaston, Leicestershire
Died 16 October 1555 (aged 67-68)
Oxford, Oxfordshire, Kingdom of England
Nationality English

The Bishops
Hugh Latimer

Latimer joined a group of reformers including Bilney and Robert Barnes that met regularly at the White Horse Tavern.

He began to preach publicly on the need for the translation of the Bible into English.

This was a dangerous move as the first translation of the New Testament by William Tyndale had recently been banned.

In early 1528, Latimer was called before Cardinal Thomas Wolsey and he was given an admonition and a warning.

The following year, Wolsey fell from Henry VIII’s favour when he failed to expedite the annulment of Henry’s marriage to Catherine of Aragon.

In contrast, Latimer’s reputation was in the ascendant as he took the lead among the reformers in Cambridge. During Advent in 1529, he preached his two «Sermons on the Card» at St Edward’s Church.

In 1535, he was appointed Bishop of Worcester, in succession to an Italian absentee, and promoted reformed teachings and iconoclasm in his diocese.

On 22 May 1538, at the insistence of Cromwell,
he preached the final sermon before Franciscan Friar John Forest was burnt at the stake, in a fire said to have been fueled partly by a Welsh image of Saint Derfel.

The Bishops
Hugh Latimer

In 1539,
he opposed Henry VIII’s Six Articles,
with the result that he was forced to resign his bishopric
and imprisoned in the Tower of London
(where he was again in 1546).

«Latimer before the Council»,
from an 1887 edition of Foxe’s Book of Martyrs, illustrated by Kronheim.

He then served as

chaplain to Katherine Duchess of Suffolk.

Katherine Duchess of Suffolk
Katherine Brandon, Duchess of Suffolk
Katherine Brandon (nee Willoughby), Duchess of Suffolk,
suo jure 12th Baroness Willoughby de Eresby
(22 March 1519 19 September 1580 ( (aged 61), Grimsthorpe Castle, Lincolnshire),
was an English noblewoman
living at the courts of King Henry VIII, King Edward VI and Queen Elizabeth I.
She was the fourth wife of Charles Brandon, 1st Duke of Suffolk, who acted as her legal guardian during his third marriage to Henry VIII’s sister Mary.
Her second husband was Richard Bertie, a member of her household.
Following Charles Brandon’s death in 1545,
it was rumoured that
King Henry VIII
had considered marrying Katherine
as his 7th ( seventh) wife,
while he was still married to his sixth wife, Catherine Parr,
who was Katherine’s close friend.
An outspoken supporter of the English Reformation,
she fled
abroad
to Wesel and later the Grand Duchy of Lithuania
during the reign of Queen Mary I,
to avoid persecution.

Katherine Duchess of Suffolk
Katherine Brandon, Duchess of Suffolk
Katherine Brandon (nee Willoughby), Duchess of Suffolk,
suo jure 12th Baroness Willoughby de Eresby

Born 22 March 1519, born at Parham Old Hall, Suffolk
Died 19 September 1580 (aged 61), Grimsthorpe Castle, Lincolnshire
Noble family Willoughby
de Salinas
Father William Willoughby, 11th Baron Willoughby de Eresby
Mother Maria de Salinas, the Spanish-born lady-in-waiting to Catherine of Aragon.

Spouse(s):
Charles Brandon, 1st Duke of Suffolk
Richard Bertie
Issue (Children):
Henry Brandon, 2nd Duke of Suffolk
Charles Brandon, 3rd Duke of Suffolk
Susan Bertie
Peregrine Bertie, 13th Baron Willoughby de Eresby

The sweating sickness epidemic
in 1517
was particularly devastating to Oxford and Cambridge
where it killed
half of both cities’ populations,
including many students and dons.

The disease has been the subject of numerous attempts to define its origin by the modern molecular biology methods, but so far all efforts have failed due to lack of material, DNA or RNA

Arthur, Prince of Wales, who may have died of the sweating sickness in 1502, aged fifteen

Henry Brandon, 2nd Duke of Suffolk, who in 1551 died of the sweating sickness hours before his brother Charles, aged fifteen

Charles Brandon, 3rd Duke of Suffolk, died of the sweating sickness, aged thirteen

Arthur, Prince of Wales

Arthur, Prince of Wales, who may have died of the sweating sickness in 1502, aged fifteen.
On 8 April 1502,
a general procession took place for the salvation of Arthur’s soul. That night, a dirge was sung in St Paul’s Cathedral and every parish church in London.
On 23 April 1502,
Arthur’s body, which had previously been embalmed, sprinkled with holy water and sheltered with a canopy, was carried out of Ludlow Castle and into the Parish Church of Ludlow by various noblemen and gentlemen.
On 25 April 1502,
Arthur’s body was taken to Worcester Cathedral via the River Severn,
in a «special wagon upholstered in black and drawn by six horses, also caparisoned in black.»
As was customary, Catherine did not attend the funeral. The Earl of Surrey acted as chief mourner.
At the end of the ceremony, Sir William Uvedale, Sir Richard Croft and Arthur’s household ushers broke their staves of office and threw them into the Prince’s grave.
During the funeral, Arthur’s own arms were shown alongside those of Cadwaladr ap Gruffydd and Brutus of Troy.
Two years later, a chantry was erected over Arthur’s grave

Shortly after Arthur’s death, the idea of betrothing the widowed Catherine to the new heir apparent, Henry, had arisen; Henry VII and Isabella I were keen on moving forward with the betrothal and the pope granted a dispensation towards that end.

Henry VIII ascended the throne on 22 April 1509 and married Arthur’s widow on 11 June 1509.
They had six children; three of their sons died before reaching three months of age,
a daughter was stillborn,
and another lived for only a week.
The couple’s surviving child was
Mary I (b. 1516).

In 1526,
Henry VIII started to pursue the affections of Anne Boleyn.
At the same time, he became troubled by what became known as the King’s «great matter», that is, finding an appropriate solution for his lack of male descendants.
It soon became the King’s wish to dissolve his marriage and marry Anne, who was more likely to bear children.

Henry VIII believed that his marriage was cursed and found confirmation in the Bible, in Leviticus 20:21.

Although in the morning following his wedding, Arthur had claimed that he was thirsty «for I have been in the midst of Spain last night» and that «having a wife is a good pastime»,

these claims are generally dismissed by modern historians as mere boasts of a boy who did not want others to know of his failure.

Until the day she died, Catherine maintained that she had married Henry VIII while still a virgin.

After Henry VIII ‘s constant support of the claim that Catherine’s first marriage had been consummated, an annulment was issued on 23 May 1533,

while the King had already married Anne on 25 January.

Anne was beheaded for high treason in 1536, after which Henry proceeded to marry four more times.

At the time of his death in 1547,
Henry VIII
only had
three living children;
the only son,
Edward VI, succeeded but died six years later.
His successors were
Henry VIII ‘s daughters by Catherine and Anne, —
Mary I and Elizabeth I.

Upon Elizabeth I ‘s death in 1603,
the House of Tudor came to an end.

In 2002,
following the initiative of
canon Ian MacKenzie,

Arthur’s funeral was reenacted with a requiem mass at Worcester Cathedral, on occasion of the quincentenary of his death.

Despite his role in English history, Arthur has remained largely forgotten since his death.

The only known portrait of Arthur was rediscovered by English art dealer Philip Mould.

The stained-glass image of Arthur Tudor praying is in St Laurence’s Church in Ludlow Shropshire where he died at the castle in 1502.

Arthur, Prince of Wales
https://en.wikipedia.org/wiki/Arthur,_Prince_of_Wales

Henry Brandon, 2nd Duke of Suffolk, who in 1551 died of the sweating sickness hours before his brother Charles, aged fifteen

Charles Brandon, 3rd Duke of Suffolk, died of the sweating sickness, aged thirteen

Àðòóð, ïðèíö Óýëüñêèé
Àðòóð, ïðèíö Óýëüñêèé,
êîòîðûé, âîçìîæíî, óìåð îò ïîòëèâîñòè â 1502 ãîäó, â âîçðàñòå ïÿòíàäöàòè ëåò.
8 àïðåëÿ 1502 ãîäà ñîñòîÿëàñü âñåîáùàÿ ïðîöåññèÿ âî èìÿ ñïàñåíèÿ äóøè Àðòóðà. Â òó íî÷ü â ñîáîðå Ñâÿòîãî Ïàâëà è âî âñåõ ïðèõîäñêèõ öåðêâÿõ Ëîíäîíà áûëà îòñëóæåíà ïàíèõèäà.
23 àïðåëÿ 1502 ãîäà
òåëî Àðòóðà, êîòîðîå ðàíåå áûëî çàáàëüçàìèðîâàíî, îêðîïëåíî ñâÿòîé âîäîé è óêðûòî áàëäàõèíîì, áûëî âûíåñåíî èç çàìêà Ëàäëîó â Ïðèõîäñêóþ öåðêîâü Ëàäëîó ðàçëè÷íûìè äâîðÿíàìè è äæåíòëüìåíàìè.
25 àïðåëÿ 1502 ãîäà
òåëî Àðòóðà áûëî äîñòàâëåíî â Âóñòåðñêèé ñîáîð ÷åðåç ðåêó Ñåâåðí â «ñïåöèàëüíîé ïîâîçêå, îáèòîé ÷åðíûì è çàïðÿæåííîé øåñòüþ ëîøàäüìè, òàêæå îäåòûìè â ÷åðíîå».
Êàê ýòî áûëî ïðèíÿòî, Êýòðèí íå ïðèñóòñòâîâàëà íà ïîõîðîíàõ. Ãðàô Ñóððåé âûñòóïèë â ðîëè ãëàâíîãî ïëàêàëüùèêà.
Â êîíöå öåðåìîíèè ñýð Óèëüÿì Þâåäåéë, ñýð Ðè÷àðä Êðîôò è ñëóãè Àðòóðà ñëîìàëè ñâîè ñëóæåáíûå ïîñîõè è áðîñèëè èõ â ìîãèëó ïðèíöà.
Âî âðåìÿ ïîõîðîí ñîáñòâåííîå îðóæèå Àðòóðà áûëî ïîêàçàíî ðÿäîì ñ îðóæèåì Êàäâàëàäðà àï Ãðàôôèäà è Áðóòà Òðîÿíñêîãî.
Äâà ãîäà ñïóñòÿ íàä ìîãèëîé Àðòóðà áûëà âîçäâèãíóòà ÷àñîâíÿ

Âñêîðå ïîñëå ñìåðòè Àðòóðà âîçíèêëà èäåÿ îáðó÷èòü îâäîâåâøóþ Åêàòåðèíó ñ íîâûì î÷åâèäíûì íàñëåäíèêîì Ãåíðèõîì; Ãåíðèõ VII è Èçàáåëëà I áûëè çàèíòåðåñîâàíû â òîì, ÷òîáû ïðîäîëæèòü ïîìîëâêó, è ïàïà äàë ðàçðåøåíèå íà ýòî.

Ãåíðèõ VIII âçîøåë íà ïðåñòîë 22 àïðåëÿ 1509 ãîäà è æåíèëñÿ íà âäîâå Àðòóðà 11 èþíÿ 1509 ãîäà.
Ó íèõ áûëî øåñòåðî äåòåé; òðîå èç èõ ñûíîâåé óìåðëè, íå äîñòèãíóâ òðåõìåñÿ÷íîãî âîçðàñòà,
îäíà äî÷ü ðîäèëàñü ìåðòâîé,
à äðóãàÿ ïðîæèëà âñåãî íåäåëþ.
Îñòàâøèéñÿ â æèâûõ ðåáåíîê ýòîé ïàðû áûë
Ìàðèÿ I (ð.1516).

Â 1526 ãîäó,
Ãåíðèõ VIII íà÷àë ïðåñëåäîâàòü ïðèâÿçàííîñòè Àííû Áîëåéí.
Â òî æå âðåìÿ åãî áåñïîêîèëî òî, ÷òî ñòàëî èçâåñòíî êàê «âåëèêîå äåëî êîðîëÿ», òî åñòü ïîèñê ïîäõîäÿùåãî ðåøåíèÿ ïðîáëåìû îòñóòñòâèÿ ó íåãî ïîòîìêîâ ìóæñêîãî ïîëà.
Âñêîðå êîðîëü ïîæåëàë ðàñòîðãíóòü ñâîé áðàê è æåíèòüñÿ íà Àííå, ó êîòîðîé áûëî áîëüøå øàíñîâ ðîäèòü äåòåé.

Ãåíðèõ VIII ñ÷èòàë, ÷òî åãî áðàê áûë ïðîêëÿò, è íàøåë ïîäòâåðæäåíèå â Áèáëèè, â êíèãå Ëåâèò 20:21.

Õîòÿ óòðîì ïîñëå ñâàäüáû Àðòóð óòâåðæäàë, ÷òî åìó õîòåëîñü ïèòü, «ïîòîìó ÷òî ïðîøëîé íî÷üþ ÿ áûë â Èñïàíèè» è ÷òî «èìåòü æåíó — õîðîøåå âðåìÿïðåïðîâîæäåíèå».,

ýòè óòâåðæäåíèÿ, êàê ïðàâèëî, îòâåðãàþòñÿ ñîâðåìåííûìè èñòîðèêàìè êàê ïðîñòîå õâàñòîâñòâî ìàëü÷èêà, êîòîðûé íå õîòåë, ÷òîáû äðóãèå çíàëè î åãî íåóäà÷å.

Äî ñàìîé ñâîåé ñìåðòè Åêàòåðèíà óòâåðæäàëà, ÷òî âûøëà çàìóæ çà Ãåíðèõà VIII, áóäó÷è åùå äåâñòâåííèöåé.

Ïîñëå ïîñòîÿííîé ïîääåðæêè Ãåíðèõîì VIII óòâåðæäåíèÿ î òîì, ÷òî ïåðâûé áðàê Åêàòåðèíû áûë îñóùåñòâëåí, 23 ìàÿ 1533 ãîäà áûëî îáúÿâëåíî îá àííóëèðîâàíèè,

â òî âðåìÿ êàê êîðîëü óæå æåíèëñÿ íà Àííå 25 ÿíâàðÿ.

Àííà áûëà îáåçãëàâëåíà çà ãîñóäàðñòâåííóþ èçìåíó â 1536 ãîäó, ïîñëå ÷åãî Ãåíðèõ æåíèëñÿ åùå ÷åòûðå ðàçà.

Íà ìîìåíò åãî ñìåðòè â 1547 ãîäó,
Ó Ãåíðèõà VIII
áûëî òîëüêî
òðîå æèâûõ äåòåé;
åäèíñòâåííûé ñûí,
Ýäóàðä VI, óíàñëåäîâàë ïðåñòîë, íî óìåð øåñòü ëåò ñïóñòÿ.
Åãî ïðååìíèêàìè áûëè
Äî÷åðè Ãåíðèõà VIII îò Åêàòåðèíû è Àííû, —
Ìàðèÿ I è Åëèçàâåòà I.

Ïîñëå ñìåðòè Åëèçàâåòû I â 1603 ãîäó
äèíàñòèè Òþäîðîâ ïðèøåë êîíåö.

Â 2002 ãîäó
ïî èíèöèàòèâå
êàíîíèêà Èýíà Ìàêêåíçè,

Ïîõîðîíû Àðòóðà áûëè âîñïðîèçâåäåíû çàóïîêîéíîé ìåññîé â Âóñòåðñêîì ñîáîðå ïî ñëó÷àþ ïÿòèñîòëåòèÿ ñî äíÿ åãî ñìåðòè.

Íåñìîòðÿ íà ñâîþ ðîëü â àíãëèéñêîé èñòîðèè, Àðòóð îñòàëñÿ â çíà÷èòåëüíîé ñòåïåíè çàáûòûì ïîñëå ñâîåé ñìåðòè.

Åäèíñòâåííûé èçâåñòíûé ïîðòðåò Àðòóðà áûë çàíîâî îòêðûò àíãëèéñêèì àðò-äèëåðîì Ôèëèïïîì Ìîóëäîì.

Âèòðàæíîå èçîáðàæåíèå ìîëÿùåãîñÿ Àðòóðà Òþäîðà íàõîäèòñÿ â öåðêâè Ñâÿòîãî Ëàâðåíòèÿ â Ëàäëîó-Øðîïøèðå, ãäå îí óìåð â çàìêå â 1502 ãîäó.

Êýòðèí Óèëëîóáè,
â ïåðâîì áðàêå ãåðöîãèíÿ Ñàôôîëê,
ïî ñîáñòâåííîìó ïðàâó 12-ÿ áàðîíåññà Óèëëîóáè äå Ýðçáè (àíãë. Catherine Willoughby, Duchess of Suffolk, 12th Baroness Willoughby de Eresby in her own right;
22 ìàðòà 1519/1520 19 ñåíòÿáðÿ 1580)
àíãëèéñêàÿ àðèñòîêðàòêà,
ôðåéëèíà ïðè êîðîëåâñêîì äâîðå Òþäîðîâ.
Âèäíàÿ ñòîðîííèöà ïðîòåñòàíòèçìà;
ïîñëå âîñøåñòâèÿ íà ïðåñòîë Ìàðèè Êàòîëè÷êè
áûëà âûíóæäåíà áåæàòü â Âåçåëü,
ïîòîì â Ëèòîâñêîå êíÿæåñòâî,
íî ïîçäíåå âåðíóëàñü â Àíãëèþ.
Îòåö: Óèëëîóáè, Óèëüÿì, 11-é áàðîí Óèëëîóáè äå Ýðçáè (1499 19 îêòÿáðÿ 1526)
Ìàòü: âòîðàÿ æåíà: Ìàðèÿ äå Ñàëèíàñ (èñïàíñêàÿ ôðåéëèíà Åêàòåðèíû Àðàãîíñêîé)
Ýòîò áðàê áûë çàêëþ÷¸í 5 èþíÿ 1516 ãîäà, è ïî òàêîìó ñëó÷àþ
êîðîëü Ãåíðèõ VIII ïîäàðèë íîâîáðà÷íûì çàìîê Ãðèñòîðï.
Ìàðèÿ äå Ñàëèíàñ
ðîäèëà Óèëüÿìó äî÷ü, Êýòðèí, êîòîðàÿ ñòàëà åãî åäèíñòâåííîé íàñëåäíèöåé è æåíîé ñíà÷àëà ×àðëüçà Áðýíäîíà, 1-ãî ãåðöîãà Ñàôôîëê, à ïîòîì Ðè÷àðäà Áåðòè.
Ãåíðèõ VIII äàæå íàçâàë îäèí èç ñâîèõ âîåííûõ êîðàáëåé «Ìàðèÿ Óèëëîóáè» â ÷åñòü ôðåéëèíû æåíû. Èõ åäèíñòâåííàÿ äî÷ü Êýòðèí, ñîîòâåòñòâåííî, ïîëó÷èëà ñâî¸ èìÿ â ÷åñòü êîðîëåâû.
Ïðåäïîëîæèòåëüíî, Êýòðèí ìîãëà îáó÷àòüñÿ íåêîòîðîå âðåìÿ è ñ ïðèíöåññîé Ìàðèåé, äî÷åðüþ Ãåíðèõà VIII è Åêàòåðèíû Àðàãîíñêîé, ïîä ðóêîâîäñòâîì ãóìàíèñòà Õóàíà Ëóèñà Âèâåñà.
Â òîì æå 1528 ãîäó, ñîãëàñíî îáû÷àÿì òîãî âðåìåíè, Êýòðèí ïåðååõàëà â äîì Ñàôôîëêà è åãî æåíû Ìàðèè Òþäîð è âîñïèòûâàëàñü òàì âìåñòå ñ èõ äî÷åðüìè, Ôðýíñèñ è Ýëåîíîðîé, îáó÷àÿñü óïðàâëåíèþ äîìàøíèì õîçÿéñòâîì è ñâåòñêèì ìàíåðàì. Ïîìèìî ýòîãî, ïðåáûâàíèå ïðè äâîðå òàêîãî âûñîêîïîñòàâëåííîãî âåëüìîæè êàê Ñàôôîëê äàâàëî âîçìîæíîñòü îáçàâåñòèñü ïîëåçíûìè â áóäóùåì çíàêîìñòâàìè.
Â èþíå 1533 ãîäà Ìàðèÿ Òþäîð óìåðëà, è â ñåíòÿáðå òîãî æå ãîäà Ñàôôîëê æåíèëñÿ íà Êýòðèí Óèëëîóáè, ÷òî ìíîãèìè áûëî ðàñöåíåíî íåîäíîçíà÷íî íå òîëüêî èç-çà áîëüøîé ðàçíèöû â âîçðàñòå (áîëåå òðèäöàòè ëåò), íî è ïîòîìó, ÷òî äåâî÷êà ðàíåå ïðåäíàçíà÷àëàñü â æ¸íû äåñÿòèëåòíåìó ñûíó ãåðöîãà. Äëÿ ñûíà îí âñåãäà ìîã íàéòè äðóãóþ íåâåñòó, íî âñêîðå íåîáõîäèìîñòü â ýòîì èñ÷åçëà, òàê êàê ÷åðåç íåñêîëüêî ìåñÿöåâ ïîñëå ñìåðòè ìàòåðè 1 ìàðòà 1534 ãîäà Ãåíðè Áðýíäîí ñêîí÷àëñÿ îò òóáåðêóë¸çà.

Katherine Brandon, Duchess of Suffolk

Óèëëîóáè, Óèëüÿì, 11-é áàðîí Óèëëîóáè äå Ýðçáè (1499 19 îêòÿáðÿ 1526)

The sweating sickness epidemic
in 1517
was particularly devastating to Oxford and Cambridge
where it killed
half of both cities’ populations,
including many students and dons.

The disease has been the subject of numerous attempts to define its origin by the modern molecular biology methods, but so far all efforts have failed due to lack of material, DNA or RNA

Àíãëèéñêèé ïîò
The sweating sickness epidemic

Àíãëèéñêèé ïîò
the Sweate, or Sweatyng Sicknesse
The sweating sickness
sudor anglicus
plaigh allais
Àíãëèéñêèé ïîò, èëè
àíãëèéñêàÿ ïîòëèâàÿ ãîðÿ÷êà       (ëàò. sudor anglicus )
àíãëèéñêàÿ ïîòëèâàÿ ãîðÿ÷êà       (àíãë. the sweating sickness)
àíãëèéñêàÿ ÷óìà             (èðë. plaigh allais),
òèô
âîçâðàòíûé òèô

èíôåêöèîííàÿ áîëåçíü íåÿñíîé ýòèîëîãèè, ÷àñòî çàêàí÷èâàâøàÿñÿ ñìåðòåëüíûì èñõîäîì â òå÷åíèå íåñêîëüêèõ ÷àñîâ ñ ìîìåíòà ïîÿâëåíèÿ ïåðâûõ ñèìïòîìîâ, íåñêîëüêî ðàç ïîñåùàâøàÿ Åâðîïó (ïðåæäå âñåãî òþäîðîâñêóþ Àíãëèþ) â 14851551 ãîäàõ.

Ýòó áîëåçíü ñ÷èòàëè íå çàðàçíîé, à âûçûâàåìîé âðåäíûìè ïðèìåñÿìè â ñîñòàâå âîçäóõà, äåéñòâèå êîòîðûõ óñèëèâàëîñü çà ñ÷¸ò ñåçîííîé ïðåäðàñïîëîæåííîñòè; î òîì æå ãîâîðèëî è å¸ áûñòðîå ïðåêðàùåíèå.

Áûëî ïðåäïðèíÿòî ìíîæåñòâî ïîïûòîê óñòàíîâèòü èíôåêöèîííîãî àãåíòà ìåòîäàìè ñîâðåìåííîé ìîëåêóëÿðíîé áèîëîãèè, íî âñå ïîïûòêè ïîêà ÷òî îñòàþòñÿ òùåòíûìè èç-çà íåäîñòàòêà ìàòåðèàëà äëÿ àíàëèçà, ÄÍÊ èëè ÐÍÊ.

Â 1507 è â 1517 ãîäàõ
â óíèâåðñèòåòñêèõ Îêñôîðäå è Êåìáðèäæå óìåðëà ïîëîâèíà íàñåëåíèÿ.

«Àíãëèéñêèé ïîò» èìåë, ñêîðåå âñåãî, íåàíãëèéñêîå ïðîèñõîæäåíèå è ïðèø¸ë â Àíãëèþ âìåñòå ñ äèíàñòèåé Òþäîðîâ. Â àâãóñòå 1485 ãîäà æèâøèé â Áðåòàíè Ãåíðèõ Òþäîð, ãðàô Ðè÷ìîíä, âûñàäèëñÿ â Óýëüñå, ïîáåäèë â áèòâå ïðè Áîñâîðòå Ðè÷àðäà III, âñòóïèë â Ëîíäîí è ñòàë êîðîë¸ì Ãåíðèõîì VII. Çà åãî âîéñêîì, ñîñòîÿâøèì â îñíîâíîì èç ôðàíöóçñêèõ è áðåòîíñêèõ íà¸ìíèêîâ, ïî ïÿòàì øëà áîëåçíü. Çà äâå íåäåëè ìåæäó âûñàäêîé Ãåíðèõà 7 àâãóñòà è áèòâîé ïðè Áîñâîðòå 22 àâãóñòà îíà óæå óñïåëà ïðîÿâèòüñÿ.

Â Ëîíäîíå çà ìåñÿö (ñåíòÿáðü îêòÿáðü) 1485
îò íå¸ óìåðëî íåñêîëüêî òûñÿ÷ ÷åëîâåê. Çàòåì ýïèäåìèÿ óòèõëà.

Íàðîä âîñïðèíèìàë å¸ êàê äóðíîå ïðåäçíàìåíîâàíèå äëÿ Ãåíðèõà VII: «åìó ñóæäåíî ïðàâèòü â ìóêàõ, çíàìåíèåì òîìó áûëà ïîòëèâàÿ áîëåçíü â íà÷àëå åãî ïðàâëåíèÿ»[1].

Â 1492 ãîäó áîëåçíü ïðèøëà â Èðëàíäèþ
êàê àíãëèéñêàÿ ÷óìà (èðë. plaigh allais),
õîòÿ ðÿä èññëåäîâàòåëåé óòâåðæäàåò (ññûëàÿñü íà îòñóòñòâèå óêàçàíèé
íà ïîò êàê ñèìïòîì â èñòî÷íèêàõ), ÷òî ýòî áûë òèô.

Â 1507 è â 1517 ãîäàõ áîëåçíü âñïûõèâàëà âíîâü ïî âñåé ñòðàíå: â óíèâåðñèòåòñêèõ Îêñôîðäå è Êåìáðèäæå óìåðëà ïîëîâèíà íàñåëåíèÿ.

Ïðèìåðíî â ýòî æå âðåìÿ àíãëèéñêèé ïîò ïðîíèêàåò è íà êîíòèíåíò, â Êàëå (òîãäà åù¸ àíãëèéñêîå âëàäåíèå) è Àíòâåðïåí, íî ïîêà ýòî áûëè òîëüêî ëîêàëüíûå âñïûøêè.

Â ìàå 1528 ãîäà áîëåçíü ÿâèëàñü â Ëîíäîíå â ÷åòâ¸ðòûé ðàç è ñâèðåïñòâîâàëà ïî âñåé ñòðàíå; ñàì Ãåíðèõ VIII áûë âûíóæäåí ðàñïóñòèòü äâîð è ïîêèíóòü ñòîëèöó, ÷àñòî ìåíÿÿ ðåçèäåíöèþ. Íà ñåé ðàç áîëåçíü ñåðü¸çíî ïåðåêèíóëàñü íà êîíòèíåíò, ïîÿâèâøèñü ñíà÷àëà â Ãàìáóðãå, çàòåì íà þã äîøëà äî Øâåéöàðèè, à ÷åðåç âñþ Ñâÿùåííóþ Ðèìñêóþ èìïåðèþ íà âîñòîê â Ïîëüøó, Âåëèêîå êíÿæåñòâî Ëèòîâñêîå è íà êíÿæåñòâà, îáðàçîâàâøèåñÿ ïîñëå ðàñïàäà Êèåâñêîé Ðóñè, Âåëèêîå êíÿæåñòâî Ìîñêîâñêîå (Íîâãîðîä), à íà ñåâåð â Íîðâåãèþ è Øâåöèþ. Îáû÷íî âåçäå ýïèäåìèÿ ïðîäîëæàëàñü íå áîëüøå äâóõ íåäåëü. Ôðàíöèÿ è Èòàëèÿ îñòàëèñü íåçàòðîíóòûìè åþ. Ê êîíöó ãîäà îíà èñ÷åçëà âåçäå, êðîìå âîñòîêà Øâåéöàðèè, ãäå äåðæàëàñü äî ñëåäóþùåãî ãîäà.

Ïîñëåäíÿÿ âñïûøêà ïðîèçîøëà â Àíãëèè â 1551 ãîäó.

Èçâåñòíûé âðà÷ Äæîí Êèç (ëàòèíèçèðîâàâøèé ñâîþ ôàìèëèþ Keys êàê Caius Ãàé) êàê ñâèäåòåëü îïèñàë å¸ â îñîáîé êíèãå:

A Boke or Counseill Against the Disease Commonly Called the Sweate, or Sweatyng Sicknesse.

Â XVIIIXIX âåêàõ âî Ôðàíöèè
ïîÿâëÿëàñü ïîäîáíàÿ áîëåçíü, èçâåñòíàÿ êàê «ïèêàðäèéñêèé ïîò»,
íî ýòî áûëà âñ¸ æå èíàÿ áîëåçíü, ïîñêîëüêó, â îòëè÷èå îò àíãëèéñêîãî ïîòà, ñîïðîâîæäàëàñü ñûïüþ.

Âûñîêîïîñòàâëåííûå æåðòâû

Ñðåäè æåðòâ ïåðâîé âñïûøêè â 1485 ãîäó
áûëî
äâîå ëîðä-ìýðîâ Ëîíäîíà,
øåñòåðî îëäåðìåíîâ
è òðîå øåðèôîâ.

Íåñêîëüêî ðàç áîëåçíü ïîðàæàëà ëþäåé,
áëèçêèõ ê êîðîëåâñêîé ñåìüå Òþäîðîâ.

Âîçìîæíî, îò íå¸ óìåð

Àðòóð, ïðèíö Óýëüñêèé,
ñòàðøèé ñûí Ãåíðèõà VII, â 1502 ãîäó.

Ñ÷èòàåòñÿ, ÷òî áóäóùàÿ (íà òîò ìîìåíò)
æåíà Ãåíðèõà VIII
Àííà Áîëåéí
ïåðåæèëà «àíãëèéñêèé ïîò»
è âûçäîðîâåëà âî âðåìÿ ýïèäåìèè â 1528 ãîäó.

Âî âðåìÿ ïîñëåäíåé âñïûøêè ëåòîì 1551 ãîäà
îò íå¸ óìåðëè ïîäàâàâøèå áîëüøèå íàäåæäû
16-ëåòíèé è 14-ëåòíèé ìàëü÷èêè,
Ãåíðè è ×àðëüç Áðýíäîíû,
äåòè ×àðëüçà Áðýíäîíà, 1-ãî ãåðöîãà Ñàôôîëêà,
êîòîðûé âòîðûì áðàêîì áûë æåíàò íà äî÷åðè Ãåíðèõà VII è ñåñòðå Ãåíðèõà VIII Ìàðèè Òþäîð (îíè áûëè ðîæäåíû íå îò íå¸, à îò áðàêà ñ Êýòðèí Óèëëîóáè).
Ïðè ýòîì ×àðëüç Áðýíäîí-ìëàäøèé, ïåðåæèâøèé ñòàðøåãî áðàòà íà ÷àñ,
íà ïðîòÿæåíèè ýòîãî ÷àñà áûë ïýðîì (3-ì ãåðöîãîì Ñàôôîëêîì).

Ñèìïòîìû è òå÷åíèå

Áîëåçíü íà÷èíàëàñü
ñ æ¸ñòêîãî îçíîáà,
ãîëîâîêðóæåíèÿ è ãîëîâíîé áîëè,
à òàêæå ñèëüíûõ áîëåé â øåå, ïëå÷àõ è êîíå÷íîñòÿõ.

Ïîñëå òð¸õ ÷àñîâ ýòîé ñòàäèè
íà÷èíàëàñü ãîðÿ÷êà
è
ñèëüíåéøèé ïîò, æàæäà, ó÷àùåíèå ïóëüñà, áðåä, áîëü â ñåðäöå.
Íèêàêèõ âûñûïàíèé íà êîæå ïðè ýòîì íå áûëî.
Õàðàêòåðíûì ïðèçíàêîì áîëåçíè áûëà
ñèëüíàÿ ñîíëèâîñòü,
÷àñòî ïðåäøåñòâîâàâøàÿ íàñòóïëåíèþ ñìåðòè
ïîñëå èçìîæäàþùåãî ïîòà:
ñ÷èòàëîñü,
÷òî åñëè ÷åëîâåêó äàòü óñíóòü, òî îí óæå íå ïðîñí¸òñÿ.

Îäíàæäû ïåðåáîëåâ ïîòëèâîé ãîðÿ÷êîé, ÷åëîâåê íå âûðàáàòûâàë èììóíèòåòà è ìîã óìåðåòü îò ñëåäóþùåãî ïðèñòóïà.

Ôðýíñèñ Áýêîí â «Èñòîðèè ïðàâëåíèÿ Ãåíðèõà VII» îïèñûâàåò áîëåçíü òàê:
Îêîëî ýòîãî âðåìåíè îñåíüþ, â êîíöå ñåíòÿáðÿ, â Ëîíäîíå è äðóãèõ ÷àñòÿõ êîðîëåâñòâà ðàñïðîñòðàíèëàñü ýïèäåìèÿ áîëåçíè äîòîëå íåèçâåñòíîé, êîòîðóþ ïî å¸ ïðîÿâëåíèÿì íàçâàëè «ïîòëèâûì íåäóãîì». Áîëåçíü ýòà áûëà ñêîðîòå÷íîé êàê â êàæäîì îòäåëüíîì ñëó÷àå çàáîëåâàíèÿ, òàê è â ñìûñëå äëèòåëüíîñòè áåäñòâèÿ â öåëîì. Åñëè çàáîëåâøèé íå óìèðàë â òå÷åíèå äâàäöàòè ÷åòûð¸õ ÷àñîâ, òî áëàãîïîëó÷íûé èñõîä ñ÷èòàëñÿ ïî÷òè îáåñïå÷åííûì. ×òî æå äî âðåìåíè, ïðîøåäøåãî ïðåæäå ÷åì áîëåçíü ïåðåñòàëà ñâèðåïñòâîâàòü, òî å¸ ðàñïðîñòðàíåíèå íà÷àëîñü ïðèìåðíî äâàäöàòü ïåðâîãî ñåíòÿáðÿ, à ïðåêðàòèëîñü äî êîíöà îêòÿáðÿ, îíà, òàêèì îáðàçîì, íå ïîìåøàëà íè êîðîíàöèè, ñîñòîÿâøåéñÿ â ïîñëåäíèõ ÷èñëàõ ýòîãî ìåñÿöà, íè (÷òî áûëî åù¸ âàæíåå) çàñåäàíèþ ïàðëàìåíòà, íà÷àâøåìóñÿ ëèøü ÷åðåç ñåìü äíåé ïîñëå ýòîãî. Ýòî áûëà ÷óìà, íî, ïî âñåé âèäèìîñòè, íå ðàçíîñèìàÿ ïî òåëó êðîâüþ èëè ñîêàìè, èáî çàáîëåâàíèå íå ñîïðîâîæäàëîñü êàðáóíêóëàìè, áàãðîâûìè èëè ñèíåâàòûìè ïÿòíàìè è òîìó ïîäîáíûìè ïðîÿâëåíèÿìè çàðàæåíèÿ âñåãî òåëà; âñå ñâîäèëîñü ê òîìó, ÷òî òëåòâîðíûå èñïàðåíèÿ äîñòèãàëè ñåðäöà è ïîðàæàëè æèçíåííûå öåíòðû, à ýòî ïîáóæäàëî ïðèðîäó ê óñèëèÿì, íàïðàâëåííûì íà òî, ÷òîáû âûâåñòè ýòè èñïàðåíèÿ ïóò¸ì óñèëåííîãî âûäåëåíèÿ ïîòà. Îïûò ïîêàçûâàë, ÷òî òÿæåñòü ýòîé áîëåçíè ñâÿçàíà ñêîðåå ñ âíåçàïíîñòüþ ïîðàæåíèÿ, ÷åì ñ íåïîäàòëèâîñòüþ ëå÷åíèþ, åñëè ïîñëåäíåå áûëî ñâîåâðåìåííûì. Èáî, åñëè ïàöèåíòà ñîäåðæàëè ïðè ïîñòîÿííîé òåìïåðàòóðå, ñëåäÿ çà òåì, ÷òîáû è îäåæäà, è î÷àã, è ïèòü¸ áûëè óìåðåííî ò¸ïëûìè, è ïîääåðæèâàÿ åãî ñåðäå÷íûìè ñðåäñòâàìè, òàê ÷òîáû íè ïîáóæäàòü ïðèðîäó òåïëîì ê èçëèøíåé ðàáîòå, íè ïîäàâëÿòü å¸ õîëîäîì, òî îí îáû÷íî âûçäîðàâëèâàë. Íî áåñ÷èñëåííîå ìíîæåñòâî ëþäåé óìåðëî îò íå¸ âíåçàïíî, ïðåæäå ÷åì áûëè íàéäåíû ñïîñîáû ëå÷åíèÿ è óõîäà. Ýòó áîëåçíü ñ÷èòàëè íå çàðàçíîé, à âûçûâàåìîé âðåäíûìè ïðèìåñÿìè â ñîñòàâå âîçäóõà, äåéñòâèå êîòîðûõ óñèëèâàëîñü çà ñ÷¸ò ñåçîííîé ïðåäðàñïîëîæåííîñòè; î òîì æå ãîâîðèëî è å¸ áûñòðîå ïðåêðàùåíèå.

Ïðè÷èíû
Ïðè÷èíû «àíãëèéñêîãî ïîòà» îñòàþòñÿ çàãàäî÷íûìè.
Ñîâðåìåííèêè (â òîì ÷èñëå Òîìàñ Ìîð) è áëèæàéøèå ïîòîìêè (ñì. âûøå öèòàòó èç Áýêîíà) ñâÿçûâàëè å¸ ñ ãðÿçüþ è íåêèìè âðåäíûìè âåùåñòâàìè â ïðèðîäå. Èíîãäà å¸ îòîæäåñòâëÿþò ñ âîçâðàòíûì òèôîì, êîòîðûé ðàçíîñÿò êëåùè è âøè, íî èñòî÷íèêè íå óïîìèíàþò õàðàêòåðíûõ ñëåäîâ óêóñîâ íàñåêîìûõ è âîçíèêàâøåãî ïðè ýòîì ðàçäðàæåíèÿ. Äðóãèå àâòîðû ñáëèæàþò áîëåçíü ñ õàíòàâèðóñîì, âûçûâàþùèì ãåìîððàãè÷åñêèå ëèõîðàäêè è ë¸ãî÷íûé ñèíäðîì, áëèçêèé ê «àíãëèéñêîìó ïîòó», îäíàêî îí ðåäêî ïåðåäà¸òñÿ îò ÷åëîâåêà ê ÷åëîâåêó, è òàêàÿ èäåíòèôèêàöèÿ òîæå íå îáùåïðèçíàííà.
Áûëî ïðåäïðèíÿòî ìíîæåñòâî ïîïûòîê óñòàíîâèòü èíôåêöèîííîãî àãåíòà ìåòîäàìè ñîâðåìåííîé ìîëåêóëÿðíîé áèîëîãèè, íî âñå ïîïûòêè ïîêà ÷òî îñòàþòñÿ òùåòíûìè èç-çà íåäîñòàòêà ìàòåðèàëà äëÿ àíàëèçà, ÄÍÊ èëè ÐÍÊ.

The sweating sickness epidemic
in 1517
was particularly devastating to Oxford and Cambridge
where it killed
half of both cities’ populations,
including many students and dons.

The disease has been the subject of numerous attempts to define its origin by the modern molecular biology methods, but so far all efforts have failed due to lack of material, DNA or RNA

Àíãëèéñêèé ïîò
https://ru.wikipedia.org/wiki/Àíãëèéñêèé_ïîò

Sweating sickness
https://en.wikipedia.org/wiki/Sweating_sickness

However, when Edward VI’s sister Mary I came to the throne,

he was tried for his beliefs and teachings in Oxford
and imprisoned.

In October 1555
he was burned at the stake outside Balliol College, Oxford.

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

Oxford

The three martyrs
were
the bishops Hugh Latimer and Nicholas Ridley,
and the archbishop Thomas Cranmer.
The Martyrs’ Memorial stands nearby, round the corner to the north on St Giles’.

«3» — 16 century
The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

III-A
3-À
3-A
The Archbishop Thomas Cranmer

Îêñôîðä

«3» — 16 âåê
Åïèñêîïû Õüþ Ëàòèìåð
Åïèñêîïû Íèêîëàñ Ðèäëè,
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð.

Íî â ëþáîì ñëó÷àå,
ýòî èìååò îòíîøåíèå ê èñòîðèè Àíãëèè,
à ïîòîìó è ê Øåêñïèðó

Èçâèíÿþñü, ïîðîé ïðèä¸òñÿ îòâëåêàòüñÿ, èñòîðèÿ Àíãëèè, ýòî ñïëåòåíèå èì¸í è ôàìèëèé è ïåðñîíàëèé.

III-À
3-À
3-À
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð

The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

The Bishops Hugh Latimer
In October 1555
he was burned at the stake outside Balliol College, Oxford.

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

The Bishop
Hugh Latimer
He served as chaplain to Katherine Duchess of Suffolk. However, when Edward VI’s sister Mary I came to the throne, he was tried for his beliefs and teachings in Oxford and imprisoned. In October 1555 he was burned at the stake outside Balliol College, Oxford.

The deaths of
Latimer, Ridley and later Cranmer
now known as
the Oxford Martyrs
are commemorated in Oxford
by the Victorian Martyrs’ Memorial
which is located near
the actual execution site
which is marked by a cross
in Broad Street ,
then the ditch
outside the city’s North Gate.

Hugh Latimer said, —

«It may come in my days,
old as I am,
or in my children’s days,
the saints shall be taken up
to meet Christ in the air,
and so shall come down with Him again»

(cf. 1 Thessalonians 4).

Commemoration

Latimer and Nicholas Ridley are honoured
with a commemoration on 16 October
by the Church of England, the American Episcopal Church and the Anglican Church of Canada.

The Latimer room
in Clare College, Cambridge
is named after him, as is
Latimer Square
in central Christchurch, New Zealand.

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

Åïèñêîï
Õüþ Ëàòèìåð
Îí ñëóæèë êàïåëëàíîì ó ãåðöîãèíè Êýòðèí Ñàôôîëê. Îäíàêî, êîãäà ñåñòðà Ýäóàðäà VI Ìàðèÿ I âçîøëà íà ïðåñòîë, åãî ñóäèëè çà åãî óáåæäåíèÿ è ó÷åíèÿ â Îêñôîðäå è çàêëþ÷èëè â òþðüìó. Â îêòÿáðå 1555 ãîäà îí áûë ñîææåí íà êîñòðå âîçëå êîëëåäæà Áàëëèîë â Îêñôîðäå.

Ñìåðòè
Ëàòèìåð, Ðèäëè è ïîçæå Êðàíìåð
òåïåðü èçâåñòíûå êàê
Îêñôîðäñêèå ìó÷åíèêè
óâåêîâå÷åíû â Îêñôîðäå
Ìåìîðèàëîì âèêòîðèàíñêèõ ìó÷åíèêîâ
, êîòîðûé ðàñïîëîæåí íåäàëåêî
îò ôàêòè÷åñêîãî ìåñòà êàçíè
, îòìå÷åííîãî êðåñòîì
íà Áðîä-ñòðèò,
à çàòåì êàíàâîé
çà Ñåâåðíûìè âîðîòàìè ãîðîäà.

Õüþ Ëàòèìåð ñêàçàë, —

«Ýòî ìîæåò ïðîèçîéòè â ìîè äíè, êàê áû
ñòàð ÿ íè áûë,
èëè âî âðåìåíà ìîèõ äåòåé
, ñâÿòûå áóäóò âîçíåñåíû
, ÷òîáû âñòðåòèòü Õðèñòà â âîçäóõå,
è òàê ñíîâà ñîéäóò ñ Íèì».

(ñð. 1 Ôåññàëîíèêèéöàì 4).

Ïðàçäíîâàíèå

Ëàòèìåð è Íèêîëàñ Ðèäëè óäîñòîåíû ÷åñòè
ñ ïðàçäíîâàíèåì 16 îêòÿáðÿ
Àíãëèêàíñêîé öåðêîâüþ, Àìåðèêàíñêîé åïèñêîïàëüíîé öåðêîâüþ è Àíãëèêàíñêîé öåðêîâüþ Êàíàäû.

Êîìíàòà Ëàòèìåðà
â êîëëåäæå Êëýð, Êåìáðèäæ
, íàçâàíà â åãî ÷åñòü, êàê è
Ëàòèìåð-ñêâåð
â öåíòðå Êðàéñò÷åð÷à, Íîâàÿ Çåëàíäèÿ.

* Âûøå íà ðóññêîì ïåðåâîä ßíäåêñà ñòàòüè ñ Âèêèïåäèè-
Ñâîáîäíîé Ýíöèêëîïåäèè

* Ëàòèìåð çâó÷èò îáðåçàíèåì îò èìåíè Âëàäèìåð — ïåðåäåëàííûì â Âëàòèìåð è ñîêðàæ¸ííûì â Ëàòèìåð. Òàêæå è ïåðåñå÷åíèå ñ Ëàòûíü, Ëàòûíÿíèí, Ëàòûíèí, ñ çåìëè Ëàòèíèè, Ëàòèíÿíèí.

* Ïîðòðåò. Îâàëüíîå óäëèí¸ííîå ëèöî. Óäëèí¸ííûé íîñ «çàãíóòûì êëþâîì-íîçäðÿìè âíèç», ñåäûå ïåïåëüíî-ñåðûå ïðÿìûå âîëîñû. Ñòðîéíûé, õóäîùàâûé. Î÷åíü óìíûå èíòåëëåãåíòûå ãëàçà è âçîð íà ïîðòðåòå , áëàãîîáðàçíîãî ìóæ÷èíû ñ äîñòîèíñòâîì. Ëîá — 4 äëèííûå âåðòèêàëüíûå ëèíèè. Íà ïîðòðåòå ñëîæíî îïèñàòü îòòåíêè ãëàç, îíè è ñëåãêà êàðèå , íî íå êàðèå, â êàðåâàòî-çåëåíîâàòî, ðåäêèå. Â ñèëó ñâîåãî ñàíà è èñïîâåäåé è êðóãà îáùåíèÿ, ìóæ÷èíà ìíîãî âñåãî çíàë è èìåë èíôîðìàöèþ. Íî äëÿ íàñ ñàìîå ãëàâíîå çàïîìíèòü: âî âðåìåíà, êîãäà Áèáëèÿ íå áûëà ïåðåâåäåíà íà Àíãëèéñêèé ÿçûê è íå èçäàíà ìàññîâî, Ëàòèìåð äåëàë âñ¸, ÷òîáû îòêðûòü âîçáîæíîñòè ÷òåíüÿ òåêñòà Áèáëèè â Àíãëèè àíãëè÷àíàìè íà ðîäíîì àíãëèéñêîì ÿçûêå, âêëþ÷àÿ è Çàïîâåäè Èèñóñà Õðèñòà. Îñòàíîâèòü ñòðàøíîå íà çåìëå îñòðîâà Àíãëèÿ áûëî è ñòàëî âîçìîæíûì, êîãäà âñÿ ïàñòâà ñìîãëà íàêîíåö íà ðîäíîì ÿçûêå ïðî÷åñòü òåêñò Áèáëèè è Íîâûé Çàâåò è Ñëîâà Èèñóñà Õðèñòà.
Êîãäà âñå ïðî÷ëè Íîâûé Çàâåò, âûðîñëè íîâûå ëþäè è ïîêîëåíèÿ, êîòîðûå ñìîãëè ãóìàíèçèðîâàòü îáùåñòâî è çàêîíû â Àíãëèè. Ñìåðòíàÿ Êàçíü â Àíãëèè áûëà îòìåíåíà. Ïûòêè çàïðåùåíû. Ââåëè è ñîöèàëüíûå ïîñîáèÿ äëÿ áåäíûõ, è ïåíñèè.

Àíãëè÷àíàì íå äåòüñÿ îò ñâîåé èñòîðèè Àíãëèè , êàêàÿ îíà ó íèõ áûëà.
Êóäà âõîäÿò è ñîææåíèå íà êîñòðå Åïèñêîïîâ è Àðõèåïèñêîïîâ.

À ïîòîì , Íîâûé Çàâåò, ñëîâà Èèñóñà Õðèñòà

«Íå ñóäè»

«Ïðîñòè»

«Íå óáèé».

È êàê ñòîÿòü ñ ýòèì? È âîò ýòî è åñòü àíãëèéñêîå è áðèòàíñêîå âîñïèòàíèå.
Ó íèõ íåò èíîé äðóãîé èñòîðèè ñîáûòèé.

Â íàñòîÿùåå âðåìÿ, âëàñòü â Àíãëèè óæå ó Ïðîòåñòàíòîâ.
×åìó Ìó÷åíèê Ëàòèìåð ìîã, âåðîÿòíî, ïîðàäîâàòüñÿ.

Öåðêâè Àíãëèè ìèðíî óæèâàþòñÿ. 16 âåê — 21 âåê, 5 âåêîâ äîðîãè ïî âðåìåíè.

Â ñèëó òîãî, ÷òî ìàññà ìåñòíûõ áûëè óíè÷òîæåíû è áîëåçíÿìè è êàçíÿìè,
ýòî àáîðòèðîâàëî âûñêðåáëî ìàññó ðàçíîîáðàçíîãî ãåíîòèïà ïðîøëîãî.
Àíãëèÿ çàïîëíèëî ýòó äûðó ââåç¸ííûìè è ñ Àôðèêè è ñ Åâðîïû, ìèãðàíòàìè,
ñòàâøèìè êòî ñâîèìè, è êòî êàê ÷òî ÷óâñòâóåò.

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

Ëàòèìåð Õüþ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ëàòèìåð,_Õüþ

———————————————————

Oxford

The three martyrs
were
the bishops Hugh Latimer and Nicholas Ridley,
and the archbishop Thomas Cranmer.
The Martyrs’ Memorial stands nearby, round the corner to the north on St Giles’.

«3» — 16 century
The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

III-A
3-À
3-A
The Archbishop Thomas Cranmer

Îêñôîðä

«3» — 16 âåê
3 Ìó÷åíèêà Îêñôîðäà

Åïèñêîï Õüþ Ëàòèìåð — Ñìåðòü 16 îêòÿáðÿ 1555, ñîææ¸í íà êîñòðå â Îêñôîðäå, Àíãëèÿ
Åïèñêîï Íèêîëàñ Ðèäëè — Ñìåðòü 16 îêòÿáðÿ 1555, ñîææ¸í íà êîñòðå â Îêñôîðäå, Àíãëèÿ
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð.

Íî â ëþáîì ñëó÷àå,
ýòî èìååò îòíîøåíèå ê èñòîðèè Àíãëèè,
à ïîòîìó è ê Øåêñïèðó

Èçâèíÿþñü, ïîðîé ïðèä¸òñÿ îòâëåêàòüñÿ, èñòîðèÿ Àíãëèè, ýòî ñïëåòåíèå èì¸í è ôàìèëèé è ïåðñîíàëèé.

III-À
3-À
3-À
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð

The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

The Bishop Hugh Latimer
16 October 1554 He was burned at the stake outside Balliol College, Oxford

The Bishop Nicholas Ridley
16 October 1554 He was burned at Oxford

The Archbishop Thomas Cranmer

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

Ëàòèìåð Õüþ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ëàòèìåð,_Õüþ

Ðèäëè, Íèêîëàñ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ðèäëè,_Íèêîëàñ

Nicholas Ridley (martyr) (16 century)
https://en.wikipedia.org/wiki/Nicholas_Ridley_(martyr)

The Archbishop Thomas Cranmer

The Bishop Hugh Latimer — 16 October 1554 He was burned at the stake outside Balliol College, Oxford
The Bishop Nicholas Ridley
The Archbishop Thomas Cranmer.

The Bishop
Hugh Latimer
In October 1555
he was burned at the stake outside Balliol College, Oxford.

Åïèñêîï
Õüþ Ëàòèìåð
Â 1531 ãîäó Ëàòèìåð óäîñòîèëñÿ îñîáîé ìèëîñòè Ãåíðèõà VIII çà ïîääåðæêó â ïîëüçó àííóëèðîâàíèÿ áðàêà êîðîëÿ ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé.
Îí ñëóæèë êàïåëëàíîì ó ãåðöîãèíè Êýòðèí Ñàôôîëê. Îäíàêî, êîãäà ñåñòðà Ýäóàðäà VI Ìàðèÿ I âçîøëà íà ïðåñòîë, åãî ñóäèëè çà åãî óáåæäåíèÿ è ó÷åíèÿ â Îêñôîðäå è çàêëþ÷èëè â òþðüìó. Â îêòÿáðå 1555 ãîäà îí áûë ñîææåí íà êîñòðå âîçëå êîëëåäæà Áàëëèîë â Îêñôîðäå.

The Bishop
Nicolas Ridley
Nicholas Ridley (martyr)
From Wikipedia, the free encyclopedia

Åïèñêîï
Íèêîëàñ Ðèäëè

Ðîæäåíèå 1500, Þæíûé Òàéíäåéë, Íîðòàìáåðëåíä, Àíãëèÿ
Ñìåðòü 16 îêòÿáðÿ 1555, Îêñôîðä, Àíãëèÿ (54-55 ëåò), ñîææ¸í íà êîñòðå â Îêñôîðäå
Äåíü ïàìÿòè 16 îêòÿáðÿ

Åïèñêîï
Íèêîëàñ Ðèäëè

Íèêîëàñ Ðèäëè (àíãë. Nicholas Ridley,
(îê. 1500, Þæíûé Òàéíäåéë, Íîðòóìáåðëåíä, Àíãëèÿ 16 îêòÿáðÿ 1555, Îêñôîðä, Îêñôîðäøèð)
àíãëèêàíñêèé ïðåëàò,
ëîíäîíñêèé åïèñêîï (15501555),
åïèñêîï Ðî÷åñòåðñêèé (15491550),
êàïåëëàí êîðîëÿ (1540 — ?)
êàïåëëàí Òîìàñà Êðàíìåðà, àðõèåïèñêîïà Êåíòåðáåðèéñêîãî
×ëåí êîìèòåòà ñîñòàâèâøåãî ïåðâûé àíãëèéñêèé ìîëèòâåííèê
áàêàëàâð áîãîñëîâèÿ
áîãîñëîâ
Ìàãèñòð èñêóññòâ

Ïðîòåñòàíòñêèé ìó÷åíèê, âèäíûé äåÿòåëü ðàííåé Ðåôîðìàöèè â Àíãëèè.

Ó÷èëñÿ
â Êîðîëåâñêîé ãèìíàçèè Íüþêàñë-àïîí-Òàéí,
çàòåì â Ïåìáðîê-êîëëåäæå (Îêñôîðä).
Ìàãèñòð èñêóññòâ.

Ïîñëå òîãî, êàê áûë ðóêîïîëîæåí, îòïðàâèëñÿ â Ïàðèæ, ó÷èëñÿ â Êîëëåæå Ñîðáîííà. Îêîëî 1529 ã. âåðíóëñÿ â Àíãëèþ. Ñ 1534 ã. ñëóæèë â Êåìáðèäæñêîì óíèâåðñèòåòå.

Îáëàäàÿ ãëóáîêèìè çíàíèÿìè â îáëàñòè Áèáëåéñêîé ãåðìåíåâòèêè, ó÷àñòâîâàë â ñïîðå îá àâòîðèòåòå ïàïû ðèìñêîãî. Ñ 1537 ãîäà áàêàëàâð áîãîñëîâèÿ.

Åãî êà÷åñòâà ïðèâëåêëè âíèìàíèå Òîìàñà Êðàíìåðà,
îäíîãî èç îòöîâ àíãëèéñêîé Ðåôîðìàöèè,
àðõèåïèñêîïà Êåíòåðáåðèéñêîãî
è âñêîðå îí áûë íàçíà÷åí êàïåëëàíîì Êðàíìåðà.

Â 1540 ãîäó Ðèäëè ñòàë êàïåëëàíîì êîðîëÿ
è ïîëó÷èë ïðàâî ïðåáåíäû.

Êîãäà êîðîëü Ãåíðèõ VIII
íà÷àë çàñòàâëÿòü âñåõ ñâÿùåííèêîâ
äåðæàòüñÿ êàòîëè÷åñêîãî âåðîó÷åíèÿ, âûðàçèë ñâî¸ íåñîãëàñèå.

Ðèäëè áûë íàçíà÷åí
åïèñêîïîì Ðî÷åñòåðñêèì (15491550),
à â 15501555 ãîäàõ åïèñêîïîì Ëîíäîíà.
Áûë ÷ëåíîì êîìèòåòà ñîñòàâèâøåãî ïåðâûé àíãëèéñêèé ìîëèòâåííèê.

Ñèòóàöèÿ âíîâü êàðäèíàëüíî èçìåíèëàñü â 1553 ãîäó,
êîãäà ïîñëå âíåçàïíîé ñìåðòè êîðîëÿ
òðîí çàíÿëà êàòîëè÷êà Ìàðèÿ Òþäîð,
ðàñïðàâèâøàÿñÿ ñ ðåôîðìàòîðàìè,
çà ÷òî âîøëà â èñòîðèþ êàê «êðîâàâàÿ Ìýðè».
Áîëåå 300 ñòîðîííèêîâ Ðåôîðìàöèè áûëè óáèòû,
îäíèìè èç ïåðâûõ çà ïîääåðæêó àíãëèêàíñêîé öåðêâè,
íåçàâèñèìîé îò ðèìñêî-êàòîëè÷åñêîé öåðêâè áûëè àðåñòîâàíû,
çàòî÷åíû â Îêñôîðäå
è ñîææåíû Õüþ Ëàòèìåð è Íèêîëàñ Ðèäëè.
Âìåñòå ñ Òîìàñîì Êðàíìåðîì
îíè íûíå èçâåñòíû êàê Îêñôîðäñêèå Ìó÷åíèêè.

Â Ëîíäîíå áëèç Òðàôàëüãàðñêîé ïëîùàäè ñòîèò ïàìÿòíèê òð¸ì ïåðâûì àíãëèêàíñêèì åïèñêîïàì, ñîææ¸ííûì ïðè Ìàðèè Òþäîð.

Åãî èìÿ íîñèò òåîëîãè÷åñêèé êîëëåäæ, êîòîðûé áûë îòêðûò â 1881 ãîäó â Êåìáðèäæå Ðèäëè Õîëë (Êåìáðèäæ).

Ïîðòðåò 1555 ãîäà.
Íèêîëàñ Ðèäëè.
Ëèöî åãî íàïîìèíàåò ëèöî Õüþ Ëàòèìåðà: òîæå îâàëüíîå,
íî áîëåå óçêîâàòîå, çàîñòð¸ííûé ïîäáîðîäîê, ëèöî õóäîå è ëîá âûñîêèé,
íà ëáó ïîâûøå äâå ïàðåëëåëèëüíûå ïîëîñêè. Ãëàçà øîêîëàäíî-êàðèå, âîëîñû ïåãîâàòî ñåðîâàòî êîðè÷íåâûå ñ ðûæèíêîé. áðîâè óçêèå,
Íà êàðòèíå 1555 ãîäà
ââåðõó ãåðá-ýìáëåìà:
áóéâîë, áûê, âîë, äâóðîãèé:
ox îêñ ïî àíãëèéñêè: ox . Ýòî îêñ ox è â íàçâàíèè «Îêñôîðä» «Oxford».
Ìåñòî ó÷¸áû — Êîðîëåâñêàÿ ãèìíàçèÿ Íüþêàñë-àïîí-Òàéí.
Ïîåçäêè çà ãðàíèöó. Êàðüåðà. Ó÷¸áà.

Êîíå÷íî æå, î÷åíü óìíûé ÷åëîåê, çíàë ÿçûêè, èìåë õàðàêòåð,
Àíãëèÿ åìó îáÿçàíà ïåðåâîäàìè è èçäàíèÿìè Ìîëèòâèíèêà íà Àíãëèéñêîì ßçûêå.

Ìó÷íèê Àíãëèêàíñêîé öåðêâè, ñîææ¸í íà êîñòðå â Îêñôîðäå 16 îêòÿáðÿ 1555 ãîäà â Àíãëèè.

Åïèñêîï
Íèêîëàñ Ðèäëè

Nicholas Ridley
Birth name Nicholas Ridley
Born c.;1500. South Tynedale, Northumberland, England
Died 16 October 1555. Oxford, Oxfordshire, England
English Bishop of London (1550 — 1553)
English Bishop of London and Westminster
* the only bishop called «Bishop of London and Westminster»
Bishop of Rochester (15471550)
Denomination Anglicanism
Sainthood
Feast day 16 October
Venerated in Anglican Communion
Title as Saint Oxford Martyr

Nicholas Ridley
He was
the second son of Christopher Ridley,
first cousin to Lancelot Ridley

Lancelot Ridley
Lancelot Ridley (died 1576),
an English clergyman, a theological writer,
rector of St James’ Church, Stretham, Cambridgeshire.

Lancelot Ridley
educated at Clare Hall, Cambridge

Clare College
had previously been known as «Clare Hall» from 1338 to 1856)

Clare College
is a constituent college of the University of Cambridge in Cambridge, England.
The college was founded in 1326
as University Hall,
making it the second-oldest surviving college of the University after Peterhouse.
It was refounded in 1338 as Clare Hall
by an endowment from Elizabeth de Clare,
and took on its current name in 1856.

Clare is famous for its chapel choir and for its gardens on «The Backs»
(the back of the colleges that overlook the River Cam).

Clare is consistently one of the most popular Cambridge colleges amongst prospective applicants

History
The college was founded
in 1326
by the university’s Chancellor, Richard Badew,
and was originally named
University Hall.
Providing maintenance for only two fellows,
it soon hit financial hardship.

a college of the University of Cambridge
University Hall
Clare College
Clare Hall

In 1338,
the college was refounded as
Clare Hall
by an endowment from
Elizabeth de Clare,
a granddaughter of Edward I,
which provided for twenty fellows and ten students.

The college was known as Clare Hall until 1856, when it changed its name to «Clare College». (A new «Clare Hall» was founded by Clare College as an exclusively postgraduate institution in 1966

People associated with Clare College

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare, writer, founder, and patron
Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Granddaugter of Edward I
Her maternal uncle, King Edward II
Father Gilbert de Clare, 6th Earl of Hertford
Mother Joan of Acre

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Elizabeth de Burgh
(16 September 1295 4 November 1360)
was the heiress to the lordships of Clare, Suffolk, in England and Usk in Wales.
She was the youngest of the three daughters of Gilbert de Clare, 6th Earl of Hertford and Joan of Acre, and sister of Gilbert de Clare, who later succeeded as the 7th Earl.

Elizabeth de Burgh
due to her first marriage to
John de Burgh.

Her two successive husbands were

Theobald II de Verdun (of the Butler family)

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Elizabeth de Clare
Lady of Clare
(16 September 1295 4 November 1360)
Elizabeth de Clare (maiden name)(since a birth, 16 September 1295)
Elizabeth de Burgh (by her 1st marriage at 30 September 1308, widowed in 1313, died on 4 November 1360)
Lady Verdun (by her 2nd marriage in February 1316, widowed on 27 July 1316)
Elizabeth d’Amory (D’Amory by her 3d marriage (April 1317, widowed after 16 March 1322).
(16 September 1295 4 November 1360)
Born 16 September 1295, Tewkesbury, Gloucestershire, England
Died 4 November 1360 (aged 65), Ware, Hertfordshire, England
Noble family de Clare
Father Gilbert de Clare, 6th Earl of Hertford
Mother Joan of Acre

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Elizabeth de Clare, Lady of Clare
(16 September 1295 4 November 1360)

Spouse(s)

John de Burgh
(married on 30 September 1308, he was killed at 1313)
(Edward II planed marry her in 1316 on one of his supporter)

Theobald II de Verdun
(married Feb 1316 , he died on 27 July 1316)

Sir Roger D’Amory, Lord D’Amory, Baron of Amory in Ireland, Roger D’Amory
(maried April 1317 — diead of his wounds after 16 March 1322).
He died of his wounds at Tutbury Castle, Staffordshire after 16 March 1322,
having been captured by the royalist forces at the Battle of Boroughbridge
where the rebels were soundly defeated.
Elizabeth was captured at Usk Castle and imprisoned at Barking Abbey in London
with her children by the victorious faction.

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Elizabeth de Clare, Lady of Clare
(16 September 1295 4 November 1360)

Elizabeth de Clare married three times and had three children; one by each husband
Issue, Children

William de Burgh, 3rd Earl of Ulster (born in 1312) /William Donn de Burgh, 3rd Earl of Ulster
Isabel de Verdun (was born on 21 March 1317)
Elizabeth d’Amory (was born in May 1318)

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Elizabeth de Clare, Lady of Clare
(16 September 1295 4 November 1360)
Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Granddaugter of Edward I
Her maternal uncle, King Edward II

1326,
She held a very elaborate Christmas feast that year in Usk Castle, perhaps partly in celebration of her adversary’s death, for which the long list of food and drink survives (see the National Archives PRO E101/91/14). She also undertook building works at Usk and nearby Llangibby Castles,
where she would entertain her friends, Marie de St Pol, countess of Pembroke, first amongst these. She stayed at Usk from October 1348 until April 1350, perhaps to escape the Black Death.

After Damory’s death, Elizabeth de Clare never remarried and styled herself the ‘Lady of Clare’ after her principal estate in Suffolk. She also had a residence at Anglesey Abbey, Cambridgeshire, Great Bardfield, Essex, and in 1352 she built a London house in the precinct of the Franciscan convent of Minoresses, Aldgate. A good idea of her lifestyle in the last 25 years of her life can be taken from the extensive survival of her household and other records. These threw light on the activities of and provision of food and drink for the household (numbering up to 100 people) of one of the richest and most influential women of the fourteenth century.

Amongst the records are the work of her personal goldsmith in 1333, and she also lists her alms giving and the patronage towards her favourite religious houses, the priories at Clare, Anglesey, and Walsingham, and Denny Abbey.

Her most important and long-lasting foundation was Clare College, Cambridge.
This began when she was asked to support University Hall, founded by Richard de Badew, in 1326. When Richard handed over his rights as patron to Elizabeth in 1346,
she made further grants and it became known as Clare Hall.

Death

Elizabeth de Burgh died on 4 November 1360 (aged 65)
and was buried at the convent of the Minoresses
following a funeral costing ;200.
Her tomb has not survived
but must have been elaborate. H
er will with its extensive bequests is published along with her household records.

Elizabeth de Clare’s eldest daughter,
Isabel de Verdun
married
Henry de Ferrers, 2nd Lord Ferrers of Groby,

Her younger daughter,
Elizabeth d’Amory,
married
John Bardolf, 3rd Lord Bardolf of Wormegay, Knight Banneret (13141363).

Her son
William, 3rd Earl of Ulster
married
Maud of Lancaster,
by whom he had a daughter,
Elizabeth de Burgh, 4th Countess of Ulster.

Granddaughter of Elizabeth de Clare’s :
Elizabeth de Burgh, 4th Countess of Ulster
became the future wife
of Edward III’s second son
Lionel of Antwerp, 1st Duke of Clarence.

Her son
William Donn de Burgh, 3rd Earl of Ulster
William had been murdered in Ireland in 1333,
27 years before her own death on 4 November 1360.

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Granddaugter of Edward I

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare, writer, founder, and patron
https://en.wikipedia.org/wiki/Elizabeth_de_Clare

Êëåð, Ýëèçàáåò äå
Ìàòåðèàë èç Âèêèïåäèè ñâîáîäíîé ýíöèêëîïåäèè

Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Granddaugter of Edward I
Her maternal uncle, King Edward II
Father Gilbert de Clare, 6th Earl of Hertford
Mother Joan of Acre

Êëåð, Ýëèçàáåò äå

Ýëèçàáåò äå Êëåð
Äàòà ðîæäåíèÿ 16 ñåíòÿáðÿ 1295
Ìåñòî ðîæäåíèÿ Òüþêñáåðè, Ãëîñòåð, Àíãëèÿ
Äàòà ñìåðòè             4 íîÿáðÿ 1360 (65 ëåò)
Ìåñòî ñìåðòè             Õàðòôîðäøèð, Àíãëèÿ
Ãðàæäàíñòâî             Àíãëèÿ
Îòåö Ãèëáåðò äå Êëåð, 6-é ãðàô Õàðòôîðä
Ìàòü Äæîàí Àêðñêàÿ
Âíó÷êà êîðîëÿ Ýäâàðäà I
Äÿäÿ ïî ìàòåðèíñêîé ëèíèè êîðîëü Ýäâàðä II

Ýëèçàáåò äå Êëåð
Elizabeth de Clare, 11th Lady of Clare
Granddaugter of Edward I
Her maternal uncle, King Edward II
Father Gilbert de Clare, 6th Earl of Hertford
Mother Joan of Acre

Êëåð, Ýëèçàáåò äå

Ýëèçàáåò äå Êëåð (16 ñåíòÿáðÿ 1295 4 íîÿáðÿ 1360) ìëàäøàÿ èç òð¸õ äî÷åðåé Ãèëáåðòà äå Êëåðà, 6-ãî ãðàôà Õàðòôîðäà, è Äæîàííû Àêðñêîé (äî÷åðè êîðîëÿ Ýäóàðäà I).

Íàñëåäíèöà Êëåðà (1317; Clare, Suffolk), ×åïñòîó è Êàðëåîíà (1320), ïîêðîâèòåëüíèöà êîëëåäæà Êëåð â Êåìáðèäæñêîì óíèâåðñèòåòå.

Ñåìüÿ
Â 1308 ãîäó âûøëà çàìóæ çà Äæîíà äå Áóðãà (óìåð â 1313), íàñëåäíèêà ãðàôà Îëüñòåðà.
Â 1316 ãîäó âûøëà çàìóæ çà Òèáî äå Âåðäåíà (Òåîáàëüäà Âåðäåíñêîãî) (óìåð â 1316).
Â 1317 ãîäó âûøëà çàìóæ çà Ðîäæåðà Äàìîðè, áàðîíà Äàìîðè (óìåð â 1322).
Â ýòèõ áðàêàõ ðîäèëèñü òðîå äåòåé.

ïåðâûé áðàê: Óèëüÿì äå Áóðã, 3-é ãðàô Îëüñòåð (13121333), áûë æåíàò íà Ìîä Ëàíêàñòåðñêîé, äî÷åðè Ãåíðè, 3-ãî ãðàôà Ëàíêàñòåðà.
âòîðîé áðàê: Èçàáåëü äå Âåðäåí (13171349), áûëà çàìóæåì çà Ãåíðè äå Ôåððåðñîì, 2-ì ëîðäîì Ôåððåðñ èç Ãðîóáè.
òðåòèé áðàê: Ýëèçàáåò ÄÀìîðè (13181362), áûëà çàìóæåì çà Äæîíîì Áàðäîëüôîì, 3-ì áàðîíîì Áàðäîëüô.

Êëåð, Ýëèçàáåò äå
https://ru.wikipedia.org/wiki/Êëåð,_Ýëèçàáåò_äå

Clare College, Camvridge
https://en.wikipedia.org/wiki/Clare_College,_Cambridge

Clare Hall
was founded by Clare College (which had previously been known as «Clare Hall» from 1338 to 1856)

Clare Hall (founded un 1966 by Clare College)
Clare Hall is a constituent college of the University of Cambridge, England. Founded in 1966 by Clare College, Clare Hall is a college for advanced study, admitting only postgraduate students alongside postdoctoral researchers and fellows. It was established to serve as an Institute of Advanced Studies.

Clare Hall, Cambridge
Clare Hall is a constituent college of the University of Cambridge, England. Founded in 1966 by Clare College, Clare Hall is a college for advanced study, admitting only postgraduate students alongside postdoctoral researchers and fellows. It was established to serve as an Institute of Advanced Studies and has slowly grown and developed into a full constituent college.

Clare Hall is one of the smallest colleges with 200 graduate students, but around 125 Fellows, making it the highest Fellow to Student ratio at Cambridge University. Notwithstanding its small size, the college is also notable for its high number of Nobel Laureate affiliates.[3] Clare Hall maintains many Cambridge traditions including formal hall and the tutorial system.
https://en.wikipedia.org/wiki/Clare_Hall,_Cambridge

Lancelot Ridley

Lancelot Ridley
(died 1576), was an English clergyman, known as a theological writer, and
rector of St James’ Church, Stretham, Cambridgeshire.

Lancelot Ridley was educated at Clare Hall, Cambridge.

Lancelot Ridley was 1st Cousin of Nicholas Ridley

Lancelot Ridley
https://en.wikipedia.org/wiki/Lancelot_Ridley

Nicholas Ridley
grew up
in Unthank Hall from the old House of Unthank
located on the site of an ancient watch tower or pele tower.

Nicholas Ridley
Father
Christopher Ridley

Nicholas Ridley
Education
The Royal Grammar School, Newcastle
Pembroke College, Cambridge
Master of Arts (1525)
a priest
the Sorbonne, in Paris (till 1529)
Cambridge University
B.D. (Bachelor of Divinity) (1537)
Master of Pembroke College (1541)
Award, The degree of Doctor of Divinity (1541)

Nicholas Ridley
Working places
a priest
The senior proctor of Cambridge University (1534 — 1537)
Chaplain, serving to the Archbishop of Canterbury, Thomas Cranmer (1537-April 1538)
Vicar of Herne, in Kent (April 1538-1540)
One of the King’s Chaplains (1540-1541)
and was also presented with a prebendal stall in Canterbury Cathedral
Bishop of Rochester (15471550)
English Bishop of London (1st April 1550 — 1553)
English Bishop of London and Westminster (1st April 1550 — 1553)

Nicholas Ridley
Downfall (15531555)

On 2 February 1553
Cranmer was ordered
to appoint
John Knox, a Scot, as vicar of All Hallows, Bread Street in London,
placing him under the authority of Ridley.

Knox returned to London in order to deliver a sermon before the king and the court during Lent after which he refused to take his assigned post.

That same year, 1553,
Nicholas Ridley pleaded with Edward VI
to give some of his empty palaces over to the city
to house homeless women and children.
One such foundation was Bridewell Royal Hospital,
which is today known as King Edward’s School, Witley.

Edward VI
became seriously ill from tuberculosis
and in mid-June 1553
the councillors were told that he did not have long to live.
They set to work to convince several judges
to put on the throne Lady Jane Grey, Edward’s cousin,
instead of Mary, daughter of Henry VIII and Catherine of Aragon and a Roman Catholic.

On 17 June 1553
The king Edward VI
made his will
noting
Jane
Lady Jane Grey
would succeed him,
contravening
the Third Succession Act.

Nicholas Ridley
signed
the letters patent
giving the English throne
to Lady Jane Grey.
(17 June 1553 )

On 9 July 1553
Nicholas Ridley
preached a sermon at St Paul’s cross
in which he affirmed that
the princesses Mary and Elizabeth
were bastards.

By mid-July 1553,
there were serious provincial revolts
in Mary’s favour
and support for Jane in the council fell.

Mary was proclaimed queen,

Ridley, Jane’s father, the Duke of Suffolk and others
were imprisoned.

Nicholas Ridley
was sent to the Tower of London.

Through February 1554
Jane and her leading supporters were executed.

After that, there was time to deal with the religious leaders of the English Reformation
and so

on 8 March 1554 t
he Privy Council ordered

Cranmer, Ridley, and Hugh Latimer
to be transferred to Bocardo prison in Oxford
to await trial for heresy.

The trial of Latimer and Ridley
started shortly
after Cranmer’s
with
John Jewel
acting as notary to Nicholas Ridley.
Their verdicts came almost immediately
and
they were to be burned at the stake.

Death and legacy

The sentence was carried out on 16 October 1555 in Oxford.

Cranmer was taken to a tower to watch the proceedings. Ridley burned extremely slowly and suffered a great deal: his brother-in-law had put more tinder on the pyre in order to speed his death, but this only caused his lower parts to burn.

Latimer is supposed to have said to Ridley, «Be of good comfort, and play the man, Master Ridley; we shall this day light such a candle, by God’s grace, in England, as I trust shall never be put out.» This was quoted in Foxe’s Book of Martyrs.

A metal cross in a cobbled patch of road in Broad Street, Oxford, marks the site.

Eventually
Nicholas Ridley and Hugh Latimer
were seen as martyrs
for their support of a Church of England independent
from the Roman Catholic Church.
Along with Thomas Cranmer,
they are known as the Oxford Martyrs.

In the Victorian era,
his death was commemorated by
the Martyrs’ Memorial,
located near the site of his execution.

As well as being a monument to the English Reformation and the doctrines of the Protestant and Reformed doctrines, the memorial is a landmark of the 19th century, a monument stoutly resisted by John Keble, John Henry Newman and others of the Tractarian Movement and Oxford Movement.

In 1881, Ridley Hall in Cambridge, England,
was founded in his memory for the training of Anglican priests.

Ridley College,
a private University-preparatory school
located in St. Catharines, Ontario, Canada,
was founded in his honour in 1889.

Also named after him is Ridley Melbourne,
a theological college in Australia, founded in 1910.

There is a Church of England church
dedicated to him in Welling, southeast London.

The words spoken to Ridley by Latimer at their execution are used.
Ridley and Latimer are remembered with a commemoration
in the Calendar of saints in some parts of the Anglican Communion
on 16 October.

See also
Saints in Anglicanism

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

Ëàòèìåð Õüþ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ëàòèìåð,_Õüþ

Ðèäëè, Íèêîëàñ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ðèäëè,_Íèêîëàñ

Nicholas Ridley (martyr) (16 century)
https://en.wikipedia.org/wiki/Nicholas_Ridley_(martyr)

The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

———————————————————

Oxford

The three martyrs
were
the bishops Hugh Latimer and Nicholas Ridley,
and the archbishop Thomas Cranmer.
The Martyrs’ Memorial stands nearby, round the corner to the north on St Giles’.

«3» — 16 century
The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

III-A
3-À
3-A
The Archbishop Thomas Cranmer

Îêñôîðä

«3» — 16 âåê
3 Ìó÷åíèêà Îêñôîðäà

Íî â ëþáîì ñëó÷àå,
ýòî èìååò îòíîøåíèå ê èñòîðèè Àíãëèè,
à ïîòîìó è ê Øåêñïèðó

Èçâèíÿþñü, ïîðîé ïðèä¸òñÿ îòâëåêàòüñÿ, èñòîðèÿ Àíãëèè, ýòî ñïëåòåíèå èì¸í è ôàìèëèé è ïåðñîíàëèé.

III-À
3-À
3-À
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð

The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

The Bishop Hugh Latimer
16 October 1554 He was burned at the stake outside Balliol College, Oxford

The Bishop Nicholas Ridley
16 October 1554 He was burned at Oxford

The Archbishop Thomas Cranmer
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð

Thomas Cranmer

Òîìàñ Êðàíìåð
Êðàíìåð, Òîìàñ

Hugh Latimer
https://en.wikipedia.org/wiki/Hugh_Latimer

Ëàòèìåð Õüþ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ëàòèìåð,_Õüþ

Ðèäëè, Íèêîëàñ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ðèäëè,_Íèêîëàñ

Nicholas Ridley (martyr) (16 century)
https://en.wikipedia.org/wiki/Nicholas_Ridley_(martyr)

The Archbishop Thomas Cranmer

Thomas Cranmer
https://en.wikipedia.org/wiki/Thomas_Cranmer

Êðàíìåð, Òîìàñ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Êðàíìåð,_Òîìàñ

Èç Âèêèïåäèè, Ñâîáîäíîé Ýíöèêëîïåäèè
From Wikipedia, the free Encilopedia

The Archbishop Thomas Cranmer
Àðõèåïèñêîï Òîìàñ Êðàíìåð

Thomas Cranmer

Òîìàñ Êðàíìåð
Êðàíìåð, Òîìàñ

Òîìàñ Êðàíìåð (àíãë. Thomas Cranmer)
(2 èþëÿ 148921 ìàðòà 1556)
ëèäåð àíãëèéñêîé Ðåôîðìàöèè è
àðõèåïèñêîï Êåíòåðáåðèéñêèé
âî âðåìÿ ïðàâëåíèÿ Ãåíðèõà VIII, Ýäóàðäà VI è, íà êîðîòêîå âðåìÿ, Ìàðèè I.

Îí ïîìîãàë â îáîñíîâàíèè àííóëèðîâàíèÿ áðàêà Ãåíðèõà ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé, êîòîðûé áûë îäíîé èç ïðè÷èí îòäåëåíèÿ àíãëèêàíñêîé öåðêâè îò êàòîëè÷åñêîé. Âìåñòå ñ Òîìàñîì Êðîìâåëåì îí ïîääåðæèâàë ïðèíöèï êîðîëåâñêîãî âåðõîâåíñòâà, â ñîîòâåòñòâèè ñ êîòîðûì êîðîëü â ñâîåì êîðîëåâñòâå ñ÷èòàëñÿ ãëàâîé öåðêâè.

Çà âðåìÿ ïðåáûâàíèÿ Êðàíìåðà íà ïîñòó àðõèåïèñêîïà Êåíòåðáåðèéñêîãî,
îí ñîçäàë ïåðâûå äîêòðèíàëüíûå è ëèòóðãè÷åñêèå ñòðóêòóðû ðåôîðìèðîâàííîé àíãëèêàíñêîé öåðêâè. Âî âðåìÿ ïðàâëåíèÿ Ãåíðèõà Êðàíìåð íå ïðîèçâåë ïî÷òè íèêàêèõ ðàäèêàëüíûõ ðåôîðì â öåðêâè èç-çà áîðüáû çà âëàñòü ìåæäó ðåëèãèîçíûìè êîíñåðâàòîðàìè è ðåôîðìàòîðàìè.

Îí îïóáëèêîâàë ïåðâîå îôèöèàëüíî ðàçðåøåííûé âåðíàêóëÿð Óâåùåâàíèå è Ëèòàíèþ.

Êîãäà Ýäóàðä âçîø¸ë íà òðîí, Êðàíìåðó óäàëîñü ïðîèçâåñòè âàæíûå ðåôîðìû.
Îí íàïèñàë è ñîñòàâèë
ïåðâûå äâà èçäàíèÿ «Êíèãè îáùèõ ìîëèòâ», ïîëíîé ëèòóðãèè äëÿ àíãëèéñêîé öåðêâè.
Ñ ïîìîùüþ íåñêîëüêèõ ðåôîðìàòîðîâ ñ êîíòèíåíòà, êîòîðûì îí ïðåäîñòàâèë óáåæèùå, îí èçìåíèë ó÷åíèå ïî òàêèì âîïðîñàì, êàê åâõàðèñòèÿ, öåëèáàò ñâÿùåííèêîâ, ðîëü èçîáðàæåíèé â ìåñòàõ ïîêëîíåíèÿ è ïî÷èòàíèå ñâÿòûõ. Êðàíìåð ïðîïîâåäîâàë íîâûå äîêòðèíû â «Ìîëèòâåííèêå», «Ïðîïîâåäÿõ» è äðóãèõ ïóáëèêàöèÿõ.

Ïîñëå âîöàðåíèÿ êàòîëè÷êè Ìàðèè I
Êðàíìåð ïðåäñòàë ïåðåä ñóäîì çà èçìåíó è åðåñü.

Ïðîáûâ â òþðüìå áîëåå äâóõ ëåò
ïîä äàâëåíèåì öåðêîâíûõ âëàñòåé,
îí íåñêîëüêî ðàç îòðåêàëñÿ è, î÷åâèäíî, ïðèìèðèëñÿ ñ êàòîëè÷åñêîé öåðêîâüþ.
Õîòÿ â îáû÷íûõ îáñòîÿòåëüñòâàõ ýòî îïðàâäàëî áû åãî, Ìàðèÿ õîòåëà,
÷òîáû îí áûë êàçí¸í,

è â äåíü êàçíè
Òîìàñ Êðàíìåð
îòîçâàë ñâî¸ îòðå÷åíèå, ÷òîáû óìåðåòü åðåòèêîì äëÿ êàòîëèêîâ
è
ìó÷åíèêîì çà ïðèíöèïû àíãëèéñêîé Ðåôîðìàöèè.

Ñìåðòü Êðàíìåðà áûëà óâåêîâå÷åíà
â «Êíèãå ìó÷åíèêîâ» Ôîêñà,
à åãî èäåè ïðîäîëæàþò æèòü â àíãëèêàíñêîé öåðêâè ÷åðåç
«Êíèãó îáùåé ìîëèòâû»
è «Òðèäöàòü äåâÿòü ñòàòåé»,
àíãëèêàíñêîå èñïîâåäàíèå âåðû,
îñíîâàííîå íà åãî òðóäàõ.

Òîìàñ Êðàìåð
Êðàíìåð ðîäèëñÿ â 1489 ãîäó â Àñëàêòîíå , Íîòòèíãåìøèð.

Òîìàñ Êðàìåð
áûë ìëàäøèì ñûíîì
Òîìàñà Êðàíìåðà îò åãî æåíû Àãíåñ Õýòôèëä.
Òîìàñ Êðàíìåð èìåë ñêðîìíîå ñîñòîÿíèå,
íî ïðîèñõîäèë èç ñîñòîÿòåëüíîé äâîðÿíñêîé ñåìüè,
îòîðàÿ ïîëó÷èëà ñâîå íàçâàíèå
îò ïîìåñòüÿ Êðàíìåð â Ëèíêîëüíøèðå.

Òîìàñ Êðàìåð
Â âîçðàñòå ÷åòûðíàäöàòè ëåò, ÷åðåç äâà ãîäà ïîñëå ñìåðòè îòöà, îí áûë îòïðàâëåí â íåäàâíî ñîçäàííûé êîëëåäæ Èèñóñà â Êåìáðèäæå. Åìó ïîòðåáîâàëîñü âîñåìü ëåò, ÷òîáû ïîëó÷èòü ñòåïåíü áàêàëàâðà ãóìàíèòàðíûõ íàóê ïî ïðåäìåòàì: ëîãèêà, êëàññè÷åñêàÿ ëèòåðàòóðà è ôèëîñîôèÿ. Â ýòî âðåìÿ îí íà÷àë ñîáèðàòü áèáëèîòåêó ñðåäíåâåêîâûõ ñõîëàñòè÷åñêèõ êíèã, êîòîðóþ îí áåðåæíî õðàíèë íà ïðîòÿæåíèè âñåé ñâîåé æèçíè. Äëÿ ïîëó÷åíèÿ ñòåïåíè ìàãèñòðà îí èçó÷àë ãóìàíèñòîâ, Æàêà Ëåôåâðà äÝòàïëÿ è Ýðàçìà. Êðàíìåð çàêîí÷èë êóðñ çà òðè ãîäà. Âñêîðå ïîñëå ïîëó÷åíèÿ ñòåïåíè ìàãèñòðà ãóìàíèòàðíûõ íàóê â 1515 ãîäó îí áûë ñòàë ÷ëåíîì òîâàðèùåñòâà êîëëåæêà.

Òîìàñ Êðàìåð
×åðåç íåêîòîðîå âðåìÿ ïîñëå òîãî, êàê Êðàíìåð ïîëó÷èë ñòåïåíü ìàãèñòðà, îí æåíèëñÿ íà æåíùèíå ïî èìåíè Äæîàí.

Òîìàñ Êðàìåð
Õîòÿ îí åùå íå áûë ñâÿùåííèêîì, îí áûë âûíóæäåí îòêàçàòüñÿ îò ÷ëåíñòâà, ÷òî ïðèâåëî ê ïîòåðå åãî ìåñòà æèòåëüñòâà â êîëëåäæå Èèñóñà â Êåìáðèäæå.
Êîãäà Äæîàí óìåðëà âî âðåìÿ ñâîèõ ïåðâûõ ðîäîâ, êîëëåäæ Èèñóñà ïðîÿâèë ñâîå óâàæåíèå ê Êðàíìåðó, âîññòàíîâèâ åãî ÷ëåíñòâî.

Òîìàñ Êðàìåð
×òîáû ïðîêîðìèòü ñåáÿ è ñâîþ æåíó, îí óñòðîèëñÿ ïðåïîäàâàòåëåì
â Áóêèíãåìñêèé êîëëåäæ
(ïîçæå ïðåîáðàçîâàííûé â Êîëëåäæ Ìàãäàëèíû).

Òîìàñ Êðàìåð
íà÷àë èçó÷àòü áîãîñëîâèå è ê 1520 ãîäó áûë ðóêîïîëîæåí, óíèâåðñèòåò óæå íàçûâàë åãî îäíèì èç ñâîèõ ïðîïîâåäíèêîâ. Îí ïîëó÷èë ñòåïåíü äîêòîðà áîãîñëîâèÿ â 1526 ã.

Î âçãëÿäàõ è îïûòå Êðàíìåðà çà òðè äåñÿòèëåòèÿ åãî ðàáîòû â Êåìáðèäæå èçâåñòíî ìàëî.

Êîãäà
êàðäèíàë Óîëñè, ëîðä-êàíöëåð êîðîëÿ,
èçáðàë íåñêîëüêî Êåìáðèäæñêèõ ó÷åíûõ,
â òîì ÷èñëå

Ýäâàðäà Ëè , Ñòèâåíà Ãàðäèíåðà è Ðè÷àðäà Ñýìïñîíà,

÷òîáû ïîñëàòü èõ
äèïëîìàòàìè â ñòðàíû Åâðîïû,

———————-
Òîìàñ Êðàíìåð
———————-
áûë âûáðàí,
÷òîáû çàíÿòü âòîðîñòåïåííóþ ðîëü
â àíãëèéñêîì ïîñîëüñòâå
â Èñïàíèè.

Äâà íåäàâíî îòêðûòûõ ïèñüìà, íàïèñàííûå Êðàíìåðîì îïèñûâàþò ðàííþþ âñòðå÷ó ñ êîðîëåì Àíãëèè Ãåíðèõîì VIII: ïî âîçâðàùåíèè Êðàíìåðà èç Èñïàíèè,

â èþíå 1527 ã.,

êîðîëü Ãåíðèõîì VIII
ëè÷íî áåñåäîâàë ñ Êðàíìåðîì
â òå÷åíèå ïîëó÷àñà.

Ïîñëå áåñåäû
Òîìàñ Êðàíìåð
íàçûâàë êîðîëÿ Ãåíðèõîì VIII
«ñàìûì äîáðûì èç ïðèíöåâ».

———————-
Òîìàñ Êðàíìåð
———————-

Íà ñëóæáå ó Ãåíðèõà VIII (15271532)

Ïåðâûé áðàê Ãåíðèõà VIII áûë çàêëþ÷¸í â 1502 ãîäó, êîãäà óìåð åãî ñòàðøèé áðàò Àðòóð.
Èõ îòåö, Ãåíðèõ VII, îáðó÷èë áóäóùåãî êîðîëÿ çà âäîâó Àðòóðà, Åêàòåðèíó Àðàãîíñêóþ.

Îáðó÷åíèå íåìåäëåííî âûçâàëî âîïðîñû, ñâÿçàííûå ñ áèáëåéñêèì çàïðåòîì (â Ëåâèò 18 è 20) íà áðàê ñ æåíîé áðàòà.

Ïàðà ïîâåí÷àëàñü â 1509 ãîäó,
à ïîñëå ñåðèè âûêèäûøåé â 1516 ãîäó ðîäèëàñü äî÷ü Ìàðèÿ.

Ê 1520-ìó ãîäó ó Ãåíðèõà âñå åùå íå áûëî ñûíà, êîòîðûé ìîã áû áûòü íàñëåäíèêîì,
è îí âîñïðèíÿë ýòî êàê âåðíûé ïðèçíàê ãíåâà Áîãà è ñäåëàë çàïðîñ â Âàòèêàí îá àííóëèðîâàíèè áðàêà.

Îí ïîðó÷èë êàðäèíàëó Óîëñè âåñòè åãî äåëî; Óîëñè íà÷àë ñ êîíñóëüòàöèé ñ óíèâåðñèòåòñêèìè ýêñïåðòàìè.

Ñ 1527 ãîäà, â äîïîëíåíèå ê ñâîèì îáÿçàííîñòÿì ÷ëåíà ñîâåòà êîëëåäæà, Òîìàñ Êðàíìåð ïðèíèìàë ó÷àñòèå â ïðîöåäóðå àííóëèðîâàíèÿ.

Â ñåðåäèíå 1529 ãîäà
Êðàíìåð îñòàíàâëèâàëñÿ ó ðîäñòâåííèêîâ
â Óîëòåìñêîì Ñâÿòîì Êðåñòå Waltham Abbey (parish),
÷òîáû èçáåæàòü âñïûøêè ÷óìû â Êåìáðèäæå.

Ê Òîìàñó Êðàíìåðó
ïðèñîåäèíèëèñü
äâîå åãî ñîòðóäíèêîâ èç Êåìáðèäæà,
Ñòèâåí Ãàðäèíåð è Ýäâàðä Ôîêñ.
————————————————
Âñå òðîå îáñóäèëè ïðîáëåìó àííóëèðîâàíèÿ,
è Êðàíìåð ïðåäëîæèë îòëîæèòü ñóäåáíîå äåëî â Ðèìå â ïîëüçó îáùåãî îïðîñà ìíåíèé óíèâåðñèòåòñêèõ áîãîñëîâîâ ïî âñåé Åâðîïå.
Êîãäà Ãàðäèíåð è Ôîêñ ïðåäñòàâèëè êîðîëþ ýòîò ïëàí, Ãåíðèõ ïðîÿâèë ê íåìó áîëüøîé èíòåðåñ. Íåèçâåñòíî, îäîáðèë ëè ýòîò ïëàí ñàì êîðîëü èëè æå åãî íîâûé ëîðä-êàíöëåð Òîìàñ Ìîð. Â êîíöå êîíöîâ ïëàí áûë ðåàëèçîâàí, è
Òîìàñà Êðàíìåðà
ïîïðîñèëè ïðèñîåäèíèòüñÿ ê êîðîëåâñêîé äåëåãàöèè â Ðèìå,
äëÿ âûÿñíåíèÿ ìíåíèé óíèâåðñèòåòîâ

Òîìàñ Êðàíìåð
Â ÿíâàðå 1532 ãîäà Êðàíìåð áûë íàçíà÷åí ïîñëîì-ðåçèäåíòîì ïðè äâîðå èìïåðàòîðà Ñâÿùåííîé Ðèìñêîé èìïåðèè Êàðëà V.

Ïîñêîëüêó èìïåðàòîð ïóòåøåñòâîâàë ïî ñâîèì âëàäåíèÿì, Êðàíìåð äîëæåí áûë ñëåäîâàòü çà íèì â åãî ðåçèäåíöèþ â Ðåãåíñáóðã.

Ïî ïóòè îí ïîñåòèë ëþòåðàíñêèé ãîðîä Íþðíáåðã è âïåðâûå óâèäåë ðåçóëüòàòû Ðåôîðìàöèè. Êîãäà èìïåðàòîðñêèé ðåéõñòàã áûë ïåðåíåñåí â Íþðíáåðã, îí âñòðåòèë ðóêîâîäèòåëÿ íþðíáåðãñêèõ ðåôîðì Àíäðåàñà Îñèàíäåðà. Îíè ñòàëè õîðîøèìè äðóçüÿìè.

Òîìàñ Êðàíìåð
æåíèëñÿ íà Ìàðãàðåò,
ïëåìÿííèöå æåíû Àíäðåàñà Îñèàíäåðà, ðóêîâîäèòåëÿ íþðíáåðãñêèõ ðåôîðì.

Òîìàñ Êðàíìåð
Ìàðãàðåò Êðàíìåð, æåíà Òîìàñà Êðàíìåðà

Òîìàñ Êðàíìåð
Îí íå ñ÷èòàë åå ñâîåé ëþáîâíèöåé, êàê ýòî áûëî ïðèíÿòî ó ñâÿùåííèêîâ, êîòîðûå íå õîòåëè îòêðûòî íàðóøàòü öåëèáàò. Ó÷åíûå îòìå÷àþò, ÷òî Êðàíìåð, õîòÿ è óìåðåííî íà ýòîì ýòàïå, íà÷àë ñîãëàøàòüñÿ ñ íåêîòîðûìè ëþòåðàíñêèìè ïðèíöèïàìè. Ýòîò óñïåõ â åãî ëè÷íîé æèçíè íå ñîîòâåòñòâîâàë åãî óñïåõàì â ïîëèòèêå, ïîñêîëüêó îí íå ñìîã óáåäèòü ×àðëüçà, ïëåìÿííèêà Åêàòåðèíû, ïîääåðæàòü ðàñòîðæåíèå áðàêà åãî òåòè.

Òîìàñ Êðàíìåð
Íàçíà÷åíèå íà äîëæíîñòü àðõèåïèñêîïà (15321534)
Â òî âðåìÿ êàê Êðàíìåð ñëåäîâàë çà Êàðëîì ÷åðåç Èòàëèþ, îí ïîëó÷èë ïèñüìî êîðîëÿ Ãåíðèõà VIII îò 1 îêòÿáðÿ 1532 ã., â êîòîðîì ñîîáùàëîñü, ÷òî îí áûë íàçíà÷åí íîâûì àðõèåïèñêîïîì Êåíòåðáåðèéñêèì
ïîñëå ñìåðòè àðõèåïèñêîïà Óèëüÿìà Óîðõýìà.
Êðàíìåðó áûëî ïðèêàçàíî âåðíóòüñÿ â Àíãëèþ.
Íàçíà÷åíèå áûëî îáåñïå÷åíî ñåìüåé Àííû Áîëåéí, çà êîòîðîé óõàæèâàë Ãåíðèõ.

Êîãäà î ïîâûøåíèè Êðàíìåðà ñòàëî èçâåñòíî â Ëîíäîíå,
ýòî âûçâàëî áîëüøîå óäèâëåíèå, ïîñêîëüêó ðàíåå
Êðàíìåð çàíèìàë ëèøü âòîðîñòåïåííûå äîëæíîñòè â öåðêâè.

Òîìàñ Êðàíìåð
ïîêèíóë Ìàíòóþ 19 íîÿáðÿ 1532
è ïðèáûë â Àíãëèþ â íà÷àëå ÿíâàðÿ 1533.

Ãåíðèõ VIII
ëè÷íî ôèíàíñèðîâàë ïàïñêèå áóëëû, íåîáõîäèìûå äëÿ íàçíà÷åíèÿ Êðàíìåðà àðõèåïèñêîïîì.

Áóëëû áûëè ëåãêî ïðèîáðåòåíû, ïîòîìó ÷òî ïàïñêèé íóíöèé ïîëó÷èë ïðèêàç èç Ðèìà óãîäèòü àíãëè÷àíàì, ÷òîáû ïðåäîòâðàòèòü îêîí÷àòåëüíûé ðàçðûâ.
Áóëëû ïðèáûëè 26 ìàðòà 1533 ãîäà, è

30 ìàðòà 1533
Êðàíìåð áûë ïîñâÿùåí â åïèñêîïû â ÷àñîâíå Ñâÿòîãî Ñòåôàíà
Äæîíîì Ëîíãëåíäîì, åïèñêîïîì Ëèíêîëüíà;
Äæîí Âåñè, åïèñêîï Ýêñåòåðà; è
Ãåíðè Ñòýíäèø, åïèñêîï Ñâÿòîãî Àñàôà.

Äàæå ïîêà îíè æäàëè áóëëû, Òîìàñ Êðýíìåð ïðîäîëæàëà ðàáîòàòü íàä ïðîöåäóðîé àííóëèðîâàíèÿ, êîòîðàÿ ïîòðåáîâàëà áîëüøåé ñðî÷íîñòè ïîñëå òîãî, êàê

Àííà Áîëåéí îáúÿâèëà î ñâîåé áåðåìåííîñòè.

Ãåíðèõ VIII è Àííà Áîëåéí
òàéíî ïîæåíèëèñü
24 èëè 25 ÿíâàðÿ 1533 ãîäà
â ïðèñóòñòâèè ãîðñòêè ñâèäåòåëåé.

Òîìàñ Êðàíìåð óçíàë î áðàêå òîëüêî ÷åðåç äâå íåäåëè.

Â òå÷åíèå ñëåäóþùèõ íåñêîëüêèõ ìåñÿöåâ
Òîìàñ Êðàíìåð è êîðîëü Ãåíðèõ VIII
ðàáîòàëè íàä óñòàíîâëåíèåì þðèäè÷åñêèõ ïðîöåäóð,
îïðåäåëÿþùèõ, êàê áðàê ìîíàðõà áóäåò îöåíèâàòüñÿ åãî âûñøèì äóõîâåíñòâîì.
Íåñêîëüêî ïðîåêòîâ ñîõðàíèëèñü â èõ ïåðåïèñêå.

Ïîñëå ñîãëàñîâàíèÿ ïðîöåäóð 10 ìàÿ 1533
Òîìàñ Êðàíìåð îòêðûë ñóäåáíûå çàñåäàíèÿ,
ïðèãëàñèâ Ãåíðèõà VIII è Åêàòåðèíó Àðàãîíñêóþ.

Ãàðäèíåð ïðåäñòàâëÿë êîðîëÿ; Åêàòåðèíà Àðàãîíñêàÿ
íå ïîÿâèëàñü è íå ïðèñëàëà äîâåðåííûõ.

23 ìàÿ 1533
Òîìàñ Êðàíìåð âûíåñ ðåøåíèå, ÷òî áðàê Ãåíðèõà VIII ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé
áûë ïðîòèâ çàêîíà Áîãà. Îí äàæå ïðèãðîçèë îòëó÷åíèåì, åñëè Ãåíðèõ VIII íå ðàçâåä¸òñÿ ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé.

Òåïåðü Ãåíðèõ VIII áûë ñâîáîäåí æåíèòüñÿ, è

28 ìàÿ 1533
Òîìàñ Êðàíìåð ïîäòâåðäèë áðàê Ãåíðèõà VIII è Àííû Áîëåéí.

1 èþíÿ 1533
Òîìàñ Êðàíìåð ëè÷íî êîðîíîâàë Àííó è ïåðåäàë åé ñêèïåòð è æåçë.

Ïàïà Êëèìåíò VII áûë â ÿðîñòè èç-çà ýòîãî íåïîâèíîâåíèÿ, íî îí íå ìîã ïðåäïðèíÿòü ðåøèòåëüíûõ äåéñòâèé, ïîñêîëüêó íà íåãî îêàçûâàëè äàâëåíèå äðóãèå ìîíàðõè, êîòîðûå íå õîòåëè îêîí÷àòåëüíîãî ðàçðûâà ñ Àíãëèåé. 9 èþëÿ 1533 îí âðåìåííî îòëó÷èë Ãåíðèõà VIII è åãî ñîâåòíèêîâ (â òîì ÷èñëå Òîìàñà Êðàíìåðà), åñëè îí íå îòêàæåòñÿ îò Àííû Áîëåéí ê êîíöó ñåíòÿáðÿ 1533.

Ãåíðèõ VIII îñòàëñÿ â áðàêå ñ Àííîé Áîëåéí, è
7 ñåíòÿáðÿ 1533
îíà ðîäèëà Åëèçàâåòó. ( Âïîñëåäñòêèå êîðîëåâà Àíãëèè Åëèçàâåòà I )
Òîìàñ Êðàíìåð êðåñòèë å¸ ñðàçó æå ïîñëå ýòîãî
è ñòàë îäíèì èç å¸ êð¸ñòíûõ.

Òîìàñ Êðàíìåð
Òðóäíî îöåíèòü, êàê ðàçâèâàëèñü
áîãîñëîâñêèå âçãëÿäû
Òîìàñà Êðàíìåðà
ñî âðåìåí åãî ïðåáûâàíèÿ â Êåìáðèäæå.
Åñòü ñâèäåòåëüñòâà òîãî, ÷òî
Òîìàñ Êðàíìåð ïðîäîëæàë ïîääåðæèâàòü ãóìàíèçì;
òàê,
Òîìàñ Êðàíìåð ïðîäîëæèë âûïëàòó ïåíñèè Ýðàçìó, êîòîðûé ðàíåå áûëà ïðåäîñòàâëåíà åìó àðõèåïèñêîïîì Óîðõýìîì.

Â èþíå 1533 ãîäà
Òîìàñ Êðàíìåð
ñòîëêíóëñÿ ñ òðóäíîé çàäà÷åé:
íå òîëüêî íàêàçàòü ðåôîðìàòîðà, Äæîíà Ôðèòà,
íî è ïðèãîâîðèòü åãî ê ñîææåíèþ íà êîñòðå.

Äæîí Ôðèò áûë ïðèãîâîðåí ê ñìåðòè çà ñâîè âçãëÿäû íà åâõàðèñòèþ: îí îòðèöàë ïðåñóùåñòâëåíèå.

Òîìàñ Êðàíìåð ëè÷íî ïûòàëñÿ óáåäèòü åãî èçìåíèòü ñâîè âçãëÿäû, íî áåçóñïåøíî.

Õîòÿ Òîìàñ Êðàíìåð îòâåðãàë ðàäèêàëèçì Ôðèòà,
â 1534 ãîäó îí ÿñíî äàë ïîíÿòü, ÷òî ïîðâàë ñ Ðèìîì è èä¸ò íîâûì êóðñîì.
Îí ïîääåðæèâàë ðåôîðìó, ïîñòåïåííî çàìåíÿÿ ñòàðûé ñîñòàâ äóõîâåíñòâà ëþäüìè, êîòîðûå ñëåäîâàëè íîâûì èäåÿì, òàêèìè êàê Õüþ Ëàòèìåð. Îí âìåøèâàëñÿ â ðåëèãèîçíûå ñïîðû, ïîääåðæèâàÿ ðåôîðìàòîðîâ.

Òîìàñ Êðàíìåð
Íàìåñòíè÷åñòâî Êðîìâåëÿ (15351538)

29 ÿíâàðÿ 1536 ãîäà,
êîãäà ó Àííû ñëó÷èëñÿ âûêèäûø, êîðîëü Ãåíðèõ VIII
ñíîâà íà÷àë ðàçìûøëÿòü î áèáëåéñêèõ çàïðåòàõ,
ïðåñëåäîâàâøèõ åãî âî âðåìÿ åãî áðàêà ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé.

Âñêîðå ïîñëå âûêèäûøà êîðîëü çàèíòåðåñîâàëñÿ Äæåéí Ñåéìóð.

Ê 24 àïðåëÿ 1536
Ãåíðèõ VIII ïîðó÷èë Êðîìâåëþ ïîäãîòîâèòü äåëî î ðàçâîäå.

Íå çíàÿ îá ýòèõ ïëàíàõ,
Òîìàñ Êðàíìåð ïðîäîëæàë ïèñàòü ïèñüìà Êðîìâåëþ
ïî âòîðîñòåïåííûì âîïðîñàì äî 22 àïðåëÿ 1536.

2 ìàÿ 1536 Àííà áûëà îòïðàâëåíà ;;â ëîíäîíñêèé Òàóýð,

à Òîìàñ Êðýíìåð áûë ñðî÷íî âûçâàí Êðîìâåëåì.

Íà ñëåäóþùèé æå äåíü
Òîìàñ Êðàíìåð íàïèñàë ïèñüìî êîðîëþ Ãåíðèõó VIII,
â êîòîðîì âûðàçèë ñâîè ñîìíåíèÿ
îòíîñèòåëüíî âèíîâíîñòè êîðîëåâû Àííû,
ïîä÷åðêíóâ ñâîå óâàæåíèå ê Àííå.
Ïîñëå òîãî, êàê îíî áûëî äîñòàâëåíî,
Òîìàñ Êðàíìåð ñìèðèëñÿ ñ òåì, ÷òî
êîíåö áðàêà Ãåíðèõà VIII ñ Àííîé áûë íåèçáåæåí.

16 ìàÿ 1536
Òîìàñ Êðàíìåð âñòðåòèëñÿ ñ Àííîé
â Òàóýðå è âûñëóøàë åå èñïîâåäü,
à íà ñëåäóþùèé äåíü îáúÿâèë áðàê íåäåéñòâèòåëüíûì.

Äâà äíÿ ñïóñòÿ
18 ìàÿ 1536
Àííà áûëà êàçíåíà.

Òîìàñ Êðàíìåð áûë îäíèì èç íåìíîãèõ, êòî ïóáëè÷íî îïëàêèâàë åå ñìåðòü

………………….
ïðîïóñòèì
——————-

Â îêòÿáðå, êîãäà êîðîëü Ãåíðèõ VIII è êîðîëåâà îòñóòñòâîâàëè,
ðåôîðìàòîð ïî èìåíè Äæîí Ëàññåëëåñ ñîîáùèë Òîìàñó Êðàíìåðó,
÷òî ó æåíû êîðîëÿ Åêàòåðèíû
èìåþòñÿ âíåáðà÷íûå ñâÿçè.

Òîìàñ Êðàíìåð ïåðåäàë èíôîðìàöèþ Îäëè è Ñåéìóðó, è îíè ðåøèëè äîæäàòüñÿ âîçâðàùåíèÿ Ãåíðèõà VIII.

Áîÿñü ðàññåðäèòü êîðîëÿ Ãåíðèõà VIII,
Îäëè è Ñåéìóð ïðåäëîæèëè Òîìàñó Êðàíìåðó ñîîáùèòü Ãåíðèõó VIII
ýòó íîâîñòü ñàìîñòîÿòåëüíî.

Òîìàñ Êðàíìåð ïåðåäàë Ãåíðèõó VIII
ïîñëàíèå âî âðåìÿ ìåññû â Äåíü âñåõ ñâÿòûõ.

Ðàññëåäîâàíèå ïîêàçàëî, ÷òî ïîäîçðåíèå îêàçàëîñü èñòèííûì, è
â ôåâðàëå 1542 ãîäà Åêàòåðèíîé Ãîâàðä áûëà êàçíåíà

Catherine Howard
Åêàòåðèíà Ãîâàðä

Åêàòåðèíà Ãîâàðä
(àíãë. Catherine Howard)
(1520/1525 13 ôåâðàëÿ, 1542) (êàçíåíà â 17ëåò — 22 ãîäà æèçíè)
ïÿòàÿ æåíà
êîðîëÿ Àíãëèè Ãåíðèõà VIII.
Êàçíåíà ïî îáâèíåíèþ â ñóïðóæåñêîé èçìåíå.

Áîëüøèíñòâî èññëåäîâàòåëåé ñ÷èòàþò, ÷òî Åêàòåðèíà (Êåéò) Ãîâàðä ðîäèëàñü îêîëî 15201522 ãîäîâ, îäíàêî åñòü âåðñèè, ÷òî ýòî ìîãëî ïðîèçîéòè â ïåðèîä 15231525 ãîäîâ.

Ãîâàðäû â XVI âåêå áûëè îäíèì èç çíàòíåéøèõ ðîäîâ êîðîëåâñòâà.
Ãëàâà ðîäà Ãîâàðäîâ ñýð Òîìàñ íîñèë òèòóë ãåðöîãà Íîðôîëêà ,
ñ 1529 ãîäà
ñýð Òîìàñ Ãîâàðä
áûë
ïðåäñåäàòåëåì êîðîëåâñêîãî Òàéíîãî ñîâåòà.

Åêàòåðèíà Ãîâàðä
áûëà äî÷åðüþ
ñýðà Ýäìóíäà Ãîâàðäà (îê. 1478 1539) è åãî æåíû
ëåäè Èîêàñòû Êàëïåïåð (îê. 1480 îê. 1531), ó êîòîðîé áûëî ïÿòåðî äåòåé îò ïåðâîãî áðàêà. Îò ñîþçà ñ Ãîâàðäîì ó ëåäè Èîêàñòû ðîäèëîñü åù¸ øåñòåðî äåòåé.

Åêàòåðèíà Ãîâàðä
áûëà
äâîþðîäíîé ñåñòðîé
âòîðîé æåíû Ãåíðèõà VIII Àííû Áîëåéí è
òðîþðîäíîé åãî òðåòüåé æåíû Äæåéí Ñåéìóð
è íàõîäèëàñü â áîëåå äàë¸êîì ðîäñòâå
ñ ñàìèì êîðîë¸ì

Ñýð Ýäìóíä áûë áåäåí: ïî àíãëèéñêèì çàêîíàì, ìëàäøèå ñûíîâüÿ ïî÷òè íè÷åãî íå ïîëó÷àëè â íàñëåäñòâî, ïîýòîìó áûâàëè âûíóæäåíû ñàìîñòîÿòåëüíî ïðîáèâàòü ñåáå äîðîãó â æèçíè.

Ïîñëå ñìåðòè ìàòåðè ëåäè Êåéò áûëà îòäàíà íà âîñïèòàíèå Àãíåññå, âäîâñòâóþùåé ãåðöîãèíå Íîðôîëê ìà÷åõå ñâîåãî îòöà. Â äîìå ïðåñòàðåëîé ðîäñòâåííèöû äåâî÷êà ïîëó÷èëà äîâîëüíî ñêóäíîå îáðàçîâàíèå.

Ðàçâèòèþ ñåêñóàëüíîñòè ëåäè Ãîâàðä
ñïîñîáñòâîâàëà òàêæå àòìîñôåðà ïîëîâîé ðàñïóùåííîñòè,
êîòîðàÿ öàðèëà ñðåäè ôðåéëèí ãåðöîãèíè Íîðôîëê.
Ãåðöîãèíÿ Íîðôîëê
ñìîòðåëà íà ëþáâåîáèëüíîñòü ôðåéëèí âïîëíå ðàâíîäóøíî.
Îäíàêî îíà è ïîíÿòèÿ íå èìåëà, ÷òî è
å¸ âíó÷êà âïîëíå ïðåóñïåëà â «ëþáîâíîé íàóêå».

Èçâåñòíî, ÷òî â þíîñòè
ó Åêàòåðèíû Ãîâàðä
áûëî, ïî êðàéíåé ìåðå, äâà áëèçêèõ äðóãà
Ãåíðè Ìýíîêñ (ó÷èòåëü ìóçûêè ïîçäíåå îí ñâèäåòåëüñòâîâàë íà ïðîöåññå ïðîòèâ íå¸) è
äâîðÿíèí Ôðýíñèñ Äåðåì.

Â 1539 ãîäó ñýð Òîìàñ, ãåðöîã Íîðôîëê, ïîäûñêàë ñâîåé ïëåìÿííèöå ìåñòî ïðè äâîðå.
Ãåíðèõ æåíèëñÿ íà Êåéò Ãîâàðä â èþëå 1540 ãîäà, èõ ñâàäüáà áûëà ñêðîìíîé.

Ïîñëå ñâàäüáû Ãåíðèõ áóäòî áû ïîìîëîäåë íà 20 ëåò ïðè äâîðå âîçîáíîâèëèñü òóðíèðû, áàëû è ïðî÷èå ðàçâëå÷åíèÿ, ê êîòîðûì Ãåíðèõ îñòàâàëñÿ ðàâíîäóøåí ïîñëå êàçíè Àííû Áîëåéí. Îí îáîæàë þíóþ ñóïðóãó îíà áûëà íåâåðîÿòíî äîáðà, ïðîñòîäóøíà, èñêðåííå ëþáèëà ïîäàðêè è ðàäîâàëàñü èì, êàê ðåá¸íîê. Ãåíðèõ íàçûâàë æåíó «ðîçîé áåç øèïîâ».

Îäíàêî þíàÿ êîðîëåâà áûëà êðàéíå íåîñòîðîæíà â ïîñòóïêàõ. Åêàòåðèíà ïðèíÿëà êî äâîðó âñåõ ñâîèõ «äðóçåé þíîñòè», à îíè ñëèøêîì ìíîãî çíàëè î æèçíè êîðîëåâû äî çàìóæåñòâà. Êðîìå òîãî, Êåéò èìåëà îòíîøåíèÿ ñ Òîìàñîì Êàëïåïåðîì, êîòîðûé ñëóæèë ïàæîì ó êîðîëÿ.

Ïîòîì ïðè äâîðå ïîÿâèëñÿ åù¸ îäèí êàâàëåð èç «ïðîøëîé æèçíè» Ôðýíñèñ Äåðåì äàëüíèé ðîäñòâåííèê Êåéò ïî ìàòåðèíñêîé ëèíèè, çà êîòîðîãî îíà â ñâî¸ âðåìÿ õîòåëà âûéòè çàìóæ è êîòîðîãî òåïåðü îïðîìåò÷èâî ñäåëàëà ñâîèì ëè÷íûì ñåêðåòàð¸ì.

Îäíàêî ó þíîé æåíùèíû ïîÿâèëèñü ïðè äâîðå è âðàãè. Âåðíåå ñêàçàòü, ýòî áûëè âðàãè å¸ âëèÿòåëüíîãî äÿäè ãåðöîãà Íîðôîëêà, êîòîðûå ïîñïåøèëè âûçâàòü íà îòêðîâåííîñòü Òîìàñà Êàëïåïåðà, Ôðýíñèñà Äåðåìà è äðóãèõ ó÷àñòíèêîâ ñîáûòèé.

Ïîìèìî âñåãî ïðî÷åãî, Êåéò íå ñïåøèëà ñ ðîæäåíèåì ñûíîâåé äëÿ êîðîëÿ Àíãëèè,
òàê êàê ê òîìó âðåìåíè ó Ãåíðèõà VIII óæå áûë íàñëåäíèê ïðèíö Ýäóàðä.

Ïðîöåññ è êàçíü

Êîãäà Ãåíðèõó VIII ñîîáùèëè î íåâåðíîñòè æåíû, îí ðàñòåðÿëñÿ. Ðåàêöèÿ êîðîëÿ áûëà äîâîëüíî íåîæèäàííîé: âìåñòî ïðèâû÷íîãî ãíåâà ñë¸çû è æàëîáû. Ñìûñë æàëîá ñâîäèëñÿ ê òîìó, ÷òî ñóäüáà íå äàðîâàëà åìó ñ÷àñòëèâîé ñåìåéíîé æèçíè, à âñå åãî æåíùèíû ëèáî èçìåíÿþò, ëèáî óìèðàþò, ëèáî ïðîñòî îòâðàòèòåëüíû.

Ïîñëå äîïðîñà ñ ïðèñòðàñòèåì Êàëïåïåðà, Äåðåìà è Ìýíîêñà ñòàëî ÿñíî, ÷òî
Åêàòåðèíà âñ¸ ýòî âðåìÿ îáìàíûâàëà êîðîëÿ.

Íî åñëè áû îíà óêàçàëà ñðàçó, ÷òî áûëà ïîìîëâëåíà ñ Ôðýíñèñîì Äåðåìîì
(íà ÷¸ì îí íàñòàèâàë),
òî å¸ ñóäüáà áûëà áû ãîðàçäî áîëåå ñ÷àñòëèâîé:
ïî àíãëèéñêèì çàêîíàì
å¸ áðàê ñ Ãåíðèõîì VIII ñ÷èòàëñÿ áû íåäåéñòâèòåëüíûì è,
ñêîðåå âñåãî, êîðîëåâñêóþ ÷åòó ïðîñòî áû ðàçâåëè.
Îäíàêî Åêàòåðèíà
óïðÿìî îòðèöàëà ôàêò ýòîé ïîìîëâêè.

11 ôåâðàëÿ 1542 ãîäà
ëåäè Ãîâàðä ïåðåâåëè â Òàóýð,
à

13 ôåâðàëÿ 1542
îáåçãëàâèëè îäíèì óäàðîì òîïîðà íà ãëàçàõ ëþáîïûòíîé òîëïû.

Ìîëîäàÿ æåíùèíà âñòðåòèëà ñìåðòü â ñîñòîÿíèè ãëóáîêîãî øîêà å¸ ïðèøëîñü áóêâàëüíî íåñòè ê ìåñòó êàçíè. Íåñêîëüêèìè äíÿìè ðàíåå êàçíåíû áûëè Òîìàñ Êàëïåïåð è Ôðýíñèñ Äåðåì, ïðè÷åì ïåðâîìó ïðîñòî îòðóáèëè ãîëîâó, à âòîðîãî ïîäâåðãëè áîëåå æåñòîêîé êàçíè ÷åðåç ïîâåøåíèå è ÷åòâåðòîâàíèå.

Ïîñëå êàçíè òåëî ëåäè Åêàòåðèíû ïîõîðîíèëè ðÿäîì ñ ìîãèëîé âòîðîé æåíû êîðîëÿ Àííû Áîëåéí äðóãîé êàçí¸ííîé êîðîëåâû, êîòîðàÿ ïðèõîäèëàñü åé äâîþðîäíîé ñåñòðîé: îòåö Åêàòåðèíû è ìàòü Àííû áûëè ðîäíûìè áðàòîì è ñåñòðîé äåòüìè Òîìàñà Ãîâàðäà, 2-ãî ãåðöîãà Íîðôîëêà.

Îáðàç Åêàòåðèíû â èñêóññòâå

Îïåðà «Êàòàðèíà Ãîâàðä» íàïèñàíà èòàëüÿíñêèì êîìïîçèòîðîì Äæóçåïïå Ëèëëî (1849)
Àíãëèéñêàÿ ôîëê-ðîê ãðóïïà Blackmores Night ïåðåëîæèëà íà ìóçûêó Ïðåäñìåðòíîå ïèñüìî Åêàòåðèíû Ãîâàðä
Â ôèëüìå «Ãåíðèõ VIII è åãî øåñòü æ¸í» ðîëü Åêàòåðèíû Ãîâàðä èñïîëíèëà àêòðèñà Ëèíí Ôðåäåðèê.
Ó êëàâèøíèêà Ðèêà Óýéêìàíà â àëüáîìå «The Six Wives of Henry VIII» åñòü èíñòðóìåíòàëüíîå ïðîèçâåäåíèå «Catherine Howard».
Â ôèëüìå «Ãåíðèõ VIII» 2003 ãîäà Åêàòåðèíó Ãîâàðä èãðàåò Ýìèëè Áëàíò.
Åêàòåðèíà Ãîâàðä ïîÿâëÿåòñÿ â ðîìàíå Áåðòðèñ Ñìîëë «Âñïîìíè ìåíÿ, ëþáîâü». Â ðîìàíå Âèêòîðèè Õîëò «Ïóòü íà ýøàôîò» Åêàòåðèíà îäíà èç îñíîâíûõ ãåðîèíü, òàêæå êàê è â ðîìàíå Ôèëèïïû Ãðåãîðè «Íàñëåäñòâî ðîäà Áîëåéí».
Â òåëåñåðèàëå «Òþäîðû» â ðîëè Åêàòåðèíû Ãîâàðä áðèòàíñêàÿ àêòðèñà Òàìçèí Ìåð÷àíò.
Â áðèòàíñêîì ìþçèêëå «Øåñòü[en]».
Ñóäüáå Êýòðèí ïîñâÿùåíà ïåñíÿ Áðèòàíñêîé ôîëê-ðîê-ãðóïïû «Blackmores Night» ïîä íàçâàíèåì «Catherine Howards Fate»

Ãîâàðä, Åêàòåðèíà
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ãîâàðä,_Åêàòåðèíà

Catherine Howard
https://en.wikipedia.org/wiki/Catherine_Howard

Henry VIII
Ãåíðèõ VIII

Ãåíðèõ VIII Òþäîð (àíãë. Henry VIII;
Ðîäèëñÿ 28 èþíÿ 1491, Äâîðåö Ïëàöåíòèÿ, Áîëüøîé Ëîíäîí
Óìåð 28 ÿíâàðÿ 1547, Óàéòõîëë, Áîëüøîé Ëîíäîí
êîðîëü Àíãëèè ñ 22 àïðåëÿ 1509,
ñûí è íàñëåäíèê êîðîëÿ Àíãëèè Ãåíðèõà VII,
âòîðîé àíãëèéñêèé ìîíàðõ èç äèíàñòèè Òþäîðîâ.

Êîðîëü Àíãëèè
22 àïðåëÿ 1509 28 ÿíâàðÿ 1547 (55 ëåò)
Êîðîíàöèÿ 24 èþíÿ 1509
Ïðåäøåñòâåííèê Ãåíðèõ VII
Ïðååìíèê Ýäóàðä VI

Ìåñòî ïîãðåáåíèÿ
÷àñîâíÿ Ñâÿòîãî Ãåîðãèÿ

Ðîä Òþäîðû
Îòåö Ãåíðèõ VII Òþäîð
Ìàòü Åëèçàâåòà Éîðêñêàÿ

Æ¸íû Ãåíðèõà VIII
Ãåíðèõ VIII áûë æåíàò øåñòü ðàç. Ñóäüáà åãî ñóïðóã çàó÷èâàåòñÿ àíãëèéñêèìè øêîëüíèêàìè ïðè ïîìîùè ìíåìîíè÷åñêîé ôðàçû
divorced beheaded died divorced beheaded survived:
ðàçâ¸ëñÿ êàçíèë óìåðëà ðàçâ¸ëñÿ êàçíèë ïåðåæèëà

Ñóïðóãè

1. Åêàòåðèíà Àðàãîíñêàÿ

Åêàòåðèíà Àðàãîíñêàÿ (14851536).
Äî÷ü Ôåðäèíàíäà II Àðàãîíñêîãî è Èçàáåëëû I Êàñòèëüñêîé.
Åäèíñòâåííûì âûæèâøèì ðåá¸íêîì áûëà Ìàðèÿ (15161558).
Â ÿíâàðå 1533 ãîäà
íîâûé àðõèåïèñêîï Êåíòåðáåðèéñêèé
Òîìàñ Êðàíìåð
îáúÿâèë îá àííóëèðîâàíèè áðàêà Ãåíðèõà è Åêàòåðèíû.
Ðàçâîä.
Ïîñëå ýòîãî Åêàòåðèíó â îôèöèàëüíûõ äîêóìåíòàõ íàçûâàëè âäîâñòâóþùåé ïðèíöåññîé Óýëüñêîé, òî åñòü âäîâîé Àðòóðà. Îòêàçàâøèñü ïðèçíàòü ðàñòîðæåíèå ñâîåãî áðàêà, Åêàòåðèíà îáðåêëà ñåáÿ íà ññûëêó, å¸ íåñêîëüêî ðàç ïåðåâîçèëè èç çàìêà â çàìîê.
Óìåðëà â ÿíâàðå 1536 ãîäà.

2. Àííà Áîëåéí

Àííà Áîëåéí (îê. 15071536). (29 ëåò)
Â òå÷åíèå äîëãîãî âðåìåíè áûëà íåïðèñòóïíîé âîçëþáëåííîé Ãåíðèõà,
îòêàçûâàÿñü ñòàòü åãî ëþáîâíèöåé.
Ñòàðøàÿ ñåñòðà Ìàðèÿ Áîëåéí áûëà ëþáîâíèöåé êîðîëÿ Ãåíðèõà VIII,
íî æåíèëñÿ êîðîëü íà å¸ ìëàäøåé ñåñòðå Àííå Áîëåéí.
Ïî îäíîé èç âåðñèé, Ãåíðèõ VIII áûë àâòîðîì òåêñòà áàëëàäû Greensleeves (Çåë¸íûå ðóêàâà), êîòîðóþ ïîñâÿòèë Àííå.
Ïîñëå òîãî êàê êàðäèíàë Óîëñè íå ñìîã ðåøèòü âîïðîñ ðàçâîäà Ãåíðèõà ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé, Àííà íàíÿëà áîãîñëîâîâ, äîêàçàâøèõ: êîðîëü âëàäûêà è ãîñóäàðñòâà, è öåðêâè, è îòâåòñòâåííûé òîëüêî ïåðåä Áîãîì, à íå ïåðåä ïàïîé â Ðèìå (ýòî ñòàëî íà÷àëîì îòñîåäèíåíèÿ àíãëèéñêîé öåðêâè îò Ðèìà è ñîçäàíèÿ àíãëèêàíñêîé öåðêâè). Ñòàëà æåíîé Ãåíðèõà â ÿíâàðå 1533 ãîäà, áûëà êîðîíîâàíà 1 èþíÿ 1533 ãîäà, à â ñåíòÿáðå òîãî æå ãîäà ðîäèëà åìó äî÷ü Åëèçàâåòó âìåñòî îæèäàåìîãî êîðîë¸ì ñûíà. Ïîñëåäóþùèå áåðåìåííîñòè çàêàí÷èâàëèñü íåóäà÷íî. Âñêîðå Àííà ïîòåðÿëà ëþáîâü Ãåíðèõà, áûëà îáâèíåíà â ñóïðóæåñêîé èçìåíå è îáåçãëàâëåíà â Òàóýðå â ìàå 1536 ãîäà.

3. Äæåéí Ñåéìóð

Äæåéí Ñåéìóð (îê. 15081537). (28-29 ëåò)
Áûëà ôðåéëèíîé Àííû Áîëåéí.
Ãåíðèõ æåíèëñÿ íà íåé ÷åðåç íåäåëþ ïîñëå êàçíè ïðåäûäóùåé æåíû.
Âñêîðå óìåðëà îò ðîäèëüíîé ãîðÿ÷êè.
Ìàòü åäèíñòâåííîãî ñûíà Ãåíðèõà VIII Ýäóàðäà VI.
Â ÷åñòü ðîæäåíèÿ ïðèíöà ïóøêè â Òàóýðå äàëè äâå òûñÿ÷è çàëïîâ.

4. Àííà Êëåâñêàÿ

Àííà Êëåâñêàÿ (15151557). (42)
Äî÷ü
Èîãàííà III Êëåâñêîãî,
ñåñòðà ïðàâÿùåãî ãåðöîãà Êëåâñêîãî.
Áðàê ñ íåé áûë îäíèì èç ñïîñîáîâ
ñêðåïèòü ñîþç
Ãåíðèõà VIII, Ôðàíöèñêà I è ãåðìàíñêèõ ïðîòåñòàíòñêèõ êíÿçåé.
Â êà÷åñòâå îáÿçàòåëüíîãî óñëîâèÿ çàêëþ÷åíèÿ áðàêà
Ãåíðèõ VIII ïîæåëàë óâèäåòü ïîðòðåò íåâåñòû Àííû Êëåâñêîé,
äëÿ ÷åãî â Êëåâå áûë íàïðàâëåí Ãàíñ Ãîëüáåéí-ìëàäøèé. Ïîðòðåò Ãåíðèõó ïîíðàâèëñÿ, çàî÷íàÿ ïîìîëâêà ñîñòîÿëàñü.
Ñîãëàñíî ëåãåíäå, ïðèáûâøàÿ â Àíãëèþ íåâåñòà (â îòëè÷èå îò å¸ ïîðòðåòà)
Ãåíðèõó VIII êàòåãîðè÷åñêè íå ïîíðàâèëàñü.
Õîòÿ áðàê è áûë çàêëþ÷¸í â ÿíâàðå 1540 ãîäà, Ãåíðèõ ñðàçó íà÷àë èñêàòü ñïîñîá èçáàâèòüñÿ îò íåëþáèìîé æåíû. Â èòîãå óæå â èþíå 1540 ãîäà áðàê áûë àííóëèðîâàí; ïîâîäîì ñòàëà ðàíåå ñóùåñòâîâàâøàÿ ïîìîëâêà Àííû ñ ãåðöîãîì Ëîòàðèíãñêèì.
Êðîìå òîãî, Ãåíðèõ çàÿâèë, ÷òî ôàêòè÷åñêèõ áðà÷íûõ îòíîøåíèé ìåæäó íèì è Àííîé Êëåâñêîé íå ñëîæèëîñü. Àííà îñòàëàñü â Àíãëèè â êà÷åñòâå «ñåñòðû êîðîëÿ» è ïåðåæèëà êàê Ãåíðèõà, òàê è âñåõ äðóãèõ åãî æ¸í.

Ýòîò áðàê áûë óñòðîåí Òîìàñîì Êðîìâåëåì.
Òîìàñ Êðîìâåëü áûë êàçí¸í. *ñì íèæå

5. Åêàòåðèíà Ãîâàðä

Åêàòåðèíà Ãîâàðä (15201542). Ïëåìÿííèöà ìîãóùåñòâåííîãî ãåðöîãà Íîðôîëêà, äâîþðîäíàÿ ñåñòðà Àííû Áîëåéí. Ãåíðèõ æåíèëñÿ íà íåé â èþëå 1540 ãîäà ïî ñòðàñòíîé ëþáâè. Âñêîðå âûÿñíèëîñü, ÷òî Åêàòåðèíà èìåëà ëþáîâíèêà äî áðàêà Ôðýíñèñà Äàðåìà è èçìåíÿëà Ãåíðèõó ñ åãî ëè÷íûì ïàæîì Òîìàñîì Êàëïåïåðîì.
Âèíîâíûå áûëè êàçíåíû, ïîñëå ÷åãî 13 ôåâðàëÿ 1542 ãîäà íà ýøàôîò âçîøëà è ñàìà êîðîëåâà.

6. Åêàòåðèíà Ïàðð

Åêàòåðèíà Ïàðð (îê. 15121548). Ê ìîìåíòó áðàêà ñ Ãåíðèõîì (1543) óæå äâàæäû îâäîâåëà. Áûëà óáåæä¸ííîé ïðîòåñòàíòêîé è ìíîãî ñäåëàëà äëÿ íîâîãî ïîâîðîòà Ãåíðèõà ê ïðîòåñòàíòèçìó. Ïîñëå ñìåðòè Ãåíðèõà VIII âûøëà çàìóæ çà Òîìàñà Ñåéìóðà, áðàòà Äæåéí Ñåéìóð.

Ãåíðèõ VIII ïðèñóòñòâîâàë, êîãäà ñóäèëè Åêàòåðèíó Àðàãîíñêóþ, è äâàæäû ïûòàëñÿ ïîäíÿòü êîðîëåâó ñ êîëåí âî âðåìÿ å¸ ýìîöèîíàëüíîé è äåðçêîé ðå÷è, íî îíà íå äâèíóëàñü ñ ìåñòà. Ïîêèíóëà ñóä è áîëüøå òàì íå ïîÿâëÿëàñü. Ãåíðèõ òîæå áîëüøå íå ïîÿâëÿëñÿ â ñóäå íàä æ¸íàìè.

Îò ïåðâûõ òð¸õ áðàêîâ ó íåãî áûëî 10 äåòåé, èç íèõ âûæèëî òîëüêî

òðîå
ñòàðøàÿ äî÷ü Ìàðèÿ îò ïåðâîãî áðàêà, Ìàðèÿ I (15161558)
ìëàäøàÿ äî÷ü Åëèçàâåòà îò âòîðîãî, Åëèçàâåòà I (15331603)
è ñûí Ýäóàðä îò òðåòüåãî. Ýäóàðä VI (15371553)
Âñå îíè âïîñëåäñòâèè ïðàâèëè.
Ïîñëåäíèå òðè áðàêà Ãåíðèõà áûëè áåçäåòíûìè.

Äåòè
ñûíîâüÿ:
Ãåíðè Òþäîð, ãåðöîã Êîðíóîëëüñêèé,
Ãåíðè Ôèöðîé,
Ýäóàðä VI
äî÷åðè:
Ìàðèÿ I,
Åëèçàâåòà I

Ïîäðîáíåå:

Àíãëèéñêèé êîðîëü
Ãåíðèõ VIII

Ãåíðèõ VIII, èãðàþùèé íà àðôå. Ìèíèàòþðà èç Ïñàëòûðè Ãåíðèõà VIII. XVI âåê

Ãåíðèõ VIII è ìóçûêà

Ãåíðèõ VIII ïîëó÷èë âåëèêîëåïíîå îáðàçîâàíèå â ñàìûõ ðàçíûõ ñôåðàõ. Â ÷èñëå ïðî÷åãî îí óìåë ïåòü è èãðàòü íà íåñêîëüêèõ ìóçûêàëüíûõ èíñòðóìåíòàõ: ïðåäïîëîæèòåëüíî,

àðôå, ëþòíå, â¸ðäæèíåëå, ëèðå, ôëåéòå è äð.

Êðîìå òîãî, êîðîëü êîëëåêöèîíèðîâàë èíñòðóìåíòû, âûïèñûâàÿ íîâèíêè èç äðóãèõ ñòðàí.
Â èíâåíòàðíîé îïèñè åãî èìóùåñòâà, ñîñòàâëåííîé â 1547 ãîäó, óïîìèíàëèñü 5 âîëûíîê, 19 âèîë, 26 ëþòåí, 20 ðåãàëåé, 19 â¸ðäæèíåëîâ, 17 øàëìååâ, 18 êðóìãîðíîâ, áîëåå 100 ôëåéò è ðÿä äðóãèõ èíñòðóìåíòîâ.

Âñêîðå ïîñëå ñâîåé êîðîíàöèè
â 1509 ãîäó
êîðîëü Ãåíðèõ
íàïèñàë ïåñíþ, îçàãëàâëåííóþ «Pastime with Good Company».
Îíà áûñòðî ñòàëà íàöèîíàëüíûì õèòîì, å¸ ïåëè íà óëèöàõ è â òàâåðíàõ Àíãëèè, à âñêîðå îíà ñòàëà èçâåñòíà è â Åâðîïå.

Îò ëåòîïèñöà Ýäâàðäà Õîëëà (Edward Halle) ìû çíàåì, ÷òî Ãåíðèõ VIII íàïèñàë êàê ìèíèìóì äâå ìåññû â 5 ÷àñòÿõ, ÷àñòî èñïîëíÿâøèõñÿ â åãî ÷àñîâíå, à âïîñëåäñòâèè è â äðóãèõ ìåñòàõ. Îäíàêî, õîòÿ åìó è ïðèïèñûâàåòñÿ ñî÷èíåíèå çíàìåíèòîé ïåñíè «Çåë¸íûå ðóêàâà», íàïèñàë å¸ íå îí. Ñ÷èòàåòñÿ, ÷òî ïåñíÿ íàïèñàíà äëÿ Åêàòåðèíû Àðàãîíñêîé.

Ïåñíþ äîëæíû èãðàòü ïðè äâîðå, âìåñòå ñ äðóãèìè ïðîèçâåäåíèÿìè êîðîëÿ.

Îäíàêî, áëàãîäàðÿ ïðîñòîé è çàïîìèíàþùåéñÿ ìåëîäèè, îíà ñòàëà ïîïóëÿðíîé è âñêîðå ÷àñòî èñïîëíèëàñü íà òîðæåñòâàõ, ÿðìàðêàõ è â òàâåðíàõ.

Òàêæå ñ÷èòàåòñÿ, ÷òî ïåñíÿ áûëà îäíèì èç ëþáèìûõ ìóçûêàëüíûõ ïðîèçâåäåíèé êîðîëåâû Åëèçàâåòû I.

Â äîêóìåíòå 1548 ãîäà «The Complaynt of Scotland», àíîíèìíûé àâòîð óïîìèíàåò «Passetyme with gude companye» â ÷èñëå ñàìûõ ïîïóëÿðíûõ ïåñåí Øîòëàíäñêîãî êîðîëåâñòâà â íà÷àëå XVI âåêà.

Ôîëê-ðîê ãðóïïà
Blackmores Night
èñïîëíèëà ýòó ïåñíþ óïîìèíàåò «Passetyme with gude companye» êîðîëÿ Ãåíðèõà VIII
íà àëüáîìå 1999 ãîäà
Under a Violet Moon.

Òåêñò ïåñíè

îðèãèíàëüíàÿ îðôîãðàôèÿ:
ñîâðåìåííàÿ îðôîãðàôèÿ:
ïåðåâîä:

‘Pastime with Good Company’
Kings Balad
Kynges Balade

«Äîñóã â õîðîøåì îáùåñòâå»
«Áàëëàäà êîðîëÿ»

‘Kynges Balade’
‘Kings Balad’
«Áàëëàäà êîðîëÿ»)

Passetyme with gude companye,
Pastime with good company,
Â êîìïàíèè äîáðîé ñëàâíûé äîñóã

I love, and shall until I dye.
I love, and shall until I die.
Ëþáèòü íå ïåðåñòàíó, ïîêóäà ÿ æèâ.

Gruch who wyll, but none deny,
Grudge who will, but none deny,
Êòî è ïîçàâèäóåò, íî êòî ïîìåøàåò?

So God be pleeyd, thus lyfe wyll I.
So God be pleased, thus live will I.
Ïîêóäà Áîã äîâîëåí, ÿ òàê è áóäó æèòü.

For my pastaunce:
For my pastance:
Äîñóãó ñâîåìó:

Hunt, syng, and daunce,
Hunt, sing, and dance,
Îõîòå, ïåñíÿì, òàíöàì,

My hert ys sett!
My heart is set!
Âñåì ñåðäöåì ÿ ðàä.

All gudely sport,
All goodly sport,
Âñå ðàçâëå÷åíüÿ äèâíûå

Fore my comfort,
For my comfort,
Óñëàäû ìîåé ðàäè

Who shall me lett?
Who shall me let?
Êòî ìíå çàïðåòèò?

Youth wyll have nedes dalyaunce,
Youth must have some dalliance,
Â þíîñòè ôðèâîëüíîé âñåìó ìåñòî åñòü,

Of gude or yll some pastaunce,
Of good or ill some pastance.
È äîáðûì, è õóäûì äîñóæèì ÷àñàì.

Companye me thynketh them best,
Company methinks them best,
Êîìïàíèÿ, ïî ìíå, âñåìó ãîëîâà,

All thouts and fansyes to dygest.
All thoughts and fancies to digest.
Âñå äóìû, âñå ìå÷òû ñ íåþ ïî ïëå÷ó.

For ydleness,
For idleness,
Âåäü ïðàçäíîñòü âîò

Ys chef mastres
Is chief mistress
Êòî ãîñïîæà

Of vyces all:
Of vices all:
Ïîðîêîâ âñåõ:

Than who can say,
Then who can say,
Òàê ÷òî æ íå ñìåõ

But myrth and play
But mirth and play,
Èëü íå èãðà

Ys best of all?
Is best of all?
Âñåãî ìèëåé?

Companye with honeste,
Company with honesty,
Êîìïàíèè ÷åñòíîé

Ys vertu, vyce to flee.
Is virtue, vice to flee.
È äîáðîé ïîðîê áåæèò.

Companye ys gude or yll,
Company is good and ill,
Ïëîõà îíà èëü õîðîøà,

But evry man hath hys frewylle.
But every man has his free will.
Íî êàæäûé ñàì ñåáå õîçÿèí.

The best ensyue,
The best ensue,
Ëó÷øåãî äîáèòüñÿ,

The worst eschew,
The worst eschew,
Õóäøåãî èçáåæàòü,

My mynd shall be:
My mind shall be:
ß ìûñëþ òàê:

Vertue to use,
Virtue to use,
Äîáðó ïðîñòîð,

Vyce to refuse,
Vice to refuse,
Ïîðîêó îòïîð,

Thus shall I use me!
Thus shall I use me!
Òàê æèçíü ÿ ïðîâåäó!

(c. 1513)
«By the King’s Hand».
By King Hengy VIII
Àâòîð ñëîâ è ìóçûêè: êîðîëü Àíãëèè Ãåíðèõ VIII

Pastime with Good Company (c. 1513)
https://ru.wikipedia.org/wiki/Pastime_with_Good_Company

Pastime with Good Company (c. 1513)
https://en.wikipedia.org/wiki/Pastime_with_Good_Company

ÃÅÍÐÈÕ VIII
Ëèøü òðîå çàêîííûõ äåòåé êîðîëÿ ïåðåæèëè ìëàäåí÷åñêèé âîçðàñò. Âñå îíè ïîî÷åð¸äíî íàñëåäîâàëè åãî ïðåñòîë.

Îò áðàêà ñ Åêàòåðèíîé Àðàãîíñêîé:

Áåçûìÿííàÿ äî÷ü (ð. è óì. 1510)
Ãåíðè Òþäîð, ãåðöîã Êîðíóîëëüñêèé (ð. è óì 1511)
Âûêèäûø (ñûí) (1513)
Ãåíðè (ð. è óì. 1514)
Ãåíðè (ð. è óì. 1515)
Ìàðèÿ I (15161558)
Áåçûìÿííàÿ äî÷ü (ð. è óì. 1518)

Îò áðàêà ñ Àííîé Áîëåéí:

Åëèçàâåòà I (15331603)
Áåçûìÿííûé ñûí (ð. è óì. 1534)
Áåçûìÿííûé ñûí (ð. è óì. 1536)

Îò áðàêà ñ Äæåéí Ñåéìóð:

Ýäóàðä VI (15371553)

Âíåáðà÷íûå äåòè:

Ãåíðè Ôèöðîé (15191536) îò ñâÿçè ñ Ýëèçàáåò Áëàóíò. Åäèíñòâåííûé îôèöèàëüíî ïðèçíàííûé áàñòàðä êîðîëÿ.

Ñïèñîê äðóãèõ áàñòàðäîâ Ãåíðèõà ñì.: Äåòè Ãåíðèõà VIII.

Ñïèñîê ëþáîâíèö ñì.: Ëþáîâíèöû Ãåíðèõà VIII.

Ýëèçàáåò Áëàóíò
ôðåéëèíà ïðè äâîðå êîðîëÿ Àíãëèè Ãåíðèõà VIII Òþäîðà,
åãî ëþáîâíèöà
è ìàòü åäèíñòâåííîãî îôèöèàëüíî ïðèçíàííîãî èì íåçàêîííîðîæä¸ííîãî ñûíà.
Ïåðâîå óïîìèíàíèå î íîâîì óâëå÷åíèè
äàòèðóåòñÿ îêòÿáð¸ì 1514 ãîäà â ïèñüìå ê êîðîëþ îò åãî äðóãà, ×àðëüçà Áðýíäîíà, 1-ãî ãåðöîãà Ñàôôîëêà. Íà ðîæäåñòâåíñêîì ìàñêàðàäå òîãî æå ãîäà 1514
—————————————-
îíà è åù¸ òðè ëåäè
—————————————
èçîáðàæàëè «äàì èç Ñàâîéè»,
ïîïàâøèõ â áåäó è ñïàñ¸ííûõ «ðûöàðÿìè-ïîðòóãàëüöàìè»,
ñðåäè êîòîðûõ áûë è Ãåíðèõ VIII.
Ïîñëå íà÷àëñÿ áàë, è Áåññè òàíöåâàëà â ïàðå ñ êîðîë¸ì.
Ïðåäïîëîæèòåëüíî, èìåííî â êîíöå 1514 ãîäà óâëå÷åíèå ïåðåðîñëî â ëþáîâíóþ ñâÿçü, ïðîäëèâøóþñÿ ïî ìåíüøåé ìåðå îêîëî ÷åòûð¸õ ëåò.

Weir, Alison. Mary Boleyn: The Great and Infamous Whore. Great Britain: Random House Publishing Group, 2011. P. 338. ISBN 978-022-408-9760.

Weir, Alison
Àëèñîí Óèð îòìå÷àåò, ÷òî

êîãäà â 1514 ãîäó Ýëèçàáåò ïðèâëåêëà âíèìàíèå êîðîëÿ, åé áûëî îêîëî øåñòíàäöàòè ëåò, âîçìîæíî ÷óòü ìåíüøå.
Å¸ îòöó â 1519 ãîäó áûëî òðèäöàòü øåñòü ëåò, à ìàëü÷èêàì äîçâîëÿëîñü âñòóïàòü â áðàê ïî äîñòèæåíèè ÷åòûðíàäöàòè ëåò, òàê ÷òî îíà íå ìîãëà ïîÿâèòüñÿ íà ñâåò ðàíåå 1498 ãîäà.
Ïîðòðåòîâ Ýëèçàáåò íå ñîõðàíèëîñü. Âïîñëåäñòâèè êàïåëëàí ëîðäà Ðî÷ôîðäà, Äæîí Áàðëîó, óïîìèíàë, ÷òî îíà áûëà ãîðàçäî êðàñèâåå Àííû Áîëåéí, âòîðîé æåíû Ãåíðèõà VIII. Àíãëèéñêèé èñòîðèê Óèëüÿì Êýìäåí â ñâîèõ òðóäàõ îòìå÷àë, ÷òî îíà áûëà çíàìåíèòà ñâîèìè çîëîòèñòûìè ëîêîíàìè.
Â Inquisition post mortem, ñðåäíåâåêîâîé ïåðåïèñè âëàäåíèé, ñìåðòåé è íàñëåäîâàíèÿ, îòìå÷åíî, ÷òî â èþíå 1542 ãîäà Ýëèçàáåò Òýëáîéñ, íàñëåäîâàâøåé ñâîåìó áðàòó Ðîáåðòó, áûëî 22 ãîäà

1514 — 16 = 1498 ãð
1542 — 22 = 1520 ãð
1520 — 1514 = 6 ëåò
16 ëåò
6 ëåò
1498 ãð
1520 ãð

Ýëèçàáåò Áëàóíò
Elizabeth Blount (c.; 1498[1]/c.; 1500[2]/c.; 1502[3] 1539/1540),[3]
commonly known during her lifetime as Bessie Blount, was a mistress of Henry VIII of England.

Elizabeth Blount
Baroness Tailboys of Kyme
Baroness Clinton
Born c.; 1498 , Kinlet, Shropshire
Died c.; January 1540 (aged 42), Probably England
Spouse(s)
Gilbert Tailboys, 1st Baron Tailboys of Kyme
Edward Clinton, 1st Earl of Lincoln
Issue
Henry FitzRoy, 1st Duke of Richmond and Somerset
Elizabeth Tailboys, 4th Baroness Tailboys of Kyme
George Tailboys, 2nd Baron Tailboys of Kyme
Robert Tailboys, 3rd Baron Tailboys of Kyme
Lady Bridget Dymoke
Catherine Clinton, Baroness Burgh
Margaret Clinton, Baroness Willoughby of Parham
Father Sir John Blount of Kinlet
Mother Catherine Pershall

Henry FitzRoy, 1st Duke of Richmond and Somerset
Lord High Admiral of England
Lord Lieutenant of Ireland
He was named FitzRoy, which is derived from the Norman French term for «son of the king».
Born 15 June 1519, Blackmore, Essex
Died 23 July 1536 (aged 17), St. James’s Palace, London
Resting place Framlingham Church
Spouse(s) Lady Mary Howard
Parent(s)
Henry VIII of England
Elizabeth Blount

Henry FitzRoy, 1st Duke of Richmond and Somerset
‘son of king Henry VIII»
At age 14, on 28 November 1533
the Duke married Lady Mary Howard, the only daughter of Thomas Howard, 3rd Duke of Norfolk.
He was on excellent terms with his brother-in-law, the poet Henry Howard, Earl of Surrey. The marriage was never consummated/
He died at St. James’s Palace on 23 July 1536.
His servants put the body in a straw-filled wagon. The only mourners were two attendants who followed at a distance. The Duke’s ornate tomb is in Framlingham Church, Suffolk, which contains various Howard family monuments. One of the houses at the local high school is named after him.
His father outlived him by just over a decade, and was succeeded by his legitimate son, Edward VI, born shortly after FitzRoy’s death. Most historians maintain that Edward, like Henry FitzRoy, died of tuberculosis. It is said that Henry FitzRoy might have been made king had Henry VIII died without an in-wedlock son

Î ñàìîì ðîìàíå ñâåäåíèé ìàëî: Ãåíðèõ VIII ñòðåìèëñÿ íå àêöåíòèðîâàòü íà í¸ì èçëèøíåå âíèìàíèå, è Ýëèçàáåò íèêîãäà íå ïîçèöèîíèðîâàëàñü ïðè äâîðå êàê îôèöèàëüíàÿ êîðîëåâñêàÿ ôàâîðèòêà.

Ýëèçàáåò Áëàóíò
(àíãë. Elizabeth Blount)
(îê. 1498/1500 1539/1541)
áîëåå èçâåñòíàÿ êàê Áåññè Áëàóíò.
Îòåö Äæîí Áëàóíò èç Êèíëåòà
Ìàòü Êýòðèí Ïåðøåëë
Ñóïðóã
1. Ãèëáåðò Òýëáîéñ, 1-é áàðîí Òýëáîéñ èç Êàéìà
2. Ýäâàðä Êëèíòîí Ôàéíñ, 1-é ãðàô Ëèíêîëüí
Äåòè
Ãåíðè Ôèöðîé (15191536) (íåçàêîííîðîæä¸ííûé ñûí Ãåíðèõà VIII)
Îò 1-ãî áðàêà:
Ýëèçàáåò Òýëáîéñ
Äæîðäæ Òýëáîéñ
Ðîáåðò Òýëáîéñ
Îò 2-ãî áðàêà:
Áðèäæåò Êëèíòîí
Êýòðèí Êëèíòîí
Ìàðãàðåò Êëèíòîí

Ýëèçàáåò Áëàóíò
https://ru.wikipedia.org/wiki/Áëàóíò,_Ýëèçàáåò

Elizabeth Blount
https://en.wikipedia.org/wiki/Elizabeth_Blount

Îòíîøåíèå ê ðåëèãèè
Êàòîëèöèçì, ïåðåø¸ë â àíãëèêàíñòâî

Henry VIII
https://en.wikipedia.org/wiki/Henry_VIII

Ãåíðèõ VIII
https://ru.wikipedia.org/wiki/Ãåíðèõ_VIII

Òîìàñ Êðîìâåëü
Òîìàñ Êðîìâåëü, 1-é ãðàô Ýññåêñ (àíãë. Thomas Cromwell; îêîëî 1485 28 èþëÿ 1540)
Äåä Òîìàñà Êðîìâåëÿ áûë êóçíåöîì, íå ïîçæå 1461 ãîäà ïåðååõàâøèì èç Íîòòèíãåìøèðà â Óèìáëäîí,
Îòåö Óîëòåð Êðîìâåëü òðàêòèðùèêîì è âëàäåëüöåì ïèâîâàðíè.
Ñóùåñòâóþò ñâèäåòåëüñòâà, ÷òî îí íå òîëüêî îáëàäàë áóéíûì íðàâîì, íî è îáâèíÿëñÿ â ìîøåííè÷åñòâå.
Ìàòü Òîìàñà, Êýòðèí, æèëà â Ïóòíè â äîìå ìåñòíîãî àäâîêàòà, Äæîíà Óýëáåêà, íà ìîìåíò âñòóïëåíèÿ â áðàê ñ Óîëòåðîì Êðîìâåëåì â 1474 ãîäó.
Ó Êðîìâåëÿ áûëî äâå ñåñòðû, ñòàðøàÿ ñåñòðà Òîìàñà Êðîìâåëÿ Êýòðèí âûøëà çàìóæ çà Ìîðãàíà Óèëüÿìñà, þðèñòà â Óýëüñå.
Ñûí Êýòðèí è Ìîðãàíà, Ðè÷àðä, ðàáîòàë íà ñëóæáå ó äÿäè è ñìåíèë ôàìèëèþ íà Êðîìâåëü. Ðè÷àðä áûë ïðàäåäîì ëîðäà-ïðîòåêòîðà Îëèâåðà Êðîìâåëÿ.

Ìàëî èçâåñòíî î ðàííèõ ãîäàõ æèçíè Òîìàñà Êðîìâåëÿ. Ñ÷èòàåòñÿ, ÷òî îí ðîäèëñÿ â âåðõíåé ÷àñòè Ïóòíè-Õèëë (ñåé÷àñ ýòî ÷àñòü Ëîíäîíà). Ýòî áûëî èçâåñòíîå ïðèáåæèùå ðàçáîéíèêîâ, è ëèøü íåìíîãèå ñìåëü÷àêè îòâàæèâàëèñü ïðîåçæàòü ÷åðåç íåãî íî÷üþ.

Êðîìâåëü îäíàæäû çàÿâèë àðõèåïèñêîïó Êåíòåðáåðèéñêîìó Òîìàñó Êðàíìåðó, ÷òî îí áûë «ãîëîâîðåçîìâ ìîëîäûå ãîäû» (that he had been a «ruffian in his young days»).[7] Â þíîñòè îí îñòàâèë ñåìüþ â Ïóòíè è îòïðàâèëñÿ íà êîíòèíåíò. Ðàññêàçû î åãî äåÿòåëüíîñòè âî Ôðàíöèè, Èòàëèè è Íèæíèõ çåìëÿõ îòðûâî÷íû è ïðîòèâîðå÷èâû.

Òîìàñ Êðîìâåëü áûë æåíàò íà Ýëèçàáåò Óàéêèñ, îò êîòîðîé ó íåãî áûëî òðîå äåòåé: Ãðåãîðè, Àííà è Ãðåéñ. Ïîñëå ñìåðòè æåíû îò «àíãëèéñêîãî ïîòà» â 1528 ãîäó, Êðîìâåëü íèêîãäà áîëåå íå æåíèëñÿ.

Ïðè äâîðå õîäèëè ñëóõè, ÷òî Òîìàñ Êðîìâåëü õî÷åò æåíèòüñÿ íà ïðèíöåññå Ìàðèè ñòàðøåé äî÷åðè Ãåíðèõà VIII. Îí äåéñòâèòåëüíî îêàçûâàë åé ïîääåðæêó, õîòÿ Ìàðèÿ áûëà ðüÿíîé êàòîëè÷êîé. Âïðî÷åì, îíà îòêàçàëà Êðîìâåëþ â äðóæáå íà ðåëèãèîçíûõ îñíîâàíèÿõ.

Êðîìâåëÿ, ïîëó÷èâøåãî îáðàçîâàíèå â Èòàëèè è âî âðåìÿ ñêèòàíèé ïî Åâðîïå çíà÷èòåëüíî ðàñøèðèâøåãî ñâîé êðóãîçîð, íàçûâàëè «çàñòóïíèêîì æåíùèí». Îí çàùèòèë îò äåñïîòèçìà ìóæà ãåðöîãèíþ Íîðôîëê, â ðåçóëüòàòå ó ãåðöîãà Íîðôîëêà áûëè íå òîëüêî ïîëèòè÷åñêèå, íî è ëè÷íûå ïðè÷èíû íå ëþáèòü ìèíèñòðà.

Â 1539 ãîäó, ÷òîáû çàâÿçàòü îòíîøåíèÿ ñ ïðîòåñòàíòàìè Ãåðìàíèè, Êðîìâåëü óáåäèë êîðîëÿ æåíèòüñÿ íà Àííå Êëåâñêîé ñåñòðå ãåðöîãà ôîí Þëèõ-Êëåâå-Áåðã. Â ýòî âðåìÿ Àíãëèè ãðîçèëà èíòåðâåíöèÿ ñî ñòîðîíû Ôðàíöèè è Èñïàíèè, è òàêîé ñîþç áûë óìíûì õîäîì. Íî íåâåñòà íå ïîíðàâèëàñü Ãåíðèõó VIII, äà è óãðîçà âîéíû ñ Ôðàíöèåé è Èñïàíèåé ìèíîâàëà. Äâà ýòèõ îáñòîÿòåëüñòâà ïîçâîëèëè âîæäÿì êàòîëè÷åñêîé ïàðòèè ïðè äâîðå Òîìàñó Ãîâàðäó, ãåðöîãó Íîðôîëêó è åïèñêîïó Ñòèâåíó Ãàðäèíåðó óáåäèòü ïîäîçðèòåëüíîãî êîðîëÿ â íåáëàãîíàäåæíîñòè Êðîìâåëÿ. Îäíàêî â àïðåëå 1540 ãîäà Ãåíðèõ VIII ïîæàëîâàë ñâîåìó ìèíèñòðó òèòóë ãðàôà Ýññåêñà, êîòîðîãî òîò äîáèâàëñÿ íåñêîëüêî ëåò.

Àðåñò è êàçíüÂ ñóááîòó 10 èþíÿ 1540 ãîäà â òðè ÷àñà äíÿ Êðîìâåëü áûë àðåñòîâàí âî âðåìÿ çàñåäàíèÿ Òàéíîãî Ñîâåòà ïî îáâèíåíèþ â ãîñóäàðñòâåííîé èçìåíå è åðåñè. ×ëåíû Ñîâåòà ñ êóëàêàìè íàáðîñèëèñü íà áåçîðóæíîãî ìèíèñòðà, ãåðöîã Íîðôîëê è åïèñêîï Ãàðäèíåð ñðûâàëè ñ íåãî îðäåíà, ïîæàëîâàííûå çà ñëóæáó Àíãëèè. Â îò÷àÿíèè îí ñîðâàë ñ ãîëîâû øàïêó è êðèêíóë: «ß èçìåííèê? Ñêàæèòå ïî ñîâåñòè, ÿ èçìåííèê? ß âñåãäà âåðíî ñëóæèë åãî âåëè÷åñòâó! Íî åñëè òàê îáðàùàþòñÿ ñî ìíîé, ÿ îòêàçûâàþñü îò íàäåæäû íà ïîùàäó. ß òîëüêî ïðîøó êîðîëÿ, ÷òîáû ìíå íåäîëãî òîìèòüñÿ â òþðüìå».[12]

Â Òàóýðå Êðîìâåëü ïðîâåë îêîëî ïîëóòîðà ìåñÿöåâ. Â ðàçîðâàííîé îäåæäå, ñî ñëåäàìè ïîáîåâ íà ëèöå åãî äîñòàâèëè òóäà íà áàðêå ÷åðåç Âîðîòà Èçìåííèêîâ. Íà÷àëèñü áåñêîíå÷íûå äîïðîñû. Ïðè÷¸ì, îòâåòû àðåñòîâàííîãî íèêîãî íå èíòåðåñîâàëè. Ñëåäîâàòåëè èñïîëíÿëè âîëþ êîðîëÿ åù¸ íåäàâíî âñåñèëüíûé ìèíèñòð äîëæåí áûòü êàçí¸í. ×òîáû çàñòàâèòü Êðîìâåëÿ îãîâîðèòü ñåáÿ, ïðèáåãëè äàæå ê ïûòêàì. Íî Êðîìâåëü íå ïðèçíàë ñåáÿ âèíîâíûì.

Â ýòî âðåìÿ àðõèåïèñêîï Êðàíìåð áåçðåçóëüòàòíî ïûòàëñÿ äîáèòüñÿ îò êîðîëÿ ìèëîñåðäèÿ. Îäíàêî Ãåíðèõ VIII òîëüêî ñîãëàñèëñÿ çàìåíèòü êâàëèôèöèðîâàííóþ êàçíü îòñå÷åíèåì ãîëîâû. 28 èþëÿ 1540 ãîäà Òîìàñ Êðîìâåëü ïîäíÿëñÿ íà ýøàôîò íà Òàóýðñêîì õîëìå. Îí èñïîâåäàëñÿ è ïîìîëèëñÿ, íàçâàâ ñåáÿ «âå÷íûì ñòðàííèêîì â ýòîì ìèðå», íî, îáðàùàÿñü ê íàðîäó, íå ñòàë çàÿâëÿòü î ñâîåé íåâèíîâíîñòè. Òàêèì îáðàçîì îí ïûòàëñÿ ñîõðàíèòü ïîëîæåíèå ïðè äâîðå ñâîåãî åäèíñòâåííîãî ñûíà Ãðåãîðè Êðîìâåëÿ. Ñìåðòü Êðîìâåëÿ íå áûëà ë¸ãêîé. Ïî ñëîâàì õðîíèñòà Ýäâàðäà Õîëëà, «îí ìóæåñòâåííî âûäåðæàë óäàð ïðåçðåííîãî ïàëà÷à, êîòîðûé íå ïî-áîæåñêè èñïîëíèë ñâîþ ðàáîòó». Êîëè÷åñòâî óäàðîâ òîïîðà íå óïîìèíàåòñÿ

Êðîìâåëü îõîòíî ïîêðîâèòåëüñòâîâàë ëþäÿì èñêóññòâà.

Ëèòåðàòóðà
Òîìàñ Êðîìâåëü ãëàâíûé ãåðîé ðîìàíîâ áðèòàíñêîé ïèñàòåëüíèöû Õèëàðè Ìýíòåë «Âîë÷èé çàë» è «Âíåñèòå òåëà», óäîñòîèâøèõñÿ Áóêåðîâñêîé ïðåìèè â 2009 è 2012 ãîäàõ ñîîòâåòñòâåííî. Åãî ïîëèòè÷åñêàÿ äåÿòåëüíîñòü, àðåñò è êàçíü îïèñàíû â èñòîðè÷åñêèõ äåòåêòèâàõ Ê.Äæ. Ñýíñîìà «Ãîðáóí ëîðäà Êðîìâåëÿ» è «Ò¸ìíûé îãîíü».

Òîìàñ Êðîìâåëü
https://ru.wikipedia.org/wiki/Êðîìâåëü,_Òîìàñ

Thomas Cromwell
https://en.wikipedia.org/wiki/Thomas_Cromwell

The Archbishop Thomas Cranmer

Thomas Cranmer
https://en.wikipedia.org/wiki/Thomas_Cranmer

Êðàíìåð, Òîìàñ
https://ru.wikipedia.org/wiki/Êðàíìåð,_Òîìàñ

Let’s try to find and read the English history of England,
the three martyrs, suddenly it has to do
with the personality of Shakespeare?

But in any case,
it has to do with the history of England,
and therefore with Shakespeare.

I’m sorry, sometimes I have to digress, the history of England is a tangle of names and surnames and personalities.

The Bishops Hugh Latimer
The Bishops Nicholas Ridley,
The Archbishop Thomas Cranmer.

Early modern
English Civil War
During the English Civil War, Oxford housed the court of Charles I in 1642, after the king was expelled from London. The town yielded to Parliamentarian forces under General Fairfax in the Siege of Oxford of 1646. It later housed the court of Charles II during the Great Plague of London in 166566. Although reluctant to do so, he was forced to evacuate when the plague got too close. The city suffered two serious fires in 1644 and 1671

* ÿ íå çíàþ, êàê òàì áûëî íà ñàìîì òî äåëå ýòî âñ¸þ
* 16 âåê âðåìÿ äàâíåå. Òàì è ñâîè êòî â Àíãëèè æèëè è ïîòîìêè èõ òî íå â êóðñå

Èñòîðèÿ Àíãëèè-Èòàëèè íà 16 âåê Øåêñïèðà:

Ñîáûòèÿ 16 âåêà â Àíãëèè ñòðàøíûå ñîáûòèÿ.
Êàçíü 28 000 «ïðî ïðèêàçó êîðîëÿ Ãåíðèõà VI» «ñâîè ñâîèõ-âðàãîâ íå íàäî, ñâîè ñâîèõ».
Êàçíü 35 000 «ïî ïðèêàçó êîðîëåâû» «Ìàðèè Êðîâàâîé», — ñâîè ñâîèõ è ðîäíþ.
Ýòî ãðàæäàíñêàÿ êàçíü âëàñòü.
Êàê òîëüêî ÷àñòü æèçíè. Ëþäåé óáèâàëè, ïûòàëè, ìó÷àëè, óáèâàëè.

Âûæèâàòü ëþäÿì áûëî îé êàê íå ïðîñòî êàæäûé äåíü òàê.

Êàêèì «Øåêñïðîâñêèì ñëîãîì» îíè ýòî òàì îïèñûâàëè,
â 16 âåêå æèâøèå? ãîâîðÿ ÷òî âñëóõ? èëè íå ãîâîðÿ è ìîë÷à? íå ïðîèçíîñÿ?

Êàêèì îáðàçîì è ïî÷åìó
Ïåðâîå Èçäàíèå Ñòèõîâ Øåêñïèðà ñïëåëîñü
ê èñòîðèè Ïåðâîãî Àíãëèéñêîãî Ñóìàøåäøåãî Äîìà â Àíãëèè
Áåäëàì?

Áûë ëè òàì ïàöèåíò , ÷üè ñòèõè èçäàëè, îïëàòèòü åìó èëè åé ëå÷åíèå?

Áûë ëè äàð îò ïîñèòåòåëüíèöû èëè ïîñåòèòåëÿ? Áëàãîòâîðèòåëüíîñòü? ×òîáû èçäàíèå ñòèõîâ ïîìîãëî íàéòè ñðåäñòâà ñîäåðæàòü ïàöèåíòîâ — ñóìàøåäøèõ â ñóìàøåäøåì äîìå Áåäëàì â Àíãëèè?

Äîêòîð ëå÷èë ïàöèåíòîâ: ìîã è ÷àñòíî êîíñóëüòèðîâàòü è ïîëó÷èòü â áëàãîäàðíîñòü.

Èëè êòî-òî ñ ñîòðóäíèêîâ (äîêòîðà èëè ïåðñîíàë) ïèñàëè ñòèõè?

Èëè âëàäåëüöû?

Ýòà èñòîðèÿ íåèçâåñòíà.
Íî.

Îõâàò èñòîðèé Øåêñïèðà ýòî Àíãëèÿ è Èòàëèÿ, ãäå Èòàëèÿ êàê ðåãèîí òîæå ìíîãî.
Ýòî è äîñòóï ê àðõèâàì.

Íàçâàíèå «Ãëîáóñ» äà¸ò øòðèõ «âäðóã òî ðàçâåäêà»?

Ñîâåøåííî íåîæèäàííî:

16 âåê. Áåäëàì. Àíãëèÿ. Ïàöèåíòîâ ñóìàøåäøèõ ëå÷àò «ïîñòàâèòü ãîëîâó è ìîçãè íàçàä íà ìåñòî» «ïðÿìî» «êðóòÿ ñ îãðîìíîé ñêîðîñòüþ», «òèïà «öåíòðèôóãà» «â öåíòðå ïîäãîòîâêè êîñìîíàâòîâ».

Ì?

Íî 21 âåê.
Áåäëàì. Ðàéîí ìåòðî.
ßìà è ñîòíè òðóïîâ.

Âåðîÿòíî, òàì è: ïàèöåíòîâ è ïàöèåíòîê Áåäëàìà, â òîì ÷èñëå.

Äîâîëüíî òàêè áîëüíî.

«Ëþäè â Áåäëàìå ì¸ðëè êàê ìóõè».
Áåäëàì â¸ë ïëàòíûå áèëåòû íà âåñü äåíü â Áåëäàìå
(ñóìàøåäøèé äîì â Áåäëàìå),
ïîïûòêà èìåòü äåíüãè ñîäåðæàòü è ëå÷èòü.

Ïîñåòèòåëè ìîãëè ïðèéòè è äåëàòü ÷òî õîòåëè âíóòðè.
Íî çà äåíüãè.

Ïîçæå ñóìàøåäøèé äîì â Áåäëàìå ïî ñëóõàì, çàêðûëè:
ñëèøêîì ïëîõàÿ ñòðàøíàÿ ðåïóòàöèÿ, ìíîãèå óìåðëè òàì.

ß ñîìíåâàþñü, Áåäëàì âõîäèò ïî ïóòåâîäèòåëè ïî Àíãëèè
êàê ìåñòî ñâÿçàííîå ñ èìåíåì Øåêñïèðà è 16 âåê:

òóðèñòàì ïîêàçûâàþò êðàñèâûé ÷èñòûé ãîðîäîê: òóò îí ðîäèëñÿ
òàêæå ãäå áûë òåàòð Ãëîáóñ.

Ãîâîðÿ òàêæå ÷òî «ëè÷íîñòü Øåêñïèðà íå áûëà äî ñèõ ïîð 100% óñòàíîâëåíà,
êòî ýòî áûë. Õîòÿ âîò — ïîðòðåòû, èìåíà, àäðåñà, ãîðîäà.

Àíãëèéñêàÿ Êîðîëåâà Åëèçàâåòà Âòîðàÿ äàëà äâîðÿíñêîå âûñøåå çâàíèå ðÿäó ëþäåé èñêóññòâà, ìóçûêàíòàì è ïåâöàì.

À êàê áûëî â 16 âåêå â Àííãëèè ñ ýòèì?
Åñëè Øåêñïèð íå áûë áû àíãëèéñêèé äâîðÿíèí?

Áûëî áû äàðîâàíî «çà çàñëóãè, ñòèõè, ïîñòàíîâêó àíãëèéñêîãî òåàòðà, òàì è àíãëèéñêàÿ èñòîèÿ» çâàíèå?

Åñëè äà: èìÿ ìîãëî áûòü íàéäåíî â àðõèâàõ, ãäå äàðóþòñÿ çâàíèÿ.

Åñëè íåò: óæå áûë
èëè åñëè íåò: îáñòîÿòåëüñòâà è îáñòîÿòåëüñòâà íå ïîçâîëÿëè:

áûë îáîçíà÷åí ñóìàøåäøèì?
áûë îáîçíà÷åí (íå äàé Áîã!) â òþðüìå çàêëþ÷¸ííûé? Òóò âðÿä ëëè: ñòèõè íå ðàñïðîñòðàíèòü.

Íå ïðèíÿòî áûëî. Âñ¸ æå àêò¸ðû. ïîýòû. Íå ìóçûêàíòû è íå ïåâöû.

Èëè: íå òî è íå òàê íàïèñàë. «Ðè÷àðä III» îïèñûâàåò ïåðåäà÷ó âëàñòè â Àíãëèè êàê çàõâàò âëàñòè ñ óáèéñòâîì äâóõ áðèòàíñêèõ ïðèíöåâ-ñûíîâåé àíãëèéñêîãî êîðîëÿ: ìàëîëåòíèõ. À ýòî íèêàê íå òåìà 16 âåêà ïîëó÷èòü Ëîðäà-Ïýðà îò ïðàâÿùåé âëàñòè?

Íî ñèëà ðåêëàìû ïîääåðæêè ó Øåêñïèðà, òåì íå ìåíåå, «êîðîëåâñêàÿ».

Ìîæíî ïèñàòü ñòèõè è íå áûòü óñëûøàííûì.
Âèäèìû ñëûøèìû êîãî èçáèðàþò â âèäèìûå ñëûøèìûå è ïîääåðæèâàþò ýòî.

Ò.å. êàêîå òî òàì âîò ïåðåñå÷åíèå ñâÿçè è ÷òîòî âñ¸ òàêè ó Øåêñïèðà ñ Áðèòàíñêèì Êîðîëåâñêèì Äîìîì áûëî (íå îáÿçàòåëüíî ðîäñòâî, à ïåðåñå÷åíèÿ, òåìû ýòî àðõèâû).

Êîãäà íàì âûíèìàþò êîãî-òî, êòî ðîäèëñÿ â Àíãëèè,
è óâåðÿþò ïèøåò ñòèõè òàì è Èòàëèÿ è âåùè òàêèå (àðõèâû ïî Èòàëèè è Àíãëèè)
êàê äîñòóï è «áîëåâûå òî÷êè ãäå áîëèò» «î òîì è ïèøåò»

òî ïîðîé íåñîâïàäåíèÿ åñòü.

Òàéíà Øåêñïèðà â èòîãå îñòàëàñü äî ñèõ ïîð òàéíîé.

Ñàìà ÿ ñ÷èòàëà âåðîÿòíûì, àíãëèéñêàÿ ïðèíöåññà ïèñàëà ñòèõè,
åé áëèçêî è áîëèò ñàäíèò âñ¸,
è îòäàâàëà äëÿ ïóáëèêàöèè «äîâåðåííîìó ëèöó ïðåäñòàâëÿòü å¸».

Êîãäà ÷èòàåøü ïåðåâîäû: îíè àäàïòèðîâàíû â ïðèëè÷íûå.

À îðèãèíàëû. Ïîçðîñëåòü , èõ ÷èòàòü. Âðåìÿ òàêîå êðóãîì.

×àñòü «ñòèõè Øåêñïèðà» òåêñòû ïüåñ: èä¸ò óíèæåíèå è òðàâëÿ æåíùèí ñ ìàññîé ãðÿçíûõ íàì¸êîâ îïóñòèòü».

ÍÎ ýòî ñïëàâ è íåìåöêîñòè è ôðàíöóçêîñòè: ÷òî åñòü è êîëêî, ÷òîáû ñàäíèëî áîëåëî øèïîì.

×àñòü òåêñòà êàê æåíùèíîé íàïèñàíû èëè ãîìîñåêñóàëüíûé ìóæ÷èíà,
åãî ñëîâà åäêè îïèñûâàÿ æåíùèí.

Íî ìàññà è æåíùèí è ìóæ÷èí åñòü ñ ìàíåðàìè ãîâîðèòü òàê òàêîå.
Ò.å. íå îáÿçàòåëüíî ãåé. Ìîãëà áûòü è æåíùèíà?

×òî êàñàåìî ñëîâ: ïîâòîðÿòü ÷òî ñòîèò êðóãîì òåáÿ. Ýòî íå ãîâîðèòü ñâî¸.

Èòàê, ïîâòîðþ.

Ó ìåíÿ åñòü ãåíåòè÷åñêèå êóçåíû «Ïåòðîâ», «Ïåòðîâû».

Ó ìåíÿ åñòü ãåíåòè÷åñêèå êóçåíû, ÷üÿ ãåíåòèêà «Ñîëñáåðè» «Êåíò»,
òàêæå «Ñîëñáåðè» â ãàììå ãåíåîëîãèè èìåþùåé

«Óèëüìñ Øåêñïèð Ñîëñáåðè»,
àìåðèêàíåö,
ðîäèëñÿ â 19 âåêå â Àìåðèêå â ÑØÀ

Ò.å. 2016 , Ñîëñáåðè, Ïåòðîâ è Áîøèðîâ â Ñîëñáåðè.
Åñëè «òîò è òå» Ïåòðîâ è Áîøèðîâ
«åñëè» ìîè ãåíåòè÷åñêèå êóçåíû
âäðóã:
òî
à ìîé ÄÍÊ ñâÿçàí ñ ãåíåòè÷åñêèìè êóçåíàìè «Ñîëñáåðè» «Êåíò»
«Âèëüÿì Øåêñïèð Ñîëñáåðè» (ð.19 âåê, ÑØÀ).

Òî
Ïåòðîâ òîæå ìîã áûòü ãåíåòè÷åñêè èìåþùèé ñâÿçè ïåðåñå÷åíèÿ
ñ Ñîëñáåðè ôàìèëèÿ è ñ Âèëüìñ Øåêñïèð Ñîëáåðè
è çàåõàòü â Ñîëñáåðè èìåííî ïîòîìó.
È î÷åíü ñèëüíî ïåðåæèâàòü.

È îí ìîã òàê è íå ïîäîéòè ñ Ñîáîð è áèáëèîòåêó
òàì ïî÷èòàòü âñå öåðêîâíûå êíèãè àðõèâû çàïèñè.
Äà è? ÷òî ÷èòàòü? Íàäî çíàòü ÷òî èñêàòü, ÷òî ÷èòàòü?

Ôàìèëèÿ «Áîøèðîâ», òóò íå âñòðå÷àëàñü òàêàÿ,
èëè ÿ íå çàìåòèëà ïðèïîìíèòü.

Ôàìèëèè Èâàíîâ, Ïåòðîâ, Ñèäîðîâ èìåþò ìàññó îäíîôàìèëüöåâ
è íå âñå îíè ðîäíÿðîäñòâåíèêè.

Íî åñòü è Èâàíîâ è Ïåòðîâ
êòî òàêè ìîè ãåíåòè÷åñêèå êóçåíû ñðåäè ìàññû èõ âñåõ.

×àñòü Ïåòðîâû — ñëóãè öàðÿ Ïåòðà, âî äâîðöàõ, ïàëàòàõ, âîåííûå, ïðèñëóãà, êðåñòüÿíå ñ äåðåâåíü âëàäåíèé öàðÿ.

×àñòü Ïåòðîâû îò Ïåòðà, äðåâíåãðå÷åñêîå æåíñêîå èìÿ Ïåòðà, ÏÅòðà. Ïååòðà.
Óêðàèíñêîå Ïåòðî, äåòè îò óêðàèíñêîãî Ïåòðî òîæå Ïåòðîâû.

Íî àíãëèéñêîå:
pet = ïåò = äîìàøíèå æèâîòíîå (êîøêà, ñîáàêà), «äîìàøíèé ïèòîìåö»,
âèçóàëüíî îáðàç êîøêè ñ áàíòèêîì è ïîâîäîê èëëè ñîáà÷êè êîìíàòíîé ñ áàíòèêîì è ïîâîäîê.

Ñïåöèàëüíûé ñëóãà íîñèë íà ïîäóøêå êîòà èëè êîøêó èëè êîìíàòíóþ ñîáà÷¸íêó — a pet
ò.å. áûë Ïåò Ïåòðîâ

Ñåêñ Èíäóñòðèÿ: Ìóæ÷èíà è ãàëñòóê-áàáî÷êà, òðîñòî÷êà (à-ëÿ õâîñòèê)) (òðîñòî÷êà åñëè ïåò-äåâóøêà æåíùèíà), åñëè ìóæ÷èíà-ïåò: ãàëñòóê áàáî÷êà è ïîâîäîê èëè äëèííûé -òÿíóòü åìó îäòè êàê ïåò çà æåíùèíîé êòî åãî âûáðàëà.

Íî
ïåòòèíã = êàñàíèå èëè ìàñòóðáàöèÿ
ïåòòèíã — ãäå íåò ôèçè÷åñêèõ ïðèêîñíîâåíèé âíóòðü. òîëüêî êàñàíèå
Ïåòòèíã — ïåò — Ïåòðîâ

Ò.å. Ïåòðîâ ôàìèëèÿ îáúåäèíÿåò ìàññó ëþäåé ãåíåòè÷åñêè, ýòíè÷åñêè, ñîöèàëüíî, îò êðåñòüÿí è ñòðèïòèç¸ðîâ äî öàðåé êîðîëåé, ãäå è ãðåêè, è óêðàèíöû, è ðóññêèå, è ñëàâÿíå, è àíãëè÷àíå.

Ðóññêèé öàðü êàê ïîëîâîçðåëûé ìóæ÷èíà ïîñåùàë Íèäåðëàíäû Ãîëëàíäèþ,
à òðàäèöèîííî ìóæ÷èíû, ïðèåçæàÿ ñþäà,
íå ìîãóò óäåðæàòüñÿ è íå ïîñåòèòü ïîðòîâûõ ïðîñòèòóòîê, ïðîñòèòóòîê,
ðàéîí Êðàñíûå Ôîíàðè.

Î÷÷åíü ìîæåò áûòü, ìîëîäîé ïûëêèé ðóññêèé ïðèíö è ðóññêèé êíÿçü
Ï¸òð Ðîìàíîâ
îñòàâèë ïîòîìòñâî ãåíåòè÷åñêîå îò ñåáÿ, ïîêà ïóòåøåñòâîâàë ïî åâðîïå
è áûë â Íèäåðëàíäàõ.

Ïî ñëóõàì îò èñòîðèêîâ: Ï¸òð íå âåðíóëñÿ íàçàä äîìîé â Ðîññèþ
ñ îäíîé èç ñâîèõ çàðóáåæíûõ ïîåçäîê â Åâðîïó.

Íî íèêòî íå ñìîã ïåðå÷èòü öàðþ.
Êàê â 20 âåêå íå ñìîãëè ïåðå÷èòü è Ñòàëèíó.

×òî-òî áûëî â ýòîì Ïåòðå òàêîå, ÷òî çàêðûâàëî è ïðîòåñòû, è èíîêîìûñëèå.

Ñîâðåìåííûå èñòîðèêè ãîâîðÿò: äà. Íî òîæå íå ðåøàþòñÿ ñäåëàòü ýòî îò÷¸òëèâåå ïóáëè÷íî ñ äîêàçàòåëüñòâàìè.

È ñîâñåì óæå òèõî: ñóäüáà íàñòîÿùåãî ðóññêîãî öàðÿ.
Ïðîïàë è ïðîïàë. Íàçàä íå ïðèåõàë îáðàòíî.

À ãäå îí îñòàëñÿ òîãäà?
Íå âåðíóâøèñü íàçàä?

Âî Ôðàíöèè?
Óçíèê?
Â Æåëåçíîé Ìàñêå?

Èëè â Àíãëèè?
Òàóýð?
Èëè è ýòîò
Áåäëàì?

Èëü îí ïðîèãðàë:
È â Êèòàé,
Êàê òàêè ïðîèãðàâøèé?
Ñðàæ¸ííûé,
È äàëåå èçâåñòíûé
Êàê Ëî?

Èëü Ëîíäîí
Êàê Ëî,
Ýòîò ñàìûé,
Ïîòîì
Îñíàâàâøèé?

Îòòóäà ìå÷òàòü
Êàê íà Äîí?
È åù¸ è ñ
Êîñòðîì?

Äîíêàñòåð
Äîí.êîñò¸ð.
Äîí.êàñò¸ð.
Äîíêàñòåð, Àíãëèÿ

Ëî = Ðîìàíîâû â Êèòàå. 16 âåê.

Êàê âñå ýòè ïåðñàíàæè è èñòîðè÷åñêèå
è ñîáûòèÿ 16 âåêà,
ðàçáðîñàííûå â Ìàñøòàáå Ãëîáóñà,

Òåàòðà Øåêñïèðà,

Òî ÿ îáúåäèíÿþ â îäíî.

Åù¸ ðàç ïîâòîðþ.

ß íå èìåþ äîñòóïà ê àðõèâàì, çíàòü ÷òî çíàþò ïðîôåññèîíàëüíûå èñòîðèêè,
èëè âëàäåëüöû àðôèâîâ ñåìåéíûõ, ðîäîâûõ, áèáëèîòåê è àðõèâîâ.

Ó ìåíÿ íåò çíàíèé è èíôîðìàöèè ïî òåìå, ÷òî ÿ òòó ïèøó è íàïèñàëà.
Ó ìåíÿ íåò èíôîðìàöèè î Ïåòðå Âåëèêîì, î Øåêñïèðå.

Âêðàïëåíèÿ èíôîðìàöèè: Âèêèïåäèÿ, Èíòåðíåò êàê ðåñóðñû.

Îñòàëüíîå: ôàíòàçèè.

Ýòî â èòîãå íàçûâàåòñÿ òîãäà êàê êàê ñòèëü? «Ïîïóëèçàòîðñòâî», «Ðàññêàç ïî òåìå, ïðèâëå÷ü âíèìàíèå ê òåìàòèêå, äðóãèì íàéòè è ïî÷èòàòü». Òî÷íåå äàæå íå òàê: «Äíåâíèê» «Ìåìóàðû».

Ìîé ïåðåâîä Ñîíåò 61 Øåêñïèðà
áûë âûïîëíåí ñ ëèñòà áåç ñëîâàðåé, «ñèíõðîííûé ïåðåâîä», «ïåðåñêàç»,
«÷òî è êàê ïîíÿëà» = «èñïîð÷åííûé òåëåôîí» (äåòñêàÿ èãðà äåòè ïî êðóãó øåï÷àò äðóã äðóãó íà óøêî ïåðåäàâàÿ óñëûøåííîå äàëüøå è äàëüøå ïîêà íå ñêàæóò «Ñòîï!» è ñðàâíÿò ïåðâîå ñêàçàííîå ñëîâî èëè ôðàçó è â êîíöå èãðû ÷òî ïîëó÷èëîñü)

ß íå çíàþ ñòàðîàíãëèéñêèé, ïîíÿòü ñòèõè ÿ ïîòîìó, î ÷¸ì , íå ìîãëà è íå ñìîãëà.

ß íå çíàëà è àíãëèéñêèé, ìíå íóæíû áûëè ñëîâàðè, àèõ ïîä ðóêîé íå áûëî ó ìåíÿ.

Ò.å. ìîé ïåðåâîä æåíùèíû, íå âëàäåþùåé ñòàðîàíãëèéñêèé ñîâñåì, è çíà÷ùèé àíãëèéñêèé ÷óòü ÷óòü.

Íå çíàëà ÿ è ÷üè ñòèõè (àâòîð è äàòó íàïèñàíèÿ è êîìó è èñòîðèþ).

Â èòîãå ïåðåâåëà, êàê ñìîãëà.

È ÿ ðåêîìåíäóþ ïðîñìîòðåòü ìàññó âàðèàíòîâ ïåðåâîäà ýòîãî ñòèõîòâîðåíèÿ.
Êàê òàêèå ðàçíûå: ñòèõîòâîðåíèå òðóäíî ïåðåâåñòè.

Íî, óäà÷íûå, øåäåâðû è òàëàíòû, òàì ïåðåâîäû ñäåëàëè è åñòü.

Êòî êàê ïîíÿë, òîò òàê è ïåðåâ¸ë êàê ñìîã ñìîãëè.

Èíòåðåñíûé ïåðåâîä îäèí èç 2021. Âÿ÷åñëàâà ×èñòÿêîâà. Íåîæèäàííûé.
Îòëè÷àþùåéñÿ îò ðàííåå. Èíîé â ÷¸ì òî. Ãäå ÿ , ïðîòèâ, ïûòàëàñü ïîíÿòü îò êîãî è êîìó ýòî ïèñàëîñü è â êàêîé ñèòóàöèè?

Ýòî íåâîçìîæíî ïîðîé è òðóäíî ïåðåâåñòè ñ ÿçûêà íà ÿçûê «÷òîáû áûëî òîæå ñàìîå òàê æå», êàê ìåíòàëèòåò ÿçûêà òðàäèöèé è ñîöèàëüíîãî èìååò ñìûñëîâûå ïîäòåêñòû èíîñêàçàíèé.

Òàê è ñ ðóññêîãî ÿçûêà íà àíãëèéñêèé ìíîãîå íåïåðåâîäèìî çâó÷àòü òàê æå. Äàâàòü òîò æå îòçâóê âèáðàöèé äóøè è ñåðäöà.

ß îäíî âðåìÿ ïðîáûâàëà äåëàòü ïåðåâîäû ñ àíãëèéñêîãî íà ðóññêèé èëè ñ ðóññêîãî íà àíãëèéñêèé, ñòèõè è ïåñíè, íî ïðÿìîé ïåðåâîä íå ëîæèëñÿ, äàâàë èíîå çíà÷åíèå ñîâñåì.

Îò÷åãî òî÷íî ïåðåâåñòè ñëîâî â ñëîâî ïîðîé òîëüêî çàïóòàòü è ïðî÷òóò íå òàê è íå òî è èíà÷å.

Ïðèìåð

Dear = «Äîðîãîé»

Ñòàíäàðò àíãëèéñêîãî äåëîâîãî ýòèêåòà ïèñüìà ñòàâèòü ñëîâî «Äîðîãîé»
êàê â ðóññêîì ñòàâÿò ñëîâî «Çäðàâñòâóéòå, óâàæàåìûé».

È êàê íà ðóññêîì áóäåò çâó÷àòü äîñëîâíûé ïåðåâîä áèçíåñ-ïèñüìà:

«Äîðîãîé Ëåîíèä,
Ìû çàêàçàëè Âàì çàðàíåå ãîñòèíèöó (íàçâàíèå)
è íîìåð òàì.
Ìû ñ ìîåé ñåêðåòàðøåé çàéä¸ì òóäà çà âàìè â (âðåìÿ) (äíÿ)
áóäüòå ãîòîâû ê âñòðå÷å!
Âàøè,
Æäóùèå Âàñ
ñ íåòåðïåíèåì,
…»

Ïîñëå òàêîãî ïåðåâîäà
«â ìîðäó äàòü ìîãóò» òåì êòî çàäóò «ÿ òåáå íå ãåé!» «çàéä¸ò îí!» «â ãîñòèíèöå!»
È ñäåëêà íå ñîñòîèòñÿ.

Íî, åñëè ïèøóò ãîìîñåêñóàëüíîìó ìóæ÷èíå? Òî ïèñàòü ïåðåâåñòè ñòîèò
èìåííî òàê îòñûëàÿ äåëîâîå áèçíåñ ïèñüìî?»

È, åñëè íå ãååþ ïèøóò, òî ïååðåâîäèòñÿ òàê:

«Çäðàâñòâóéòå, óâàæàåìûé Ëåîíèä!
Îò íàøåé êîìïàíèè Âàì çàêàçàí íîìåð
ãîñòèíèöà.íàçâàíèå.
Áèçíåñ-âñòðå÷à â ðåñòîðàíå â äåíü ïðèåçäà
òàì æå â òàêîå âðåìÿ. Ñòîëèê çàêàçàí.
Æä¸ì âñòðå÷è ñ Âàìè ñ íåòåðïåíèåì,
Âàøè,
…»

÷óòü ëåã÷å
íî îïÿòü íå ñîâñåì ïîíÿòíî,
êàêó. âñòðå÷ó è ÷òî èìåþò â âèäó.

Â èòîãå, áèçíåñ ïèñüìà ýòî õîòü òðàôàðåò,
à ïåðåâåñòè äîñëîâíî «áóêîâêó ê áóêîâêå ïîíÿòíî»
êàê Ïåðåâîä÷èê Ñëàâà Ìÿñíèêîâ â ñöåíêå «Óðàëüñêèå Ïåëüìåíè».

Ïåðåâåñòè òî ìîæíî. Íî ñòèëü êàêîé ïåðåâîäà äîëæíå áûòü? ãäå ãëàâíîå ÷òî?

È ïåðåâîä÷èê ñèäèò è óòî÷íÿåò, óòî÷íÿåò, çàäà¸ò âîïðîñû,
âñå íþàíñû ó÷åñòü.

Òàê è ïåðåâîä ñòèõîâ.

Ñàìûé ïðîñòîé ñòèëü ïåðåâîäà «ïåðåñêàç» ÷òî êàê ïîíÿë òàì, çàäåëî,
àññîöèàöèè îáðàçû: ñâî¸ îùóùåíèå.

Ýòî òàê â áûòó âñå ëþäè è äåëàþò è íàçûâàåòñÿ «ñëóõè».

Óâèäåë , óñëûøàë, çàïîìíèë, ÷òî êàê ïîíÿë-ïîíÿëà, ÷òî çàäåëî è âïå÷àòëèëî: ïåðåñêàçàë èëè ïåðåñêàçàëà. Òóò, ïîðîé, íåêèå ìîìåíòû «óñèëèâàþòñÿ»,
êîëè÷åñòâåííî ìåíÿñü.

Ñàìî ñîáûòèå îñòà¸òñÿ. Íî â ïåðåñêàçå óæå èíîå.

Êàæäûé ïåðåâîä÷èê è ïåðåâîä÷èöà, âåäü åù¸ è ÷åëîâåê, ñ ýìîöèÿìè, ðàçóìîì, òåëîì, âîñïðèÿòèåì è õàðàêòåðîì, ò.å. èíäèâèäóàëüíîñòü. Ïëþñ ìîìåíò âðåìåíè.

È âîò ñïëàâ òð¸õ ìîìåíòîâ ðîæäàåò íîâûé ïîòîê ñëîâ.

Áûëî (ñîáûòèå èëè ñëîâî) åñòü(ïåðåâîä÷èê ïîåò) è âðåìÿ (ìîìåíò âðåìåíè)

Êàæäûé ïåðåâîä èìååò êàñàíèå êîíêðåòíîãî âðåìåíè: ïîòîìó è ðàçíûé.

Ìóæ÷èíà ñëûøèò óøàìè è ÷èòàåò ãëàçàìè òàê.
Æåíùèíà ÷óòü èíà÷å.

Ïåíèå ïåñåí.

Ïåñíÿ è ñëîâà ÷èòàòü áåç ìåëîäèè: îäíî âîñïðèÿòèå.
Ïåíèå ñ ìåëîäèåé: ó æåíùèí îòêëþ÷àåòñÿ ðàçóì ïîíèìàòü ñëîâà íà ÷óâñòâîâàòü.

ß äîáàâèëà ê òåêñòó ïåðåâîäà ñïðàâî÷íûé ìàòåðèàë ñ Âèêèïåäèè.

Çàîäíî, íàòêíóëàñü òóò: â 2021:

ïåðåâîä 2001 ãîäà ñîíåòà 61 Âèëüÿìà Øåêñïèðà,
ïåðåâîä Âÿ÷åñëàâà ×èñòÿêîâà
Ïî ïîâîäó 61 ñîíåòà Øåêñïèðà (Ïóáëèêàöèÿ 28.06.2019 â ïðîçà.ðó)
Óèëüÿì Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä (Ïóáëèêàöèÿ 26.06.2019 â ñòèõè.ðó)
Âÿ÷åñëàâ ×èñòÿêîâ

Âÿ÷åñëàâ ×èñòÿêîâ
Ïî ïîâîäó 61 ñîíåòà Øåêñïèðà
https://proza.ru/2019/06/28/300

Óèëüÿì Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä
Âÿ÷åñëàâ ×èñòÿêîâ
http://stihi.ru/2019/06/26/5119

Âÿ÷åñëàâ ×èñòÿêîâ
https://proza.ru/avtor/crome
http://stihi.ru/avtor/crome1

Ïåðåâîäû Ìàðøàêà è äðóãèå ÿ óæå ïóáëèêîâàëà.
Ýòîò íå ìîãó, äëÿ ñðàâíåíèÿ: àâòîðñêèå ïðàâà ó àâòîðà.
Äàþ ññûëêè.

Åñòü ìíîãî ðàçíûõ ïåðåâîäîâ.
Ïåðåâîä÷èêè ñìîòðÿò , îöåíèâàÿ ñâîèìè êðèòåðèÿìè, òî÷íîñòè ïåðåâîäà.
ß êàê îáûâàòåëü è ïðîñòîé îáû÷íûé ÷åëîâåê,
ñêîðåå ïîïàëî íåò â íàñòðîåíèå ìîìåíòà,
èëè ïîíðàâèëîñü-íåò.

Íî, êàê ñàìà ÿ âûäàâèòòü èç ñåáÿ ñìîãëà òîëüêî 4 ñòðî÷êè,
íå ïîòÿíóâ ïåðåâåñòè âåñü òåêñò,
äà è ïîíÿòü ñ ëèñòà,
òî ÿ ìîãó îöåíèòü ðàáîòó äðóãèõ àâòîðîâ è ïåðåâîä÷èêîâ.

Ìíå ìîé ïåðåâîä íðàâèòñÿ. Êîðîòêèé. Êàê ïîíÿëà, òàê è ñêàçàëà.
Êàê òî÷íî èëü íåò… Èëè? Èëè îòçâóêè çâó÷àíèÿ ñòûêîâêè è àññîöèàöèè?

Ñòèõè ïåðåäàþò êîíêðåòíûå ìîìåíòû âðåìåíè. Ïàìÿòè î êîíêðåòíûõ ìîìåíòàõ âðåìåíè.

Harbouro — Ãàâàíü
1961 — — 61 ñîíåò
Õàáàðîâñê
Khabarovsk
Harbour Off Sky

Harbour Off Sky
Ãàâàíü Ñ Íåáà
Ãàâàíü Îò Íåáà
Harbour Off Sky
HarbourOffSky
Harbourovsk
Habarovsk
Khabarovsk
Õàáàðîâñê

ß ðîäèëàñü â ã. Õàáàðîâñêå â 1961 ãîäó
Ñì Ñâèäåòåëüñòâî î ðîæäåíèè:

Èííà Àëåêñàíäðîâíà Áàëüçèíà (óðîæä¸ííàÿ â ã.Õàáàðîâñê 8 èþëÿ 1961 ãîäà)
Eanna Inna Balzina-Balzin /Èàííà Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí
Ñâèäåòåëüñòâî î ðîæäåíèè 1961
https://proza.ru/2014/08/22/1779
https://proza.ru/2021/11/03/328

Àìåðèêàíåö Óèëüì Øåêñïèð Ñîëñáåðè, ðîäèâøåéñÿ â 19 âåêå, â Àìåðèêå â ÑØÀ,
îòíîñÿñü ê ìîèì ãåíåòè÷åñêèì êóçåíàì Ñîëñáåðè,
íåò òàì íå áëèçêîå ðîäñòâî èëè ðîäñòâî,
ïðîñòî ïåðåñå÷åíèå ãåíåòèêè áèîëîãèè è ãåíåîëîãèè.
4ûé — óäàë¸ííûé èëè 5ûé-óäàë¸ííûé
ß óæå íå ïîìíþ. Òàì âðîäå è íå íàïðÿìóþ. ×åðåç êîãî-òî.

Êîðî÷å, çàáûëà âñ¸.

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä
Shakespear Sonet 61, Russian translation by me

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä (ñòèõè è ðàññêàç)
http://stihi.ru/2021/12/10/2747
https://proza.ru/2021/12/10/618

Øåêñïèð. Ñîíåò 61. Ïåðåâîä
Èàííà Èííà Áàëüçèíà-Áàëüçèí / Eanna Inna Balzina-Balzin

#Øåêñïèð #Ñîíåò61 #Ñîíåò #61 #ñòèõè #ïåðåâîä #Èííà #Áàëüçèíà #Áàëüçèí #îáðàòíî
#Shakespeare #Sonnet61 #Sonnet #61 #poem # translation #Russian #Inna #Eanna #Tiggi #Balzina #Balzin #Bacon #Beacon #Ìàÿê #Reverse #Back #GRU #SEALS

Источник

Испытание любовью в романе «Отцы и Дети» И. Тургенева

Подписывайтесь на нашу группу ВК

В своем романе самом знаменитом «Отцы и дети» И. Тургенев рисует живой образ человека будущего, нигилиста в лице Евгения Базарова.

Базаров отрицает буквально все. Но для И. Тургенева мало показать одну сторону человеческого характера.

Он решает подвергнуть своего героя самому безжалостному, самому тяжелому испытанию – испытанию любовью.

Итак, Евгений Базаров – это молодой человек, «который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру». «Базаров признает только то, что можно ощупать руками, увидеть глазами, положить на язык, словом, только то, что можно освидетельствовать одним из пяти чувств».

Именно поэтому любовь, романтические чувства для него – это «белиберда, непростительная дурь», болезнь. Нигилист по натуре и по мышлению, Базаров не хочет тратить себя на пустые чувства, однако под толстым слоем отрицания скрывается действительно доброе, любящее сердце.

Испытание любовью живо вскрывает эти внутренние черты характера героя.

Евгений Базаров встречает однажды Анну Сергеевну Одинцову. Это богатая и умная женщина. Он сразу выделяет ее из толпы, прикрываясь небрежной фразой: «Это что за фигура? На остальных баб не похожа». Впоследствии заинтересованность в этой женщине превращается в страсть, в любовь.

Одинцова больше не покидает сердце юного нигилиста, она завладела его душой, его мыслями… И это – о Базарове! О Базарове, который всегда чувствовал свое превосходство над женщинами, который всегда отрицает сердечную привязанность людей! И теперь он сам становится жертвой своего неверия.

Отныне в герое живут два человека: противник романтических чувств и страстно любящий человек. Но сила любви оказывается сильнее принципов Евгения Базарова, и он « с негодованием сознавал романтика в самом себе». Это возмущало его гордость. Одинцова вытянула из него признание. «Знайте же, что я люблю вас, глупо, безумно…

Вот чего вы добились» – восклицает Базаров. «Он задыхался; все тело его видимо трепетало. Но это было не трепетание юношеской робости, не сладкий ужас первого признания овладел им: это страсть в нем билась, сильная и тяжелая — страсть, похожая на злобу» – именно злоба! Злоба на самого себя. За то, что он не смог противиться этому дикому чувству.

За то, что он не смог защитить свои принципы.

Но любовь Евгения Базарова – это безответная любовь. Одинцова заинтересована в этом молодом человеке, но она не любит его. Она дорожит своим общественным положением, и вынуждена отказать Базарову.

Однако, любовь не сломила молодого человека, в отличие от Павла Петровича Кирсанова, который так и не смог оправиться от безответной любви к таинственной графине Р. Базаров, пережив и признание, и переступив свою гордость, оказался сильнее. Он с головой уходит в работу и уезжает домой, к родителям. Но любовь все еще жива в его сердце. И она не покинет его до самой смерти.

Источник:

Сочинение испытание любовью в романе отцы и дети

«Отцы и дети» И.С. Тургенева, на мой взгляд, можно назвать не только романом-полемикой, но и «романом испытаний».

Изучая своего героя, кардинально не соглашаясь с его жизненной философией, автор проводит Базарова – яркого представителя нигилизма – через несколько важных испытаний.

Таким образом, я думаю, Тургенев проверяет жизнеспособность взглядов Евгения Васильевича, их возможность существовать в реальной жизни.

Мне кажется, самым важным испытанием для Тургенева стало испытание любовью. Мы видим, что до знакомства с Анной Сергеевной Одинцовой Базаров, как истинный нигилист, презирал любовь, не верил в нее.

Отношения между мужчиной и женщиной в представлении этого героя ограничивались лишь физической стороной, физиологией. Все остальное же, что существует между двумя людьми, этот нигилист считал чепухой, романтическими выдумками аристократов-бездельников.

Именно поэтому разговор об отношении двух полов у Базарова насквозь был пронизан цинизмом.

Именно цинизм сначала преобладал во фразах героя, направленных в сторону Одинцовой. Впервые Евгений Васильевич увидел эту женщину на балу у губернатора.

Едва войдя в залу, Анна Сергеевна сразу притянула к себе внимание присутствующих мужчин: «увидал женщину высокого роста, в черном платье, остановившуюся в дверях залы. Она поразила его достоинством своей осанки.

Одинцова отличалась не только красотой и чувством собственного достоинства. Она, несомненно, была умна: «спокойно и умно, именно спокойно, а не задумчиво, глядели светлые глаза из-под немного нависшего белого лба…» В целом, от героини веяло «ласковой и мягкой силой».

Безусловно, Базаров, как умный и тонкий человек, не мог не почувствовать этого. Больше того, Одинцова произвела на героя сильное впечатление. Однако он тут же надел привычную маску цинизма.

Первыми фразами нигилиста об Анне Сергеевне были: «Ну, а по-твоему, что она, точно – ой-ой-ой?», «у ней такие плечи, каких я не видывал давно» и «Посмотрим, к какому разряду млекопитающих принадлежит сия особа».

Но мы уже понимаем, что Одинцова, равная Базарову по интеллекту, образованности и силе характера, в значительной мере повлияет на его судьбу, станет важным человеком в жизни героя. На это нам намекает и автор.

Еще при первом упоминании имени Анны Сергеевны, у Кукшиной, Базаров невольно сближает Одинцову и любовь: «- Нет, зачем говорить о любви, – промолвил Базаров, – а вот вы упомянули об Одинцовой.

Так, кажется, вы ее назвали? Кто эта барыня?» Мы чувствуем, что герой как бы отталкивает от себя возможность полюбить, но эта участь его не минует. Так, в лице Анны Сергеевны, Базарова настигнет сама жизнь. Настигнет и разрушит всю его умозрительную философию.

Мы видим, что, познакомившись с Одинцовой, побеседовав с ней, герой все больше начинает уважать эту женщину как умного и блестящего собеседника. Больше того, Базарову было комфортно и интересно в доме Одинцовой, в окружении ее и ее семьи. И как-то неожиданно для самого себя Евгений Васильевич…влюбился!

Кульминационной в развитии отношений двух героев является сцена признания. Анна Сергеевна, женщина умная, но сдержанная и холодная, сама увлеклась Базаровым. И вот, как будто ненароком, когда она и Базаров достаточно сблизились, чтобы говорить о «внутренних» вещах, Одинцова заводит разговор о счастье.

Она признается, что чувствует себя несчастной, потому что не видит перед собой цели, не знает, для чего ей нужно жить: «Я очень устала, я стара, мне кажется, я очень давно живу». Базаров тут же выводит причину бед героини: «Вам хочется полюбить, – перебил Базаров, – а полюбить вы не можете: вот в чем ваше несчастье».

И действительно, Одинцова слишком ценит состояние внутреннего равновесия и комфорта, чтобы отдаться чувству. Но человеческая природа такова, говорит Тургенев, что она не может существовать без любви. Без любви человек чувствует себя несчастным, он рано стареет, у него нет жизненной цели.

Именно в такую женщину суждено было влюбиться Евгению Базарову. Героиня выудила из него признание: «Так знайте же, что я люблю вас, глупо, безумно. Вот чего вы добились». Больше того, она и сама могла ответить герою взаимностью («Она не тотчас освободилась из его объятий»), но выбрала другое.

А в душе Базарова произошел переворот. Он понял, что способен полюбить. Это значило, что любовь существует. Следовательно, вся система взглядов, философия этого героя была разрушена.

Можно сказать, что он потерял жизненную основу, потерял всяческие ориентиры. Но, кроме того, Базаров потерял и веру в себя. Ведь он влюбился, как самый ничтожный аристократишко, бездельник, которых он так презирал.

Это значит, что он, Евгений Базаров, самый обыкновенный человек, со всеми слабостями и недостатками.

Таким образом, в жизни героя наступил очень серьезный кризис, преодолеть который он не смог. Базаров не смог принять ценностей «отцов», не смог ответить на коренные вопросы бытия, которые стали приходить к нему. Поэтому его гибель стала логичным завершением его жизненной истории.

Мы видим, что на страницах романа «Отцы и дети» Тургенев подвергает своего героя самому главному испытанию – испытанию любовью. Базаров не справляется с ним и погибает. Так писатель развенчивает популярную в его время нигилистическую теорию и утверждает приоритет незыблемых культурных и этических принципов.

человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Тургенев И.С. / Отцы и дети / Базаров и Одинцова (по роману И.А. Тургенева «Отцы и дети»)

Смотрите также по произведению “Отцы и дети”:

Мы напишем отличное сочинение по Вашему заказу всего за 24 часа. Уникальное сочинение в единственном экземпляре.

Тема любви — центральная в творчестве И.С. Тургенева. Все герои писателя проходят своеобразное «испытание любовью». В романе «Отцы и дети» у каждого героя есть своя история любви.

Очень интересна история любви Павла Петровича Кирсанова к княгине Р. На первый взгляд этот сюжет лишь объясняет нынешнее состояние Павла Петровича. Но стоит немного приглядеться, и становится ясно, насколько эта история символична.

Мы вдруг замечаем, что по живости изображения, по авторскому отношению образ княгини Р. можно сравнить лишь с Анной Сергеевной Одинцовой. Но, проведя одну параллель, мы обнаруживаем, насколько эти образы вообще схожи между собой.

У них одинаковый стиль жизни — если во второй половине жизни княгиня «плачет и молится», то Одинцова тоже в деревне из богатой, довольно неприступной дамы вдруг превращается в обычную уставшую от жизни и очень несчастную женщину.

Деятели дегенеративного искусства: schokk vs ппр

Даже семейное положение у них похоже — тихий и спокойный брак с нелюбимым человеком у княгини и точно такая же тихая жизнь сначала с мужем, потом во вдовстве у Одинцовой. Но главное — это ореол таинственности.

Княгиня вела «странную жизнь», Анна Сергеевна была «довольно странное существо».

Сравнивая Одинцову с княгиней Р., мы не можем не сопоставить и влюбленных в них мужчин — Павла Петровича и Базарова.

Возникает некая незримая связь между непримиримыми врагами, и различия в убеждениях, в привычках становятся поверхностными, несерьезными, когда человек попадает во власть природы.

Действительно, Базаров, узнав историю Павла Петровича, становится в отношении к нему мягче, больше не препирается с ним, даже жалеет его, полюбив Анну Одинцову.

Но самая непонятная параллель с историей княгини Р. обнаруживается в истории с Фенечкой. Сам Павел Петрович сравнивает между собой этих двух совершенно непохожих женщин. Сравнение это лишний раз доказывает, что Павел Петрович до сих пор любит княгиню.

История несостоявшейся любви Павла Петровича и княгини Р. играет значительную роль в романе, являясь своеобразным связующим моментом для изображения сложностей и разного рода изломов в судьбе человека.

Поэтому душевные страдания он считает недостойными настоящего мужчины, высокие стремления — надуманными и нелепыми. И этот человек, отрицающий все и вся, влюбляется в Анну Сергеевну Одинцову, богатую вдову, умную и загадочную женщину. Сначала главный герой гонит от себя это романтическое чувство, прикрываясь грубым цинизмом.

Однако вскоре все больше понимает, что испытывает какое-то чувство к Анне Сергеевне, но это не сходится с его убеждениями, ведь любовь для него — это «белиберда, непростительная дурь», болезнь. В душе Базарова бушуют сомнения и злость, чувство к Одинцовой мучает и бесит его, но все-таки он мечтает об ответной любви.

Перед смертью Базаров откидывает все сомнения и убеждения и посылает за Одинцовой.

Можно определить позицию автора в романе «Отцы и дети» — любовь не бывает счастливой, если она настоящая, сильная. Такой любви почти всегда уготован невеселый конец — утрата, разлад, расставание, смерть.

Внимание, только СЕГОДНЯ!

Источник:

Испытание героя любовью в романе И. С. Тургенева “Отцы и дети”

“Тольколюбовью держится и движется жизнь”. И. С. Тургенев И. С. Тургенев в своих произведениях подвергал героев двум проверкам: проверке любовью и проверке смертью.

Почему он выбрал именно эти испытания? Я думаю, потому что любовь – это самое чистое, самое высокое и красивое чувство, перед ним раскрываются душа и личность человека, показывая свои истинные качества, а смерть – это великий уравнитель, к ней как к неизбежному нужно быть готовым и уметь умереть достойно.

В сочинении я хочу решить, выдержал ли Евгений Базаров, главный герой романа И. С. Тургенева “Отцы и дети”, первую проверку – проверку любовью.

В начале романа автор представляет нам своего героя как нигилиста, человека, “который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру”, для которого романтизм – это чушь и блажь: “Базаров признает только то, что можно ощупать руками, увидеть глазами, положить на язык, словом, только то, что можно освидетельствовать одним из пяти чувств”. Поэтому душевные страдания он считает недостойными настоящего мужчины, высокие стремления – надуманными и нелепыми. Таким образом, “… отвращение ко всему отрешенному от жизни и улетучивающемуся в звуках составляет коренное свойство” Базарова. И этот человек, отрицающий все и вся, влюбляется в Анну Сергеевну Одинцову, богатую вдову, умную и загадочную женщину. Сначала главный герой гонит от себя это романтическое чувство, прикрываясь грубым цинизмом. В разговоре с Аркадием он спрашивает об Одинцовой: “Это что за фигура? На остальных баб не похожа”. Из высказывания видно, что она заинтересовала Базарова, но он всячески пытается опорочить ее в своих глазах, сравнивая с Кукшиной, вульгарной особой.

Одинцова приглашает обоих друзей к себе в гости, они соглашаются. Базаров замечает, что Аркадию нравится Анна Сергеевна, но пытаемся быть равнодушным. Он ведет себя очень развязно в ее присутствии, потом смущается, краснеет, и Одинцова замечает это.

Аркадий в течение всего пребывания в гостях удивляется неестественному поведению Базарова, потому что тот не говорит с Анной Сергеевной “о своих убеждениях и воззрениях”, а толкует о медицине, о ботанике и т. п. Во второй приезд в имение Одинцовой Базаров очень волнуется, но пытается сдержаться.

Он все больше понимает, что испытывает какое-то чувство к Анне Сергеевне, но это не сходится с его убеждениями, ведь любовь для него – это “белиберда, непростительная дурь”, болезнь. В душе Базарова бушуют сомнения и злость, чувство к Одинцовой мучает и бесит его, но все-таки он мечтает об ответной любви. Герой с негодованием сознает романтика в самом себе.

Анна Сергеевна пытается вызвать его на разговор о чувствах, и он с еще большими презрением и равнодушием высказывается обо всем романтическом. Перед отъездом Одинцова приглашает Базарова к себе в комнату, говорит о том, что у нее нет цели и смысла в жизни, и хитростью вытягивает из него признание.

Главный герой говорит, что любит ее “глупо, безумно”, по его виду понятно, что он готов на все ради нее и ничего не боится. Но для Одинцовой это лишь игра, ей нравится Базаров, но она не любит его. Главный герой в спешке покидает имение Одинцовой и едет к родителям. Там, помогая отцу в медицинских исследованиях, Базаров заражается тяжелой болезнью.

Осознавая, что скоро умрет, он откидывает все сомнения и убеждения и посылает за Одинцовой. Перед смертью Базаров прощает Анну Сергеевну и просит позаботиться о его родителях. В романе “Отцы и дети” главный герой выдерживает проверку любовью, в отличие от героев остальных произведений И. С. Тургенева.

Базаров жертвует всем ради любви: своими убеждениями и воззрениями, – он готов к этому чувству и не боится ответственности. Но здесь ничего не зависит от него: он полностью отдается чувству, охватившему его, но ничего не получает взамен – Одинцова не готова к любви, поэтому отталкивает Базарова.

В романе “Отцы и дети” И. С. Тургенев находит героя, которого так долго искал, героя, выдержавшего проверку любовью и смертью.

Источник: https://prikhodkoteacher.ru/analiz/ispytanie-lyubovyu-v-romane-ottsy-i-deti.html

Тема любви в романе «Отцы и дети»

Тема любви пронизывает все творчество Ивана Сергеевича Тургенева. Пишет ли он о революционере Инсарове, нигилисте Базарове, реформаторе Литвинове, любовь настигает каждого из них, порой буквально переворачивая их жизнь. В самом известном произведении писателя – романе «Отцы и дети» рассказано сразу четыре истории любви.

Центральная любовная линия романа – это любовь Евгения Базарова к Анне Сергеевне Одинцовой. Нигилист Базаров не верит в любовь, рассматривая ее лишь как физическое влечение. Но именно эту, казалось бы, циничную и рассудительную натуру, настигает неистовая, страстная любовь к светской красавице Одинцовой. Бесспорно, Анна Сергеевна – натура незаурядная. Она умна, величественна, не похожа на других. Но сердце ее холодно, и Одинцова не может ответить на чувство Базарова, его страсть пугает ее, угрожая нарушить ее привычный спокойный мирок.

Потерпев поражение в любви, Базаров не сломлен. Может даже показаться, что он забыл Одинцову. Но, находясь перед лицом смерти, настигшей его по странной и нелепой случайности, Базаров хочет проститься с Анной Сергеевной. Их последняя встреча раскрывает всю глубину его чувства. «Великодушная!.. и какая молодая, свежая, чистая… в этой гадкой комнате!» — так говорит Базаров о любимой женщине.

Еще одним персонажем романа, способным испытывать глубокое и страстное чувство, оказывается антипод (хотя во многом и двойник) Базарова – Павел Петрович Кирсанов. Но его любовь сильно отличается от того, что испытывает Базаров. Базаров никогда не станет рабом любимой женщины, что во многом и отталкивает от него Одинцову. Павел Петрович же ради любви к некоей княгине Р. перечеркнул всю свою жизнь, бросил карьеру, подвергался унижениям… В результате, безответная мучительная страсть иссушила душу героя, превратив его в живого мертвеца.

Тем не менее в любви Базарова и Павла Петровича есть нечто общее. Недаром, пережив драму отвергнутой любви, они оба тянутся к простой девушке Фенечке. Но внимание Павла Петровича, увидевшего в ее облике сходство с княгиней Р., лишь пугает Фенечку, а бесцеремонность Базарова оскорбляет ее.

Есть в романе и две истории совсем другой, спокойной, «домашней» любви – это любовь Николая Петровича Кирсанова к Фенечке и любовь Аркадия к Кате.

Обе они заканчиваются картинами тихого семейного счастья, но той подлинной страсти, на которую был способен и сам Тургенев, и центральные персонажи его произведений в этих историях нет.

Поэтому они не вызывают особого интереса ни у читателей, ни у самого автора.

Тема любви становится в романе «Отцы и дети» одной из ведущих. Испытание любовью проходят все его персонажи. И от того, как им удалось пройти это испытание, зависит истинная сущность и достоинство каждого человека.

Войти на сайт
или

Источник: https://www.kakprosto.ru/kak-851509-tema-lyubvi-v-romane-otcy-i-deti

TESTSOCH.RU

Произведение Ивана Сергеевича Тургенева «Отцы и дети» по расхожему мнению содержит в себе одну большую проблему – отношения отцов и детей, отношения разных поколений.

Но эта тема отнюдь не единственная в романе. Писатель поднимает серьёзные проблемы взаимоотношений внутри социума, настоящей дружбы, проблемы современной ему философии и т.д.

И отдельное место занимает в произведении тема любви.

Роман содержит несколько любовных линий: отношения Николая Петровича и Фенечки, любовь Аркадия и Кати и «любовь-ненависть» Базарова и Одинцовой. Фенечка и Николай Петрович находятся в непростом положении. Они полюбили друг друга, несмотря на сословную пропасть.

Более того, они сделали шаг к созданию настоящей семьи – у них родился ребёнок.

Однако создать семейный очаг для них – очень большая проблема в силу упомянутой преграды, и всё же два любящих сердца, которые в своих чувствах просты, кротки, незамысловаты, но искренни, в силах сохранить свою любовь – идеал семейной любви.

Отношения Аркадия Кирсанова и Катерины выкристаллизовываются медленно, но, как говорится, верно. Аркадий вначале, как и Евгений Базаров, увлечён Анной Одинцовой, которая не моет не увлечь своей внешностью и внутренним стержнем, волей, спокойствием.

Катерина и Аркадий много времени проводят вместе, но мысль о том, что любовь возможна между ними двоими приходит к ним не сразу. Аркадий остывает к Анне Сергеевне, больше приглядывается к Кате и тогда понимает, что эта тихая, скромная девушка, что так много времени была подле него, и есть его любовь.

Любовь не пылкая и головокружительная, но чистая, чуткая и спокойная.

Совершенно противоположно чувство, возникшее между Базаровым и Анной Одинцовой. Его нельзя охарактеризовать однобоко, это и внезапная страстная любовь, и смятение, и сомнение, и ненависть одновременно. С момента встречи с Анной Евгений мало-помалу начинает понимать, что его нигилистический разум теряет твёрдую опору.

Он, уверенный в себе человек, ставящий свои взгляды, свой мнение наголову выше всех остальных, привыкший успешно убеждать других в своей правоте, теряет «сноровку». Базаров осознаёт, что появилось нечто, неподвластное его воле, ломающее его представление о мире и человеческих отношениях.

Любовь, чувство созидательной природы, которое даёт стимул людям к созданию чего-то прекрасного, гармоничного, порождает в Базарове парадоксальное желание разрушать и показывает дисгармонию в его душе.

Одинцова также теряется в этой любви, она не может преодолеть свои жизненные принципы хладнокровия и покоя и неуклюже старается их защитить от страсти Евгения, теряя тем самым шанс по-настоящему вновь полюбить, погрузиться в это чувство с головой.

Так, любовь в романе И.С. Тургенева расписана, как на живописном холсте, разнообразными красками, рождающими самые неожиданные сочетания, но она неизменно выступает как мерило внутреннего состояния человека, степени гармонии его души, способности сердца к тёплому чувству.

Источник: https://testsoch.ru/otczyi-i-deti/sochinenie-na-temu-lyubov-v-romane-i-s-turgeneva-otczyi-i-deti.html

Сочинение на тему Как проходят испытание любовью герои романа И. С. Тургенева Отцы и и дети?

Роман «Отцы и дети» И. С. Тургенева был написан в 1861 году. Главный герой, Евгений Базаров, является нигилистом. Автор показал не только его характер, но и провёл через испытание любовью. Ему подвергаются и другие герои романа.

Базаров – человек, который считает любовь «белибердой» и «непростительной дурью». Опираясь на свои нигилистические взгляды, он отрицает это чувство и не желает поддаваться ему.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ ОТПРАВИТЬ НА ПРОВЕРКУ

Эксперты сайта Критика24.ру Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Как стать экспертом?

Как только Базаров встречается с Одинцовой, автор показывает, как меняется герой. Сначала она привлекла Евгения Васильевича только внешностью: «У неё такие плечи, каких я не видывал давно».

Впоследствии заинтересованность в этой женщине перерастает во влюблённость, но Базаров пытается быть равнодушным. Анна Сергеевна видит его смущение перед ней, он не ведёт разговоры в присутствии её о своих убеждениях, а толкует о ботанике и медицине.

Наконец Базаров осознаёт, что любит «глупо, безумно». Это чувство поставило под сомнение все нигилистические взгляды. Сам того не желая, Базаров меняется, его теория терпит крах. Он мечтает об ответной любви. Признавшись, Базаров не находит взаимности; для Одинцовой это была лишь игра.

Неудача в любви повлекла за собой кризис его собственной души. Жизнь перестала быть обычной. Всё это мучает Базарова, он не справляется. Герой умирает.

Отношения Аркадия Кирсанова и Кати из дружбы постепенно переросли в любовь, светлую и спокойную, выступающую в противовес трагической истории Базарова и Одинцовой. Аркадий становится самим собой, раскрывает свою душу. Поэтому между ним и Базаровым происходит отчуждение.

Любовь Павла Кирсанова к княгине Р. Опустошила его жизнь. Она для него загадка, которую ему было не суждено разгадать. Узнав о смерти княгини Р., Павел Кирсанов поселился у своего брата. Даже там, в жене Николая Кирсанова, он видит свою возлюбленную. Павел Кирсанов остался замкнутым, его внутренний мир никогда не станет прежним.

Таким образом, для каждого из героев романа «Отцы и дети» любовь сыграла важную роль в их жизни. Каждый приобрёл новые черты и утратил старые. Чтобы до конца раскрыть образы своих героев, И.С. Тургенев и провёл их через испытание любовью.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id39575

Источник: https://www.kritika24.ru/page.php?id=39575

Сочинение на тему “В чем смысл испытания Базарова любовью в романе И.С. Тургенева “Отцы и дети”

Это человек твёрдых и бескомпромиссных убеждений, человек дела. Он материалист. Он экспериментатор, враг абстрактной науки. Он страстно увлечён медициной, работает не покладая рук. «Нигилист, говорит о нём Аркадий Кирсанов, – это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружён этот принцип».

Базаров пренебрежительно относится к искусству, чувствам человека, к красоте природы и её воздействию на чувства. «Природа не храм, – говорит Базаров, – а мастерская, и человек в ней работник».

Герой не верит в любовь, отрицает её существование, утверждая, что это всё «романтизм» (то есть, на его языке, вздор, выдумка).

Любви, по его мнению, нет, а есть только «ощущения», физиология, потребности «организма».

До середины романа Базаров – человек трезвого и глубокого ума, уверенный в своих силах и в том деле, которому он себя посвятил, гордый и целеустремлённый. Он обладает способностью влиять на других людей, подавлять их своими знаниями, логикой и волей.

Но как только начинают развиваться отношения с Одинцовой, автор тонкими штрихами показывает, как меняется герой.

Своё нарастающее чувство Базаров сначала с напускной развязностью прикрывает небрежными репликами об Одинцовой: «На остальных баб не похожа», «… эта госпожа – ой-ой-ой…», «у ней такие плечи, каких я не видывал давно». Но при Анне Сергеевне герой чувствует смущение.

На следующий день ему досадно, но, превозмогая себя и храбрясь («Вот тебе раз! бабы испугался!») говорит преувеличенно развязно.
Позднее, находясь в усадьбе Одинцовой, Базаров иронизирует по поводу её аристократизма, но чувствует себя неловко, краснеет.

Вскоре он уже не может сохранять свою обычную выдержку и самообладание и полностью погружается в мысли об Анне Сергеевне. Тургенев так говорит о переменах, происшедших в герое: «В Базарове, к которому Анна Сергеевна очевидно благоволила, хотя редко с ним соглашалась, стала проявляться небывалая прежде тревога: он легко раздражался, говорил нехотя, глядел сердито и не мог усидеть на месте, словно что его подмывало…»

В любви и «разбивает» его Тургенев, но разбивает так, что живой, из крови и плоти, Базаров оказывается на голову выше своих же ошибок и крайностей мысли.

Полюбив Одинцову, он понял, что здесь дело не в «ощущениях». В конце концов, Евгений со всей прямотой и резкостью говорит ей о своей любви: «…я люблю вас, глупо, безумно… Вот чего вы добились».

Сильное, глубокое чувство оказалось неподвластно его собственным теориям. Базаров страдает вдвойне не только от неразделённой любви, но и оттого, что колеблется система его взглядов, на которую он до сих пор так уверенно опирался.

В то же время в его отношениях с Одинцовой обнаруживается неожиданный на первый взгляд парадокс.

Хладнокровный, насмешливый, презирающий «романтизм» Базаров оказывается способным на большое чувство, в то время как утончённая дворянская барыня, которую «удивляют» суждения Базарова-материалиста, оказывается холодным, рассудочным существом. Она боится нарушить сложившийся порядок своей жизни, потерять привычный покой и душевный комфорт. Здесь уже речь идёт не просто о нравственном превосходстве демократа-революционера, но и о силе его страстей, богатстве его духовного мира.

Одинцова отвергла любовь Базарова. Герой спасовал перед жизненной неудачей, или, выражаясь его собственным словом, «рассиропился». Он поступился многими своими убеждениями и взглядами. В его словах и мыслях появляются нотки пессимизма, грусти и уныния. Герой говорит о тщетности человеческой деятельности. Даже попытка заняться наукой не уничтожила его меланхолические мысли.

В последних главах романа Базаров так и не преодолевает в себе чувства злости, опустошённости, досады и тоски, вызванных неудачной любовью. Сильный герой окончательно сломлен, но не хочет в этом сознаться. Находясь в состоянии подавленности, Базаров решает, тем не менее, участвовать в медицинской практике своего отца, что и приводит его к случайному заражению и смерти.

Слова Базарова в конце романа, обращённые к Одинцовой: «Дуньте на умирающую лампадку, и пусть она погаснет…» – последний романтический аккорд героя. Тургенев выполнил свой замысел: он заставил Базарова отступить перед любовью, перед презираемой им романтикой, перед всесильной жизнью.

Таким образом. Тургенев показал несостоятельность позиции Базарова. В своем романе он развенчивает теорию нигилизма. Человеческая природа предназначена для того, чтобы любить, восхищаться, чувствовать, жить полной жизнью. Отрицая все это, человек сам обрекает себя на смерть. Это мы видим на примере судьбы Евгения Базарова.

Источник: https://NauchnieStati.ru/bank/primery/sochinenie-na-temu-v-chem-smysl-ispytaniya-bazarova-lyubovyu-v-romane-i-s-turgeneva-otczy-i-deti/

Испытание любовью Базарова

/ Сочинения / Тургенев И.С. / Отцы и дети / Испытание любовью Базарова

Скачать сочинение

Тип: Характеристика героев

Роман И.С. Тургенева «Отцы и дети» был закончен в 1862 году. В этом произведении писатель затронул глубокие политические, философские и эстетические проблемы, запечатлел реальные жизненные конфликты, раскрыл суть идейной борьбы между основными общественными силами в России начала 60-х годов 19 века. Центральной фигурой романа является демократ-разночинец Евгений Базаров.

При первой встрече Базарова с остальными героями романа, автор представляет нам внешний вид молодого человека.Одежда, манеры и поведение героя говорят о его принадлежности к простому народу, и о том, что он гордится этим, и не намерен соблюдать правил этикета аристократического дворянства.Это человек твёрдых и бескомпромиссных убеждений, человек дела. Базаров — нигилист.

Он экспериментатор,страстно увлечен наукой и медициной, работает не покладая рук.Базаров пренебрежительно относится к искусству и чувствам человека:» Рафаэль гроша ломанного не стоит». не признает красоты природы:» Природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник».Герой не верит в любовь, отрицает её существование, утверждает, что это всё «романтизм» или «вздор».

Он считает, что любви нет, а есть только физиология или «потребности организма».
До встречи с Одинцовой, Базаров — человек трезвого и глубокого ума, уверенный в своих силах, гордый и целеустремленный. Он отстаивает идеи нигилизма, спорил с Павлом Петровичем, признаваясь, что главная задача нигилистов — сломать всё старое, чтобы «место расчистить», а уж строить — это не их дело.

обладая способностью влиять на других людей, он подавляет их своими знаниями, логикой и волей.
Но как только начинают развиваться отношения Базарова с Одинцовой, автор показывает, как меняется герой. Сначала Одинцова привлекала Базарова только внешне, как он выражается «физиологически»:» Это что за фигура? на остальных баб не похожа», «у нее такие плечи, каких я не видывал давно».

Но по мере их близкого общения,Базаров уже не может сохранять свою обычную выдержку и самообладание, и полностью погружается в мысли об Анне Сергеевне. Одинцова сама старалась выбирать темы для бесед, интересные Базарову, и поддерживала их, что не могло не влиять на взаимоотношения героев.

Автор говорит о переменах, произошедших в герое так: «В Базарове, которому Анна Сергеевна очевидно благоволила, хотя редко с ним соглашалась, стала проявляться небывалая прежде тревога: он легко раздражался, говорил нехотя, глядел сердито, и не мог усидеть на месте, словно его что-то подмывало».

Для самого Базарова любовь к Одинцовой стала серьёзным испытанием на его верность нигилистическим идеалам. Он глубочайшим образом переживал то, что сам же отвергал:» в разговорах с Анной Сергеевной он всё больше прежнего высказывал своё равнодушное презрение ко всему романтическому, а оставшись наедине, он с негодованием сознавал романтика в самом себе».

Вызвав Базарова на откровенность, Одинцова отвергла его любовь. Он ей нравился: «Он поразил воображение Одинцовой: он занимал её, она много о нём думала». Но ей был дороже привычный уклад жизни и комфорт, чем мимолетное увлечение Евгением Базаровым.
Несчастная любовь приводит Базарова к тяжелому душевному кризису.Убеждения нигилизма вступают в противоречия с его человеческой сущностью.

В этот момент герой больше не видит цели, смысла жить. Он уезжает к родителями из-за безделья, и для того, чтобы отвлечься, начинает помогать отцу в его медицинской практике. Случайное заражение тифом привело к смерти его тела, но не души, душа в нем давно уже умерла,не сумев пройти испытание любовью.

Таким образом, Тургенев показал несостоятельность позиции Базарова. В своем романе он развенчивает теорию нигилизма. Человеческая природа предназначена для того, чтобы любить, восхищаться, чувствовать, жить полной жизнью. Отрицая всё это, человек сам себя обрекает на смерть. Мы видим это на примере судьбы Евгения Базарова.

Добавил: 50Yulechka

233282 человека просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

Источник: http://www.litra.ru/composition/get/coid/00866801359056103769/woid/00056801184773070642/

Как в романе Тургенева «Отцы и дети» раскрывается тема любви? — Сочинение

Начните свое сочинение с рассуждения о том, что тема любви занимает важное место в романе. Многие из героев проходят испытание любовью. Она позволяет автору раскрыть сущность Базарова, Павла Петровича, Николая Петровича, Аркадия, Анны Сергеевны Одинцовой.

Логично будет обратиться прежде всего к центральной любовной линии романа, связанной с образами Евгения Базарова и Анны Сергеевны Одинцовой.

Сделайте акцент на том, что изначально Базаров объясняет все движения человеческого сердца лишь физиологией: «И что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения».

Герой подходит к толкованию любви с точки зрения рассудка. Он категоричен в своих суждениях.

Однако Тургенев проводит своего героя через испытание любовью. Базаров страстно и неистово влюбляется в Анну Сергеевну Одинцову.

Если в разговоре с Аркадием он высмеивал роковую роль любви в судьбе Павла Петровича Кирсанова, то теперь сам не может справиться с этим чувством. Любовь делает из него почти романтика, выбивает из привычной колеи жизни.

Герой не отказывается от своих убеждений, но Тургенев показывает силу любви, которой нигилист не может сопротивляться, таким образом утверждая её как одну из главных основ жизни.

Далее покажите на примере истории любви Павла Петровича Кирсанова, как любовь становится смыслом жизни избалованного женщинами светского льва. Безответная страсть иссушила героя, превратила его в мертвеца, заполняющего свою жизнь «принсипами» и аристократическими привычками.

Но в романе показаны и другие истории любви — любви, гармонизирующей отношения и жизнь. Это любовь Николая Петровича Кирсанова и Фенечки, а также Аркадия и Кати. Прокомментируйте одну или обе истории.

Можно предположить, что любовь всегда была смыслом жизни Николая Кирсанова. Сначала это любовь к первой жене, к сыну Аркадию, потом приходит любовь к юной Фенечке, простолюдинке. Тургенев показывает, что настоящее чувство выше всех предрассудков.

Тема любви в романе раскрывается в финальных рассуждениях о её великой силе. Показывая в эпилоге родителей Базарова, оплакивающих своего сына, автор утверждает мысль о том, что любовь способна преодолеть смерть и дать силы жить дальше.

Подводя итоги, отметьте, что тема любви одна из ведущих в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети». Все герои произведения испытывают это чувство. Любовь становится для писателя той мерой, которая выявляет истинную сущность героев и смысл жизни.

Источник: https://sochineniye.ru/kak-v-romane-turgeneva-ottsy-i-deti-raskryvaetsya-tema-lyubvi/

Сочинения на тему Тема любви в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети» по литературе

Роман «Отцы и дети» затрагивает вопросы, которые волновали общественность во второй половине XIX века. Помимо разных взглядов на жизнь, автор поднимает и тему любви. Именно она показывает нам настоящую сущность героев и проверяет их. Способность любить для писателя – это одно из важных человеческих качеств.

Главная любовная линия романа связана со взаимоотношениями Евгения Базарова и Анны Одинцовой. Будучи борцом за все новое, парень не находил истинное наслаждение в искусстве, романтике и любви. Он верил, что любовь придумана романтиками. Людей связывает только симпатия.

Возможно причиной этому послужили его отношения с представительницами женского пола. Он считал, что они созданы исключительно ради развлечения, поэтому их нельзя воспринимать всерьёз. Однако очень скоро в его жизни произошли кардинальные перемены. Иван Сергеевич предоставляет Базарову возможность убедиться в неправильности своих мыслей.

На пути у главного героя появляется нежное чувство – любовь. Евгений влюбляется неистово и по-настоящему. «Он задыхался; все тело его видимо трепетало», — так пишет о состоянии Базарова писатель. Он любит Анну, но эти чувства достаточно противоречивы.

До конца дней своих молодой человек хранит в себе эти трепетные чувства и перед смертью хочет видеть Анну Одинцова. Однако при встрече поведение девушки весьма странное. Ее овладевает страх заразиться от Базарова, но, чтобы выглядеть достойно в глазах других она все же приближается к нему.

Неужели она не любила Евгения? Но ведь именно она начала проявлять знаки симпатия, а затем испугалась собственных чувств. Героиня несчастна, ведь она променяла неведомые чувства на авторитет в обществе.

Антипод Базарова – Павел Петрович, который также страдал из-за любви. В его случае – это было неразделенное чувство, которое лишило его настоящей жизни.

Другая, но не менее интересная история любви привлекает внимание читателей. Отношения Аркадия и Кати. Молодой человек мечтал о любви и счастливой семье, но он легко поддается влиянию других людей.

Описывая их взаимоотношения, Тургенев обращает наше внимание на прекрасные моменты, ради которых стоит любить и жить. Также, как и сын, счастлив в семейной жизни и отец Аркадия. Он был без ума от своей первой супруги, а затем всем сердцем полюбил Фенечку.

Несмотря на приличную разницу в возрасте, они счастливы и действительно любят друг друга. У пары появился малыш по имени Митенька.

Мне кажется, что автор хотел показать, как любовь влияет на наши жизни. Именно в ней и заключается смысл существования.

Источник: https://www.kursoteka.ru/essay/literature/view/362

Сочинение на тему «Любовь в жизни героев (Отцы и Дети)»

Любовь – самое светлое и прекрасное чувство в жизни каждого человека. Только вот все по-разному относятся к нему. Чье-то существование оно улучшилось, а кому-то испортило все будущее. Так и в жизни героев романа «Отцы и дети» И.С. Тургенева это чувство сыграло не последнюю роль.

Евгений Васильевич Базаров – молодой человек-нигилист, который приехал со своим лучшим другом в поместье Кирсановых. Он отрицал все чувства, в том числе и любовь, которую считал какой-то чепухой. Но все изменилось, когда она сама постучалась в его сердце.

Во время этой поездки он встретил молодую женщину по имени Анна Сергеевна Одинцова, которая была не только красива, но и очень умна. Евгений влюбился в нее, но пытался избавиться от этого чувства, что только усложнило все дело.

Из-за этого Базаров понял всю поверхность своего мировоззрения, что стало для него существенным ударом.

Но вот для его лучшего друга, Аркадия Кирсанова, любовь стала действительно прекрасным чувством, которое расставило все на свои места. Он уже много лет знал девушку по имени Катя, которая была его близким другом. Но со временем это все переросло в прекрасное и нежное чувство, которое объединило два сердца.

Учитель проверяет на плагиат? Закажи уникальную работу у нас за 250 рублей! Более 700 выполненных заказов!

Заказать сочинение

Также произошло и с отцом Аркадия, Николаем Петровичем Кирсановым, которому новая любовь помогла справиться со страшным ударом и вернуться к полноценной жизни. После смерти родителей он сразу же решил жениться, найдя в семейной жизни отдушину. Только вот долго это не продлилось, его жена спустя несколько лет умерла.

Этот несчастный случай выбил Николая из колеи и он стал вести закрытый образ жизни. Только повстречав молодую и немного наивную девушку по имени Фенечка, он снова начал расцветать. Именно ее чистота помогла Кирсанову увидеть краски в жизни и вспомнить про то, что он еще может жить и радоваться этому.

Фенечка в свою очередь смогла разглядеть в пожилом мужчине по-настоящему доброе и открытое сердце, в котором ей нашлось хорошее место.

Но вот в противовес Николаю Петровичу и Фенечке показывается печальная любовная история его брата, Павла Петровича. Еще в молодости он встретил княгиню Р., в которую влюбился без памяти. Правда, предмет его обожания не ответил взаимностью, что сломало всю жизнь героя.

Сначала она проявляла интерес к нему, но потом и вовсе перестала уделять ему хоть каплю внимания. После этой личной трагедии Певел замкнулся в себе и больше никогда не смог открыться для новой любви, которая, возможно, спасла бы его.

Но все же его уже в настоящее время стала притягивать Фенечка, которая олицетворяла домашний уют и спокойствие.

Таким образом, любовь – светлое чувство, которое способно изменить жизнь любого человека, очень сильно повлияла на судьбу всех героев романа И.С. Тургенева «Отцы и дети».

Кому-то она подарила спокойствие и радость, например, Николаю Кирсанову и его сыну Аркадию.

Но в противовес им показываются нигилист Базаров и дядя Аркадия, Павел Петрович, чья судьба изменилась в худшую сторону после грустной любви.

Источник: https://sochinyalka.ru/2017/07/sochinenie-na-temu-lyubov-v-zhizni-geroev-ottsy-i-deti.html

Источник

Автор На чтение 22 мин. Просмотров 84 Опубликовано 18.03.2021

Лапина Анастасия

1. В романе «Отцы и дети» Базаров говорит: «Что за таинственные отношения между мужчиной и женщиной? Мы, физиологи, знаем, какие это отношения.»

2. Павел Петрович говорит: «Подумайте, что может быть ужаснее, как любить и не быть любимым!»

3. Фенечка: «Мне Николая Петровича не любить — да после этого сне и жить не надо!»

4. Базаров: «Любовь — белиберда, непростительная дурь.

5. Сам Павел Петрович в бреду восклицает: «Ах, как я люблю это пустое существо!»

6. «Как все женщины, которым не удалось полюбить, она хотела чего-то, сама не зная, чего именно. Собственно, ей ничего не хотелось, хотя ей казалось, что хотелось всего.»

7. Базаров: «Человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и, когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакой человек — не мужчина, не самец.»

8. «Вам хочется полюбить, — перебил Базаров, — а полюбить вы не можете: вот в чем ваше несчастие.»

9. «Так знайте же, что я люблю вас глупо, безумно… Вот, чего вы добились.»

10. «Кто не видал таких слез в глазах любимого существа, тот еще не испытал, до какой степени, замирал весь от благодарности и от стыда, может быть счастлив на земле человек.»

ПожаловатьсяСодержание:

Евгений Базаров

Происхождение и воспитание

«…Этот лекарский сын не только не робел, он даже отвечал отрывисто и неохотно, и в звуке его голоса было что то грубое, почти дерзкое…» «…Мой дед землю пахал, – с надменною гордостию отвечал Базаров…» «…Главное, не надо обращать на него внимания: он церемоний не любит…» «…Все в доме привыкли к нему, к его небрежным манерам, к его немногосложным и отрывочным речам…» «…Базаров, который лишь изредка вставлял в разговор насмешливое слово…» «…тут только открылась ему на миг вся бездонная пропасть базаровского самолюбия…» «Мне приятно отрицать, мой мозг так устроен – и баста!» «Человек я бедный, но милостыни еще до сих пор не принимал» «Всякий человек сам себя воспитать должен, — ну хоть как я, например… «Я ничьих мнений не разделяю; я имею свои.»

Речь и лексика

«…отвечал Базаров ленивым, но мужественным голосом…» «…в его спокойном, но глухом голосе…» «…в звуке его голоса было что-то грубое, почти дерзкое…» «С тех пор как я здесь, я препакостно себя чувствую, точно начитался писем Гоголя к калужской губернаторше.» «Старая шутка смерть, а каждому внове.» «Меня вы забудете… мертвый живому не товарищ.»

Отношение к любви

«Лучше камни бить на мостовой, чем позволить женщине завладеть хотя бы кончиком пальца.» «Коли может женщина получасовую беседу поддержать, это уж знак хороший.» «Прошедшего не воротишь…» «Тебе не для чего горячиться, мне ведь это совершенно все равно. Романтик сказал бы: я чувствую, что наши дороги начинают расходиться, а я просто говорю, что мы друг другу приелись.» «Человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и, когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакой человек — не мужчина, не самец.» «Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет.» «Не может женщина не хитрить!» «Любовь — белиберда, непростительная дурь.» «Не без тебя, ни с тобой жить не могу.» «Как все женщины, которым не удалось полюбить, она хотела чего-то, сама не зная, чего именно. Собственно, ей ничего не хотелось, хотя ей казалось, что хотелось всего.»

Внешность

Афоризмы о нигилизме

«Удивительное дело, как человек еще верит в слова.» «Нечего мешкать; мешкают одни дураки да умники.» «А что касается до времени — отчего я от него зависеть буду? Пускай же лучше оно зависит от меня.» «Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения. Важно то, что дважды два четыре, а остальное все пустяки.» «Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мной, тогда я изменю свое мнение о самом себе.» «Нас не так мало, как вы полагаете.» «Порядочный химик в двадцать раз лучше всякого поэта.» «Может быть, точно, всякий человек — загадка.» «Да, поди попробуй отрицать смерть. Она тебя отрицает, и баста!» «В чемодане оказалось пустое место, и я кладу в него сено; так и в жизненном нашем чемодане: чем бы его ни набили, лишь бы пустоты не было.» «Человек все в состоянии понять — и как трепещет эфир и что на солнце происходит; а как человек может иначе сморкаться, чем он сам, этого он понять не в состоянии.» «Кто злится на свою боль — тот непременно ее победит.» «Настоящий человек — не тот, о котором думать нечего, а которого надобно слушаться или ненавидеть.» «Все люди друг на друга похожи как телом, так и душой; у каждого из нас мозг, селезенка, сердце, легкие одинаково устроены; и так называемые нравственные качества одни и те же у всех: небольшие видоизменения ничего не значат.» «…мужик наш рад самого себя обокрасть, чтобы только напиться дурману в кабаке…» «От копеечной свечи, вы знаете, Москва сгорела…» «Каждый человек на ниточке висит, бездна ежеминутно под ним развернуться может, а он еще сам придумывает себе всякие неприятности, портит свою жизнь.» «Принципов нет…есть ощущения. От них все зависит.»

Цитаты Базарова о природе

«Решился все косить — валяй и себя по ногам!» «Природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник.» «Летучие рыбы некоторое время могут подержаться в воздухе, но вскоре должны шлепнуться в воду.»

Научные взгляды

Аркадий Кирсанов

«Надо бы так устроить жизнь, чтобы каждый день был значительным.» «Кленовый лист, когда падает на землю, похож на бабочку, и это странно — потому что самое сухое и мёртвое схоже с самым весёлым и живым.» «В чувстве человека, который знает и говорит, что он беден, должно быть что-то особенное, какое-то своего рода тщеславие.»

Николай Петрович Кирсанов

«Либо я глуп, либо это все – вздор. Должно быть, я глуп.» «…как только ему минул восемнадцатый год, и поместил его в университет…» «…В 1835 году Николай Петрович вышел из университета кандидатом…» «…Николай Петрович побаивался молодого «нигилиста»…» …И он посмотрел кругом, как бы желая понять, как можно не сочувствовать природе…»

Павел Петрович Кирсанов

«Личность, милостивый государь, — вот главное; человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо на ней всё строится.» «Он [русский народ] свято чтит предания, он — патриархальный, он не может жить без веры.» «Мне пришла мысль в голову; отчего её не высказать?» «Без чувства собственного достоинства, без уважения к самому себе, – а в аристократе эти чувства развиты, – нет никакого прочного основания… общественному зданию…» «Станем исполнять наш долг; и посмотри, мы еще и счастье получим в придачу.»

Цитаты о конфликте поколений

«Мы друг друга понять не можем; я, по крайней мере, не имею чести вас понимать.» — Кирсанов П. П. «Мы, люди старого века, полагаем, что без принсипов… шагу ступить, дохнуть нельзя.» — Кирсанов П. П. «Молодые люди обрадовались. И в самом деле, прежде они просто были болваны, а теперь они вдруг стали нигилисты.» — Кирсанов П. П. «И такая надутая эта нынешняя молодежь! Спросишь иного: какого вина вы хотите, красного или белого? «Я имею привычку предпочитать красное!» — отвечает он басом и с таким важным лицом, как будто вся вселенная глядит на него в это мгновенье…» — Кирсанов П. П. «Вы все отрицаете, или, выражаясь точнее, вы все разрушаете… Да ведь надобно же и строить.» — Кирсанов Н. П. «Странное существо человек. Как посмотришь этак сбоку да издали на глухую жизнь, какую ведут здесь «отцы», кажется: чего лучше?» — Е. Базаров

Еще тесты

Цитаты из романа «Отцы и дети» Тургенева: интересные высказывания Базарова, братьев Кирсановых и др.

Цитаты Евгения Базарова «…Русский мужик бога слопает…» (Евгений Базаров)»…Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения…» Цитаты Павла Петровича Кирсанова«…без чувства собственного достоинства, без уважения к самому себе, – а в аристократе эти чувства развиты, – нет никакого прочного основания… <…> …общественному зданию…» (Павел Петрович Кирсанов) «…Личность… <…> …вот главное; человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо на ней все строится…»»…аристократизм – принсип, а без принсипов жить в наше время могут одни безнравственные или пустые люди…» «…Нет, русский народ не такой, каким вы его воображаете. Он свято чтит предания, он – патриархальный, он не может жить без веры…» «…станем исполнять наш долг; и посмотри, мы еще и счастье получим в придачу…»Цитаты автора «…Время (дело известное) летит иногда птицей, иногда ползет червяком; но человеку бывает особенно хорошо тогда, когда он даже не замечает – скоро ли, тихо ли оно проходит…» (автор) «…Появление пошлости бывает часто полезно в жизни: оно ослабляет слишком высоко настроенные струны, отрезвляет самоуверенные или самозабывчивые чувства, напоминая им свое близкое родство с ними…» «…начал толстеть, как толстеет всякий русский человек, попавший на «вольные хлеба»…» «…про себя подивился живучести старых чувств в человеке…»»…Так люди на пароходе, в море, разговаривают и смеются беззаботно, ни дать ни взять, как на твердой земле; но случись малейшая остановка, появись малейший признак чего-нибудь необычайного, и тотчас же на всех лицах выступит выражение особенной тревоги, свидетельствующее о постоянном сознании постоянной опасности…»Цитаты других героев «…для человека мыслящего нет захолустья…» (Василий Иванович Базаров, отец Евгения) «…в чувстве человека, который знает и говорит, что он беден, должно быть что-то особенное, какое-то своего рода тщеславие…» (Аркадий Кирсанов) «…Вы все отрицаете, или, выражаясь точнее, вы все разрушаете… Да ведь надобно же и строить…» (Николай Петрович Кирсанов) Это были цитаты из романа «Отцы и дети» Тургенева: интересные высказывания Евгения Базарова, братьев Кирсановых и других персонажей.Смотрите: Все материалы по роману «Отцы и дети»

Павел Петрович Кирсанов — один из центральных персонажей романа «Отцы и дети» Тургенева.

В этой статье представлена цитатная характеристика Павла Петровича Кирсанова в романе «Отцы и дети»: описание внешности, личности и характера героя.

Смотрите:— Все статьи о П. П. Кирсанове— Краткое содержание романа— Все материалы по роману «Отцы и дети»

«. На вид ему было лет сорок пять. «

О внешности Павла Петровича Кирсанова известно следующее:«. человек среднего роста. » «. его коротко остриженные седые волосы. » «. Он с детства отличался замечательною красотой. » «. он прекрасно одевался. » «. от него пахло какими-то необыкновенными, удивительно «благородными» духами. «

Павел Кирсанов родился на юге России:«. родился на юге России, подобно старшему своему брату Павлу. «

Павел Петрович учился в Пажеском корпусе:«. Павел Петрович Кирсанов воспитывался сперва дома. потом в Пажеском корпусе*. » (*Пажеский корпус – привилегированное военное учебное заведение)

Затем он служил в гвардейском полку:

«. вышел офицером в гвардейский полк. » (гвардейские полки считались элитными подразделениями армии) Павел Петрович является дворянином. Он и его брат Николай владеют имением с крестьянам. Это имение досталось братьям от их отца-генерала:«. имение, ты, может быть, не знаешь, у них не разделено,— но он всякому рад помочь и, между прочим, всегда вступается за крестьян. » (о П. П. Кирсанове и его брате).

Павел Кирсанов когда-то в молодости был «светским львом» в Петербурге:«. ведь он львом был в свое время. » «. с тем особенным отпечатком, который дается человеку одним лишь долгим пребыванием в высших слоях общества. » «. Он начал появляться всюду, как только вышел в офицеры. Его носили на руках, и он сам себя баловал, даже дурачился, даже ломался; но и это к нему шло. «

Павел Петрович когда-то сводил с ума женщин:«. Женщины от него с ума сходили, мужчины называли его фатом и втайне завидовали ему. «

Он является любезным, учтивым, вежливым человеком:«. любезно покачиваясь, подергивая плечами. » «. проговорил с изысканною учтивостью Павел Петрович. » «. Павел Петрович подавлял всех, даже Прокофьича, своею леденящею вежливостью. «

Павел Петрович Кирсанов является чудаковатым мужчиной и «архаическим являением», по мнению Базарова:«. А чудаковат у тебя дядя, – говорил Аркадию Базаров. » «. Архаическое явление. » (Базаров о Павле Петровиче)

При этом он — хороший, добрый человек:«. только он, право, хороший человек. » «. Я недаром всегда утверждал, что ты самый добрый и умный человек в мире. » «. Павел Петрович не раз помогал своему брату давал ему денег. » «. он всякому рад помочь и, между прочим, всегда вступается за крестьян. » Павел Кирсанов является великодушным человеком:«. ты такой же благоразумный, как и великодушный. «

Павел Петрович Кирсанов является аристократом по натуре:«. и те и другие его уважали за его отличные, аристократические манеры, за слухи о его победах. » «. Его аристократическую натуру возмущала совершенная развязность Базарова. «

Павел Петрович ведет себя как джентльмен:«. уважают в нем совершенного джентльмена, «a perfect gentleman». «

Он любит какао и зеленый чай (считались дорогими напитками в то время):«. мне пора пить мой какао. » «. велите купить для меня зеленого чаю. «

Павел Петрович хорошо играет в вист (в карты):«. за то, что он мастерски играл в вист и всегда проигрывал. «

Он является человеком с принципами:«. Мы, люди старого века, мы полагаем, что без принсипов принятых, как ты говоришь, на веру, шагу ступить, дохнуть нельзя. «

Павел Петрович — насмешливый, ироничный человек:«. немного насмешлив и как-то забавно желчен – он не мог не нравиться. «

«. Слово «германцы» вместо «немцы» Павел Петрович употребил ради иронии. «

Он является самолюбивым человеком:«. Ведь это все самолюбие, львиные привычки, фатство. «

Павел Петрович — самоуверенный человек:«. к тому же он был самоуверен. «

Павел Кирсанов — мизантроп, он избегает общества людей:«. его щегольски сухая и страстная, на французский лад мизантропическая душа. «

Он — медленный, неторопливый человек:«. Павел Петрович начал, не торопясь, намазывать масло на хлеб. » «. Павел Петрович медленно повернулся на каблуках и медленно вышел. »

Он — брезгливый человек:«. вступается за крестьян; правда, говоря с ними, он морщится и нюхает одеколон. «

Павел Петрович — слабонервный, чувствительный человек:«. Известное дело: нервы, – перебил Базаров. » «. Ох, уж эти мне нервные люди! Вишь, кожа-то какая тонкая. «

При этом он является умным мужчиной:«. И он далеко не глуп. Какие он мне давал полезные советы… особенно… особенно насчет отношений к женщинам. «

Павел Петрович — практичный человек:«. Николай Петрович, напротив, был высокого мнения о практичности Павла Петровича и всегда спрашивал его совета. «

По словам его брата, Павел Петрович хорошо разбирается в людях:«. ты недаром так много жил с людьми, ты их хорошо знаешь: у тебя орлиный взгляд. «

Павел Кирсанов любит детей:«. Я люблю детей: покажите-ка мне его. «

Он искренне любит своего брата — Николая Петровича Кирсанова:«. с братом, которого любил искренно, хотя нисколько на него не походил. «

Павел Петрович является славянофилом:«. Он придерживается славянофильских воззрений. «

Павел Петрович — либеральный человек, любящий прогресс:«. меня все знают за человека либерального и любящего прогресс. »

Он уважает свои и чужие права:«. я уважаю аристократов – настоящих Они не уступают йоты от прав своих, и потому они уважают права других; они требуют исполнения обязанностей в отношении к ним, и потому они сами исполняют свои обязанности. «

У него есть чувство собственного достоинства:«. без чувства собственного достоинства, без уважения к самому себе, – а в аристократе эти чувства развиты, – нет никакого прочного основания общественному зданию. » «. Я живу в деревне, в глуши, но я не роняю себя, я уважаю в себе человека. «

Павел Петрович — вспыльчивый и упрямый человек:«. Мой брат – человек прежнего закала, вспыльчивый и упрямый. «

Он — неромантичный мужчина:«. Он не был рожден романтиком. «

Павел Петрович не умеет мечтать:«. не умела мечтать его душа. «

Он является холодным человеком:«. «Так тебя холодом и обдаст», – жаловалась Фенечка Дуняше. » «. своею леденящею вежливостью. «

Павел Петрович — глубоко несчастный человек:«. он глубоко несчастлив, поверь мне; презирать его – грешно. » «. но жить ему тяжело… тяжелей, чем он сам подозревает. » «. Да он и был мертвец. «

Когдато-то у него была блестящая карьера, но он оставил ее ради любви к княгине Р.:«. На двадцать восьмом году от роду он уже был капитаном; блестящая карьера ожидала его. Вдруг все изменилось. «

Несчастная любовь к княгине Р. «убила» и раздавила его.После смерти княгини герой больше не общается с женщинами:«. человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и, когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен. » «. Дамы находили его очаровательным меланхоликом, но он не знался с дамами. «

Мать братьев Кирсановых:«. Родительница его, из фамилии Колязиных, в девицах Agathe, а в генеральшах Агафоклея Кузьминишна Кирсанова, принадлежала к числу «матушек командирш», носила пышные чепцы и шумные шелковые платья, в церкви подходила первая ко кресту, говорила громко и много, допускала детей утром к ручке, на ночь их благословляла, – словом, жила в свое удовольствие. «

Это была цитатная характеристика Павла Петровича Кирсанова в романе «Отцы и дети» Тургенева: описание внешности и характера Павла Петровича Кирсанова, его взглядов, привычек и т.д.

Источник

Княгиня Р. — одна из самых загадочных героинь романа «Отцы и дети» Тургенева.

Княгиня Р. является возлюбленной Павла Петровича Кирсанова. Подробное описание героини можно найти в главе VII романа «Отцы и дети».

Много лет назад, в свои 27 лет, Павел Петрович Кирсанов страстно влюбляется в княгиню Р. Имя княгини — Нелли.

В это время княгиня Р. состоит замужем, но не имеет детей. В обществе ее считают странной и эксцентричной особой:

«. На двадцать восьмом году от роду он уже был капитаном; блестящая карьера ожидала его. Вдруг все изменилось.

В то время в петербургском свете изредка появлялась женщина, которую не забыли до сих пор, княгиня Р. У ней был благовоспитанный и приличный, но глуповатый муж и не было детей. «

«. Она внезапно уезжала за границу, внезапно возвращалась в Россию, вообще вела странную жизнь.

Она слыла за легкомысленную кокетку, с увлечением предавалась всякого рода удовольствиям, танцевала до упаду, хохотала и шутила с молодыми людьми, которых принимала перед обедом в полумраке гостиной, а по ночам плакала и молилась, не находила нигде покою и часто до самого утра металась по комнате, тоскливо ломая руки, или сидела, вся бледная и холодная, над Псалтырем.

День наставал, и она снова превращалась в светскую даму, снова выезжала, смеялась, болтала и точно бросалась навстречу всему, что могло доставить ей малейшее развлечение. «

«. Она была удивительно сложена; ее коса золотого цвета и тяжелая, как золото, падала ниже колен, но красавицей ее никто бы не назвал; во всем ее лице только и было хорошего, что глаза, и даже не самые глаза – они были невелики и серы, – но взгляд их, быстрый и глубокий, беспечный до удали и задумчивый до уныния, – загадочный взгляд. Что-то необычайное светилось в нем, даже тогда, когда язык ее лепетал самые пустые речи.Одевалась она изысканно. «

«. Павел Петрович встретил ее на одном бале, протанцевал с ней мазурку, в течение которой она не сказала ни одного путного слова, и влюбился в нее страстно. Привыкший к победам, он и тут скоро достиг своей цели; но легкость торжества не охладила его. «

«. он еще мучительнее, еще крепче привязался к этой женщине, в которой, даже тогда, когда она отдавалась безвозвратно, все еще как будто оставалось что-то заветное и недоступное, куда никто не мог проникнуть. Что гнездилось в этой душе – бог весть! Казалось, она находилась во власти каких-то тайных, для нее самой неведомых сил; они играли ею, как хотели. «

«. ее небольшой ум не мог сладить с их прихотью. «

«. Ее образ, этот непонятный, почти бессмысленный, но обаятельный образ слишком глубоко внедрился в его душу. «

«. Все ее поведение представляло ряд несообразностей; единственные письма, которые могли бы возбудить справедливые подозрения ее мужа, она написала к человеку почти ей чужому, а любовь ее отзывалась печалью: она уже не смеялась и не шутила с тем, кого избирала, и слушала его и глядела на него с недоумением. «

«. Иногда, большею частью внезапно, это недоумение переходило в холодный ужас; лицо ее принимало выражение мертвенное и дикое; она запиралась у себя в спальне, и горничная ее могла слышать, припав ухом к замку, ее глухие рыдания. «

«. Не раз, возвращаясь к себе домой после нежного свидания, Кирсанов чувствовал на сердце ту разрывающую и горькую досаду, которая поднимается в сердце после окончательной неудачи. «Чего же хочу я еще?» – спрашивал он себя, а сердце все ныло. «

«. прибавила она с незначительною усмешкой, а глаза глядели все так же странно. «

«. Тяжело было Павлу Петровичу даже тогда, когда княгиня Р. его любила; но когда она охладела к нему, а это случилось довольно скоро, он чуть с ума не сошел. Он терзался и ревновал, не давал ей покою, таскался за ней повсюду; ей надоело его неотвязное преследование, и она уехала за границу. «

«. Он вышел в отставку, несмотря на просьбы приятелей, на увещания начальников, и отправился вслед за княгиней; года четыре провел он в чужих краях, то гоняясь за нею, то с намерением теряя ее из виду; он стыдился самого себя, он негодовал на свое малодушие… но ничто не помогало. «

«. В Бадене он как-то опять сошелся с нею по прежнему; казалось, никогда еще она так страстно его не любила… но через месяц все уже было кончено: огонь вспыхнул в последний раз и угас навсегда. Предчувствуя неизбежную разлуку, он хотел, по крайней мере, остаться ее другом, как будто дружба с такою женщиной была возможна.

Она тихонько выехала из Бадена и с тех пор постоянно избегала Кирсанова. «

«. Он вернулся в Россию, попытался зажить старою жизнью, но уже не мог попасть в прежнюю колею О женитьбе он, разумеется, и не думал. Десять лет прошло таким образом, бесцветно, бесплодно и быстро, страшно быстро. «

«. Однажды за обедом, в клубе, Павел Петрович узнал о смерти княгини Р. Она скончалась в Париже, в состоянии, близком к помешательству. Он встал из за стола и долго ходил по комнатам клуба, останавливаясь, как вкопанный, близ карточных игроков, но не вернулся домой раньше обыкновенного. Через несколько времени он получил пакет, адресованный на его имя: в нем находилось данное им княгине кольцо. Она провела по сфинксу крестообразную черту и велела ему сказать, что крест – вот разгадка. «

«. Павел Петрович потерял свои воспоминания; после смерти княгини он старался не думать о ней. «

«. А не правда ли, Николай, в Фенечке есть что-то общее с Нелли? С княгинею Р… Особенно в верхней части лица. C’est de la meme famille*. » (*в переводе с франц. — в том же роде )

«. Николай Петрович. сам про себя подивился живучести старых чувств в человеке. «

Павел Петрович Кирсанов чувствует себя несчастным в глубине души. Любовь к княгине Р. навсегда оставила свой след в его сердце и жизни.

Это была цитатная характеристика княгини Р. в романе «Отцы и дети» Тургенева: образ, описание героини, отношения с Павлом Петровичем Кирсановым и их история любви.

Источник

«Мальчики»

Уходили мальчики – на плечах шинели,

Уходили мальчики – храбро песни пели,

Отступали мальчики пыльными степями,

Умирали мальчики, где – не знали сами…

Попадали мальчики в страшные бараки,

Догоняли мальчиков лютые собаки.

Убивали мальчиков за побег на месте,

Не продали мальчики совести и чести…

Не хотели мальчики поддаваться страху,

Поднимались мальчики по свистку в атаку.

В черный дым сражений, на броне покатой

Уезжали мальчики – стиснув автоматы.

Повидали мальчики – храбрые солдаты –

Волгу – в сорок первом,

Шпрее – в сорок пятом,

Показали мальчики за четыре года,

Кто такие мальчики нашего народа.

Используемые источники:

https://vashurok.ru/questions/10-lyubovnih-tsitati-iz-ottsi-i-deti
https://nauka.club/literatura/tsitaty/ottsy-i-deti.html
https://www.literaturus.ru/2015/08/citaty-roman-otcy-i-deti-turgenev.html
https://womandiamond.ru/pavel-petrovich-kirsanov-otnoshenie-k-lyubvi-czitaty/
http://literatura-ege.ru/литература-цитаты-и-с-тургенев-отцы/

Источник

Презентация на тему Презентация к уроку литературыБазаров на rendez-vous: испытание любовью, предмет презентации: Литература. Этот материал в формате pptx (PowerPoint) содержит 25 слайдов, для просмотра воспользуйтесь проигрывателем. Презентацию на заданную тему можно скачать внизу страницы, поделившись ссылкой в социальных сетях! Презентации взяты из открытого доступа или загружены их авторами, администрация сайта не отвечает за достоверность информации в них, все права принадлежат авторам презентаций и могут быть удалены по их требованию.

Слайды и текст этой презентации

Слайд 1

Текст слайда:

И.С. Тургенев П. Виардо

Слайд 2

Текст слайда:

Базаров на rendez-vous: испытание любовью.

Слайд 3

Текст слайда:

«За невлюблёнными людьми любовь идёт, как привиденье»

(Любовь в романе «Отцы и дети»)

Слайд 4

Текст слайда:

«Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь» (И.С. Тургенев)

Слайд 5

Текст слайда:

Цель урока:

раскрыть суть отношений героев;
понять, для чего
автор испытывает героев любовью к женщине.

Слайд 6

Текст слайда:

Цифровой диктант:

Действие романа начинается в 1859 году.

2) Николай Петрович Кирсанов не занимался в своём поместье преобразованиями.

Слайд 7

Текст слайда:

3) Евгений Васильевич Базаров с первого взгляда не понравился дяде Аркадия Кирсанова.

4) Поводом к началу схватки между Базаровым и Павлом Петровичем Кирсановым послужила неодобрительная реплика Базарова об одном из соседних помещиков.

Слайд 8

Текст слайда:

5) Сводного брата Аркадия звали Митей.

6) Евдоксия Кукшина и её взгляды на жизнь были интересны Евгению Базарову, т.к. в ней он видел единомышленницу.

Слайд 9

Текст слайда:

7) Знакомство Евгения Базарова с Анной Сергеевной Одинцовой произошло на балу у губернатора.

Чувства Евгения Базарова, напор его страсти испугали Одинцову.

Слайд 10

Текст слайда:

9) Дуэль с Павлом Петровичем состоялась в первый приезд Евгения Базарова в Марьино.

10) В эпилоге романа Анна Сергеевна вышла замуж по любви за одного из будущих русских деятелей.

Слайд 11

Текст слайда:

В итоге: 1010101100

Слайд 12

Текст слайда:

Любовные линии в романе «Отцы и дети»:

Базаров Одинцова;

Николай Петрович Фенечка;

Павел Петрович Княгиня Р.;

Аркадий Катя

Слайд 13

Текст слайда:

Базаров — Одинцова

Любовь — страсть

Слайд 14

Текст слайда:

Базаров – Одинцова

— Какие отношения сложились у Базарова и Одинцовой и почему?
— Охарактеризуйте отношение Базарова к женщине, опираясь на текст романа.
-Каковы ваши первые впечатления об Анне Сергеевне Одинцовой?
-Расскажите об Одинцовой, о её прошлом.
— Как ведёт себя Базаров, впервые увидев Анну Сергеевну, и меняется ли его отношение к ней?
-Опираясь на текст, докажите, что Базаров испытывает страшные душевные муки. Какие его действия, слова указывают на это.
— Как вы думаете, почему Базарову так мучительно даётся признание в любви?

Слайд 15

Текст слайда:

Что это?

Цинизм – любопытство – конфуз – досада – испуг – преувеличенная развязность – стремление понравиться – смущение (покраснение) – интерес – мучительное чувство.

Слайд 16

Текст слайда:

Характеристика любви:

страстная, человечная, отвергнутая…

Слайд 17

Текст слайда:

Николай Петрович — Фенечка

2 ГРУППА- Николай Петрович — Фенечка;(слайд 17)
-Как в жизнь Николая Петровича вошла Фенечка? ( гл.
— Её характер? Какая она? Что ценит в жизни? (гл.5)
— Есть ли разница в отношении Николая Петровича к Маше и к Фене?(гл.1, конец 8 гл.)
— Сравните эти отношения с отношениями Базаровой – Одинцовой.
— Подберите эпитеты, характеризующие эти отношения.

Слайд 18

Текст слайда:

Характеристика любви:

тихая, семейная, спокойная, естественная

Слайд 19

Текст слайда:

Павел Петрович — княгиня Р.

— Какой была жизнь Павла Петровича до встречи с княгиней Р.?
— Как сложились их любовные отношения?
— Что подарил Павел Петрович княгине Р. И что символизировал этот подарок?
— Проведите параллель с любовными отношениями Базарова и сделайте вывод.
— Подберите эпитеты, характеризующие эти отношения.

Слайд 20

Текст слайда:

Характеристика любви:

роковая, страстная, трагичная, безответная…

Слайд 21

Текст слайда:

Аркадий — Катя

— «Вы ему чужой… он хищный, а мы с вами ручные» Что этим хотела сказать Катя?
— Охарактеризуйте этих молодых людей.
— Катя и Анна. Общее и различия?
— Почему у этой любви есть будущее?
— Подберите эпитеты, характеризующие эти отношения

Слайд 22

Текст слайда:

Характеристика любви:

взаимная, надежная, простая, земная, ориентированная на создание семьи.

Слайд 24

Текст слайда:

Не бывает любви несчастной,
Может быть она горькой, трудной,
Безответной и безрассудной,
Может быть смертельно опасной.
Но несчастной любви не бывает,
Даже если она убивает.
Тот, кто этого не усвоит
И несчастной любви не стоит.

Слайд 25

Текст слайда:

Д/з:

Написать сочинение-миниатюру (на выбор):
1. «Любовь – это благо». Кто так считает, тот ставит точку, кто считает иначе – вопросительный знак и доказывает свою точку зрения. В сочинении используйте один аргумент из произведения, другой из общих знаний, из жизни.
Слабым:
Письмо Одинцовой от Базарова;
Письмо Кате от Аркадия;
Письмо княгине Р. От Павла Петровича;
Письмо Фенечке от Николая Петровича.
Гл.21-анализ разговора приятелей под стогом.
Кем умирает Базаров : нигилистом, преодолевшим кризис, или романтиком?
« Доскажите судьбы героев» романа.(особое внимание гл.28)

Источник

К 160-летию создания романа И.С. Тургенева «Отцы и дети»

Роман И.С. Тургенева «Отцы и дети» (1861) — одно из вершинных достижений отечественной классики. Его внутренний свет не потускнел под налётом хрестоматийно-школьного глянца и вульгарно-идеологических трактовок, в том числе и режиссёрско-постановочных. Несмотря на кажущуюся доскональную изученность, вот уже более чем полтора века не угасает стремление к постижению безконечно богатого образного мира романа; не прекращаются попытки проникнуть в его «святая святых».

Конфликт поколений в «Отцах и детях» с поверхности текста переходит во внутренние, глубинные пласты, в сферы внетекстовые. За внешней сюжетной основой встают вопросы религиозно-философские, и главный из них — о сокровенном смысле жизни. Размышления о её мимолётности; сознание того, что каждый неизбежно встретит смерть один на один: «Старая штука смерть, а каждому внове» (7, 182); метафизическое одиночество (философия «космического пессимизма»), свойственные складу тургеневского художественного мышления, постепенно преодолеваются на путях признания высшей трансцендентной сущности человека.

Тургенев уверен, что «только с духовным началом, с идеалами может так глубоко сочетаться наш дух, наше мышление» (I, 436). Ощущение причастности к всеобщей вселенской гармонии Божьего мира расширяет духовные горизонты личности. Человек не столь трагически переживает свою «временность» и «конечность», предчувствуя свою родственность чему-то «высшему» и «вечному».

Без образа Божия жизнь безбожна, безобразна и безóбразна. Отсутствие веры писатель сознавал как неполноценность, ущербность, обделённость и обеднённость личности. Графине Е.Е. Ламберт Тургенев писал: «Да, земное всё прах и тлен — и блажен тот, кто бросил якорь не в эти бездонные волны! Имеющий веру — имеет всё и ничего потерять не может; а кто её не имеет — тот ничего не имеет, — и это я чувствую тем глубже, что я сам принадлежу к неимущим! Но я ещё не теряю надежды <курсив мой. — А.Н.-С.>» (III, 61).

Христианские упования писателя нашли выражение в образах религиозно одарённых людей — таких, как Лиза Калитина («Дворянское гнездо»), Лукерья («Живые мощи»), — которых автор создавал с чувством величайшего благоговения. В религиозных переживаниях видит Тургенев источник внутренней силы и нравственной чистоты. Стихотворения в прозе «Христос», «Монах», «Молитва» свидетельствуют о «томлении духа», духовной жажде, потребности писателя в Богообщении: «Только такая молитва и есть настоящая молитва — от лица к лицу» (10, 172).

В романе «Отцы и дети» проявилось осознание духовной высоты христианского чувства, православной церковной традиции. Соборование нигилиста Базарова в сцене его смерти не выглядит неожиданностью, но — наоборот — подчиняется внутренней художественной логике тургеневского произведения.

Православному Таинству Соборования отведены лаконичные строки внутри единственного абзаца, посвящённого последним мгновениям земной жизни главного героя. Крайне сдержанно сказано о церковном чинопоследовании христианского напутствия умирающему перед его уходом на суд Божий: «Отец Алексей совершил над ним обряды религии» (7, 183).

К слову, священник — отец Алексей — фигурирует в нескольких произведениях Тургенева, созданных после «Отцов и детей». В рассказе «Живые мощи» (1874) отец Алексей христиански поддерживает болящую Лукерью. Впоследствии писатель создал, по его жанровому определению, «легендообразный рассказ» — «Рассказ отца Алексея» (1877), указывая в письмах на его невымышленный источник: «(действительно сообщенный мне) рассказ одного сельского попа о том, как сын его подвергся наущению дьявола (галлюцинации) — и погиб» (9, 468). Реальный отец Алексей — священник прихода, к которому принадлежало имение писателя, — упоминается Тургеневым в письме к Н.А. Щепкину: «Поп Алексей просит 15 осинок» (9, 468).

Несмотря на чрезвычайную сжатость (а, возможно, именно благодаря такой немногословности), эпизод Соборования в «Отцах и детях» обращает вдумчивого читателя к скрытым пластам романа, вербально не выразимым в своих сокровенных глубинах. Ассоциативный подтекст христиански высвечивает своеобразие поэтики Тургенева, особенности его художественной манеры «тайного психологизма». Писатель останавливается на пороге не постижимой земным разумом загадки души и Духа, человека и мира, вечной неумирающей жизни.

Обрисованный в нескольких словах православный обряд представлен как истинное Таинство — в нём ощущается величайшая тайна. Тургенев пишет о Базарове: «Когда его соборовали, когда святое миро коснулось его груди, один глаз его раскрылся, и, казалось, при виде священника в облачении, дымящегося кадила, свеч перед образом что-то похожее на содрогание ужаса мгновенно отразилось на помертвелом лице» (7, 183 — 184).

Загадочен этот последний эмоциональный всплеск главного героя романа. В чём кроется источник «содрогания ужаса» прежде безстрашного нигилиста — титанической личности, отвергавшей Бога и отрицавшей безсмертие, самоуверенно бросавшей вызов Провидению?

Идейный вождь русского нигилизма Д.И. Писарев, анализируя сцену смерти Базарова, утверждал, что тот «не струсил», «не изменил себе», «не оплошал» ^{^[1]}. Герой, который умеет умирать «спокойно и твёрдо», не отступит перед препятствием и не струсит перед опасностью, — резюмирует критик. Он недалёк от истины, расценивая сцену смерти Базарова как апофеоз романа, хотя в угоду тенденциозной односторонности интерпретирует эту сцену в революционно-нигилистическом смысле: «Нигилист остаётся верен себе до последней минуты».

Тургеневский герой действительно держался стоически-мужественно в течение своей предсмертной болезни. Однако Писарев, по всей видимости, преднамеренно не пожелал отметить и обошёл молчанием тот факт, что в последние мгновения жизни при Соборовании неустрашимый Базаров испытал не просто страх, но неописуемый ужас. Современные исследователи до сих пор теряются в догадках: «Что это? Запоздалое раскаяние? Или, наоборот, бунт атеистической души?» ^{^[2]}. Объяснений нельзя искать вне сложной динамики связей тургеневского творчества с религиозно-нравственными основаниями русской культуры, с традициями христианской духовности.

Согласно православному катехизису, Соборование — одно из семи церковных Таинств, в котором «при помазании тела елеем призывается на больного благодать Божия, исцеляющая немощи душевные и телесные» ^{^[3]}. Таинство уходит корнями в Священное Писание, имеет Богоустановленный характер и берёт своё начало с апостольских времён. В Евангелии от Матфея сказано, что Сам Христос послал апостолов на благодатное делание телесного и духовного врачевания: «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь» (Мф. 10: 1). Это был не только величайший дар, но и задание. Господь заповедал апостолам: «Больных исцеляйте, прокажённых очищайте, мёртвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте» (Мф.10: 8).

Ученики Христа, получив «власть над нечистыми духами» (Мк. 6: 7), «пошли и проповедовали покаяние; изгоняли многих бесов и многих больных мазали маслом и исцеляли» (Мк. 6: 12 — 13). Апостолы передали это Таинство церковным священнослужителям. Святой апостол Иаков в Соборном послании наставляет: «Болен ли кто из вас, пусть призовёт пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазавши его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему» (Иак. 5: 14 — 15).

Согласно христианскому вероучению, большинство болезней физических являются следствием греха, тогда как сам грех — болезнь духовная. Таким образом, кроме телесного исцеления, в Таинстве Соборования прежде всего молитвенно испрашивается врачевание души больного, отпущение его грехов.

Определение, представленное в примечаниях к роману «Отцы и дети» в Полном собрании сочинений Тургенева: «Соборование — церковный обряд у постели тяжело больного или умирающего с помазанием его тела елеем» (7, 469), — не совсем корректно. С точки зрения катехизиса, Таинство может совершаться не только над страдающими от тяжёлых физических недугов или умирающими. К Соборованию, испросив благословения, могут приступать все православные христиане, достигшие семилетнего возраста. При этом они необязательно должны быть подвержены телесным немощам. Такое состояние души, как уныние, признаваемое смертным грехом, скорбь, отчаяние, даже называемая пушкинским словами «русская хандра» и т.п., — может быть следствием нераскаянных грехов, не осознаваемых самим человеком. В этих случаях также прибегают к благодатной душеспасительной силе Таинства. Существуют традиции совершения общего Соборования и над больными, и над здоровыми людьми в дни Великого поста на Крестопоклонной или на Страстной Седмице, вечером перед Великим Четвергом или Великой Субботой.

Таинство Елеосвящения в обиходе именуется Соборованием, поскольку, согласно уставу Церкви, его полагается совершать семи священникам (собору священнослужителей). Число семь — сакральный знак Церкви и её полноты. Само чинопоследование Таинства состоит в прочтении семи различных отрывков из Евангелия и Апостола, повествующих о покаянии, об исцелении, о необходимости веры и упования на Бога, о сострадании и милосердии. Церковь также допускает совершение Таинства тремя, двумя и даже одним священником — с тем, чтобы он служил от лица собора иереев, совершая все молитвы, чтения Священного Писания и семикратно помазывая елеем болящего ^{^[4]}. Соборование допустимо не только в храме, но и в домашних условиях.

Основные моменты видимой составляющей Таинства Елеосвящения (Соборования) — семикратное помазание освящённым елеем частей тела больного (лба, ноздрей, щёк, губ, груди и рук). Каждое из семи помазаний предваряется чтением Священного Писания, молитвой об исцелении болящего и о прощении его грехов. Непосредственно при помазании читается молитва веры; на голову приступившего к Соборованию возлагается Евангелие вниз письменами; в заключение читается разрешительная молитва от грехов.

Внешняя обрядовая сторона священнодействия в то время, когда создавался тургеневский роман, была известна каждому православному. Возможно, поэтому автору не представлялось необходимым изображать картину Соборования Базарова во всех деталях. В то же время Тургеневу в свойственной ему манере писательской деликатности и человеческой чуткости удалось прикоснуться к сокровенной сущности Таинства, его духовному наполнению. Невидимое действие благодати Божьей, подаваемой в Таинстве Елеосвящения, заключается в том, что соборующийся исцеляется от порождений греха, получает духовное подкрепление и очищение.

В романе «Отцы и дети» приходской священник, совершая Таинство от лица собора, по всей видимости, строго придерживается развёрнутого канонического чинопоследования. Об этом свидетельствуют приведённые выше слова Тургенева: «Отец Алексей совершил над ним обряды религии» (7, 183). Важно обратить внимание на форму множественного числа: «обряды». Для адекватного постижения смысла эпизода необходимо учесть, что Соборование тесно соединяется с другими православными Таинствами — Покаянием (исповедью) и Причащением Святых Христовых Тайн. Если Соборование совершается дома у тяжело больного или умирающего, то вначале, как правило, следуют Исповедь и Причащение, чтобы болящий — ввиду явной опасности близкой смерти — успел принять последнее напутствие как залог вечного блаженства.

Следует подчеркнуть, что Причастия не бывает без покаянной исповеди. В то же время исповедаться человек может, только находясь в здравом уме и твёрдой памяти. Единственное требование Церкви, напутствующей умирающего, чтобы тот находился в сознании. Над больными в безсознательном состоянии Причащение не совершается. Так, в тургеневском «Рассказе отца Алексея» священник вспоминает о смерти своего сына без покаяния: «А как слёг Яков, сейчас в безпамятство впал, и так, без покаяния, как безсмысленный червь, отошёл от сей жизни в вечную…» (9, 131).

Текст тургеневского романа не позволяет с точностью утверждать, исповедал ли свои грехи Базаров перед кончиной. «Базарову уже не суждено было просыпаться, — пишет Тургенев. — К вечеру он впал в совершенное безпамятство, а на следующий день умер» (7, 183). И только затем следует авторское замечание о совершении предшествующих смерти религиозных обрядов. Поэтому, обращаясь к реконструкции действия, нельзя отрицать и такого, например, развития событий, при котором Базаров мог ненадолго прийти в себя и, очнувшись от забытья, принести хотя бы краткое покаяние, односложно ответив на вопрос духовника: «Каешься?», — «Каюсь».

Прямая христианская обязанность родных и близких смертельно больного — своевременно дать ему возможность православного напутствия перед кончиной. Этот мучительный родительский долг пытается с честью исполнить Василий Иванович Базаров — истинный православный христианин. Будучи опытным лекарем и наблюдая за симптомами в развитии болезни, он тревожится о том, чтобы сын успел через Таинство Причащения осознанно приобщиться к спасительной силе жертвы Христа на Голгофе. Мука, терзающая старика-отца, теряющего единственного сына и призывающего его к душеспасительному Таинству, столь велика и особенна, что Василий Иванович начинает выражаться несвойственным ему высоким слогом, изумляющим Базарова. Сын невольно отвечает отцу в том же стиле, что ещё более подчёркивает неординарность происходящего:

«- Евгений! — произнёс он, наконец, — сын мой, дорогой мой, милый сын!

Это необычайное воззвание подействовало на Базарова… Он повернул немного голову и, видимо, стараясь выбиться из-под бремени давившего его забытья, произнес:

— Что, мой отец?» (7, 180).

Опустившись на колени, набожный старик умоляет Базарова позаботиться о спасении души перед уходом в вечность: «Евгений, тебе теперь лучше; ты, Бог даст, выздоровеешь; но воспользуйся этим временем, утешь нас с матерью, исполни долг христианина! Каково-то мне это тебе говорить, это ужасно; но ещё ужаснее… ведь навек, Евгений… ты подумай, каково-то…

Голос старика перервался, а по лицу его сына, хотя он и продолжал лежать с закрытыми глазами, проползло что-то странное» (7, 180).

Мастер «тайной психологии» — Тургенев не анализирует и даже не называет то движение души героя, которое вызвало такую необычную, вербально не определяемую реакцию. В то же время здесь отчётливо ощутим намёк на запредельность происходящего — в предчувствии инобытия.

Базаров не внял мольбе отца. Однако важно, что он не отказывается от Таинства в принципе и выражает готовность принять его позднее. Фактически Базаров даёт разрешение обезпечить возможность совершения над ним священнодействия, даже если он впадёт в безпамятство:

«- Я не отказываюсь, если это может вас утешить, — промолвил он наконец, — но мне кажется, спешить ещё не к чему. Ты сам говоришь, что мне лучше.

— Лучше, Евгений, лучше; но кто знает, ведь это всё в Божьей воле, а исполнивши долг…

— Нет, я подожду, — перебил Базаров. — Я согласен с тобою, что наступил кризис. А если мы с тобой ошиблись, что ж! ведь и безпамятных причащают» (7, 180).

Отец — бывший полковой лекарь — и его сын-медик говорят на профессиональном языке о течении телесной болезни. В то же самое время речь идёт о необходимости духовного врачевания врача Базарова. Православное Таинство, не отменяя физических законов, духовно поддерживает болящего, оказывает ему благодатную душеспасительную помощь.

Таким образом, нельзя однозначно судить об абсолютном атеизме Базарова, чтобы не погрешить против художественной истины романа. Вовсе не случайно А.И. Герцен (1812 — 1870) усмотрел в этом эпизоде, а также в заключительных словах финального реквиема «о вечном примирении и о жизни безконечной» (7, 188) опасный, с точки зрения революционера и атеиста, «мистицизм». По прочтении «Отцов и детей» Герцен писал Тургеневу: «Requiem на конце — с дальним апрошем к безсмертию души — хорош, но опасен, ты эдак не дай стречка в мистицизм» (7, 468).

Анализ заключительных глав и эпилога романа также привёл советского литературоведа М.К. Азадовского ещё в 1935 году к догадке о том, что Тургенев изобразил атеиста Базарова перед смертью раскаявшимся и примирившимся с «небом» ^{^[5]}. Впрочем, эта крамольная для того времени мысль была немедленно полемически опровергнута с точки зрения господствовавших вульгарно-идеологических марксистско-ленинских установок.

О примирении с «небом», преодолении трагического конфликта человека с быстротечностью земной жизни Тургенев размышлял на протяжении всего творческого пути. Уже в первом романе «Рудин» герой — вечный безприютный странник — выстрадал в конце пути истину: «Смерть, брат, должна примирить наконец…». Церковный образ потухающей лампады в финальном монологе Рудина: «уже всё кончено, и масла в лампаде нет, и сама лампада разбита, и вот-вот сейчас докурится фитиль…» (5, 319) — как символ уходящей жизни — отзывается в сцене последней встречи Базарова с Одинцовой.

Героиню можно было бы назвать «дамой в трауре»: в первый раз она появляется в романе на балу у губернатора как незнакомка «высокого роста в чёрном платье» (7, 68); перед смертельно больным Базаровым она предстаёт как «дама под чёрным вуалем, в чёрной мантилье» (7, 180). Здесь завуалирован приём предварения: с Одинцовой связаны любовь и смерть Базарова. Для него Анна Сергеевна, как и княгиня Р. для Павла Петровича Кирсанова, — таинственная женщина-сфинкс, мистически причастная роковым силам любви и смерти.

В княгине Р., пишет Тургенев, «всё ещё как будто оставалось что-то заветное и недоступное, куда никто не мог проникнуть. Что гнездилось в этой душе — Бог весть! Казалось, она находилась во власти каких-то тайных, для неё самой неведомых сил; они играли ею, как хотели» (7, 31). Незадолго до смерти загадочная возлюбленная Павла Петровича передала ему кольцо со сфинксом, «провела по сфинксу крестообразную черту и велела ему сказать, что крест — вот разгадка» (7, 32). Крест, крестное знамение объединяют судьбы, казалось бы, героев-антиподов. Участь старшего Кирсанова — оппонента Базарова в социально-политических спорах — проецируется на судьбу главного героя «Отцов и детей».

Англоман Павел Петрович уехал за границу, но в эпилоге мы видим его «в русской церкви, когда, прислонясь в сторонке к стене, он задумывается и долго не шевелится, горько стиснув губы, потом вдруг опомнится и начнёт почти незаметно креститься…» (7, 187). Всё дорогое для него похоронено, и сам он живой мертвец. Тургенев пишет: «Павел Петрович помочил себе лоб одеколоном и закрыл глаза. Освещённая ярким дневным светом, его красивая, исхудалая голова лежала на белой подушке, как голова мертвеца… Да он и был мертвец» (7, 154). Нельзя не заметить, что здесь Кирсанов внешне напоминает умирающего Базарова. «Это всё равно, что класть венок из цветов на голову мертвеца» (7, 165), — с горечью говорит Базаров Одинцовой, которая отвергла его страсть, но призналась в дружеском расположении.

Брат старшего Кирсанова Николай Петрович ещё ранее замечал: «Да, брат; видно, пора гроб заказывать и ручки складывать крестом на груди» (7, 46).

Финал романа увенчивают «серые деревянные кресты» на сельском кладбище «в одном из отдалённых уголков России» (7, 188), где похоронен Базаров.

Так снимается конфликт поколений в романе Тургенева. И отцы, и дети, и всё новые поколения людей под сенью креста идут одной дорогой к завершению земной судьбы и к жизни вечной. Устами Аркадия писатель говорит о нескончаемом круговороте неумирающей жизни: «сухой кленовый лист оторвался и падает на землю; его движения совершенно сходны с полётом бабочки. Не странно ли? Самое печальное и мёртвое — сходно с самым весёлым и живым» (7, 121). О том же размышляет отец Аркадия, мысленно представляя себе покойницу-жену «молодою девушкой с тонким станом, невинно-пытливым взглядом и туго закрученною косой над детскою шейкой. <…> те сладостные, первые мгновенья, отчего бы не жить им вечною, неумирающею жизнью?» (7, 55).

Душа сродни высшему идеалу, и оттого она томится в своей земной ограниченной обители, не довольствуется ею. Анна Сергеевна говорит Базарову об этом «томлении духа», извечной человеческой тоске по идеалу, о вечном стремлении к счастью и о его недостижимости: «Мы говорили с вами, кажется, о счастии. <…> Скажите, отчего, даже когда мы наслаждаемся, например, музыкой, хорошим вечером, разговором с симпатическими людьми, отчего всё это кажется скорее намёком на какое-то безмерное, где-то существующее счастие, чем действительным счастием, то есть таким, которым мы сами обладаем? Отчего это?» (7, 96).

Ответ на этот вопрос можно найти в размышлениях святителя Феофана Затворника: «В самом деле, мы любим повеселиться, но что значит, что, после самого полного веселия, душа погружается в грусть, забывая о всех утехах, от которых пред тем не помнила себя? Не то ли, что из глубины существа нашего даётся знать душе, как ничтожны все эти увеселения сравнительно с тем блаженством, которое потеряно с С. 292 потерею рая. Мы готовы радоваться с радующимися, но, как бы ни были разнообразны и велики предметы радостей человеческих, они не оставляют в нас глубокого следа и скоро забываются.

С. 293 Это значит то, что природа наша плачет о потерянном рае и, как бы мы ни покушались заглушить плач сей, он слышится в глубине сердца, наперекор всем одуряющим весёлостям, и понятно говорит человеку: «Перестань веселиться в самозабвении; ты, падший, много потерял: поищи лучше, нет ли где способа воротить потерянное?»» [6]

Перед лицом Провидения ничего не значат ни возраст, ни красота, ни знатность, ни богатство, ни власть, ни политические пристрастия, ни прочая земная суета. Нигилист и его политический противник оказались равны и одинаково беззащитны: «И всюду страсти роковые, / И от судеб защиты нет». Этот финальный мотив пушкинской поэмы «Цыганы», пренебрежительно отвергаемой Базаровым, как и всё остальное «художество», всё более явственно и трагически звучит в подтексте романа.

Сакральная сторона жизни, с которой самонадеянно пытался вести борьбу «титан» Базаров, культивируя в себе непримиримую враждебность и даже ненависть к проявлениям духовности, одержала над ним верх. Гипернигилист, отрицавший высшие ценности, любовь, искусство, душевные порывы как «чепуху», «гниль», «романтизм», в конце жизни по сути становится экс-нигилистом. Называя себя «самоломанным», он уже не стыдится открыть одухотворённого романтика в самом себе. Герой не подавляет движений своего сердца, признавая тем самым существование высшей духовной силы, над которой никто не властен.

Человек, объясняет христианский философ В.В. Зеньковский, «открывает в себе глубину неисследимую, находит в себе целый мир»; «духовность загадочно сочетается с тварностью, но всё же она есть средоточие, живая сердцевина человека, истинный центр («реальное Я»), основа индивидуальности человека, метафизическое его ядро» ^{^[7]}.

Новое для Базарова духовно-душевное состояние проявляется в строе его речи, слове, которое (по Гоголю) «есть высший подарок Бога человеку» ^{^[8]}. Тургеневский герой невольно начинает изъясняться в стиле влюблённых рыцарей, трубадуров, миннезингеров, которых он некогда зло высмеивал как сумасбродных безумцев. «Дуньте на умирающую лампаду, и пусть она погаснет…» (7, 183), — обращается он к даме своего сердца. Базаров умирает с любовью, призывая к себе «благодать» (так переводится имя Одинцовой — Анна), просветляющую его духовные силы.

Ассоциируя себя с «лампадой», Базаров обнаруживает свою внутреннюю причастность православной церковной традиции, родственность ей на генетическом уровне. Очнувшись от «тяжёлой, полузабывчивой дремоты», умирающий герой, «с усилием раскрыв глаза, увидел над собою при свете лампадки бледное лицо отца» (7, 176). В «будущем лекаре и лекарском сыне» оживает «дьячковский внук». Об этой связи в цепи поколений Базаров не забывал: «Ведь ты знаешь, что я внук дьячка?..» (7, 76) — многозначительно напоминал он Аркадию. И даже «осведомился однажды об отце Алексее» (7, 170), что вовсе не вписывается в нигилистические установки.

С судьбой Базарова много схожего у героя «Рассказа отца Алексея» Якова, происходящего из древнего священнического рода: «в нашем приходе близко двухсот годов всё из нашей семьи священники живали!» (9, 123), — но пожелавшего «идти по-светскому»: «»поступлю в университет, буду доктором; потому — к науке большую склонность чувствую». <…> Ближним, говорит, хочу помогать. Ну-с, поехал он от меня -почитай, что ни гроша с собой не взял, только малость из платья. Уж очень он на себя надеялся!» (9, 123 — 124). Самонадеянность обернулась духовной и физической катастрофой.

Но текст «Отцов и детей» не даёт оснований говорить о полном «угасании» символической «лампады». Последнее, что видит Базаров своим земным зрением, — это благодатные свет и огонь: святые образа с неугасимыми лампадами, горящие перед иконами свечи, воскурение ладана в кадильнице.

Думается, неслучайно автор с его обострённой художественной интуицией пишет об умирающем Базарове: «один глаз его раскрылся» (7, 183). Писатель в сцене Соборования сумел уловить сам момент перехода героя в вечность: один глаз ещё может обозреть земное, другой уже закрыт навеки. Что представилось внутреннему зрению героя, что увидел он своими «духовными глазами» (это не только пушкинское выражение, но и богословское, святоотеческое) и что пережил в момент умирания, когда приоткрывшаяся в последний миг завеса позволила ему взглянуть за пределы земной жизни? И отчего в его лице возникло выражение ужаса? Был ли он поражён величием непостижимой тайны, явившейся ему во всей полноте и навеки низвергающей нигилистическую теорию абсолютного «ничто»? Встретил ли он то, чего не ждал, о чём не думал, что отвергал и во что не верил? При Соборовании, видимо, в умирающем уже теле он совершил какое-то громадное открытие о жизни духовной, ужаснувшее его самого.

Безбожные установки надменно-теоретизирующего сознания исподволь, незаметно для героя разрушали светлые стороны его личности. Демонических проявлений натуры Базарова в тот период, когда он позиционировал себя как нигилиста и атеиста, можно насчитать в романе немало. Окружающим Базаров внушал безотчётный страх. В глазах матери, неотступно обращённых на сына, «виднелась и грусть, смешанная с любопытством и страхом, виднелся какой-то смиренный укор» (7, 124). Одинцова испытывала инстинктивную боязнь перед его зверским, животным началом: «Она задумывалась и краснела, вспоминая почти зверское лицо Базарова, когда он бросился к ней…» (7, 100); «»Я боюсь этого человека», — мелькнуло в её голове» (7, 98). Ученик Базарова — «бланманже» Аркадий — также пережил минуты страха перед своим идейным наставником, когда в шутливой ссоре от него вдруг повеяло серьезной опасностью: «Что подерёмся? — подхватил Базаров. — Что ж? Здесь, на сене, в такой идиллической обстановке, вдали от света и людских взоров — ничего. Но ты со мной не сладишь. Я тебя сейчас схвачу за горло…

Базаров растопырил свои длинные и жёсткие пальцы… Аркадий повернулся и приготовился, как бы шутя, сопротивляться… Но лицо его друга показалось ему таким зловещим, такая нешуточная угроза почудилась ему в кривой усмешке его губ, в загоревшихся глазах, что он почувствовал невольную робость…» (7, 121 — 122). Злое начало готово выплеснуться в любой момент, безпричинно, безсмысленно, и от того особенно страшно.

Столь же страшен одержимый наваждением бесовским Яков в «Рассказе отца Алексея»: «Верите ли, я назад отскочил, до того испугался! Бывало, страшное было у него лицо, а теперь какое-то зверское, ужасное стало! Бледен как смерть, волосы дыбом, глаза перекосились… У меня от испуга даже голос пропал; хочу говорить, не могу — обмер я совсем…» (9, 130).

Базарову в предсмертном бреду так же, как Якову, виделось нечто инфернальное: «Пока я лежал, мне всё казалось, что вокруг меня красные собаки бегали» (7, 177). Так, быть может, Соборование Базарова, ужаснувшегося в пограничный момент между жизнью и смертью, соединилось с обрядом изгнания беса — экзорцизмом, в народе именуемом «чертогон»? «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его! <…> Яков, не малодушествуй; я ладаном покурю, молитву почитаю, святой водой кругом тебя окроплю» (9, 126), — пытался молитвенно помочь своему одержимому сыну священник («Рассказ отца Алексея»).

Но в «Отцах и детях» обо всём этом можно только догадываться. Тургенев оставляет читателя на пороге не разрешимой в пределах земного бытия загадки, ибо, как во всяком Таинстве, «тайна сия велика есть». Безспорно одно: Базаров в последнее мгновение умирания, перехода по ту сторону бытия пережил трансцендентное состояние, неизмеримое ограниченными мирскими мерками, неподвластное земному разуму, неподдающееся рациональным мотивировкам.

Таинство окончательно выводит Базарова из конкретно-чувственного, вульгарно-материалистического, обыденно-бытийного состояния в план инобытия. Это не есть абсолютное «ничто», «темнота», как думалось ранее Базарову-нигилисту.

Упование на безконечное милосердие Божие за пределами земной жизни выражено также в финале «Рассказа отца Алексея»: «Но не хочу я верить, чтобы Господь стал судить его Своим строгим судом… И, между прочим, я этому потому не хочу верить, что уж очень он хорош лежал в гробу: совсем словно помолодел и стал на прежнего похож Якова. Лицо такое тихое, чистое, волосы колечками завились — а на губах улыбка» (9, 131 — 132).

Тургенев ясно даёт почувствовать, что душа человеческая сопряжена с безконечностью; в последние мгновения с человеком происходит нечто невидимое, таинственное и великое.

Сходное переживание перед лицом этой тайны выразил В.А. Жуковский (1783 — 1852) в стихотворении <«А.С. Пушкин»> (1837) на смерть поэта:

Он лежал без движенья, как будто по тяжкой работе

Руки свои опустив. Голову тихо склоня,

Долго стоял я над ним, один, смотря со вниманьем

Мёртвому прямо в глаза; были закрыты глаза,

Было лицо его мне так знакомо, и было заметно,

Что выражалось на нём, — в жизни такого

Мы не видали на этом лице. Не горел вдохновенья

Пламень на нём; не сиял острый ум;

Нет! Но какою-то мыслью, глубокой, высокою мыслью

Было объято оно: мнилося мне, что ему

В этот миг предстояло как будто какое виденье,

Что-то сбывалось над ним, и спросить мне хотелось: что видишь?

<выделено мной. — А.Н.-С.> ^{^[9]}.

В Таинстве предсмертного Соборования человек, очищенный от грехов, вводится в безконечную жизнь воскресшего Христа. Страдание, умирание и сама крестная смерть в Христовом Воскресении явились залогом полноты неумирающей жизни.

Эти христианские упования духовно поддерживают родителей Базарова, потерявших единственного сына.

Столь великое горе поначалу чуть не затмило сердце и разум отца Базарова. Василий Иванович, ослеплённый своим отцовским страданием, готов был взбунтоваться против Отца Небесного. В этом отец-христианин на миг уподобился сыну-отрицателю и бунтарю: «Василием Ивановичем обуяло внезапное исступление. «Я говорил, что я возропщу, — хрипло кричал он, с пылающим, перекошенным лицом, потрясая в воздухе кулаком, как бы грозя кому-то, — и возропщу, возропщу!»» (7, 184).

Мгновенный непокорный порыв угашен, и родители Базарова безропотно принимают Божью волю в смиренном земном поклоне: «Арина Власьевна, вся в слезах, повисла у него <Василия Ивановича. — А.Н.-С.> на шее, и оба вместе пали ниц. «Так, — рассказывала потом в людской Анфисушка, — рядышком и понурили свои головки, словно овечки в полдень…»» (7, 184). В этой картине кроткого жертвенного смирения возникает христианская аллюзия — намёк на образ жертвенного агнца или того «малого стада», к которому со словами утешения и ободрения обратился Господь: «Не бойся, малое стадо! Ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство» (Лк.12: 32).

Финал романа «Отцы и дети» означен спасительным крестом. Из Базарова не «лопух» вырастает, как мнилось бунтующему физиологу, задумавшемуся о сокровенном смысле жизни: «из меня лопух расти будет; ну, а дальше?» (7, 120). Этот трагический вопрос остался тогда без ответа. Но ответ в романе прозвучал ранее: «крест — вот разгадка» (7, 32). На могиле героя возвышается крест, обозначая место, где по православному обряду похоронен христианин. Как символ вечно обновляющейся жизни — «две молодые ёлки» (7, 188), посаженные любящими родителями в «вечную память» о сыне.

В земной юдоли люди, в том числе отцы и дети, даже если они родственны не только по крови, но и по духу, не в состоянии достичь абсолютного единства. Каждый неизбежно отделён от другого и собственной физической оболочкой, и неповторимым внутренним миром, остающимся во многом таинственным для самого его носителя, «Ибо кто из человеков знает, чтó в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нём?» (1 Кор. 2: 11).

Стремления, замыслы, планы, амбиции также не могут быть реализованы всецело и не зависят от воли и усилий человека: «Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе роста хотя на один локоть? Итак, если и малейшего сделать не можете, что заботитесь о прочем?» (Лк. 12: 25-26). В евангельской притче Бог сказал самоуверенному богачу, распланировавшему для себя дальнейшую счастливую жизнь «на многие годы» вперёд: «безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя» (Лк. 12: 19-20). «Итак, бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет» (Мф. 24: 42). Самых родных, близких и любящих — и тех разлучает, разъединяет смерть. Не смогли противостоять ей отец и сын — оба лекари — в тургеневском романе.

Но «невозможное человекам возможно Богу» (Лк. 18: 27). Нетленные ценности существуют. Главная непреходящая ценность — любовь Христова. Тургенев, цитируя апостола Павла, горячо в это верует: «одно это слово имеет ещё значение перед лицом смерти. <…> «Всё минется, — сказал апостол, — одна любовь останется»» (5, 348). В своём утверждении: «любовь <…> сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь» (10, 142) — писатель сердечным знанием постиг заветные христианские истины: «И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в неё. Бог есть Любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нём» (1 Ин. 4: 16).

Средоточие любви совершенной, которая «изгоняет страх» (1 Ин. 4: 18), — Отец, Сын и Дух Святой. «Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии» (Рим. 8: 16). В Пресвятой Троице, Единосущной и Нераздельной, обретает человек — венец Божьего творения — истинное единство и желанную цельность, незыблемую опору и жизнь вечную: «если пребудет в вас то, что вы слышали от начала, то и вы пребудете в Сыне и в Отце. Обетование же, которое Он обещал нам, есть жизнь вечная» (1 Ин. 2: 24-25).

«Отцам» и «детям» адресовал святой апостол Иоанн своё послание об Отце Небесном: «Пишу вам, дети, потому что прощены вам грехи ради имени Его. Пишу вам, отцы, потому что вы познали Сущего от начала» (1 Ин. 2: 12-13).

Молитвы, слёзы и любовь — эта священная триада венчает тургеневский роман: «Неужели их молитвы, их слёзы безплодны? Неужели любовь, святая, преданная любовь не всесильна? О нет! Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце ни скрылось в могиле, цветы, растущие на ней, безмятежно глядят на нас своими невинными глазами: не об одном вечном спокойствии говорят нам они, о том великом спокойствии «равнодушной» природы; они говорят также о вечном примирении и о жизни безконечной…» (7, 188).

Неутолимая духовная жажда веры в Бога и безсмертие, предчувствие «жизни безконечной…» (7, 188) для людей как детей общего Отца Небесного — последнее упование в романе Тургенева «Отцы и дети».

Алла Новикова-Строганова, доктор филологических наук, профессор, историк литературы, член Союза писателей России

[1] См.: Писарев Д. И. Базаров. «Отцы и дети», роман И. С. Тургенева // Писарев Д.И. Литературная критика: В 3 т. — Т. 1. — Статьи 1859 — 1864 гг. — Л.: Худож. литература, 1981.

[2] Лебедев Ю.В. Роман И.С. Тургенева «Отцы и дети». — М: Просвещение, 1982. — С. 138.

[3] Пространный христианский катехизис Православной Кафолической Восточной Церкви / Сост. святитель Филарет, митрополит Московский. — Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2006. — С. 361.

[4] См.: Православие для всех / Сост. иеромонах Харитон (Просторов). — Кострома, 2008. — С. 284 — 290.

[5] См.: Азадовский М.К. Об одном сюжетном совпадении: «Смерть атеиста» в романе Омулевского и у Ипполита Тэна // 45 лет академику Н.Я. Мару: Сб. статей XLV. — М.; Л.: АН СССР, 1935. — С. 589.

[6] Святитель Феофан Затворник. Письма о христианской жизни. Поучения. — М.: Московский Сретенский монастырь, 1997. — С. 291-293.

[7] Зеньковский В.В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. — М., 1993. — С. 44, 47.

[8] Гоголь Н.В. Собр. соч.: В 7 т. — М.: Худож. лит., 1986. — Т. 6. — С. 187.

[9] Жуковский В.А. < А.С. Пушкин> // Жуковский В.А. Собр. соч.: В 4 т. — М.; Л.: ГИХЛ, 1959 — 1960. — Т. 1. — С. 393.

Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите «Ctrl+Enter».

Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,

войдите или
зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Источник

Письмо княгине р от павла петровича сочинение миниатюра

Испытание любовью в романе «Отцы и Дети» И. Тургенева

Сочинение испытание любовью в романе отцы и дети

/ Сочинения / Тургенев И.С. / Отцы и дети / Базаров и Одинцова (по роману И.А. Тургенева «Отцы и дети»)

Испытание героя любовью в романе И. С. Тургенева “Отцы и дети”

Тема любви в романе «Отцы и дети»

TESTSOCH.RU

Сочинение на тему Как проходят испытание любовью герои романа И. С. Тургенева Отцы и и дети?

Сочинение на тему “В чем смысл испытания Базарова любовью в романе И.С. Тургенева “Отцы и дети”

Испытание любовью Базарова

Как в романе Тургенева «Отцы и дети» раскрывается тема любви? — Сочинение

Сочинения на тему Тема любви в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети» по литературе

Сочинение на тему «Любовь в жизни героев (Отцы и Дети)»

Евгений Базаров

Происхождение и воспитание

Речь и лексика

Отношение к любви

Внешность

Афоризмы о нигилизме

Цитаты Базарова о природе

Научные взгляды

Аркадий Кирсанов

Николай Петрович Кирсанов

Павел Петрович Кирсанов

Цитаты о конфликте поколений

Еще тесты

Читайте также

Цитаты из романа «Отцы и дети» Тургенева: интересные высказывания Базарова, братьев Кирсановых и др.

Слайды и текст этой презентации

А вот еще несколько наших интересных статей:

Поделиться этой статьей с друзьями: