Сказки как жанр фольклора генезис сказочной прозы сказка и миф

Читайте также:

Рекомендуемые страницы:

Вам нужно быстро и легко написать вашу работу? Тогда вам сюда…

©2015-2022 poisk-ru.ru
Все права принадлежать их авторам. Данный сайт не претендует на авторства, а предоставляет бесплатное использование.
Дата создания страницы: 2016-04-15
Нарушение авторских прав и Нарушение персональных данных



Поиск по сайту:

Мы поможем в написании ваших работ!

Министерство образования и науки Российской Федерации
федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«Оренбургский государственный педагогический университет»

Факультет дошкольного и начального образования

Кафедра теории и методики

начального и дошкольного

АФОНИНА ЛЮБОВЬ ВЛАДИМИРОВНА

Направление подготовки – Профиль подготовки — Речевое дошкольное Квалификация – бакалавр Форма обучения – заочная

ДОПУЩЕНА К ЗАЩИТЕ

«_____ »________ 2015 г.

«___ »__________ 2015 г.

Первое и ответственное звено в системе образования детей – это дошкольное учреждение. Именно в нем дети в том числе, учатся родному языку, приобретают важные сведения и знания о нем, в дошкольном детстве родной язык важное звено развития личности . В дошкольном детстве ребенок наиболее восприимчив к усвоению родной речи, поэтому развитие речи в дошкольном возрасте, в условиях дошкольного учреждения является одним из важных процессов обучения и воспитания .

Теоретики и практики педагогики и психологии указывают, что развитие и усвоение русского языка идет в первую очередь в процессе общения с окружающими, в разговорной речи: Д. Б. Эльконин, Р. Е. Левин, А. П. Усова, Е. И. Тихеева и др. Современный мир устроен так, что родители часто заняты и не уделяют ребенку достаточного времени для занятий по усвоению и развитию родного языка и весь процесс пускается на самотек. Живое общение с родителями, братьями и сестрами сводится к минимуму, а на его место выступает компьютер и телевизор. Поэтому забываются и не используются не только художественная литература, но и тем более устное народное творчество, причем что его неиспользование идет не только в младшем дошкольном возрасте, но и старшие дошкольники иногда не знакомы с частушками, потешками, прибаутками .

Поэтому так важно приобщать детей дошкольного возраста к народному творчеству, которое способствует развитию родного языка. Вопросы общей теории по развитию речи в дошкольном возрасте были рассмотрены в трудах Д.Б. Эльконина, А.Н. Гвоздев ой , Л.С. Выготского и др.

Определенными аспектами, в том числе и с использованием художественной литературы и народного творчества были рассмотрены в трудах ученых: Ю.Г. Илларионова, Е.И. Тихеева, Ф.А. Сохин, А.М. Бородич, О.С. Ушакова, А.П. Усова, К.Д. Ушинский.

«Педагоги-фольклористы» В.Г.Белинский, М.К.Боголюбская, Е.Н. Водовозова, Л.С. Выготский, А.В.Запорожец, А.П.Усова, К.Д.Ушинский, Е.А.Флерина, В.Ф.Аникин, А.Ф.Афанасьев, М.А.Булатов, М.Забылин, О.И. Капица, И . М. Снегирев, П.В.Шейн указывали, что фольклор в жизни человека, а в частности детей -дошкольников очень важен и является одним из средств воспитания и обучения. Мнение этих ученых основывалось на том, что в процессе усвоения устного народного творчества ребенок овладевает родным языком, изучает и понимает его красоту, понимает значение лаконичности, приобщается к культуре русского народа и получает представления о ней.

Тем не менее, не смотря на то, что проблемой использования устного народного творчества в развитии родного языка занимались многие ученые, в программах дошкольного образования нет конкретного содержания методики речевого развития посредством фольклора, не разработаны и не указаны качественные характеристики развития речи дошкольников . Поэтому педагогам приходиться искать отдельные способы развития речи, используя фольклор, н произведя ориентацию на теоретические и методические положения этого направления .

Возможность использования устного народного творчества в дошкольном учреждении для развития связной речи детей дошкольного возраста обусловлена спецификой содержания и форм произведений словесного творчества русского народа, характером знакомства с ними и речевым развитием дошкольников. Благодаря тому, что дети хорошо воспринимают мягкий фольклорный юмор, знакомые жизненные ситуации, использование фольклора на занятиях и вне их является эффективным средством развития речи.

Устное народное творчество – это неоценимое богатство каждого народа, выработанный веками взгляд на жизнь, общество, природу, показатель его способностей и таланта.

Объект исследования : воспитательно–образовательный процесс в дошкольном образовательном учреждении.

Предмет исследования : процесс речевого развития дошкольников старшего возраста средствами фольклора.

Цель исследования: теоретически обосновать и экспериментально подтвердить эффективность развития связной речи дошкольников посредством фольклора .

Задачи исследования:

1. Изучить литературу по исследуемой проблеме;

2. Описать жанры русского фольклора;

3. Выявить программные требования к речевому развитию дошкольников;

4. Составить комплекс занятий по развитию связной речи дошкольников посредством фольклора .

Гипотеза исследования: развитие связной речи детей старшего дошкольного возраста будет эффективным при следующих условиях:

– использование фольклорных форм в различных режимных моментах, игровой и самостоятельной деятельности,

– постоянное применение сказок, басен, былин и пр. форм русского народного творчества в непосредственной образовательной деятельности.

Теоретическая и практическая значимость исследования: полученные в процессе исследования материалы определяют необходимость использования устного народного творчества в котором выделяется приоритет развития связной мнологичесгой речи детей старшего дошкольного возраста. Сказки в доступной форме являются средством развития связной речи и руководителем в ознакомелнии с родным языком.

Методы исследования: анализ психолого – педагогической литературы по проблеме развития связной речи детей дошкольного возраста, педагогического опыта по использованию фольклора в развитии речи дошкольников; а также педагогическая диагностика, количественный и качественный анализ результатов опытно-экспериментальной работы.

База исследования: МБДОУ №155, г.Оренбурга.

Детский фольклор русского народа необычайно богат и разнообразен. Он представлен героическим эпосом, сказками, многочисленными произведениями малых жанров.

Малые формы [2, с.15]:

А) Колыбельные – в народе называют велосипеды. Это имя происходит от глагола баять, баить – “говорить”. Старинное значение этого слова – “шептать, говорить”. Это название песни получили не случайно: самые древние из них имеют прямое отношение к заговорной поэзии. “Дремушка-дрема, отойди от меня!” – говорили крестьяне, борясь со сном. Нянька или мать, напротив, звали дрему к малышу:

Приди к Ване в голова,

Накатись на глаза.

Со временем колыбельные песни утратили обрядный и заговорно-заклинательный характер.

В центре пестушек и потешек образ самого подрастающего ребенка. Пестушки подучили свое название от слова пестовать – “нянчить, растить, ходить за кем-либо, воспитывать, носить на руках”. Это короткие стихотворные приговоры, которые сопровождают движения ребенка в первые месяцы жизни. Проснувшегося ребенка, когда он потягивается, гладят:

А в ножки ходунушки,

А в ручки хватунушки,

А в роток говорок,

А в головку разумок.

Как и в колыбельных песнях, важное значение в пестушках имеет ритм. Веселая, затейливая песенка с отчетливым скандированием стихотворных строк вызывает у ребенка радостное настроение.

В) Потешки – незаметно переходят в потешки – песенки, сопровождающие игры ребенка с пальцами, ручками и ножками (известные “Хорошо” и “Сорок”). В этих играх есть уже нередко “педагогическое” наставление, “урок”. В “Сороке” щедрая белобока накормила кашей всех, кроме одного, хотя и самого маленького (мизинец), но лентяя:

Зачем дров не колол, воды не носил?

Этот мотив охотно развивают:

А ты, бедный маленец [маленький],

Ты, коротенец [короткий],

Детей в первые годы их жизни матери и няньки пели и песенки более сложного содержания, уже не связанные с какой-либо игрой. Все эти разнообразные композиции, можно определить одним словом – “стеб”. Его содержанием напоминают маленькие сказки в стихах. Это прибаутка о петушке – золотом гребешке, который летал за овсом на Куликово поле; о курочке-рябе, что “сеет просо, горох веяла”; о долгоносом журавле, что на мельницу ездил и видел диковинку:

Коза муку мелет, Козел засыпает;

Они разнообразные и выразительные ритмы прибауток. В одном случае они точно следуют за беспокойным колокольным звоном:

Загорелся кошкин дом.

В противном случае ритмика воспроизводит ладную, умелую работу:

А чу-чу, чу-чу, чу-чу!

К числу прибауток надо отнести и небылицы-перевертыши – особый вид песен-стишков, вызывающих смех нарочитым смещением реальных связей и отношений [4, с.70]. Например:

Свинья на дубу гнездо строят.

Всем маленьким сучкам.

Полететь они хотят.

Далее следует группа произведений, которые когда-то принадлежали фольклора взрослых, но претерпели изменения, они перешли к детям. Это заклички, игровые припевы, приговоры.

Г) Календарный детский фольклор

Очень рано дети обучаются на улице у своих сверстников в различных закличкам (от слова закликать – “звать, просить, приглашать, обращаться”) – Это обращения к солнцу, радуге, дождю, птицам.

От взрослых детей, быт прошли и словесные приговорки. Это короткие, обычно стихотворные обращения с животными и птицам, божьей коровке, пчелам; к мышке с просьбой заменить старый, выпавший зуб новым, крепким; к ястребу, чтобы не кружили над домом, не глядя на кур. Это вопрос кукушке: “Сколько мне жить?” Кукушка кукует, а дети считают.

Не менее древний, чем календарный детский фольклор, игровые припевы и игровые приговоры. Ними или начинают игру, или связывают части игрового действия. Они могут выполнять роль концовок в игре. Игры приговоры могут также содержать “условия” игры, определить последствия в случае нарушения этих условий.

E) Жеребьевые скороговорки, потешки, головоломки, скороговорки
Детский фольклор – своеобразная кладовая народа, в ней хранятся и образцы творчества взрослых, и то, что создано выдумкой детей. Уже в произведениях, которые к детям от взрослых, сказался творческий элемент, привносимый самими детьми. С основанием это можно сказать о жеребьевых сговорках, считалках, дразнилках во всех их вариациях.

Жеребьевая сговорка появляется, когда они играют, мы должны разделиться на две партии. Это рифмованное обращение к “маткам”, руководители обеих партий. Дети часто создают их на основе сказок, пословиц, поговорок и загадок: “Красно яблочко или золотое блюдечко?” (Из сказки.) “Конь вороной или сбруя золотая?” (Из сказок и песен.) “Грудь в крестах или голова в кустах?” (Пословица.)

Немало народной выдумки внесено и потешки. Другие названия: счет, счетки, пересчет, сосчиталочки, феи и ворожитки. Считалка – рифмованный стишок, состоящий по большей части из придуманных слов и созвучий с подчеркнуто строгим соблюдением ритма. Посредством считалок играющие делят роли и устанавливают очередь для начала игры.
У считалок две главные особенности. Во-первых, в основе большинства считалок лежит счет, и, во-вторых, считалки поражают нагромождением бессмысленных слов и созвучий [6, с.63].

Дразнилки – вид творчества, почти полностью развитыми детьми. Нельзя сказать, чтобы у него не было своего “предка” в творчестве для взрослых. Ссоры, столкновения, ненависть, борьба, настоящая борьба, когда один “конец” деревни шел на другой, были постоянным явлением старой жизни. Взрослые давали себе прозвища, имена, отмечавшие мнимые и реальные недостатки.
Безобидной и веселой словесной игрой детей старшего возраста является быстрое повторение труднопроизносимых стишков и фраз: это скороговоркой.

Объединяет семьи или созвучные слова: На дворе – трава, на траве – дрова; Сшит колпак не колпаковски, его надо переколпаковать и перевыколпаковать. Трудно решить, который является творцом этих скороговорки – и дети, и взрослые. Некоторые из них вряд ли созданы детьми.

Г) Загадка развивает в ребенке догадливость, сообразительность.

Иносказание переносит предмет в совершенно другой области материального мира. “Черненькая собака свернувшись лежит; не лает, не кусает, а в дом не пускает” – замок сложный сравнивается с черненькой собачкой. Иносказательный образ в загадке всегда поражает странность, уникальность, настоящим несочетаемостью качеств и свойств.

Чем смелее выдумка, тем труднее загадка для отгадывания. гневероятность подходит для фото загадки ясно осознаваемое противоречие реальности, а отгадка вносит порядок в путаницу: все становится sta свои места в согласии с действительными качествами загадываемого предмета.
Говоря другими словами, загадка указывает sta особенности и свойства, которые присущи только загадываемому предмету. sta сходстве и отрицании сходства между предметами она основана. Это свойство загадки вводит ребенка в размышление о связях между явлениями и предметами окружающего мира, а также о специфике отдельных предметов и явлений. Эти мыслительные операции, однако, важно гне сами по себе, а тем, что ребенок открывает для себя поэзию окружающего мира.

З) Пословицы и поговорки

Пословичные суждения воспринимаются ребенком в прямом значении, но и их обобщающий характер в какой-то степени доступен его пониманию.
Народные пословицы содержат мораль, выработанную многими поколениями: “Нет друга – ищи, а нашел – береги”; в приобщении ребенка к человеческой мудрости и состоит большое педагогическое значение пословиц. Пословица тем легче ложится в память, что искусная тонкая работа народа облекла наставительную мысль в короткие ритмическую форму с четким композиционным членением суждения на части.

Народные поговорки – это широко распространенные образные выражения, метко определяющие какие-либо жизненные явления. В отличие от пословицы поговорка лишена типичных поучительного смысла и ограничивается шеи, нередко иносказательным определением какого-то явления. Детская речь, эмоциональная по природе своей, легко сближается с народными поговорочными выражениями, но точное освоение их представляет для ребенка известный труд, и опекун должен следить за уместностью и правильностью употребления поговорок в речи ребенка [6, с.77].

Вместе с песнями детей дошкольного возраста ознакомьтесь с героическим эпосом. В настоящее время, когда эпос ушел из живой памяти народа, о богатырях ребенок узнает из книг. Значение знакомства детей с эпосом не вызывает сомнений. Былины в художественной форме несут представления о героической этики, дают уроки служения родине и народу.

Народные сказки стали включать в детское чтение. Самые элементарные и в то же время самые важные представления – об уме и глупости, о хитрости и прямодушии, о добре и зле, о героизме и трусости, о доброте и жадности – ложатся в сознание и определяют для ребенка нормы поведения.
Сказка – жанр необрядового фольклора. Самый старый жанр в фольклоре. Жанр эпический, повествовательный. Сказка – произведение, которое имеет установку на вымысел. Изначально, сказка не была забавой. Сказка – это то, что они говорят. Самый известный собиратель и издатель сказок – А. Н. Афанасьев.

Он разделял сказки [12, с.46]:

1. сказки о животных;

2. сказки новеллистические;

3. сказки волшебные.

Теперь классификация сказок изменилась. Выделяют:

3 – сказки о животных;

8 – сказки для детей драматического жанра;

9 – анекдоты, небылицы.

Сказки о животных можно назвать детскими потому, что в них много действия, движения, энергии – того, что присуще и ребенку. Сюжет развивается быстро: быстро, вслепую, курица к хозяйке за маслицем,- петух проглотил зерно и подавился, та посылает ее к коровушке за молоком. В конце концов курица принесла масло, петух спасен, но скольким он обязан спасения! (“Петушок и бобовое зернышко”.) Счастливые концовки сказок соответствуют жизнерадостности ребенка, его уверенности в благополучном исходе борьбы добра со злом. В сказках о животных много юмора. Чувства, о которых говорится в сказках, столь ярки, как и детские эмоции. Ребенка легко успокоить, но легко и разочаровать.

В сказках о животных много песенок: поет лиса льстивую песню петуху: “Петушок, петушок, золотой гребешок, маслена головушка, шелкова бородушка. “; поет и петух, призывая на помощь кота: “Несет меня лиса за темные леса. ” Песни и прибауточные присловья так выразительны, что живут самостоятельно.

В сказках о животных действуют рыбы, звери, птицы, они разговаривают друг с другом, объявляют друг другу войну, мирятся. На основе таких сказок лежит тотемизм (вера в тотемного зверя, покровителя рода), вылившийся в культ животного. Например, медведь, ставший героем сказок, по представлениям древних славян, мог предсказывать будущее. Нередко он мыслился как зверь страшный, мстительный, не прощающий обиды (сказка “Медведь”). Чем дальше уходит вера в то, что чем более уверенным в своих силах становится человек, тем возможнее его власть над животным, “победа” над ним. Так происходит, например, в сказках “Мужик и медведь”, “Медведь, собака и кошка”. Сказки существенно отличаются от представлений о животных – в последних, большую роль играет вымысел, связанный с язычеством. Волк в повериях мудр и хитер, медведь страшен. Сказка же теряет зависимость от язычества, становится насмешкой над животными. Мифология в ее переходит в искусство. Сказка превращается в своеобразную художеств, с.енную шутку – критику этих существ, которые подразумевает под животными. Отсюда – близость таких сказок, мифов (“Лиса и журавль”, “Звери в яме”) [17, с.108].

Сказки о животных выделяются в особую группу в качестве актеров. Они делятся по типам животных. Сюда примыкают и сказки о растениях, неживой природе (мороз, солнце, ветер), о предметах (пузырь, соломинка, лапоть).

В сказках о животных человек:

1) играет второстепенную роль (старик из сказки “Лиса крадёт рыбу из воза”);

2) занимает положение, равноценное животному (мужик из сказки “Старая хлеб-соль забывается”).

Возможная классификация сказки о животных.

Прежде всего, сказка о животных было установлено главному герою (тематическая классификация). Такая классификация приведена в указателе сказочных сюжетов мирового фольклора, составленного Арне-Томсоном и в “Сравнительном Указателе Сюжетов. Восточнославянская сказка”:

1. Дикие животные.

– Другие дикие животные.

2. Дикие и домашние животные

3. Человек и дикие животные.

4. Плата за содержание домашних животных.

6. Другие животные, предметы, растения и явления природы.

Следующая возможная классификация сказки о животных – это структурно-семантическая классификация, которая классифицирует сказку по жанровому признаку. В сказке о животных выделяют несколько жанров. В. Пропп выделял такие жанры, как [11, с.52]:

1. Кумулятивная сказка о животных.

2. Волшебная сказка о животных

4. Сатирическая сказка

Е. А. Костюхин выделял виды животных, как [10]:

1. Комическая (бытовая) сказка о животных

2. Волшебная сказка о животных

3. Кумулятивная сказка о животных

4. Новеллистическая сказка о животных

7. Сатирические сказки о животных

8. Легенды, предания, бытовые рассказы о животных

9. Художественная литература

В. Пропп, в основу их классификации сказки о животных по жанрам, пытался положить формальный признак. Е. А. Костюхин, в основу их классификации, отчасти положил формальный признак, но в основном исследователь разделяет жанры сказки о животных по содержанию. Это позволяет глубже понять разнообразный материал сказки о животных, который демонстрирует разнообразие структурных построений, разнообразие стилей, богатство содержания [10, с.148].

Еще одна возможная классификация сказок о животных, это классификация по признаку целевой аудитории. Так, сказки о животных можно разделить r на:

1. Детские сказки.

– Сказки рассказанные для детей.

– Сказки рассказанные детьми.

2. Взрослые сказки.

Тот или иной жанр сказки о животных имеет свою целевую аудиторию. Современная русская сказка о животных в основном принадлежит детской аудитории. Таким образом, сказки, рассказанные для детей, имеют упрощенную структуру.

Кумулятивная сказка – сказка, состоящая из цепи сюжетов, которые могут быть связаны между собой одним персонажем. Композиция подобных сказок характеризуется r нарастающим r напряжением и усложнением действия.

Принцип такой композиции заключается в многократном повторении единицы сюжета. Кумулятивную композицию различают [ 20, с.95 ] :

1.С бесконечным повторением :

Докучные сказки типа “Про белого бычка”.

Единица текста включается в другой текст (“У попа была собака”).

2. С конечным повторением :

“Репка” – r нарастают единицы сюжета в цепь, пока цепь r не оборвётся.
“Петушок подавился” – происходит расплетание цепи, пока цепь r не оборвётся.

Волшебная сказка – r нарочитая фикция, она возникла позже сказки о животных. Главные действующие лица – дети предбрачного возраста (т.к. часто волшебная сказка связана с обрядом инициации). В волшебной сказке существуют сюжеты, r не характерные для других сказок (Царевна-лягушка, Финист-ясный сокол). Сюжет – разворачивание действия в определенной последовательности. Мотив – действие, происходящее в рамках сюжета. Волшебная сказка r начинается с завязки (чудесное рождение ребёнка, подход детей к определенному возрасту – инициации). Далее следует действие (начинается с r несчастья, беды, которые пришли внезапно). Отлучка либо старших от младших, либо сильных от слабых. Отлучки часто сопровождались запретами, которые обязательно r нарушаются. Запрет и его r нарушение – парные функции. r нарушение запрета – r начальная беда, в результате которой появляется антагонист (Змей Горыныч, Баба-Яга, Кощей), который творит похищение. r но иногда беде соответствует ситуация, когда чего-либо r не хватает, r недостаёт (герой отправляется искать r невесту, молодильные яблочки, живую воду и т.д.). Основная функция завязки – отправить героя куда-либо из дома. Когда герой отлучился из дома, его вскоре должен встретить даритель, или советчик. Часто в этой роли выступает Баба-Яга (она является как бы сторожем границы-перехода из одного мира в другой). После встречи с дарителем или советчиком, у героя должен появиться волшебный помощник (часто волк или конь), который помогает герою добыть r некие волшебные средства, которые помогут в борьбе с антагонистом. Развязка: либо битва героя с антагонистом, либо r незаметное похищение искомого (битву или похищение герой совершает сам, r но волшебный помощник всегда учит, как r надо это делать). Похищение – r не единственная, r но ведущая развязка. После похищения случается женитьба, r но r не всегда, т.к. после развязки часто бывают осложнения: до осложнения должна произойти функция клеймения, которая r нужна для дальнейшего узнавания героя. Победа r над врагом, возвращение домой, которое может быть бегством. Бегство стоит в прямой зависимости от похищения, как формы добычи. Формы погони и ухода от r неё весьма разнообразны (иногда сопровождается последовательным превращением героев или похитителей в элементы природы). Когда до возвращения остаётся всего – r ничего, герой встречает менее удачливых братьев. Он решает отдохнуть. Братья крадут у героя добытое и должны избавиться от r него (сказка как бы r начинается заново, т.к. опять приходит беда). Оживление убитого героя происходит с помощью волшебного помощника. Вернувшись в царство, герой хочет скрыть себя функция r неузнанного прибытия. r Но в это время, убийцы уже претендуют r на опр. высокое место, выдавая себя за героев. Идёт притязание ложного героя. В сказках, основанных r на змееборстве, второго хода быть r не может. Перед самой свадьбой, r невеста ставит мотив трудной задачи, задание, которое может выполнить только истинный герой. Этот мотив приводит к узнаванию ист. героя. Далее следуют обличение ложного героя и его r наказание [27, с.30].

Детям старшего дошкольного возраста нравится волшебная сказка. В равной степени привлекательны для них и развитие действия, сопряженное с борьбой светлых и темных сил, и чудесный вымысел. Этот сказочный мир будит и развивает воображение ребенка. Малыш с горячим сочувствием следит за всем, о чем говорится в сказке: радуется победам Ивана-царевича, чудесам Василисы Премудрой, огорчается их невзгодам. Волшебная сказка с ее стройной композицией, учит ребенка логически мыслить: события в ней разворачиваются в строгой по следовательности. Сказка захватывает динамикой сюжета.

“Старшие ушли, – говорится в сказке “Гуси-лебеди”, а дочка забыла, что ей приказывали, посадила братца на траву под окошко, а сама побежала на улицу, заигралась-загулялась. Испуг, а затем поиск постепенно пропадающей надеждой найти брата и, наконец, горькое отчаяние: “Кликала, заливаясь слезами, причитывала. брат не ответил!”

Построение предложений, выбор слов зависит от типа контента. Сказки наполнены солнечным светом, лесным шумом, посвистыванием ветра, ослепительным блеском молний, громыханием грома – всеми чертами окружающего нас мира. Ночь в сказках – темная, солнце – красное, меч героя – острый, дворцы – белокаменные, камни – самоцветные, столы дубовые, торты – отруби и т. д. Вещи и предметы имеют различные формы: известно, их материал, качество. Все это вместе взятое и делает, что начинается сказка образцом национального искусства слова. Искусство истории имеет свои глубокие корни в культуру и язык народа [19, с.170].

Сказки волшебного типа включают в себя волшебные, приключенческие, героические. На основе таких сказок лежит чудесный мир. Чудесный мир – это предметный, фантастический, неограниченный мир. Благодаря неограниченной фантастике и чудесному принципы организации материала в сказках с чудесным миром возможного “превращения”, поражающие своей скоростью (дети растут как на дрожжах, с каждым днем все сильнее и сильнее и красивее становятся). Не только скорость процесса ирреальна, но и сам его характер (из сказки “Белоснежка”). “Смотрит, у Снегурочки губы порозовели, глаза открылись. Потом стряхнула с себя снег и вышла из сугроба живая девочка”. “Обращение” в сказках чудесного типа, как правило, происходят с помощью волшебных существ или предметов. Волшебная сказка имеет в своей основе сложную композицию, которая имеет экспозицию, завязку, развитие действия, кульминация и решение.

В. Пропп открывает однообразие волшебной сказки на сюжетном уровне в чисто синтагматическом плане. Он открывает инвариантность набора функций (поступков лиц), линейную последовательность этих функций, а также набор ролей, известным образом распределенных между конкретными персонажами и соотнесенных с функциями. Функции распределяются среди семи персонажей [30, с.44]:

– принцессы или ее отца

Бытовая сказка не возникла из литературной новеллы, а сама создала ее, потому что исторически ей предшествовала. Бытовая сказка отличается тем, что показывает “алогизм обычного”, открывает внутреннюю ложь, социальную неправду. Бытовая (новеллистическая) сказка – духовное дитя людей с веселым и независимым характером, с критическим и земной менталитет. К наиболее распространенным видам сказок-новелл являются многочисленные сказки о супругах, их верности и неверности, о женитьбе героев, о ленивых хозяевах. Особое пристрастие эти сказки питают к любовной тематике. Также к типичным сказкам можно отнести сказки об одураченном барине, о богатом хозяине, о нанятом работника, о барыне, обманутой трудно работника. Третья основная тема-бытовых сказок – тема осуждения духовенства. Поэтика и стиль бытовых сказок – ниже.

Отличительной особенностью бытовых сказок становится воспроизведение в их повседневной жизни. Конфликт бытовой сказки часто состоит в том, что порядочность, честность, благородство под маской простоватости и наивности противостоит тем качествам личности, которые всегда вызывали у народа резкое неприятие (жадность, злоба, зависть).
Как правило, в бытовых сказках больше иронии и самоиронии, поскольку Добро торжествует, но акцентированы случайность или единичность его победы.

Характерно разнообразие бытовых сказок: социально-бытовые, сатирико-бытовые, новеллистические и другие. В отличие от волшебных сказок, бытовая сказка содержит более значимый элемент социальной и нравственной критики, она, конечно, в своих социальных предпочтений. Похвала и осуждение в бытовых историй звучат сильнее [ 32, с.106 ] .

В последнее время в методической литературе стали появляться сведения о новом типе сказок – о сказках смешанного типа. Конечно, сказки этого типа существуют давно, но им не придавали большого значения, так как ты не помнишь, как они могут помочь в достижении воспитательных, образовательных и развивающих целей. В общем, сказки смешанного типа – это сказки переходного типа. В них являются симптомы, связанные, как сказка с прекрасным миром, отходами сказок. Проявляются также элементы чудесного в виде волшебных предметов, вокруг которых собирает основные работы [23, с.73].

Сказки расширяют кругозор, пробуждают интерес к жизни и творчеству народов, воспитывают чувство доверия ко всем обитателям нашей Земли, занятым честным трудом [21, с.84].

Небылицы – это сказки, построенные на абсурде. Они небольшие по объёму и часто имеют вид ритмизованной прозы. Это шуточный рассказ о том, чего не может быть, не бывает ”например: гром по лесу прокатился: комар с дерева свалился или ехала деревня мимо мужика, вдруг из подворотни лают ворота” (С.Я. Маршак «Быль-небылица»)

Итак, если разные формы фольклора отобраны с учетом возрастных возможностей детей и организована систематическая работа с дошкольником, они доступны их пониманию и осознанию. Таким образом, использование разных форм фольклора в речевом развитии детей вполне оправдывает себя.

Под связной речью понимают смысловое развернутое высказывание (ряд логически сочетающихся предложений), обеспечивающее обращение и взаимопонимание. Связность, считал С. Л. Рубинштейн, это “адекватность речевого оформления мысли разговаривающего или же пишущего исходя из убеждений ее понятности для слушателя или же читателя” [33, с.183]. А значит, главный чертой связной речи считается ее понятность для собеседника.

Связная речь – это такая речь, которая отображает все значительные стороны своего предметного содержания. Речь быть может несвязной по двум первопричинам: или потому, что эти взаимосвязи не осознаны, не представлены в мысли разговаривающего, или эти взаимосвязи не обнаружены соответствующим образом в его речи.

В методике термин «связная речь» употребляется в нескольких значениях:

1) процесс, деятельность говорящего;

2) продукт, результат этой деятельности, текст, высказывание;

3) название раздела работы по развитию речи.

Основная функция связной речи – коммуникативная. Она осуществляется в двух основных формах – диалоге и монологе. Каждая из этих форм имеет свои особенности, которые определяют характер методики их формирования [24, с.61].

В лингвистической и психологической литературе диалогическая и монологическая речь рассматриваются в плане их противопоставления. Они различаются по собственной коммуникативной направленности, лингвистической и психологической природе.

Диалогическая речь представляет из себя необыкновенно яркое проявление коммуникативной функции языка. Ученые называют разговор первичной натуральной формой языкового общения, традиционной формой речевого общения. Основной особенностью разговора считается чередование говорения одного собеседника с прослушиванием и последующим говорением другого. Существенно, что в разговоре собеседники практически постоянно понимают, о чем идет речь, и вовсе не нуждаются в развертывании мысли и высказывания. Устная диалогическая речь протекает в конкретной ситуации и сопрягается с жестами, мимикой, интонацией. Отсюда и языковое оформление диалога. Речь в нем может быть неполной, сокращенной, от случая к случаю фрагментарной. Для диалога характерны: разговорная лексика и фразеология; краткость, недоговоренность, обрывистость; обычные и сложные бессоюзные предложения; кратковременное предварительное обдумывание. Связность диалога поддерживается двумя собеседниками. Диалогическая речь отличается непроизвольностью, реактивностью.

Очень существенно отметить, что для диалога приемлимо использование шаблонов и клише, речевых штампов, стабильных формул общения, привычных, часто потребляемых и как бы закрепленных к определенным бытовым положениям и темам разговора. Речевые клише упрощают ведение диалога.

Развитие речи самым тесным образом соединено с развитием сознания, познанием окружающего мира, развитием личности в общем. В дошкольном возрасте происходит поразительный по своему значению для развития ребёнка процесс приобщения и овладения языком своего народа. Ребёнок усваивает родной язык, прежде всего, подражая живой разговорной речи окружающих. Сокровищница богатейшего русского языка раскрывается перед ним в блещущих произведениях устного народного творчества. Совершенные образцы его – пословицы, загадки, сказки – он не только слышит, но и повторяет и усваивает. Они входят в его язык, разумеется, в доступном для него содержании. Разговорный язык и произведения устного народного творчества тесно переплетаются между собой в своём влиянии на ребёнка. Нужно, чтобы в живом слове, которое слышат ребята ежедневно от взрослых, звучали эти ценные зёрна. Лишь при данных условиях язык ребёнка станет живым и ярким [43, с.20].

Большое место отводится развитию диалогической речи посредством общения воспитателя с детьми, детей друг с другом во всех сферах совместной деятельности и на специальных занятиях. Диалог рассматривается как вид речевого общения, в котором проявляются и существуют межличностные отношения. Именно через него люди вступают в общение с другими людьми. Сердцевину диалога составляют диалогические отношения, проявляющиеся в готовности к встрече с партнёром, в принятии его как личности, в установке на ответ собеседника, в ожидании взаимопонимания, согласия, сочувствия, сопереживания, содействия.

Содержательная основа разговора в дошкольном детстве – словесное творчество, совместное сочинение взрослого и ребёнка, совместный рассказ сверстников. Грандиозное значение в речевом развитии речи дошкольников имеет разговор сверстников. Конкретно тут дети ощущают себя по настоящему одинаковыми, свободными, раскованными; обучаются самоорганизации, самодеятельности и самоконтролю. В диалоге появляется содержание, которым не владеет отдельно ни один из партнёров, оно появляется только во взаимодействии. В разговоре со сверстниками в большей степени приходится ориентироваться на собственного партнёра, принимая во внимание его способности (нередко ограниченные), поэтому произвольно строя своё высказывание, используя контекстную речь [1, с.19].

Монологическая речь – связное, логически последовательное высказывание, протекающее сравнительно долго во времени, не рассчитанное на немедленную реакцию слушателей. Она имеет несравненно наиболее сложное строение, выражает мысль одного человека, которая незнакома слушателям. В следствии этого высказывание имеет более полную формулировку информации, оно наиболее развернуто. В монологе необходимы внутренняя подготовка, наиболее длительное предварительное обдумывание высказывания, концентрация мысли на основном. Здесь также существенны неречевые средства (жесты, мимика, интонация), умение разговаривать эмоционально, живо, выразительно, хотя они занимают подчиненное место. Для монолога характерны: литературная лексика; развернутость высказывания, законченность, закономерная завершенность; синтаксическая оформленность (развернутая система связывающих частей); связность монолога обеспечивается одним говорящим.

Монологическая речь стимулируется внутренними мотивами, и ее содержание и языковые средства выбирает сам разговаривающий. Диалогическая речь стимулируется не только внутренними, но и внешними мотивами (ситуация, в которой случается разговор, реплики собеседника). Следовательно, монологическая речь считается более сложным, произвольным, наиболее организованным видом речи и потому требует особого речевого воспитания [26, с.68].

Потребность в общении с окружающими людьми подстегивает совершенствование речи малыша в дальнейшем. К концу второго года ребенок имеет возможность уже достаточно ясно для находящихся вокруг выразить словами собственные желания, наблюдения, имеет возможность понять обращенную к нему речь взрослых.

В возрасте после 3 лет ребенок начинает овладевать внутренней речью. С этого времени речь для него перестает быть лишь средством общения, она уже исполняет и другие функции, прежде всего функцию познания: усваивая новые слова и новые грамматические формы, малыш расширяет свое представление о находящемся вокруг мире, о предметах и явлениях действительности и их отношениях. Период с 3-х до 7 лет – это период усвоения грамматической системы русского языка, становление связной речи. В это время улучшается грамматическая структура и звуковая сторона речи, создаются предпосылки для обогащения словаря.

В связной речи ребенка последовательно совершенствуются [ 25, с.121 ] :

– Синтаксический строй предложения (а также выразительность его интонации);

– Морфологическая оформленность слов;

– Звуковой состав слов.

С самого начала овладение грамматическим строем языка носит творческий характер, опирается на самодеятельную ориентировочную (поисковую) активность малыша в находящемся вокруг мире и слове, на языковые обобщения, игры, экспериментирование со словом, освоение форм и правил языка, логики языка в дошкольном детстве осуществляется уже в недрах инициативной продуктивной речи, речевого и словесного творчества.

Управление речевым развитием детей педагог реализует, прежде всего посредством совместной деятельности, общения как с самим ребенком, так и с другими детьми. В зависимости от возраста меняются и формы общения. В младших возрастных группах специально – организованные игры – занятия строятся как естественное взаимодействие взрослого с детьми. Это организация деятельности, предоставляющая детям возможность проявлять субъективность в общении. Постановка дидактических задач должна носить относительно общий, недифференцированный вид, а сценарии общения – нацеливаться на импровизацию.

Благодаря связной речи как средству общения индивидуальное сознание человека, не ограничиваясь личным опытом, обобщается опытом других людей, причем в гораздо большей степени, чем это может позволить наблюдение и другие процессы неречевого, непосредственного познания, осуществляемого через органы чувств: восприятие, внимание, воображение, память и мышление. [15, с.50]

Через речь психология и опыт одного человека становятся доступными другим людям, обогащают их, способствуют их развитию. Чем активнее обучаемые совершенствуют устную, письменную и другие виды речи, пополняют свой словарь, тем выше уровень их познавательных возможностей и культуры [3, с.13]. Развитие связной речи происходит постепенно вместе с развитием мышления и связано с усложнением детской деятельности и формами общения с окружающими людьми.

В эмоциональном общении взрослый и ребёнок выражают разнообразные чувства (удовольствие или неудовольствие), а не мысли. Постепенно отношения взрослого и ребёнка обогащаются, расширяется круг предметов, с которыми он сталкивается, а слова, которые раньше выражали только эмоции, начинают становиться для малыша обозначениями предметов и действий. Ребёнок овладевает своим голосовым аппаратом, приобретает умение понимать речь окружающих. Понимание речи имеет огромное значение во всём последующем развитие ребёнка, является начальным этапом в развитие функций общения. Складывается особый тип общения, при котором взрослый говорит, а ребёнок отвечает мимикой, жестом, движением.

На основе понимания, сначала очень примитивного, начинает развиваться активная речь детей. Ребёнок подражает звукам и звукосочетаниям, которые произносит взрослый, сам привлекает внимание взрослого к себе, к какому-нибудь предмету. Всё это имеет исключительное значение для развития речевого общения детей: зарождается намеренность голосовой реакции, её направленность на другого человека, формируются речевой слух, произвольность произнесения [2, с.8].

В средней группе у дошкольников происходит отделение речи от непосредственного практического опыта. Главной особенностью этого возраста является возникновения планирующей функцией речи. В ролевой игре, ведущей деятельности дошкольников, возникают и новые виды речи: речь, инструктирующая участников игры, речь – сообщение, повествующая взрослому о впечатлениях, полученных вне контакта с ним. Речь обоих видов приобретает форму монологической, контекстной.

Как было показано в исследовании А.М. Леушиной, основная линия развития связной речи состоит в том, что от исключительного господства ситуативной речи ребёнок переходит к речи контекстной [27] . Появление контекстной речи определяется задачами и характером его общения с окружающими. Изменения образа жизни ребёнка, усложнения познавательной деятельности, новые отношения с взрослыми, появление новых видов деятельности требует развёрнутой речи, а прежние средства ситуативной речи не обеспечивают полноты и ясности высказывания. Возникает речь контекстная [19, с.75].

Переход от ситуативной речи к контекстной, по мнению Д.Б. Эльконина, происходит к 4-5 годам. Вместе с тем элементы связной монологической речи появляются уже в 2-3 года. Переход к контекстной речи тесно связан с освоением словарного состава и грамматического строя родного языка, с развитием умения произвольно использовать средства языка. С усложнением грамматической структуры речи высказывания становятся всё более развернутыми и связными.

Ситуативность не является абсолютной принадлежностью возраста ребёнка. У одних и тех же детей речь может быть то более ситуативной, то более контекстной. Это определяется задачами и условиями общения.

Вывод А.М. Леушиной нашел подтверждение в исследовании М.И. Лисиной и её учеников. Учёные доказали, что уровень речевого развития зависит от уровня общения у детей. Форма высказывания зависит от того, как понимает ребёнка собеседник. Речевое поведение собеседника влияет на содержание и структуру речи ребёнка. Например, в общении со сверстниками дети в большей мере используют контекстную речь, поскольку им надо что-то объяснить, в чём-то убедить. В общении с взрослыми, легко понимающими их, дети чаще ограничиваются ситуативной речью.

Наряду с монологическою речью продолжает развиваться и диалогическая речь. В дальнейшем обе эти формы сосуществуют и используются в зависимости от условий общения.

Дети 4-5 лет активно вступают в разговор, могут участвовать в коллективной беседе, пересказывают сказки и короткие рассказы, самостоятельно рассказывают про игрушки и картинки. Вместе с тем их связная речь ещё несовершенна. Они не умеют правильно формулировать вопросы, дополнять и поправлять ответы товарищей. Их рассказы в большинстве случаев копируют образец взрослого, содержат нарушение логики; предложения внутри рассказа часто связанны, лишь формально (словами: ещё, потом).

В старшем дошкольном возрасте дети способны активно участвовать в беседе, достаточно полно и точно отвечать на вопросы, дополнять и поправлять ответы других, подавать уместные реплики, формулировать вопросы. Характер диалога детей зависит от сложности задач, решаемых в совместной деятельности [25, с.80] .

Совершенствуется и монологическая речь: дети осваивают разные типы связных высказываний (описание, повествование, от части рассуждения) с опоры на наглядны материал и бес опоры. Усложняется синтаксическая структура детских рассказов, увеличивается количество сложносочинённых и сложноподчиненных предложений. Вместе с тем у значительной части детей эти умения неустойчивы. Дети затрудняются в отборе фактов для своих рассказов, в логически последовательного расположения, структурирования высказываний, в их языковом оформлении.

В дошкольном детстве (3-7 лет) речь ребенка становится, более связной и приобретает форму диалога [45, с.197]. Ситуативность речи, характерная для детей раннего возраста здесь уступает место контекстной речи, понимание которой не требует соотнесения высказывания с ситуацией. У дошкольника, по сравнению с ребенком раннего возраста появляется и развивается более сложная, самостоятельная форма речи – развернутое монологическое высказывание. В дошкольном возрасте отмечается развитие речи «про себя» и внутренней речи.

Таким образом, процесс развития речи ребенка дошкольного возраста – процесс сложный и многоплановый и для успешной его реализации необходима совокупность всех компонентов, которые влияют на качество и содержательную сторону речи. Одним из таких средств является художественная литература.

1.3. Значение фольклорных жанров для развития связной речи дошкольников

Фольклор – это устное народное творчество, народная мудрость, народное знание. Фольклор выражает вкусы, склонности, интересы парода. Фольклорные произведения называют народными – они отражают художественные вкусы [5, с.87].

Попевки, приговорки, потешки – первые художественные произведения, которые слышит ребенок. Знакомство с ними обогащает его чувства и речь, формирует отношение к окружающему миру, играет неоценимую роль во всестороннем развитии.

В русской народной сказке заключено богатое содержание и в отношении насыщенности художественной речи языковыми средствами выразительности (сравнениями, эпитетами, синонимами, антонимами и другими), например: красна девица; ясный сокол; конь – волчья сыть, травяной мешок; встань передо мной, как лист перед травой и тому подобное, которое дети используют в собственной речи, что способствует не только развитию её образности, её обогащению, но и развитию творчества самих дошкольников.

Сказка и ее влияния на развитие эмоционально-нравственной сферы дошкольников стала предметом исследования многих отечественных педагогов и психологов (Л. Н. Толстой, К. Д. Ушинский, А. П. Усова, Е. А. Флерина, Н. С. Карпинская, В. А. Езикеева и другие).

В. М. Фадеева и М. М. Конина выявили следующие особенности народной сказки: последовательное развитие фабулы показывает, как то или иное поведение приводит к определенным результатам, т. е. прослеживается прямая связь между поступком и следствием — хорошие поступки награждаются, плохие приводят к трагическим последствиям.

Опыт показывает, что эффективность образовательной работы порою немало зависит от умелого использования педагогических традиций народа, в которых, что очень важно, обучение и воспитание осуществляется в гармоничном единстве. Одной из народных форм обучения и воспитания подрастающего поколения и выступает сказка. [3,с.109]

Мудрость и ценность сказки в том, что она отражает, открывает и позволяет пережить смысл важнейших общечеловеческих ценностей и жизненного смысла в целом. С точки зрения житейского смысла сказка наивна, с точки зрения жизненного смысла — глубока и неисчерпаема [7,с.154].

В сказке отражаются и нравственные ценности народа: доброта, как жалость к слабому, которая торжествует над эгоизмом и проявляется в способности отдать другому последнее и отдать за другого жизнь; страдание как мотив добродетельных поступков и подвигов; победа силы духовной над силой физической. Воплощение этих ценностей делает смысл сказки глубочайшим в противовес наивности ее значения. Утверждение победы добра над злом, порядка над хаосом определяет смысл жизненного цикла сущего живого. Жизненный смысл трудно выразить в словах, его можно ощущать в себе или нет, и тогда он очень прост.

Перевоплощаясь в сказочных героев, следуя за ними, ребенок получает знания о мире, о взаимоотношениях людей, проблемах и препятствиях; учится преодолевать барьеры, возникающие в трудных ситуациях, искать союзников и вместе бороться за справедливость, верить в силу любви и добра [9, с.29].

Сказка несет в себе положительный эмоциональный заряд, который при грамотной работе педагога может быть привнесен в обучение. Для этого, безусловно, необходимо давать дополнительные знания детям, которые, не нарушая общего замысла сказки, повышают ее обучающий потенциал (привлечение в сказку загадок, пословиц; продолжение сказки, оценка поступков сказочных героев). «Если ребенок с раннего возраста начнет осознавать «сказочные уроки», отвечать на вопрос «чему же нас с тобой учит сказка?», соотносить ответы со своим поведением, то он станет активным пользователем своего «банка жизненных ситуаций». Сказка приобщает ребенка к общечеловеческому и этническому опыту, обогащает его личный опыт половой дифференциации и взаимодействия.

Воспитатель должен акцентировать внимание дошкольников на том, что учиться лучше на своих ошибках, а не на опыте других. В этом плане особо следует отметить роль героев сказок, которые учат тому, что каждый поступок приводит к тем или иным последствиям, далеко не всегда положительным как для себя, так и для других. Необходимо донести до детей следующие положения, подтвердив их примерами из сказок: для того, чтобы чего-то достичь, необходимо хорошо потрудиться; относиться к другим следует так, как хотел бы, чтобы относились к тебе другие; помогать другим нужно бескорыстно, и тогда в трудную минуту тебе тоже помогут; нужно уметь делиться тем, что у тебя есть; любое дело легче делать сообща, чем одному; только хорошее поведение, хорошие дела помогают найти настоящих и верных друзей; надо уметь понимать и ценить доброе отношение к себе и т. д. [6, с.29].

Воспитателю следует учитывать, что большое количество сказок и их многообразие позволяют найти и посоветовать каждому ребенку тот или иной пример для подражания — героя сказки. Весьма важно не только найти пример, но и поддержать выбор дошкольника. Опосредованное влияние зачастую более эффективно, нежели постоянные замечания ребенку, особенно перед всей группой. Отобранную сказку могут читать ребенку родители или воспитатель. Ребенок может рассказать о том, чем нравится ему герой и чему он хотел бы научиться. Очень важно стимулировать и поощрять положительные изменения в поведении или деятельности дошкольников.

Работать со сказкой можно как индивидуально, так и со всей группой. Эта работа может проводиться и на уровне подгруппы, т. е. дифференцированно. В этом случае у нескольких ребят может быть одна проблема в поведении или деятельности, а потому они могут работать над одной и той же сказкой. Очень важно, чтобы задания, которые получит каждый участник группы, были различны, а их основой было развитие индивидуальных способностей, т. е. кто-то рисует «портрет» героя сказки, кто-то придумывает за «героя» загадки, которые потом будут отгадывать дети на занятии, кто-то готовит ему «новый наряд» и т. д. Безусловно, что подобные группы имеют временный характер, т. е. они распадаются, когда будет решена поставленная цель.

Сказка не только повышает познавательный интерес и мотивацию к учебной деятельности, но и побуждает ребёнка анализировать, рассуждать, отыскивать причинно-следственные взаимосвязи, делать выводы.

Сказка в развитии связной речи преследует такие цели [ 14, с.33 ] :

– создание коммуникативной направленности речевых высказываний;

– совершенствование лексико-грамматических средств языка, звуковой стороны речи;

– развитие диалогической и монологической речи;

– приобщение детей к истокам народной культуры.

В большинстве своем сказки велики по объему и запомнить их детям нелегко. Прежде чем приступить к работе в режиме моделирования, нужно определить, на каком уровне находятся дети группы, и выбрать конкретные способы реализации материала.

Работа со сказкой включает 3 основных направления:

1. Знакомство со сказкой.

2. Освоение специальных средств литературно-речевой деятельности; ознакомление детей со средствами художественной выразительности, Развитие звуковой стороны речи, словаря, грамматического строя, связной, выразительной речи.

3. Развитие умственных способностей – задания на развитие мышления и воображения:

1) формирование умения отбирать условные заместители для обозначения персонажей сказки и узнавать различные сказочные ситуации по показу на заместителях;

2) развитие умения использовать готовую пространственную модель (наглядный план сказки) при пересказе знакомой сказки. Сначала использовать готовую пространственную модель, а затем уметь самостоятельно строить и использовать пространственные модели при пересказе, сочинении сказок.

3) развитие способностей к представлению воображаемой ситуации с разнообразными деталями.

Можно выделить 3 вида моделирования сказки [ 29, с.140 ] :

Простым видом является сериационный вид моделирования сказки. Он начинает строиться с повторения уже знакомых сказок.

Вслушиваясь в певучесть, образность народного языка, ребенок не только овладевает речью, но и приобщается к красоте и самобытности слова.

Простота и мелодичность звучания потешек помогают детям запомнить их. Они начинают вводить народные потешки в свои игры во время кормления куклы или укладывания ее спать.

Очень большое значение имеют потешки для воспитания у детей дружелюбия, доброжелательности, чувства сопереживания. Если в группе кто-то из детей плачет, то остальные стараются успокоить, приговаривая: “Не плачь, не плачь, куплю калач”.

Одним из основных требований к воспитателю в работе со сказкой является ее выразительное чтение, чтобы дошкольники могли понять не только смысл, но и глубину художественных образов. Читать сказку следует неторопливо, выразительно, как бы отвлекаясь от реальной обстановки, в которой проходит занятие. В работе с дошкольниками, на наш взгляд, сказку лучше рассказывать наизусть. Это вызывает у детей особый интерес. Рассказывая сказку, можно видеть лица детей, оценивать их реакцию, а используя мимику и жесты для большей убедительности, образности восприятия происходящего действия, сюжета, ситуации, повышать ее художественно-образную значимость [34,с.35].

Работу со сказкой следует строить на основе ее целостного восприятия: от общего содержания к деталям повествования. Дети, зная полный текст, могут активно обсуждать действия и поступки различных персонажей, пути их исправления, выдвигать и обсуждать возможность дальнейшего развития сюжета сказки, усваивать традиции, обычаи, язык народа.

Организация работы со сказкой должна носить развивающий характер. Для того, чтобы дошкольники усвоили новые слова, например: ухват, скарб, веретено, пастбище и др., нужно дать должное пояснение, обязательно нужно познакомить при возможности с их изображением; предложить составить несколько предложений с этими словами. Можно попросить детей вспомнить другие сказки, где используются эти слова, и наконец, можно попробовать нарисовать самим данные предметы.

Для лучшего восприятия сказки правомерно использовать музыкальное сопровождение, народные песенки. Необходимо привлекать к музыкальному оформлению сказки родителей и даже детей, владеющих инструментами. Позже уместно провести викторину не только по тем или иным репликам героев, но и по музыкальным образам.

Дети должны все время включаться в активные формы работы со сказкой. Они могут подготовить кукольный спектакль по сказке и выступить перед родителями. Очень важно, чтобы в подготовке спектакля принимали участие все дети. Это дает возможность каждому ребенку внести свой вклад в «общее дело»: кто-то поет песенки, играет, читает текст, готовит пригласительные билеты, встречает гостей, готовит «выставку картин» ребят по мотивам сказки и т. д. Ничто так не стимулирует учебную деятельность детского коллектива, как успех. Его никогда не бывает много.

Слово, дело, коллектив, успех — это слагаемые, без которых нет и не может быть работы педагога. Педагог обязан найти слова благодарности и поощрения действиям каждого ребенка, принявшего участие в празднике сказки, отметить не только значимость вложенного труда в общее дело, но и раскрыть дальнейшие перспективы их совместной работы, добрых и полезных дел.

Воспитателю необходимо подробно рассказать о проведенной работе на родительском собрании, отметив общий успех, помощь взрослых, а также развивающую и воспитывающую роль сказки, ее роль при приобщении детей к народной культуре [35, с.28].

Вызывают у детей интерес народные произведения, в которых имеются звукоподражания голосам животных и очень конкретно описываются их повадки. В таких потешках малыши улавливают доброе, гуманное отношение ко всему живому:

Петушок, петушок, /Золотой гребешок,

Что так рано встаешь,/Деткам спать не даешь.

Наши уточки с утра:/Кря, кря, кря.

Наши гуси у пруда:/Га-га! Га-га! Га-га! ,

Наши курочки в окно: /Ко-ко, ко-ко, ко-ко.

На дубочке, на дубочке/Тут сидят два голубочка.

У них шейки голубые, /У них перья золотые.

Особое внимание следует обратить на эмоциональное чтение воспитателем произведений народного творчества. Ребенок должен чувствовать отношение взрослого к описываемым ситуациям.

Припевки, потешки дети слышат с самого раннего возраста. Родители используют их, чтобы успокоить малыша, развеселить, просто поговорить. Такие процессы в жизни маленького ребенка, как одевание, купание, укладывание спать, требуют сопровождения словом. И здесь русское народное творчество незаменимо. Оно способствует созданию положительного эмоционального настроения.

Знакомя малышей с потешками “Курочка-рябушечка”, “Наши уточки”, “Кисонька – мурысенька”, “Дай молочка, Бурёнушка”, со стихотворением “Кто как кричит” А. Барто, воспитатель привлекает их к подражанию крику птиц, животных.

Лучшему пониманию сказок, стихотворений помогает инсценирование их с помощью игрушек, настольного театра. Перед инсценировкой следует дать детям возможность рассмотреть игрушки, плоскостные фигурки, чтобы затем малыши больше сосредоточились на слуховых впечатлениях. Хорошо инсценируются русские народные сказки “Репка”, “Теремок”, “Колобок”, произведения 3. Александровой “Топотушки”, Е. Ильиной “Топ-топ”. Стихотворения “На санках”, О. Высотской и “Больная кукла” В. Берестова можно объединить в одной инсценировке и закончить её песенкой, адресованной больной кукле [16].

Формы использования сказки в ДОУ весьма разнообразны. Ее можно прочитать ребенку, не обсуждая, чтобы дошкольник еще какое-то время побыл в мире сказки и сам подумал о том, что услышал. Даже мимолетное соприкосновение со сказкой дает повод поразмыслить и через некоторое время попытаться «попробовать» себя в той или иной роли, т. е. «примерить» на себя роль героя.

Педагогом может быть использован алгоритм психокоррекционной сказки:

– подбирается герой, близкий ребенку по полу, возрасту, характеру;

– описывается жизнь героя в сказочной стране так, чтобы ребенок нашел сходство со своей жизнью;

– герой «помещается» в проблемную ситуацию, переживаемую ребенком;

– герой начинает искать выход из создавшегося положения. Здесь важно раскрыть создавшуюся ситуацию в нескольких ракурсах, т. е. предложить альтернативные модели поведения — герой осознает ошибочность своей позиции, изменяет ее, т. е. становится на путь изменения [38, с.29].

Таким образом, через сказки ребенок получает не только знания о мире, о взаимоотношениях людей, о проблемах, возникающих у человека в жизни, но и о путях выхода из трудных ситуаций.

Если ребёнку систематически рассказывают сказки, рассказы, у него развиваются слуховая сосредоточенность, навыки слушания чтения книги. К концу третьего года жизни ребёнок способен понимать содержание произведения и эмоционально на него откликаться.

Таким обарзом, если воспитательная работа ведется методически грамотно, то многие проблемы, например, во взаимоотношениях детей, снимаются почти автоматически. Исходя из того, что в основе взаимоотношений лежит психическое явление «заражение», то «… через передачу психического настроя, обладающего большим эмоциональным зарядом», со стороны воспитателя или педагога можно как бы переключить внимание и деятельность детей на иной объект.

Условием всестороннего развития ребенка, для его успешного обучения в школе является умение общаться с взрослыми и сверстниками. Эффективное воспроизведение текстовых учебных материалов, умение давать развернутые ответы на вопросы, самостоятельно выразить свое мнение – все эти и другие учебные действия требуют достаточного уровня развития связной речи. По данным литературы и собственных наблюдений, большинство детей, поступающих в школу, имеют значительные трудности и не владеют навыками связной речи в достаточном для этого возраста объеме.
Работая над развитием связной речи в рамках новых форм образования, следует сказать об интеграции связной речи с другими образовательными областями. Реализация принципа интеграции образовательных областей – условие, при выполнении основной общеобразовательной программы дошкольного образования в соответствии с действующими требованиями.

ФГОС устанавливают новый способ взаимосвязи и взаимодействия компонентов основных в школах программ дошкольного образования – на основе принципа интеграции образовательных областей, представляющего собой альтернативу помощью параметра.

Э. Г. Юдин, К. Ю. Белая, Л. А. Венгер, М. В. Лазарева, И. А. Модина, Ю. Н. Рюмина, Е. Е. Кравцова, и др. говорят об адекватности интегративного подхода в дошкольном образовании. По мнению Л. А. Парамоновой, найти психологических и методических основ интеграции различных видов детской деятельности – “ключевой проблемой современной дошкольной дидактики”.

В современной практике дошкольного образования проведение интегрированных мероприятий уже не является инновационной деятельностью учреждения.

Программа детского сада “Детство” под ред. Т. И. Бабаевой, А. Г. Гогоберидзе, О. В. Солнцева и др., предусматривают обучение диалогической и монологической речи.

Работа по развитию диалогической речи направлена на формирование умений, которые необходимы для общения. Диалогическая речь-это особенно яркое проявление коммуникативной функции родного языка.

Можно выделить несколько групп диалогических умений:

– навыки речи и этикетки.

– навыки общения в паре, группе 3-5 человек, в коллективе.

– умение общаться в совместной деятельности, достижения результатов и их обсуждение, обсуждение конкретной темы.

Невербальные (неречевые) навыки.

В возрасте от 1 до 3 лет ставит задачу, понимания речи окружающих и использования активной речи детей как средства общения. Детей учат выражать просьбы и желания в словесной форме, отвечать на некоторые вопросы взрослых (Кто это? Что он делает? Какой? Какая?). Работают над развитием инициативы речи ребенка, поощряют малыша обращаться к взрослым и детям по различным поводам, формируют умение задавать вопросы.

В возрасте 3-4 лет главная задача учителя-учить детей, легко общаться с взрослыми и сверстниками, учить детей выражать словами свои желания и просьбы, понятно отвечать на вопросы взрослых, подсказывать ребенку поводы для разговоров с другими детьми. Следует воспитывать потребность делиться своими впечатлениями, рассказать о том, что сделал, как играл, привычку пользоваться простыми формулами речевого этикета (здороваться, прощаться, благодарить в детском саду и дома), поощрять попытки детей задавать вопросы по поводу ближайшего окружения (Кто? Что? Где? Что он делает? Зачем?).

В 4-5 лет дети учатся с удовольствием общаться с взрослыми и сверстниками, отвечать на вопросы и задавать их по поводу предметов, их качеств, действий с ними, взаимоотношений с окружающими, поддерживают стремление детей рассказывать о своих наблюдениях и опыте.
Воспитатель большое внимание следует обратить на качество ответов детей: учить отвечать, как в краткой, так и в развернутой форме, не отклоняясь от содержания вопроса. Постепенно следует приглашать детей к участию в коллективных беседах, где требуется отвечать только тогда, когда вопрос адресован именно воспитателем, слушать высказывания товарищей.

Продолжается работа над воспитанием культуры общения: формирование умений приветствовать вас, ваших друзей, родственников, коллег по группе, с использованием синонимических формул этикета (Здравствуйте! Добрый день!), забрать телефон, не вмешиваться в разговор взрослых, вступать в разговор с другими людьми, встретить человека и поговорить с ним.

В 5 -7 лет следует учить более точно отвечать на вопросы, объединять популярные ответе реплики товарищей, отвечать на один и тот же вопрос по-разному, кратко и распространенно. Крепление умение участвовать в общей беседе, внимательно слушать собеседника, не перебивать, не отвлекаться. Особое внимание следует обратить на умение формулировать и задавать вопросы, в соответствии с услышанным строить ответ, дополнять, исправлять собеседника, сопоставлять свою точку зрения с точкой зрения других людей.

Задачи и содержание обучения монологической речи определяет особенности развития связной речи и особенностями монологического высказывания.

В зависимости от функции (назначения) выделяют такие типы монологов:

– описание-характеристика предмета в состоянии покоя.

– повествование подключен рассказ о каких-либо событиях.

– рассуждение-это логическое изложение материала в форме доказательства.

– рассказ – осмысленное воспроизведение литературного образца в устной речи.

– рассказ – самостоятельная расширенная презентация определенной содержание.

В разное время эти виды монологической речи занимают разное место.

Целенаправленное обучение связной монологической речи начинается в 3-4 года. Дети учатся говорить хорошо знакомые им сказки и рассказы, а также рассказывать, опираясь на наглядный материал (описание игрушек, рассказывание по картине с близким детскому опыту сюжетом – из серий “мы играем”, “Наша Таня”, “Детский сад”). Дети постепенно учатся создавать короткие описания игрушек и картин (3-4 предложения). Сопровождение через драматизацию известных сказок, учит детей составлять высказывания типа повествования.

Воспитатель подсказывает ребенку способы связей в предложении, задает схему высказываний (“Пошел зайчик. Там он встретил. они стали. “), постепенно усложняя их содержание, увеличивая объем.
В индивидуальном общении детей учат рассказывать на темы из личного опыта (о любимых игрушках, о себе, о семье, о том, как они провели выходные, что делали в саду).

В возрасте 4-5 лет дети пересказывают содержание не только хорошо известных сказок и рассказов, но и тех, кто слышит в первый раз. В рассказе по картинке или игрушки дети сначала учатся строить высказывания описательного и повествовательного типа. Обращается внимание на структурное оформление описаний и повествований, и дается представление о разных зачинах рассказов (“Однажды”, “в этот раз”, и т. д.), средствах связи между предложениями и частями высказывания. Взрослый дает детям зачин и предлагает наполнить его содержанием, развить сюжет (“как-то раз. собрались звери на поляне. Стали они. Вдруг. Взяли звери. И тогда. “).

Необходимо учить детей включать в повествование элементы описания актеров, природы, диалоги героев рассказа, приучать к последовательности рассказывания. Примерно в 5,5 лет дети с помощью учителя в состоянии составить рассказ по серии сюжетных картинок: один ребенок рассказывает по одной картинке, другой продолжает, а воспитатель помогает связать переходы между фотографиями (“И тогда”, “В то время” и т. д.).

При систематической работе дети могут быть небольшие рассказы из личного опыта сначала с опорой на картинку или игрушку, а затем и без нее.
В 5-6 лет заметно снижается характерная для младших дошкольников ситуативность речи. Уже с четырех лет детям становятся доступны такие виды монологической речи, как описание (простое описание предмета) и повествование, а на седьмом году жизни – и короткие рассуждения. Однако полное освоение навыков детьми монологической речи возможно только в условиях целенаправленного обучения.

Основные направления в развитии речи детей старшего дошкольного возраста в программе “Детство”:

– Смысл и связность речи (диалога и монолога);

– Развитие речевого творчества, выразительности речи;

– Развитие индивидуальных способностей к речевой деятельности;

– Подготовка к обучению чтения.

Основной целью развития связной речи детей старшего дошкольного возраста является совершенствование монологической речи.

Дети приобретают навыки:

– пересказывать литературные произведения самостоятельно, правильно передавая идею и содержание, выразительно воспроизводя диалоги актеров;

-понимать и запоминать авторские средства выражения, использовать их в собственном пересказе, замечать в рассказах сверстников;

– пересказывать произведение близко к тексту, по ролям, по частям, от лица литературного героя;

– в описательных рассказах о предметах, объектах и явлениях природы точно и правильно подбирать слова, характеризующие особенности предметов; с помощью взрослого находить существенные особенности предметов, устанавливать иерархию признаков, определять и воспроизводить логику описательного рассказа; использовать разнообразные средства выразительности, в том числе и языковые (метафоры, сравнения, эпитеты, олицетворения);

– сочинять сюжетные рассказы по картине, из опыта, по игрушкам; с помощью учителя строить свой рассказ в соответствии с требованиями к структуре поверхности повествования: экспозиция (обрисовка действующих лиц, времени, места, действия), завязка (причина события), развитие событий и кульминация (момент наивысшего напряжения), развязка (окончание);

– различать литературные жанры: сказка, рассказ, загадка, пословица, стихотворение;

– в составленном повествовании отражать характерные особенности жанра; придумывая сказки, пользоваться свойственными жанру средствами выразительности и знаниями об особенностях сюжета (зачин и окончание сказки, присказка, троекратные повторы, победа добра над злом, волшебные предметы, герои, прокатки и т. д.);

-проявлять интерес к самостоятельному сочинению, создавать разнообразные виды творческих рассказов (в старшей группе – придумывание предложения и до конца рассказа, рассказы по аналогии, рассказы по плану воспитателя, по модели;

– в творческих рассказах проявлять индивидуальные способности к творческой речевой деятельности;

-уметь внимательно слушать рассказы сверстников, помогать им в случае затруднений, замечать речевые и логические ошибки и доброжелательно, конструктивно исправлять их;

– в старшем дошкольном возрасте развивать формы речи-рассуждения: письмо, речь, речь-доказательство, речь-планирование.

В 6 -7 лет решают следующие задачи:

-Развитие у детей направленного восприятия речи педагога и внимание к речи других детей;

-Формирование установки на активное использование фразовой речи при ответах на вопросы учителя;

-Закрепление навыков в составлении ответов на вопросы в виде развернутых предложений;

-Формирование умений адекватно передавать в речи изображенные на картинках простые действия;

-Усвоение детьми ряда языковых средств, прежде всего лексических (слова-определения, глагольная лексика и т. д.);

-Практическое овладение простыми синтаксическими моделями фраз, составляемых на основе непосредственного восприятия; формирование у детей элементарных умственных операций, связанных с овладением фразовой речью – умений соотносить содержание фразы-высказывания с предметом и темой высказывания.

Монологическая речь более развивается в обучении детей, то одним из условий развития диалогической речи является организация речевой среды, взаимодействия взрослых между собой, взрослых и детей, детей друг с другом.

Основным методом формирования диалогической речи в повседневном общении является разговор педагога с детьми. Эффективным методом является также дидактическая игра, подвижная игра используется прием словесных команд, совместная деятельность и специально организованные речевые ситуации.

В условиях возможности выбора разных программ ключевое значение приобретает знание педагогом возрастных возможностей детей и закономерностей речевого развития, задач речевого воспитания, а также умение воспитателя анализировать и оценивать программы с точки зрения их влияния на полноценное развитие речи детей. Особое внимание следует обращать на то, как обеспечивает развитие всех сторон речи, соответствуют ли требования к речи детей в возрасте нормами, или достигаются общие цели и задачи развития речи, обучения родному языку и воспитания личности.

Цель эксперимента: формирование связной речи детей старшего дошкольного возраста .

В исследовании принимали участие дети старшего дошкольного возраста 5-6 лет (5 мальчиков, 5 девочек).

Гипотеза исследования: развитие связной речи детей старшего дошкольного возраста будет эффективным при следующих условиях:

– использование фольклорных форм в различных режимных моментах, игровой и самостоятельной деятельности,

– постоянное применение сказок, басен, былин и пр. форм русского народного творчества в непосредственной образовательной деятельности.

Нами для проведения исследования была выбрана сказка для детей старшего дошкольного возраста «Гуси-лебеди», а также иллюстрация, отображающая главный эпизод сказки.

Пере­сказы мы записывали и анализировали по следующим показа­телям:

– лексика — полнота использования лексики оригинала, замена авторских выразительных средств собственными;

– грамматика — правильность построения предложения, умение использовать сложные предложения;

– плавность речи — наличие или отсутствие длительных пауз;

– самостоятельность— наличие или отсутствие необходи­мости в подсказках по ходу пересказа и в повторном чтении текста.

Каждый показатель оценивается нами отдельно. Высшая оцен­ка воспроизведения текста — 12 баллов (условно). 2 балла — правильное воспроизведение; последовательное и точное построение пересказа; использование авторских слов и своих точных слово замен; наличие разных типов предло­жений, отсутствие грамматических ошибок; полное от­сутствие неоправданных пауз; самостоятельное переска­зывание. 1 балл — незначительные отклонения от текста; отсутствие нарушений логики; отсутствие грамматичес­ких ошибок, преобладание простых предложений; отсут­ствие длительных пауз; небольшое количество подсказок. 0 баллов — неверное воспроизведение; нарушение струк­туры текста; бедность лексики; многочисленные паузы; необходимость в подсказках.

Таким образом, оценка в 12 баллов соответствует вы­сокому уровню воспроизведения текста, оценка свыше 6 баллов — среднему уровню, оценка меньше 6 баллов — низкому уровню.

Детям предлагали внимательно рассмотреть картинку и составить рассказ. Рассказы фиксировались и подвергались анализу с точки зрения предметно-логического содержания и языкового оформления.

Развитие связной речи оценивалось по следующим параметрам:

– целостность — единство темы; последовательность и структурное оформление;

– связность — оценивается путем анализа способов межфразовой связи, подсчитывается количество предложений, не связанных или формально связанных между собой;

– развернутость рассказа, его объем — измеряется путем подсчета слов и предложений, устанавливается соотношение простых и сложных предложений;

– самостоятельность — оценивается путем подсчета вспо­могательных вопросов;

– плавность — оценивается путем подсчета длительных пауз, нарушающих целостность рассказа.

Ориентируясь на обобщенную оценку указанных качеств, мы охарактеризовать примерные уровни развития связной речи детей. В приложении 1 отражены количественные данные по детям группы всех серий эксперимента (чел.). В таблице 1 показаны полученные данные по группе детей.

Зачин помогает узнать,кто будет героем сказки. А зачем нужна в сказке концовка?

Помогите написать сочинение-рассуждение на тему: Какие обстоятельства могут сделать ворону ручной птицей?

СРОЧНО ПОМОГИТЕ Выполни задание на выбор. 1. Прочитай отрывок. «Германн сошел с ума. Он сидит в Обуховской больнице в 17- м нумере, не отвечает ни на … какие вопросы и бормочет необыкновенно скоро: «Тройка, семерка, туз! Тройка, семерка, дама!..» Представь, что Германну всё-таки удалось выиграть, благодаря комбинации карт, подсказанной графиней. Чем бы тогда закончилось произведение? Придумай продолжение и запиши, соблюдая особенности повести(100- 120слов). 2. Напиши письмо (100-120слов) главному герою повести А.С. Пушкина «Пиковая дама» Германну. Выражая своё отношение к его поступкам, приведи аргументы, убеждающие, что герой нарушает нравственные законы.

Срочно!!! Пожалуйста по главам!! Наташа Ростова. «Жизнь сердца». Вопросы на доске: 1) В чем специфика ее портрета? 2) В чем специфика ее характера? 3) … За что ее любят князь Андрей и Пьер? 4) Как относится к ней Толстой? 5) Как объяснить Наташино увлечение Анатолием? 6) Можно ли говорить о богатстве ее натуры? 1) Когда произошла первая встреча князя Андрея и Наташи? 3) А когда произошла вторая встреча князя Андрея и Наташи? А третья встреча? – Как могло произойти, что князь Андрей полюбил Наташу? Что он в ней полюбил? – А кто еще любит Наташу? (Пьер) За что? – За что ее любят князь Андрей и Пьер? Что же составляет силу и сущность характера Наташи? Князь Андрей уезжает – Как ведет себя Наташа? Почему? – Где в это время проявилось оживление Наташи? – Как происходит, что в ее жизнь врывается порода Курагиных? – Можно ли увлечься Анатолем? Почему? – Что о нем говорит Толстой? Наташа принесла страдания себе, родным, князю Андрею. Толстой обращается к людям – нельзя так поступать, надо обдумывать свои поступки. Как к этому относится Толстой? Наташа сильно наказана за свой опрометчивый поступок. Чем?

Іван Мележ “Людзі на балоце”ПОЖАЛУЙСТА!!!як раскрываецца характар Васіля праз апісанне яго знешнасці, думак, перажыванняў? Якім паўстае Васіль у аднос … інах да маці, дзеда, брата, Ганны?ПОЖАЛУЙСТА!!!!ОЧЕНЬ НАДО!!!!!!​

о чём главном напоминает нам гоголь в повести портрет ​

Твір за псою “Ляльковий дім” тема: “Чому Нора уинула сім’ю”.​

почему только в этой главе становится известна настоящая фамилия ивана? Иван Богомолова​

В чëм особенности лирики поэта Александра Сергеевича Пушкина​

Задание 2. Прочитайте стихотворени М.Джалиля «Мои песни», «После войны», «Прости, Родина!». Письменно ответьте на вопросы к стихотворению «Мои песни». … – Какие чувства пробуждает стихотворение? – Какие моменты жизни поэта отразились в стихотворении? – Почему поэт обращается к своим песням с такой теплотой и любовью? Почему он видит в песнях дорогу к бессмертию? – Какая сила свойственна песням поэта? – Какое настроение заключают в себе последние строки стихотворения? – Какие изобразительно-выразительные средства помогают раскрыть идейное содержание стихотворения (сравнения, выразительные эпитеты, метафоры и т.д)

Как тема памяти раскрывается в стихотворениях «Вся суть в одном-единственном завете…», «Памяти матери»

Что такое зачин в сказке? Сказочный зачин, присказка и концовка

Зачин – что это такое? Примеры

Зачин – это традиционное начало сказки или былины. Примеры: «Жили-были…»; «В некотором царстве, в некотором государстве…»; «Как во городе то было да во Муроме…»

В народных произведениях зачин состоит из традиционного набора слов, содержит общепринятую формулу. Зачин связан с повествованием, он указывает на время и место действия, называет персонажей.

Например, в былинах про русских богатырей и князя Владимира Красно Солнышко зачин может быть таким:

Как во славном во городе во Киеве,
У ласкового князя у Владимира..

Слово «зачин» происходит от глагола «зачинать» – то есть начинать, приступать к чему-либо. Русская пословица гласит: «Зачин дело красит». Это значит, что хорошее начало предопределяет успех всего дела.

Синонимы к слову «зачин»: начало, вступление, введение, присказка, запев.

Зачин, присказка и концовка в сказке

Концовка – это традиционное завершение сказки. Например: «И я там был, мед-пиво пил…»; «И жили они долго и счастливо…»; «Сказка – ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок»; «Тут и сказке конец, а кто слушал – молодец».

Присказка – это короткая забавная история, которую рассказывают перед полноценной сказкой. Цель присказки – захватить внимание слушателя, раздразнить его и развеселить, подготовив к восприятию настоящей длинной сказки.

Пример присказки: «Жил-был царь, у царя был двор, на дворе был кол, на колу мочало; не сказать ли с начала?»

Присказка в сказке и запев в былине не являются зачином в полном смысле – они не связаны с повествованием, это внесюжетные элементы. Не зря после присказку часто заканчивают словами: «Это присказка – не сказка, сказка будет впереди».

Вообще же, присказка встречается нечасто – в фольклорных сборниках их можно пересчитать по пальцам. Вероятно, их использовали для привелечения внимания лишь скоморохи и иные профессиональные рассказчики.

Зачин в литературе

«Искусственный» зачин иногда используют поэты в стилизациях народных песен или сказок. Однако в них уже нет традиционных повторяемых формул, так что подобный «зачин» – это уже литературная игра.

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Про тебя нашу песню сложили мы,
Про твово любимого опричника
Да про смелого купца, про Калашникова.

М.Ю. Лермонтов, «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова»

Зачин в сказке «Царевна-лягушка»

«Царевна-лягушка» – волшебная сказка, в ней происходят чудеса и невероятные превращения.

В начале у сказки – зачин: «В некотором царстве, в некотором государстве…»

Завершается сказка концовкой: «И стали они жить дружно, в любви и согласии».

Тут и там в сказке встречаются повторы: жил-был, подумал-подумал, царство-государство, осыпали костями-огрызками.

Используются неизменные эпитеты: тугие луки, острая стрела, птицы летучие, животные рыскучие, солнце ясное, столы дубовые, повесил буйну голову, дремучие леса.

Иллюстрация к сказке «Царевна-лягушка». Иван Билибин

Зачин в сказке «Сивка-Бурка»

Зачин в сказке про Сивку-Бурку следующий: «Жил-был старик, у него было три сына».

Концовка: «Я на том пиру был, мед-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало».

«Сивка-бурка, вещая каурка». Типография товарищества И.Д. Сытина, 1906 год

Зачин в сказке «Иван – крестьянский сын и Чудо-Юдо»

Зачин в сказке про Ивана – крестьянского сына и Чудо-Юдо: «В некотором царстве, в некотором государстве жили-были старик и старуха, и было у них три сына».

Зачин в былине «Вольга и Микула Селянинович»

В былине о Вольге Святославовиче и Микуле Селяниновиче зачин посвящен рождению и взрослению князя Вольги:

Когда воссияло солнце красное,
На тое ли на небушко на ясное,
Тогда зарождался молодой Вольга,
Молодой Вольга Святославович.

Смысл зачина былины «Вольга и Микула Селянинович» в том, что он описывает становление князя Вольги, готовит к его противопоставлению с крестьянином Микулой.

Вольга Святославович и Микула Селянинович. Иллюстрация Ивана Билибина

Былина украшена повторами, гиперболами (художественными преувеличениями) и постоянными эпитетами.

Зачин в сказке «Конек-горбунок»

«Конек-горбунок» – литературная сказка в стихах, написанная Петром Ершовым в 1834 году. Это не народная сказка, поэтому у нее оригинальный авторский зачин:

За горами, за лесами,
За широкими морями,
Против неба – на земле,
Жил старик в одном селе.
У старинушки три сына.
Старший умный был детина,
Средний сын и так и сяк,
Младший вовсе был дурак.

Концовка также стилизована под народную сказку:

Сердцу любо! Я там был,
Мед, вино и пиво пил;
По усам хоть и бежало,
В рот ни капли не попало.

Иллюстрация к сказке «Конек-горбунок». Владимир Милашевский

Зачин сказки, присказка и концовка

Зачин сказки, присказка, былинный запев, молитвенное вступление, концовка – это части, входящие в структуру фольклорного произведения. Их следует отличать друг от друга. Сложное композиционное построение народных сказок не является случайным. Каждая из имеющихся в них частей играет определенную роль.

Что такое присказка

Большинство сказок, особенно волшебных, начинаются с присказки. Благодаря ее существованию слушатель постепенно погружается в особый мир и тем самым готовится к восприятию всего литературного произведения.

Читая или слушая присказку, как ребенок, так и взрослый человек в своем воображении создают образ кота Баюна, им видится остров посреди океана, на нем возвышается могучий дуб с золотыми цепями и загадочным сундуком на могучих ветвях, вдали виднеется город из неведомого царства-государства.

Особенность, которой отличается присказка: зачин сказки, несмотря на свои маленькие размеры (порой это лишь несколько слов), способен сразу погрузить читателя в мир магии и волшебства. А это очень важно, ведь человек настроен не только получить наслаждение от прочитанного, но и постичь глубокую народную мудрость, которая заключена в содержании сказки. А без особого настроя добиться этого бывает очень сложно.

Очень часто присказка имеет юмористический характер с элементами неразберихи, тарабарщины, путаницы, игры слов. Благодаря такому приему удается избежать излишней назидательности, но при этом сохранить воспитательную роль произведения.

Функции зачина

Чтобы до конца понять, что такое зачин в сказке, необходимо разобраться в его назначении. Оно состоит в выполнении сразу нескольких задач:

• познакомить читателя с главными персонажами сказочного произведения;
• рассказать о времени совершения описанного действия;
• дать представление о месте, где происходят события.

Юные читатели должны понимать, что зачин сказки очень важен. Уже в самом начале произведения можно получить достаточно много информации, которая в дальнейшем поможет до конца понять образ героев, их характеры и поступки.

Зачин сказки обязательно укажет на то, что язык произведения, с которым предстоит познакомиться, совершенно не похож на обыденную речь. Примером этому могут стать следующие выражения: “в некотором царстве, в некотором государстве”, “золотые маковки”, “стоит древо”, “сказка сказывается”, “море-окиян” и многие другие “сказочные” слова.

Начало сказок, их разнообразие

Зачины сказок и концовки имеют огромное разнообразие, их отличает структура, язык, смысловое содержание. Традиционное начало имеют только около 36% фольклорных произведений. Оно известно каждому человеку, воспитанному на традициях русского народного творчества. С раннего детства, когда ребенку рассказывают сказку, он слышит такие слова: “Жили-были…” Всего же при изложении сказок используется по меньшей мере девять разновидностей зачинов.

Концовка

“Вот и сказке конец, а кто слушал – молодец!” – традиционная форма концовки многих народных сказок. Кроме приведенного примера известно еще не менее пяти вариантов, с помощью которых сказочник может закончить рассказанную им историю. Зная, что такое зачин в сказке и для чего он используется, нетрудно догадаться, с какой целью употребляется концовка. Сказочные действия должны быть приведены к логическому завершению. Это помогает сделать грамотно составленная концовка произведения. Например, сказочник может закончить повествование так: “Живут-поживают да добра наживают!”, “Так часто бывает!”, “Живут, хлеб жуют!”. Иногда рассказчик может закончить сказку совсем неожиданно, но он должен помнить, что концовка подводит итог всему сказанному.

Другие особенности структуры фольклорного произведения

Присказка, зачин сказки, основная ее часть, концовка могут содержать повторы. Каждый новый повтор чем-то отличается от предыдущего, и благодаря этому читатель может предполагать, чем закончится все повествование.

В структуру народных сказок естественным образом вписываются стихотворные части, что придает произведению музыкальность, настраивает читателя на особую поэтическую волну.

Стихи, используемые сказочником, имеют свои особенности. Огромный интерес у читателей вызывают сказочные повествования, полностью написанные таким стихом. Литераторы называют его сказовым.

В процессе изложения содержания сказки рассказчику иногда приходится не только говорить, но даже петь, так как герои часто используют именно такую форму общения между собой. Достаточно вспомнить сказки “Сестрица Аленушка и братец Иванушка”, “Кот, Петух и Лиса”, “Волк и семеро Козлят” и другие.

Звукоподражания, живой диалог между героями сказки, эпитеты, сравнения, гиперболы делают произведения народного творчества яркими и неподражаемыми. Ведь не зря русские сказки любят все, от мала до велика: в фольклоре заключена не только мудрость, но и истинная красота русского слова.

Присказки и докучные сказки. Зачин сказки, присказка и концовка

Как многолика сказка! И между тем этот фольклорный жанр делится еще на несколько групп, в одной из которых находятся присказки и докучные сказки. Это шуточные фольклор для детей. Сказка не ради сказки, а ради забавы. Короткие, без основного действия и завершения, эти произведения народного творчества созданы, чтобы рассмешить, запутать маленького слушателя. Неожиданный обман раскрывается после первых двух строчек сказки, многочисленные повторы и вот уже у детей крик недовольства или веселый смех. Ага, надули!

Докучные сказки

Докучные сказки можно поставить на одну ступеньку с потешками и прибаутками. Этими коротенькими сказочками по мнению В. Проппа, рассказчик хотел угомонить детей, которые бесконечно просили рассказывать сказки. И неудивительно докучные сказки коротки и вместе с тем бесконечны: “… начинай читать сначала…”.

Часто это смешное короткое повествование, смахивает слезы обиды на глазах ребенка от того, что сказку ему не хотят рассказывать. Дети быстро запоминают докучные сказки и с удовольствием повторяют их.

В некотором царстве,
В некотором государстве

Жил-был царь, у царя был сад,
В саду был пруд, в пруды был рак…
Кто слушал – тот дурак.

Хочешь сказку про лису? Она в лесу.

На улице лето, под окошком – лавка,
В лавке елец – сказке конец!

Жил-был старик, у старика был колодец, а в колодце том елец; тут и сказочке конец.

Был себе царь Додон.
Построил он костяной дом.
Набрал со всего царства костей.
Стали мочить – перемочили,
Стали сушить – кости пересохли.
Опять намочили.
А когда намокнут – тогда доскажу!

Жил был царь, у царя был двор,
На дворе был кол, на колу – мочало;
не сказать ли сказку сначала?

Плавал и плавал у плотины карась…
Сказка моя уже началась.
Плавал и плавал карась у плотины…
Сказка рассказана до половины.
Поймал бы я Вам за хвост карася…
Да жаль, что сказка рассказана вся

Расскажу я Вам сказку про белого бычка… Вот и сказка вся!

– Расскажи!
-Ты говоришь: расскажи, я говорю: расскажи…

– Рассказать ли тебе докучную сказочку?
-Не надо.
– Ты говоришь: не надо, я говорю: не надо…
– Рассказать ли тебе докучную сказочку? (и так далее)

Рассказать сказку про гуся?
– Расскажи.
– А она уже уся.

Рассказать сказку про утку?
– Расскажи.
– А она ушла в будку.

Присказки

Присказка – она же в народе побасенка, присказулька – повторяется во многих сказках, и следует до зачина основного повествования. Часто присказка не связана с основным текстом сказки. Она как бы предвосхищает, готовит слушателей, открывает оконце в мир сказочного действа. Русскую присказку легко узнать. Это повторяющиеся во многих сказках 2-3 предложения. “Жили, были…” и т.п.

Иногда народная присказка становится нарицательной и при этом она располагается в основном повествовании: “Сивка бурка вещая каурка”, “по локоть в золоте, по колено в серебре”, “…повернись ко мне передом, к лесу задом”.

Удивительно, но присказка может располагаться и в конце сказки. Тогда она завершает сказание и ребенок, слушающий или читающий, понимает, что сюжет повествования выдуман “…и я там был, мед пиво пил…”, “…по усам текло, в рот не попало..”. Часто эти последние строчки вынуждают детишек посмеяться: “…синь кафтан, а мне казалось скинь кафтан…”. Иногда сказка заканчивается пословицей и подводит итог или выявляет мораль сказки.

Присказки

Сказка от начала начинается, до конца читается, середке не перебивается.
Чур, мою сказку не перебивать; а кто ее перебьет, тот трех дней не проживет (тому змея в горло заползет).
На море океане, на острове Буяне.
Это присказка – не сказка, сказка будет впереди.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.
В некотором царстве, в некоем государстве.
В тридесятом царстве.
За тридевять земель, в тридесятом государстве.
Под темными лесами, под ходячими облаками, под частыми звездами, под красным солнышком.
Сивка-бурка, вещий каурка, стань передо мной, как лист перед травой!
Полымя из ноздрей, пар (дым) из ушей.
Огнем дышит, полымем пышет.
Хвостом след устилает, долы и горы промеж ног пускает.
С молодецкого посвисту пыль столбом.
Конь копытом бьет, удила грызет.
Тише воды, ниже травы. Слышно, как трава растет.
Растет не по дням, по часам, как пшеничное тесто на опаре киснет.
Во лбу светел месяц, в затылке часты звезды.
Конь бежит, земля дрожит, из ушей полымя пышет, из ноздрей дым столбом (или: полымя из ноздрей, дым из ноздрей).
По локоть в красном золоте, по колени ноги в чистом серебре.
Облачается небесами, подпоясывается зорями, застегивается звездами.
Утка крякнула, берега звякнули, море взболталось, вода всколыхалась.
Избушка, избушка на курьих ножках, повернись к лесу задом, ко мне передом!
Стань, белая береза, у меня назади, а красна девица напереди!
Стань передо мной, как лист перед травой!
Ясни, ясни на небе, мерзни, мерзни, волчий хвост.
Ни словами (ни в сказке) сказать, ни пером описать.
Из сказки (из песни) слово не выкидывается.
Не за былью и сказка гоняется.
Полетела птица синица за тридевять земель, за си: море-окиян, в тридесято царство, в тридевято государство.
Берега кисельные, реки сытовые (молочные).
На поле-поляне, на высоком кургане.
В чистом поле, в широком раздолье, за темны лесами, за зелеными лугами, за быстрыми реками, крутыми берегами.
Под светлым месяцем, под белыми облаками, и частыми звездами и пр.

На море, на окияне, на острове на буяне стоит бык печеный: в заду чеснок толченый, с одного боку-то режь, а с другого макай да ешь.
На море, на окияне, на острове на буяне лежит бел горюч камень алатырь.
Близко ли, далеко ли, низко ли, высоко ли.
Не сизый орел, не ясный сокол подымается…
Не лебедь белая (серая) выплывала…
Не белы снеги в чистом поле забелелись… |
Не черны леса дремучие чернеются…
Что не пыль-поле подымается…
Не туман сизый с раздолу под мается…
Свистнул, гаркнул, молодецким посвистом, богатырским покриком.
Вправо поедешь (по раздорожью) — коня потеряешь; влево поедешь самому живу не быть.
Доселе русского духу слыхом не слыхано, видом не видано, а ныне русский дух в очью является.
За белы руки принимали, за столы белодубовы сажали, за скатерти браные, за яства сахарные, за питья медвяные.
Чудо-юдо, мосальская губа.
Мертвой и живой воды добыть.
Баба-яга, костяная нога, в ступе едет, пестом упирает, помелом след заметает.

Я там был, пиво пил; пиво-то по усу текло, да в рот не попало.
Стали жить поживать, и теперь живут, хлеб жуют.
Стали жить поживать, ума наживать, а лиха избывать.
Я сам там был, мед и пиво пил, по усам текло, в не попало, на душе пьяно и сытно стало.
Вот тебе сказка, а мне бубликов вязка.
Жил-был царь овес, он все сказки унес.
Я там был, вместе уху хлебал, по усу текло, а в рот не попало.
Стал по-старому поживать, лиха не знать.
Подали белужины – остался не ужинавши.
Стал жить да бывать, хлеб жевать.
Когда насыплет (доскачет, доживет), тогда и дальше скажу, а пока мочи нет.
На том пиру и я был, мед-вино пил, по усам текло, да в рот не попало; тут меня угощали: отняли лоханку от быка да налили молока; потом дали калача, в ту ж лоханку помоча. Я не пил, не ел, вздумал утираться, со мной стали драться; я надел колпак, стали в шею толкать!
Я там обедал. мед пил, а уж какая была капуста – ино теперь в роте пусто.
Вот вам и сказка, а мне бубликов связка.

Присказки и докучные сказки для детей очень интересны. Они не просто занимают ребенка, но и позволяют тренировать память, развивать фантазию, но и делают мир детства шире и интереснее.

Зачин сказки, присказка, былинный запев, молитвенное вступление, концовка – это части, входящие в структуру фольклорного произведения. Их следует отличать друг от друга. Сложное композиционное построение народных сказок не является случайным. Каждая из имеющихся в них частей играет определенную роль.

Что такое присказка

Большинство сказок, особенно волшебных, начинаются с присказки. Благодаря ее существованию слушатель постепенно погружается в особый мир и тем самым готовится к восприятию всего

Читая или слушая присказку, как ребенок, так и взрослый человек в своем воображении создают образ кота Баюна, им видится остров посреди океана, на нем возвышается могучий дуб с золотыми цепями и загадочным сундуком на могучих ветвях, вдали виднеется город из неведомого царства-государства.

Особенность, которой отличается присказка: зачин сказки, несмотря на свои маленькие размеры (порой это лишь несколько слов), способен сразу погрузить читателя в мир магии и волшебства. А это очень важно, ведь человек настроен не только получить наслаждение от прочитанного, но и постичь глубокую народную мудрость, которая заключена в содержании сказки. А без особого настроя добиться этого бывает очень сложно.

Очень часто присказка имеет юмористический характер с элементами неразберихи, тарабарщины, путаницы, игры слов. Благодаря такому приему удается избежать излишней назидательности, но при этом сохранить воспитательную роль произведения.

Функции зачина

Чтобы до конца понять, что такое зачин в сказке, необходимо разобраться в его назначении. Оно состоит в выполнении сразу нескольких задач:

• познакомить читателя с главными произведения-
• рассказать о времени совершения описанного действия-
• дать представление о месте, где происходят события.

Юные читатели должны понимать, что зачин сказки очень важен. Уже в самом начале произведения можно получить достаточно много информации, которая в дальнейшем поможет до конца понять образ героев, их характеры и поступки.

Зачин сказки обязательно укажет на то, что язык произведения, с которым предстоит познакомиться, совершенно не похож на обыденную речь. Примером этому могут стать следующие выражения: “в некотором царстве, в некотором государстве”, “золотые маковки”, “стоит древо”, “сказка сказывается”, “море-окиян” и многие другие “сказочные” слова.

Начало сказок, их разнообразие

Зачины сказок и концовки имеют огромное разнообразие, их отличает структура, язык, смысловое содержание. Традиционное начало имеют только около 36% фольклорных произведений. Оно известно каждому человеку, воспитанному на традициях С раннего детства, когда ребенку рассказывают сказку, он слышит такие слова: “Жили-были…” Всего же при изложении сказок используется по меньшей мере девять разновидностей зачинов.

Концовка

“Вот и сказке конец, а кто слушал – молодец!” – традиционная форма концовки многих народных сказок. Кроме приведенного примера известно еще не менее пяти вариантов, с помощью которых сказочник может закончить рассказанную им историю. Зная, что такое зачин в сказке и для чего он используется, нетрудно догадаться, с какой целью употребляется концовка. Сказочные действия должны быть приведены к логическому завершению. Это помогает сделать грамотно составленная концовка произведения. Например, сказочник может закончить повествование так: “Живут-поживают да добра наживают!”, “Так часто бывает!”, “Живут, хлеб жуют!”. Иногда рассказчик может закончить сказку совсем неожиданно, но он должен помнить, что концовка подводит итог всему сказанному.

Другие особенности структуры фольклорного произведения

Присказка, зачин сказки, основная ее часть, концовка могут содержать повторы. Каждый новый повтор чем-то отличается от предыдущего, и благодаря этому читатель может предполагать, чем закончится все повествование.

В структуру народных сказок естественным образом вписываются стихотворные части, что придает произведению музыкальность, настраивает читателя на особую поэтическую волну.

Стихи, используемые сказочником, имеют свои особенности. Огромный интерес у читателей вызывают сказочные повествования, полностью написанные таким стихом. Литераторы называют его сказовым.

В процессе изложения содержания сказки рассказчику иногда приходится не только говорить, но даже петь, так как герои часто используют именно такую между собой. Достаточно вспомнить сказки “Сестрица Аленушка и братец Иванушка”, “Кот, Петух и Лиса”, “Волк и семеро Козлят” и другие.

Звукоподражания, живой диалог между эпитеты, сравнения, гиперболы делают произведения народного творчества яркими и неподражаемыми. Ведь не зря русские сказки любят все, от мала до велика: в фольклоре заключена не только мудрость, но и истинная красота русского слова.

Внимание, только СЕГОДНЯ!

Все интересное

Сказка доходит до читателя разными путями. Сказочник может придумать сюжет, кому-то рассказать, а его слушатель что-то добавить и передать следующему – и так далее. В результате получается народная сказка, когда уже трудно бывает установить, кто же…

Сказки начинаются не одинаково. Особенно разнообразны начала авторских сказок. Однако можно проследить определенную тенденцию в написании зачинов. Возможно, корни многих из них уходят в известные всем слова «жили-были…». Начальные…

Лингвистическая сказка – это очень интересный вид обучения, который лучше всего себя зарекомендовал для учеников младших и средних классов. С ее помощью можно увлекательно рассказать о правилах русского языка, членах предложения, различных частях…

Знакомясь со сказками А.С. Пушкина, читатель попадает в увлекательный и волшебный мир. В этих великолепных произведениях отразилась любовь автора к русским народным преданиям, сказаниям, песням, к истории своего народа. Над сказочными сюжетами…

Сказка – спутник детства любого ребенка. Сказки о животных, волшебные сказки способны расцветить мир всеми красками. На несколько минут ребенок вместе со взрослым может перенестись в чудесный мир, наполненный невиданными героями и приключениями.…

В сказках рассказывается о событиях, которых на самом деле не было. Поэтому целесообразность их сочинения неоднократно подвергалась сомнениям. Так приносят ли сказки пользу своим читателям, и если да, то какую? Прежде чем дать ответ на вопрос о…

Сказка складом красна – гласит народная мудрость. Особое мироощущение, что заложено в этом удивительном повествовании, магически вбирает в себя нереальность, волшебство и скрытую за иносказаниями правду жизни. Понятие сказки глубоко и многогранно.…

Сказка – это один из видов фольклора, т.е. устного народного творчества. Часто термином «сказка» называют совершенно разные виды прозы: от рассказа о животных до сатирических анекдотов. Поэтому возникает необходимость определить сказку…

Любимая всеми фраза «Это только присказка, сказка впереди» может трактоваться двояко. И как дальше все будет интереснее и интереснее, или это только цветочки, ягодки дальше пойдут. И как обещание, и как угроза. Это при бытовом…

Сказка – неотъемлемая часть детства. Вряд ли найдется человек, который, будучи маленьким, не выслушал множество самых разных историй. Повзрослев, он пересказывает их своим детям, которые понимают их по-своему, вырисовывая в воображении образы…

Государь ты наш Сидор Карпович, много ли тебе от роду лет?- Семьдесят, бабушка, семьдесят, Пахомовна!

Государь ты наш Сидор Карпович, когда ты умирать будешь?

В среду, бабушка, в среду, Пахомовна!

Государь ты наш Сидор Карпович, когда ж тебя хоронить будут?

В пятницу, бабушка, в пятницу, Пахомовна!

Государь ты наш Сидор Карпович, чем тебя поминать будут?

Блинами, бабушка, блинами, Пахомовна!

Ехали три молодых парня по реке в легоньком стружке. У одного была привычка утирать под носом указательным пальцем, у другого – постоянно зачесывать волосы рукою, а у третьего почесывать бока.

Разговорились они между собой. Тот, который утирал под носом пальцем, сказал:

Братцы! Не худо бы нам отстать от своих привычек!

Другие согласились с ним.

Посидели так какое-то время, а у каждого рука так и чешется: у одного тянется к носу, у другого – к голове, у третьего к бокам.

Тут увидели, что к ним подплывает лодка.

Первый парень крепился, крепился, да и сказал, подтирая под носом:

Жил-был принц, он хотел взять себе в жены принцессу, да только настоящую принцессу. Вот он и объехал весь свет, искал такую, да повсюду было что-то не то; принцесс было полно, а вот настоящие ли они, этого он никак не мог распознать до конца, всегда с ними было что-то не в порядке. Вот и воротился он домой и очень горевал: уж так ему хотелось настоящую принцессу.

Как-то ввечеру разыгралась страшная буря; сверкала молния, гремел гром, дождь лил как из ведра, ужас что такое! И вдруг в городские ворота постучали, и старый король пошел отворять.

У ворот стояла принцесса. Боже мой, на кого она была похожа от дождя и непогоды! Вода стекала с ее волос и платья, стекала прямо в носки башмаков и вытекала из пяток, а она говорила, что она настоящая принцесса.

Без присказки сказки – что без полозьев салазки.

Начинается сказка, начинается побаска – сказка добрая, повесть долгая, не от сивки, не от бурки, не от вещего каурки, не от молодецкого посвисту, не от бабьего покрику.

Вот диво – так диво! На море, на океане, на острове Буяне стоит древо – золотые маковки. По этому древу ходит кот Баюн: вверх идет – песню заводит, вниз идет – сказки сказывает.

Были тут две избушки, печки муравленые, потолки черных соболей, жили тут двенадцать богатырей.

Сидели Ермаки – высокие колпаки, сидели Ермошки – длинные ножки.

Пришли вятские в Москву. Стоят перед башней Ивана Великого и говорят:

Как они туда затащили крест?

А другой стоит и говорит:

Вот чудо великое! Башню Ивана Великого нагнули да крест воткнули!

Однажды мужик пошел в лес дрова рубить, подошел к озеру, сел на берег и нечаянно уронил топор в воду. Сидит он и плачет. Вдруг из воды выходит черт и спрашивает:

Чего, мужик, плачешь?

Топор уронил.

Ушел черт в воду и через недолгое время приносит мужику серебряный топор и спрашивает:

Твой топор?

Нет, – отвечает мужик, – не мой.

Жил в деревне бедный мужичок. Вот однажды работает он в мороз в худенькой своей одежонке, дрова рубит – не нагреется; лицо его от мороза разгорается.

Въезжает в деревню барин, остановился около мужика:

В какую стужу ты рубишь!

Эх, сударь, нужда рубит!

Барин изумился, спрашивает кучера:

А что, кучер, какая это нужда? Знаешь ли ты ее?

Шли два приятеля вечернею порой

И дельный разговор вели между собой,

Как вдруг из подворотни

Дворняжка тявкнула на них;

За ней другая, там еще две-три, и вмиг

Со всех дворов Собак сбежалося с полсотни.

Один было уже Прохожий камень взял.

“И, полно, братец! – тут другой ему сказал, –

Собак ты не уймешь от лаю,

Лишь пуще всю раздразнишь стаю;

Пойдем вперед: я их натуру лучше знаю”.

В райском саду под деревом познания цвел розовый куст; в первой же распустившейся на нем розе родилась птица; перья ее отливали чудными красками, полет ее был – сиянием, пение – дивной гармонией.

Но вот Ева вкусила от дерева познания, и ее вместе с Адамом изгнали из рая, а от пламенного меча ангела возмездия упала в гнездо одна искра. Гнездо вспыхнуло, и птица сгорела, но из раскаленного яйца вылетела новая, единственная, всегда единственная в мире птица феникс. Мифы говорят, что она вьет себе гнездо в Аравии и каждые сто лет сама сжигает себя в гнезде, но из раскаленного яйца вылетает новый феникс, опять единственный в мире.

• Презентацию к конкурсу «Сердце отдаю книге» выполнила Караблина Татьяна,13 лет, ученица 8 «А» класса МБОУ Чулымского лицея. Место проживания: НСО, город Чулым, улица Садовая 1 «в», квартира 17. Индекс 632551. Контактные телефоны: 21-593; 8-913-956-56-13

Русские народные сказки…

В детстве каждый ребёнок читает всеми любимые русские народные сказки, знакомится с Колобком, Машей и медведем, Сивкой-буркой, Василисой Премудрой… Такие сказки помогают вырабатывать в человеке совершенно индивидуальную личность! Русские народные сказки ещё давным-давно прочертили в нашем мире тонкую, но прочную грань между добром и злом. Такие сказки помогают нам жить как можно проще и лучше…

• Дети моего поколения сказки оставили далеко-далеко, в самом тёмном и глухом уголке детства, а вот мамы и папы, бабушки и дедушки иначе, всё чаще и чаще вспоминают эти чудотворения, дабы постоянно поучать нас, строптивых подростков!
• Поэтому сейчас я предлагаю посетить этот волшебный мир русских народных сказок и понять, нужны ли они нам? Важны ли они для нас? И какие же выводы мы сделаем после этого путешествия? Что ж, время очень скоро всё покажет…

• Каждая сказка начинается с присказки, вот и мы начнём своё путешествие в страну русских народных сказок именно с неё:

• На море, на океане, на острове Буяне стоит дерево – золотые маковки. По этому дереву ходит кот-баюн: вверх идёт – песню заводит, вниз идёт – сказки сказывает.
• Это ещё не сказка, а присказка, а сказка вся впереди. Будет сказка сказываться с утра до обеда, поевши мягкого хлеба…

Ориентировочная карта: какими они бывают, эти сказки?

Страшные сказки!

• Та-а-к… Вот мы и на первой станции… Встретила нас Бабушка Яга! Что ж, будем расспрашивать какие сказки и за что стали именоваться страшными!

Страшные сказки!

Ага, а к страшным сказкам относятся и мои любимые русские народные сказки! «Гуси-лебеди», «Мальчик с пальчик», «Иван-чудо», «Окаменелое царство»… Я на таких сказках выросла и никогда бы не подумала, что они такие уж страшные! Ну, раз люди говорят, то конечно… Хм, интересно, а почему считается, что у бабушки Яги нога костяная? И что же такого горючего пьёт Змей Горыныч, что дышит пламенем? Может спросить?

Страшные сказки!

Эх, ну и за что же они страшные? Просто загадка какая-то! Может вспомним о чём хотя бы одна из этих сказок и потом попытаемся найти в ней хоть что-то страшное? Ну, в путь! Вспомним сказку о… Хаврошечке, сказка об этой девушке, говорят, тоже относится к разделу страшных русских народных сказок! Хм… Да, начало и впрямь мучительно трогательное: Крошечка-Хаврошечка осталась сиротой и попала в руки к злым людям… Батюшки! А сёстры-то у Хаврошечки одна Одноглазка, другая Двуглазка, третья Триглазка! Ну не сёстры, а как бы сказали наши учёные, да и просто люди нашего времени, таких девушек называют мутантами! И правда зловеще… Дальше вроде бы получше, у Хаврошечки есть коровка, при чём говорящая! Боже мой! Да эта коровка просто чудо какое-то! Хаврошечка, когда ей сложно справляться с домашними делами, коровке в одно ушко влезает, из другого вылезает! Зрелище, скажу я Вам, не для слабонервных! Бедная коровка! После того, как Хаврошечка проделает такой трюк, работы оказывались уже сделанными! Чудеса в решете, честное слово…

Страшные сказки!

Так на чём мы остановились? Ах, да! Так вот и выполняла зачастую домашние работы Хаврошечка. Но мачеха-то у неё женщина умная, поняла, что ей кто-то помогает и послала следить за Хаврошечкой Одноглазку, в следующий раз Двуглазку, а толку-то? Хаврошечка споёт им колыбельную, те через минут пять уже седьмой сон досматривают! Только вот Триглазкку не до конца усыпила! Всё та маме своей рассказала… Вот наказала бы я такую ябеду! Коровку из-за этой мутантки зарезали! Ну, Хаврошечка тоже не промах, закопала косточки коровки в землю, и воросла из них яблоня драгоценная, при чём в прямом смысле этого слова! Вот благодаря такой яблоньке Хаврошечка любовь свою и нашла! Вот как сказка «страшная» кончилась: «И стала она в добре поживать, лиха не знать.»

Сердце страшным сказкам я отдала ещё в детстве… И не зря! Только вот страшные они не потому, что в них кровь, битвы, вампиры и ужастики разнообразные, нет! Просто в таких сказках рассказывается о страшной правде жизни. Ведь люди тоже бывают страшными, не внешне, а внутренне. На самом же деле даже в страшных сказках добро побеждает зло, а улыбка одерживает победу над ужасом, страхом, а главное – унынием! Ведь не зря же говорят, что уныние – это смертельный грех… Для Вашей души. По этому давайте будем улыбаться как можно больше вместе со страшными сказками! Это и для здоровья полезно, и для души!

• Ну что, следующая наша станция называется «Шуточные сказки»!

Я на самом деле отдаю своё сердце сказкам, а такое путешествие затеяла потому, что хочу понять вместе с Вами, как же они важны… Ведь в настоящее время сказки постепенно вымирают из нашей жизни, испаряются, как вода с мокрого асфальта…Всё потому что мы их почти не читаем, а я предлагаю их читать как можно больше. Русские народные сказки ведь для того и созданы, чтобы их читали и тем самым продлевали их жизни, давайте вернём им их право на существование! Пожалуйста!

• Вот мы и в гостях у шуточных сказок! А к шуточным сказкам относятся такие произведения народа, как «Война грибов», «Солдат и чёрт», «Хорошо да худо», ну и другие, конечно же. Ну что, рассмотрим какую-нибудь из них? Ну, с Богом! 

• Можно я своими словами попробую рассказать Вам эту сказку? Ну, поехали! 
• Жили-были дед да баба… Шучу конечно же! Они хоть и жили, да только не в этой сказке. А в этой сказке жили-были, пили-ели пузырь, соломинка и лапоть. И пошли они как-то в лес дрова рубить. Дошли до реки, реки красивой, и не знают, как перейти им через эту реку.
• Лапоть говорит пузырю:
• Пузырь, а давай на тебе переплывём!
• Нет, друг! Пусть соломинка перетянется с берега на берег, по ней и перейдём!
• Соломинка (сугубо из женской солидарности) исполнила их просьбу. Лапоть пошёл по соломинке (по девушке идти! И где же, интересно, мужская галантность?), она и переломилась. Лапоть упал в воду.
• А пузырь хохотал, хохотал, да и лопнул!

М-да… Сначала конечно смешно, но на самом-то деле мне соломинку жалко! Да и товарищества здесь совершенно никакого нет со стороны мужской половины! Ни соломинке не помогли, ещё и сами по ней собрались пройти! А когда соломинка сломалась, а лапоть в воду упал, что ж пузырь смеётся? Чего смешного? Неужели нельзя помочь! В итоге друзьям не помог, да ещё и сам себя погубил!

• Но не смотря на то, что я так критикую эту сказку, я понимаю, что данная сказка очень поучительна. Особенно для детей младшего школьного возраста, когда у них только вырабатываются их личные качества. В общем, в любом случае, отдав сердце так же и шуточным сказкам, я не ошиблась, и это радует!
• А сейчас можно и улыбнуться, так сказать для души и настроения!                           

• Вот мы и рассмотрели два раздела русских народных сказок. Осталось всего-навсего три раздела.
• Интересно, а какие книжки любят читать нынешние первоклашки? И читают ли?
• За новое поколение школьников я очень переживаю. Ну не такие они, какими были мы! А может мне только кажется, что мы были спокойнее? В любом случае детям нужны сказки. Книга русских народных сказок должна быть другом любого ребёнка! Дети должны читать, а не ввязываться в сомнительные компании подростков!
• Иногда даже первоклашек с сигаретой в руках можно увидеть! Но так ведь нельзя! Нужно исправлять ситуацию, книжка – это одно из первых лекарств в данном случае, а главное – это внимание к ребёнку… А ведь нынешние мамы в основном бизнес-леди…

• Ну вот мы и на станции чудесных сказок о зверях, птицах, рыбах! А к этим сказкам относится и всеми любимая сказка о Колобке! Так же этот раздел занимают вполне полноправно «Репка», «Ворона» и многие другие сказки. Ну что, поищем чудеса в «Колобке»? Узнаем, чему учат такие сказки? Да? Ну, тогда поехали!

Колобок!

• Рассказывать эту сказку, я думаю, смысла не имеет. Она до такой степени популярна, что даже если человека поднять среди ночи и попросить рассказать Вам её, он её расскажет не только быстро, но ещё и с выражением и без запинок! А вот что же там такого чудесного, мы сейчас попробуем отыскать!

Чудеса в «Колобке»

Говорят, зверюшки в сказках олицетворяют нас, людей, а это значит, что Колобок – это ребёнок, который ушёл от своих бабушки и дедушки! А заяц, волк, медведь, лиса – это животные, олицетворяющие лживых и расчётливых людей. Если всё это сложить вместе, то получается, что такие сказки, как «Колобок» учат нас не быть слишком доверчивыми, самоуверенными и в то же время наивными, а самое главное, такие сказки говорят нам о том, что нужно любить и дорожить своими родителями. Только тогда с нами будет всё хорошо! Именно такие сказки важны в нашей жизни. Они слишком хорошие, чтобы их не любить и слишком серьёзные, чтобы их не слушать. Таким сказкам можно отдать своё сердце… Я в этом уверена.

Таким сказкам ребёнок отдаёт своё сердечко ещё с самого-самого начала своего детства! Они дают основу воспитания личности ребёнка. Такие сказки я знала наизусть ещё до школы. Я начинала улыбаться, только услышав название такой сказки. Не представляю, каким был бы мой внутренний мир без таких сказок… Наверное слишком жестоким и совершенно нерадостным. Поэтому такие сказки нужно читать, а сердечко своё, я уверена, вы отдали им ещё далеко-далеко, в детстве!

• А теперь давайте улыбнёмся и продолжим наше путешествие в страну Русских народных сказок!

Передышечка!

• Вот мы и на передышке! И осталось нам пройти в этом путешествии всего две станции!
• Очень скоро мы подведём итог нашего путешествия в мир Русских народных сказок!
• А следующая станция у нас называется «Волшебные сказки»!
• Передохнули? Собрались? Ну тогда в путь!

• Так-так-так… Вот и расписание сказок, которые относятся к волшебным… Давайте посмотрим?

По Щучьему веленью…

• Ну что, вспомним, послушаем сказку?

• Жил-был старик. У него было три сына: двое умных, а третий – дурачок Емели.

• Умные работают, а дурачок ничего делать не хочет, на печке сидит.

• Один раз братья уехали на базар, а бабы, невестки, всё просят его о помощи по хозяйству. У Емели же на все просьбы ответ один: «Не охота…»

• Но однажды пошёл он на реку за водой, и поймал Емеля случайно щуку. Щука же говорящей оказалась, и сказала она ему в своё спасение волшебные слова:

• По щучьему веленью,

• По моему хотенью.

• Емеля сначала их скажет, а потом свою просьбу, просьба сама и исполняется…

• И вёдра сами ходили, и сани сами ездили, и дрова сами рубились, и печка к царю сама ходила… В общем, много волшебства сотворилось.

• Таким же образом он и дочку царя в себя влюбил, и сам красавцем стал. Выстроил дворец с золотой крышей, а царь Марью-царевну за него замуж выдал. Устроили пир на весь мир и стали они править царством.

• Тут и сказке конец, а кто слушал – молодец.

Сложно сказать, что такие сказки, как эта, учат детей многому. Возможно, здесь говорится о том, что к любому человеку нельзя относиться поверхностно. Вот Емеля, например, ведь дурак, а сколького он уже добился! Недаром Хенрик Ягодзиньский как-то сказал: «Дуракам везёт? Не такие уж они дураки.» этому афоризму доказательство – данная сказка. Но, читая такие сказки, ребёнок должен понимать, что от нескольких слов любое желание никогда не исполнится. Для исполнения даже самого крохотного желания нужно приложить хоть какие-то усилия. Таким сказкам стоит отдать сердце при условии, что они будут проанализированы и правильно поняты.

Итак, нам осталась всего одна остановка. Большая часть путешествия в мир Русских народных сказок стоит позади. И теперь до главного вывода осталось всего ничего… Хотя, уже сейчас я точно понимаю, что я не зря отдала своё сердце русским народным сказкам. Ещё только прошлым летом, я просто обожала книги Дж. Роулинг о Гарри Поттере! Я не хотела замечать русских народных произведений, не хотела их вспоминать… До сегодняшнего дня… И теперь понимаю, что я не зря их вспомнила. Теперь частичка моего сердечка бьётся для русских народных сказок… Надеюсь, навсегда…

• Так… А к таким сказкам относятся следующие произведения русского народного творчества:

«Каша из топора»

• Я решила вспомнить и проанализировать эту сказку. Но для начала, я Вам её расскажу.
• Шёл солдат на побывку. Притомился в пути, есть хочется. Дошёл он до деревни, постучал в крайнюю избу:
• Пустите отдохнуть дорожного человека!
• Дверь отпёрла старуха.
• Заходи, служивый.
• А нет ли у тебя, хозяюшка, перекусить чего?
• А у старухи всё было, да только поскупилась она солдата покормить, прикинулась сиротой.
• Солдат на это ничего не сказал, но всё понял. Тут он приметил под лавкой топор без топорища и предложил старухе кашу из топора сварить. Старуха даже руками всплеснула! Да только котёл принесла, интересно ей ведь! Солдат топор вымыл, опустил в котёл, налил воды и поставил на огонь.
• А старуха глядит на солдата и глаз не сводит.
• Солдат взял ложку, помешал, попробовал…
• – Ну как? Спрашивает старуха?
• – Скоро будет готова, – солдат отвечает. – Жаль, что соли нет.
• Соль-то у меня есть, посоли.
• Солдат посолил, да попросил горсточку крупы, она ему и это принесла.
• Старуха снова глаз от солдата оторвать не может, а солдат ещё и масла попросил! И это ему хозяйка принесла. Сдобрил солдат кашу, сварилась уж она.
• Стали кашу они есть да похваливать.
• – Вот уж не думала, что из топора этакую добрую кашу можно сварить! – дивится старуха.
• А солдат ест да посмеивается. Вот так.

Итак, вот мы и подошли к последнему выводу… Сказки о добре и зле, об уме и глупости, о лени и жадности – это такие сказки, которые чётко показывают нам что такое хорошо и что такое плохо. Это сказки, которые помогают выбрать нам свою дорожку в жизни. Помогают нам выбрать, кем мы будем в будущем: добрыми и умными или злыми, глупыми, ленивыми и жадными? Надеюсь, большинство выберет первый путь, ведь это им так поможет в жизни, так поможет…

Вот в принципе и всё, что я хотела сказать за время нашего путешествия… Хотя нет, подождите! Я ведь забыла объяснить, почему я отдаю своё сердце именно русским народным сказкам, а может это и так понятно… Просто именно наши, русские сказки учат нас всему доброму, что есть в нашем мире! Именно они буквально просят нас любить своих родных и близких, дорожить их жизнями… Я очень хорошо с детства понимаю, что нужно всегда думать только о тех, кто рядом, о родных, друзьях, близких и дорогих. Нужно заботиться об их судьбах, а они позаботятся о нас… Всё что я знаю в своей жизни, я поняла благодаря родителям, разным книгам и конечно же русским народным сказкам… Любите и читайте их! Об этом вы точно никогда и ни за что не пожалеете! Я обещаю. Всего Вам доброго! До новых встреч!

Концовки волшебных сказок – EcoDevoMOLPIT

Концовки волшебных сказок: попытка прочтения

Рассматриваемый нами в этой статье вопрос достаточно необычен: это концовки волшебных сказок. Как известно, разные типы концовок выполняют определённые функции: остроумное завершение сказки, создание счастливого конца и т.п. Поле нашего исследования лежит в иной области: нас будут интересовать совершенно определённые концовки, несущие в себе информацию, не поддающуюся “простому” объяснению. Подобные концовки не так часто вычленяются из общей массы, хотя их количество и разнообразие, сложность и распространённость в мире не позволяют признать их частным и несущественным элементом. Обратимся для начала к традиционной классификации.

Концовки первого типа, лучше всего, пожалуй, будет охарактеризовать как сюжетные. Это концовки с внутренней направленностью, они связаны с контекстом сказки и являются частью её структуры. Цель их – создание счастливого конца как важного сказочного элемента. В большинстве случаев такие концовки зарифмованы (“и стали они жить-поживать и добра наживать”). В некоторых случаях рифма отсутствует (“стал жить да быть и хлеб жевать”, “жили они долго и весело”, “и зажили все припеваючи” и т.п.). Встречаются они наиболее часто.

Концовки второго типа часто называются прибауточными. Они не связаны с контекстом, сюжетом сказки (либо же связь условна), но являются одним из компонентов процесса рассказывания сказки, диалога между рассказчиком и слушателями. Обуславливаются они чисто внешними факторами, связанными с этим диалогом. Когда связь отсутствует, то концовки, как правило, содержат в себе шутливое требование награды за рассказ (“вот те (тебе, вам) сказка, а мне кринка масла”, “вот вам сказка, а мне бубликов связка”, “тем сказке конец, а мне водочки корец” и т.п.). В других случаях условная связь с контекстом существует, и концовки строятся по следующей модели: когда завершится некоторое действие, начатое в сказке, тогда она продолжится (“когда <…> (герой сказки – Д.А.) проснётся, тогда и сказка начнётся”, “когда каша сварится, тогда и сказка продлится” и т.п.). Сюда же относится и другая модель концовок: короткая “присказка”, цель которой – зарифмовать слово, чаще всего “конец” (“на дворе у них была лужа, а в ней щука, а в щуке-то огонец; этой сказочке конец”; “…сама она – радость, в глазах её – ласка. Тут пир начался, и кончилась сказка” /Аф.567/ и т.п.). Завершившаяся сказка перетекает в стишок-прибаутку, преследующий цель передать в зарифмованном виде мысль о том, что сказка завершена.

В качестве концовок могут выступать моралистические заключения и заговорные формулы – достаточно самостоятельные элементы, более или менее связанные с контекстом самой сказки (иногда связь отсутствует полностью). Таково традиционное разделение (1).

К числу прибауточных зачастую причисляют и несколько иной ряд концовок, интересующих нас в рамках данной работы. Во многих случаях они также зарифмованы и по форме приближаются к рассмотренному выше типу. Наиболее известна одна из самых кратких моделей подобных концовок: “И я там был, мёд-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало”. Однако наравне с этой популярной сказочной формулой нередко встречаются целые “рассказы” с заключённой в них довольно специфической информацией. В этих концовках продолжается повествование рассказчика о событиях, произошедших с ним на пире и после него. Огромное разнообразие таких концовок объединяет общий признак – внесение первого лица и их содержание – повествование рассказчика о тех или иных случившихся с ним событиях. Традиционно функция их определяется как подчёркивание нереальности всего рассказанного, внесение комизма в повествование, “разряжение атмосферы” (2). Подобные концовки имеют, однако, ряд важнейших отличительных особенностей, не позволяющих отнести их к прибауточным и заставляющих выделить их в отдельный, совершенно особый тип. Выделение данного типа концовок представляется нам не частным вопросом классификации, но выявлением для изучения нового, мало затрагиваемого ранее, информационного поля.

Важную – (и, на наш взгляд, идентифицирующую) – особенность концовок третьего типа отмечает Е.М. Мелетинский: это схожесть элементов последних с определёнными элементами самих сказок, близость их построения к построению определённых мифологических мотивов (3). В данном исследовании нам предстоит попытка рассмотрения и анализа сюжетов, лежащих в основе концовок третьего типа.

I. ВАРИАНТ “НЕУДАЧНОГО ПУТИ”

1. “И я там был”. Первое утверждение рассказчика в наших концовках сводится к тому, что он присутствовал в описываемом месте и являлся очевидцем заключительных событий собственной сказки. В большинстве случаев говорится об этом прямо, или, реже, косвенно (“я с того пира еле ноги домой принёс” (4) и т.п. – “я там был” пропущено, но подразумевается). Информация эта необходима, так как в соответствии с ней выстраивается всё последующее. Чаще всего, за этой фразой следует дальнейший рассказ, но, как можно увидеть, она вполне самодостаточна и может использоваться без каких-либо дополнений. Это некое утверждение правдивости, свидетельствующее о том, что рассказчик является очевидцем и своеобразным действующим лицом сказки. Он присутствует на пиру у героя, с ним происходят дальнейшие приключения. Что может это означать?

Один из ключевых мотивов волшебной сказки – путешествии героя в “тридевятое царство” – загробный мир. Подобное построение трёхчастно: 1 — дорога в иной мир и переход границы из мира живых в мир мёртвых, 2 – “приключения” в мире мёртвых и 3 — дорога назад и обратный переход границы. Сложные композиции так или иначе основываются на этой модели, во многом выходя из неё. Останавливаться на этом подробнее сейчас не нужно, так как перед нами стоит иная цель: выяснить, возможно и правомерно ли соотнесение данной модели с сюжетом интересующих нас концовок, и какая картина получится в случае проведение подобной параллели. Приняв данный подход, мы увидим, что происходящее с нашим героем на заключительном сказочном пиру строится по моделям, локализующим это место в достаточно интересном – пограничном ключе.

2. Несъедобное угощение. Попав на “пир”, герой-рассказчик, прежде всего, говорит о еде. Он пьёт мёд-пиво, ест капусту и т.п. Однако, как ни странно, все его попытки съесть что-либо оказываются бесплодными. Еда просто не попадает в рот. Помимо воли героя (а, быть может, и в соответствии с ней), он не съедает ни кусочка еды, предложенной ему там, куда он попадает. Описывается это по-разному. “И я там был, мёд-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало” – модель, в разных модификациях наиболее распространённая в русских сказках (5). Впрочем, “мёд-пиво” (мёд-вино, мёд) отнюдь не единственное угощение, которое не съедает герой; встречаются и такие: “Я там был, вместе уху хлебал, по усу текло, в рот не попало” /Аф.81/, “кутью большой ложкой хлебал, по бороде текло – в рот не попало!” /Аф.207/, “подали белужины – остался не ужинавши” /Аф.124/. Помимо этого используются и другие формы для выражения того, что съесть что-либо на загадочном пиру герою было невозможно: “кому подносили ковшом, а мне решетом” /Аф.322/ и т.п. Идея того, что еда на пиру у героев сказки чем-то особенна, не подходит для еды людям, является одной из важнейших. Выражения её могут быть совершенно разными: “…звали меня к нему мёд-пиво пить, да я не пошёл: мёд, говорят, был горек, а пиво мутно. Отчего бы такая притча?” /Аф.151/ и др. /курсив мой. – Д.А./. В последней концовке есть ещё одна важная деталь: она не зарифмована, идея “обнажена”. Традиционная формула: “И ел и пил, по бороде текло, а в рот не попало” – встречается и в латышских сказках (6). Попытаемся проанализировать этот мотив. Что может представлять из себя пища, которую невозможно съесть? Как известно, еда чрезвычайно важна при переходе из царства живых в царство мёртвых. Пища мёртвых обладает некоторыми магическими свойствами и опасна для живых. “…Мы видим, что, перешагнув за порог сего мира, прежде всего нужно есть и пить”, – пишет В.Я. Пропп (7). “Приобщившись к еде, предназначенной для мертвецов, пришелец окончательно приобщается к миру умерших. Отсюда запрет прикасания к этой пище для живых”. “В американском сказании герой иногда только делает вид, что ест, а на самом деле бросает эту опасную пищу на землю”, – продолжает он (8). Данный мотив близок к ситуации, обрисовываемой нашим рассказчиком. То, что он не может съесть ничего, хотя и пытается, отнюдь не противоречит этой мысли. Вполне вероятно, что здесь “несъедобная” (т.е. непригодная к пище, опасная) для живых еда мертвецов переходит в еду, которую невозможно съесть. Описываемая пища зачастую действительно представляется непригодной – говорится о горьком мёде и мутном пиве, встречаются и подобные описания: “… Тут меня угощали: отняли лоханку от быка да налили молока; потом дали калача, в ту ж лоханку помоча. Я не пил, не ел…” /Аф.137/. Здесь мы явно видим нежелание героя есть предлагаемую пищу из-за того, что она кажется ему неприятной и несъедобной – все детали призваны усилить этот образ. Герой русских сказок сам просит еды мёртвых у Яги и съедает её, переходя, тем самым, в мир мёртвых, к чему и стремится. Затем он всё же находит дорогу назад, и ему удаётся вернуться, хотя обратный путь нередко сопряжён с большими опасностями, – сделать это удаётся, так как в мире мёртвых герой обретает магические способности (что зачастую выражается в обретении магических предметов или помощников) (9). С героем-рассказчиком происходит иное. Он попадает на пир, где все угощения являются “несъедобными” для него. Если предположить, что данный элемент соотносим со сказочным мотивом пищи мёртвых, мы должны признать, что положение нашего героя локализуется границей миров. Для того, чтобы пройти дальше, необходимо отведать пищи мертвых, что значит для него — окончательно приобщиться к загробному миру. В отличие от героя сказки, герой-рассказчик не делает этого. В соответствии со сказочно-мифологическими законами, граница в этом случае не может быть преодолена. Посмотрим, соответствуют ли этой ситуации иные элементы концовок.

3. Изгнание. Итак, попав в ту же ситуацию, что и сказочный герой, герой-рассказчик ведёт себя по-иному. Из-за этого весь его дальнейший путь непохож на путь героя. Часто рассказчик заканчивает концовку сообщением о том, что, побывав на пире, ничего не ел, однако в более полных вариантах сказок следует описание дальнейших событий. Следующее за отказом изгнание в концовках не мотивируется ничем и, казалось бы, совершенно не следует из того, что было сказано ранее. У Афанасьева встречаем следующие примеры: “На той свадьбе и я был, вино пил, по усам текло, во рту не было. Надели на меня колпак да и ну толкать; надели на меня кузов: “Ты, детинушка, не гузай /не мешкай/, убирайся-ка поскорей со двора”” /Аф.234/, “… Я не пил, не ел, вздумал утираться, со мной стали драться; я надел колпак, стали в шею толкать!” /Аф.137/ /курсив мой. – Д.А./, “И я там был, вино-пиво пил, по губам-то текло, а в рот не попало; тут мне колпак дали да вон толкали; я упирался, да вон убрался” /Аф.250/ и т.п. Здесь явно чувствуется связь изгнания с тем фактом, что у рассказчика “во рту не было” ничего из предлагаемой еды. То же мы видим и в несколько иной концовке – в сказке, рассказанной А.Н. Корольковой: “Был задан пир на весь мир. И я там была. Вместо пива поднесли мне молока (очередная форма выражения “несъедобности” еды. – Д.А.). Взяли меня за бока, начали меня мять, а я стала хохотать. Не стала пить, они начали меня бить. Я стала упираться, они начали драться. Скандальный был пир, на котором я была” (10) /курсив мой. – Д.А./.

Существуют концовки, свидетельствующие и о желании героя-рассказчика проникнуть в тот мир, о котором он говорил в сказке и неудачу этой попытки: “Захотелось мне тогда князя с княгиней повидать, да стали со двора пихать; я в подворотню шмыг – всю спину сшиб!” /Аф.313/. Здесь опущена основная причина того, что герою-рассказчику не удалось проникнуть во “двор” (царство, мир), где живут его герои (отказ от пищи), однако стремление и последующая неудача явно выражены. До сих пор все проанализированные факты не противоречат нашей теории о построении сюжета данных концовок в соответствии со сказочно-мифологическими мотивами. Однако концовки третьего типа содержат ещё множество фактов, требующих анализа.

4. Бегство. Мы подходим к рассмотрению целой череды фактов, образующих некоторый блок – один из важнейших элементов концовок волшебной сказки. Первая информация, которую необходимо рассмотреть – загадочные предметы, получаемые героем. Эти вещи рассказчик получает от присутствующих на пиру. При этом чаще всего опускается мотив изгнания. Примером могут служить такие концовки: “… дали мне синь кафтан, ворона летит да кричит: “Синь кафтан! Синь кафтан!” Я думаю: “Скинь кафтан!” – взял да и скинул. Дали мне колпак, стали в шею толкать. Дали мне красные башмачки, ворона летит да кричит: “Красные башмачки! Красные башмачки!” Я думаю: “Украл башмачки!” – взял да и бросил” /Аф.292/, “… дали мне колпак, да почали толкать; дали мне кафтан, я иду домой, а синичка летат и говорит: “Синь да хорош!” Я думал: “Скинь да положь!” Взял скинул, да и положил…” /Аф.430/ и т.п. Итак, герой получает некоторые вещи. Это напоминает о том, что охранитель границы (Яга), может стать дарителем. В том случае, когда по своей воле, посредством еды, мытья в бане, герой приобщается к миру мёртвых, охранник-даритель даёт ему волшебные предметы (аналог приобретаемым магическим способностям). Можно ли предположить в этом случае, что здесь мы имеем дело с другим вариантом развития сюжета, когда герой-рассказчик не изгоняется, а признаётся за своего и получает некоторые дары в мире мёртвых? Если это так, то два этих сюжета достаточно сильно наложились друг на друга. В приведённых выше примерах мы видим и отказ от пищи, и получение даров, и (в одном из случаев) элемент, присущий изгнанию (“почали толкать”). Почему происходит нарушение внутренней логики в этом виде концовок? Происходит ли оно вообще, или здесь действуют иные, ещё не понятые нами законы? Для того, чтобы ответить на эти вопрос, необходимо изучить подробнее интересующий нас мотив.

Обратившись к мировому фольклору, мы можем с уверенностью утверждать следующую вещь: в концовках третьего типа действительно существует два варианта пути героя-рассказчика. Первый вариант мы рассмотрели в предыдущем разделе: герой хочет проникнуть в мир мёртвых, он должен пройти испытание едой, но не выдерживает этого испытания и изгоняется. Но, что наиболее интересно, этот первый вариант характерен именно для восточнославянского материала! Другие этносы, народы практически не знают неудачливого героя, не преодолевшего испытания и вынужденного вернуться с полпути. Это характерная черта восточнославянских сказок, и тем более интересной представляется она; именно поэтому настоящий раздел базируется на русском материале. В сказках Европы, Персии, Абхазии, Дагестана, имеющих обширные концовки, картина выглядит по-иному: элементы неудачи, изгнания отсутствуют и путь героя- рассказчика имеет завершённую форму, приближенную к классической сказочной модели. Здесь нас интересует то, что совмещение вроде бы несовместимых элементов в концовках русских сказок как-то оказывается связанным с существованием “неудачного” и “удачного” вариантов пути героя.

В мировом фольклоре присутствует несколько мотивов приобретения магических вещей в мире мёртвых: 1- герой получает магический предмет и приносит его в мир живых – наиболее известный мотив, корни которого исследованы В.Я.Проппом, 2- герой получает магический предмет, но по дороге назад он каким-то образом лишается его – корни мотива уходят в мифы утраты бессмертия и 3- герой получает магический предмет и сам оставляет его по дороге (бросает назад), чтобы спастись от погони. Из брошенных предметов возникают горы, леса и т.п. – то есть здесь мы имеем дело с отражением мифа об устроении мира. Таким образом, мы видим, что существуют три варианта развития сюжета получения магических предметов в мире мёртвых. В самих русских сказках распространены первый и третий сюжеты. С чем могут соотноситься наши концовки? Проанализировав все факты, придём к несколько неожиданному выводу: в их основе лежит первый вариант – без утраты – в соответствии с которым находятся концовки “удачного” пути. К вопросу о происхождении и семантике варианта “неудачного пути” мы обратимся в конце работы, здесь же подчеркнём, что, по нашему мнению, утрата героем-рассказчиком получаемых предметов является следствием определённой трансформации варианта с “удачным” получением вещей, т.е. классического сказочного варианта. Магическое бегство не является здесь прототипом мотива сказочной погони. По нашему мнению, мы имеем дело не с вариантами защиты или похищения, но с искажённым вариантом сюжета обретения.

5. Получаемые предметы. Теперь настала пора обратиться к рассмотрению самих предметов, получаемых героем-рассказчиком и утрачиваемых им по пути. Эти предметы можно разделить на две группы. Первая – вещи, получаемые героем в том варианте концовок, когда мотив утраты связан с мотивом получения, которому предшествует и пир, и изгнание. Вторая группа – вещи, которые герой “теряет” в другом варианте концовок, когда мотив получения присутствует самостоятельно. В последнем случае он подвержен достаточно сильной трансформации. К первой группе, как видно из приводимых выше примеров, относятся преимущественно предметы одежды: башмаки, шлык, кафтан, колпак. Из признаков, характеризующих эти вещи, достаточно устойчивыми являются их цвета: красный и, особенно часто, синий. Если первый цвет можно трактовать в значении “красивый”, либо же просто свести его применение к необходимости провести параллель “красный – краденный”, то синий цвет может иметь большее значение. Синий употребляется в значении чёрного, этимология его может восходить и к понятию “сияющий, светящийся”. В обоих случаях (и особенно во втором), связь этого цвета с миром мёртвых достаточно устойчива. В фольклоре вышедшее из иного мира зачастую оказывается не только золотым (=сияющим), чёрным или белым, но и синим. (См., напр., подобное употребление синего в скандинавском фольклоре) (11). На данном этапе это всё, что можно сказать о получаемых дарах.

Теперь обратимся к рассмотрению второй группы предметов. Они представлены в концовках иного плана, примеры которых мы приводили выше. Акцент здесь делается именно на утрате вещей; коме того, имеются две отличительных черты: 1 — сам мотив получения вещей отсутствует, 2 — описываемые вещи уже несколько иного рода, чем в первой группе. “Была и у меня клячонка, восковые плечонки, плеточка гороховая. Вижу: горит у мужика овин; клячонку я поставил, пошёл овин заливать. Покуда овин заливал, клячонка растаяла, плеточку вороны расклевали.” /Аф.146/ – типичный пример таких концовок. Хотя память о происхождении вещей в этой концовке не сохранена (в отличие от первой группы, где сохранён мотив получения; утеря же следует за описанием пира и изгнания), в последней её части мы видим сохранившийся “след” от выпавших ранее мотивов изгнания и бегства: “…был у меня шлык (трансформация из “дали мне шлык” – Д.А.), под воротню шмыг, да колешко сшиб, и теперя больно. Тем и сказке конец!” /Аф.146/. Этот элемент свидетельствует о происхождении такого варианта концовок из той же, изначальной модели, где вещи получаются в царстве мёртвых (отсюда и плохо сохранившиеся мотивы изгнания и бегства с утерей вещей). Очень показателен и латышский пример. В нём герой-рассказчик приглашён на свадьбу. Он сам покупает и мастерит себе одежду, но, как ни странно, одежда эта сделана из различной еды (сапоги он скроил из блинов, купил двух сахарных коней и пряничную тележку…). По дороге от дождя, солнца и др. все предметы тают, размокают и, в результате, – исчезают. Герой остаётся ни с чем (12). Как расценивать подобные варианты концовок? Мы видим, что здесь мотив утраты представлен отдельно. Выше уже говорилось о том, что вариант “неудачного пути” построен с определённым нарушением логики. “Приставление” мотива даров было достаточно искусственным, что могло повлиять на его последующее отделение от мотивов еды, изгнания, бегства. Получение предметов осмысливается уже в этом мире (“дали мне” заменяется на “был у меня”, либо же герой говорит о покупке вещей или их изготовлении). Соответственно, и путь с “пира” заменяется на путь “на пир” – предметы исчезают на пути не обратно, а туда. Зная изначальный вариант, можно получить объяснение тому, почему рассказчик повествует о некоторых странных вещах, которые исчезают у него так, что он остаётся “ни с чем”. Свидетельствует об этом и сохранение элементов погони и само описание вещей. Это также, в большинстве своём, предметы одежды – шапка, кафтан, штаны и т.п. Однако на этот раз они оказываются изготовленными из различной еды. Это может получить объяснение через трансформацию мотива не преодолённого испытания едой, память о котором сохраняется в таком необычном виде в подобных концовках. Сам по себе, данный мотив в концовках подчёркивает хрупкость, ненадёжность материала – нефункциональность вещей (“клячонка, восковые плечонки”, “гороховая плеточка” (13) и т.п.). Всё это иначе объясняет слушателям причину пропажи вещей: они не оставляются самим рассказчиком по “недоразумению”, а исчезают из-за своей хрупкости, неприспособленности к действительности.

Таковы основные элементы, составляющие мотив получения героем-рассказчиком магических предметов. Общим для различных модификаций является одно: что бы ни происходило с нашим героем, он теряет все вещи, вынесенные им с границы царства мёртвых, куда он так не смог попасть. Объяснение этого парадокса, равно как и всей ситуации с потерями и неудачными попытками преодолеть границу, лежит в исследовании корней варианта “неудачного пути”.

6. Вариант “неудачного пути”. Подведём итог сказанному. Мы рассмотрели следующие элементы концовок третьего типа: 1 — утверждение рассказчика о том, что он был там, где и описываемые им герои. С этого утверждения начинаются практически все концовки. Исследование дальнейших элементов локализовало то место, о котором говорит рассказчик, определив его как границу с царством мёртвых. 2 — рассказ героя о том, что, попав туда, он должен был съесть некоторую пищу. 3 — характеристика пищи как невкусной, практически несъедобной с последующей трансформацией в ту, которую невозможно съесть. 4 — отказ героя от пищи (в случае с указанной трансформацией – невозможность съесть её). 5 — следствие отказа – изгнание из того места, куда попадает герой; иногда изгнание описано с пропуском причины – отказа от пищи, в этом случае оно усиливается фактом невозможности пройти дальше. 6 — стоящий несколько особняком мотив получения даров с последующей утерей их по пути назад. Всё это является элементами варианта “неудачного пути”, представленного в первую очередь в концовках русских волшебных сказок. Вариант “неудачного пути” представляет собой путь героя, не прошедшего испытания едой мёртвых, изгнанного с границы, не пропущенного дальше в царство мёртвых. Описание этого пути построено на основе классического сказочно-мифологического мотива границы. В то же время, традиционно определяемая функция данных концовок как указание нереальности в дискурсном аспекте нами не отвергается – использование их с этой целью и создание дополнительных элементов, подчинённых исключительно данной цели действительно имеют место. Однако построение данного вида концовок, сохраняющее следы действенных сказочно-мифологических моделей, “зеркально” трансформированных по отношению к сказке, является, с нашей точки зрения, важнейшей, смыслоопределяющей их особенностью. Каков генезис варианта “неудачного пути”, как можно определить время его возникновения, и чем обусловлено отмеченное нами нарушение внутренней логики с получением/утратой вещей, следующими за изгнанием, – вопросы, на которые мы постараемся ответить по рассмотрению варианта “удачного пути”.

II. ВАРИАНТ “УДАЧНОГО ПУТИ”

Здесь мы приступаем к рассмотрению иного сюжета концовок волшебных сказок – варианту “удачного пути” и анализу составляющих его элементов.

Граница. Мотив испытание едой также присутствует в варианте “удачного пути”, но здесь герой-рассказчик действует “правильно” (в соответствии со сказочной моделью). “Я сам у него в гостях был. Брагу пил, халвой закусил!” (14), “Я на их свадьбе гулял и до сих пор о том забыть не могу!” (15), – говорится в сказках Дагестана. “Устроили богатую свадьбу. И меня хорошо напоили, и посейчас живут в счастье и благополучии” (16) и т.п. Встречаются такие примеры и в русских сказках: “Я там недавно была, мёд-пиво пила, в молоке купался, полой утирался”, “Я у них недавно была, мёд-пиво пила…” (17) и др. Однако испытание едой – отнюдь не единственный переходный элемент. Мотив границы в “удачном” варианте представлен достаточно широко. Происходит это потому, что герою необходимо перейти границу дважды. Часто именно мотив возвращения оказывается отмечен в концовке. Граница присутствует в концовках и латентно – через определённый контраст между царством мёртвых и миром живых.

Достаточно полно мотив границы выражается в персидских сказках. Один из характернейших примеров: “Мы вверх пошли – простоквашу нашли, а сказку нашей правдой сочли. Мы вниз вернулись, в сыворотку окунулись, а сказка наша небылицей обернулась” (18). Подобные концовки содержат достаточно большое информационное поле. Здесь содержатся три важнейших элемента: противопоставление 1 — “молоко — сыворотка (простокваша)”, 2 — “верх – низ”, и 3 — “быль – небыль”.

А. “Молоко – сыворотка”. При рассмотрении этого элемента мы сталкиваемся с весьма интересными мотивами – выпиванием героем молока и сыворотки, либо же купанием там. Рассмотрим сперва первый вариант, известный и русским сказкам (“я там недавно была, мёд-пиво пила, в молоке купался, полой утирался” (19), “я у них недавно была, мёд-пиво пила, в молоке купался, полой утирался” (20) и т.п.). Мотив купания в молоке известен в фольклоре, в молоке купаются и герой, и старый царь. Купание в молоке преображает героя. Исследовав этот мотив, В.Я. Пропп приходит к выводу, что он связан с прохождением героя через животное. Это заставляет взглянуть на данный сюжет совсем по-иному. “Мы, таким образом, вынуждены заключить, что трансфигурация, апофеоз героя – основа этого мотива, – пишет он, – мотив гибели старого царя присоединён к нему искусственно. Что прибывший в царство мёртвых переживает преображение – это известно, и отражение этого представления мы имеем и здесь” (21) – заканчивает он /курсив мой. – Д.А./. Мотив купания в молоке связан с представлением о преображении героя при входе в царство мёртвых. Жидкости обычно бывают, при этом, двух видов – молоко и вода (22), (молоко и сыворотка, простокваша в наших концовках). Этот элемент соотносится с преображением при переходе границы из мира живых в мир мёртвых и обратно.

“Наверх поспешили – сыворотки попили, вниз спустились – простокваши наелись, стала наша сказка былью” (23) – говорит рассказчик в персидской сказке. Этот мотив можно было бы отнести к трансформации того же купания в молоке (подобной трансформацией является, по-видимому, “нахождение” героем-рассказчиком молока и сыворотки на пути). Возможно, это действительно так, но здесь нельзя не выдвинуть предположение о связи двух выпиваемых (и антогонистических) жидкостей с мотивом “живой и мёртвой” (“сильной и слабой”) воды. Обратимся к анализу этого мотива, произведённому В.Я.Проппом. “…Я предполагаю, что “живая и мёртвая вода” и “слабая и сильная вода” есть одно и то же <…> Мертвец, желающий попасть в иной мир, пользуется одной водой. Живой, желающий попасть туда, пользуется также только одной. Человек, ступивший на путь смерти и желающий вернуться к жизни, пользуется обоими видами воды” (24), – пишет Пропп /курсив мой. – Д.А./. Ситуации, в которых употребляются данные мотивы в концовках, также соотносятся с прохождением героя в царство мёртвых и возвращением в мир живых с последовательным использованием двух видов жидкостей, антагонистичных по определению (молоко/сыворотка, простокваша).

Б. “Верх – низ”. Понятия “верха” и “низа” непосредственно связаны в концовках с оппозицией “молока” и “сыворотки”, – соответственно, если проводить те же параллели, понятия “верха” и “низа” также непосредственно связаны с переходом из мира мёртвых в мир живых и обратно. Как известно, противопоставление верха и низа – один из важнейших мифологических элементов, соответствующий представлениям об устройстве мира. Бинарная система “верх – низ” разделяет и объединяет мир живых и иной мир. Первоначальна именно “двухчленная” картина мира, но она имеет способность “переворачиваться”, т.е. одно понятие – “верх” или “низ” – может означать то царство мёртвых, то мир живых (25). Это может объяснить непостоянство понятий “верха и низа” в концовках – их значение действительно взаимо меняется. Так или иначе, понятия “верха” и “низа” непосредственно связаны с понятиями мира мёртвых и мира живых. Мы получаем следующую картину: герой отправляется в путь, купается в молоке или пьёт некоторую жидкость, в результате переходит черту между “верхом” и “низом”, затем он возвращается, проделывая те же операции [“наверх поспешили – сыворотки попили, вниз спустились – простокваши наелись…” (26)]. Эта система явно соотносится с мотивом перехода границы царства мёртвых и мира живых.

В. “Быль – небыль”. Последнее из выделенных противопоставлений – оппозиция “были/ небыли”. Здесь мотив границы проявляется, пожалуй, наиболее сложно – через категорию реальности. То, что является реальным для мира мёртвых, заведомо нереально для мира живых; среди живых не действуют законы царства мёртвых. Рассказчик, как кажется, подчёркивает то, что, перейдя границу, он оказывается в иной реальности, где действуют иные законы. В соответствии с этим меняется отношение к рассказанному. Приведём наиболее показательные примеры из персидских сказок, содержащие все три мотива : “Мы наверх пошли – простоквашу нашли, а сказку нашу правдой сочли. Мы вниз вернулись – в сыворотку окунулись, а сказка наша небылицей обернулась” (28) /курсив мой. – Д.А./; “А мы низом пошли – простоквашу нашли, верхней тропкой побежали – сыворотку увидали, сказку нашу небылицей назвали. Наверх поспешили – сыворотки попили, вниз спустились – простокваши наелись, стала наша сказка былью”; “Как мы вверх пошли – простоквашу нашли, как мы вниз пошли – сыворотку нашли: сказка наша небылицей обернулась. Как мы вверх пошли – небылицу нашли, как вниз побежали – простоквашу отыскали: сказка наша былью оказалась” (29). Дифференцированное отношение к рассказанному по разные стороны пересекаемой героем черты проводится по линии быль/небыль. Соответственно, некоторым образом происходит заявление того, что сказка является былью по иную сторону границы. Интересен и такой вариант: “Эта сказка наша – быль, вверх пойдёшь – простоквашу найдёшь, вниз пойдёшь – простоквашу найдёшь, а в сказке нашей правду найдёшь” (30) /курсив мой. – Д.А./. В соответствии с этим, чтобы обнаружить правду в рассказанном необходимо пересечь границу миров, где действуют иные законы (ср. с отсылкой к мифу по линии быль/небыль в абхазской сказке: “рассказал я вам правдивую историю, похожую на выдумку. Коли спросите меня: правда это или ложь? – я отвечу: если предание правда, – это тоже правда” (31) /курсив мой. – Д.А./.

Наконец, очень широко представлен именно мотив перехода-возвращения. В концовке латышской сказки, относящийся к варианту “неудачного пути”, солдаты выстреливают героя из пушки, куда он забрался, спасаясь от дождя. Последняя фраза типична для многих концовок: “вот я и прилетел в эту сторону, аккурат в нашу волость” (32). То же мы видим в концовке абхазской сказки: “Сейчас я пришёл оттуда и оказался среди вас” (33) /курсив мой – Д.А./. Подобных примеров огромное количество – рассказчик утверждает своё появление среди слушателей, в данной местности, государстве и т.п. как произошедшее после перемещения через границу, что может выражаться различнейшими способами (перелёт, переход моста и т.п.) и характерно для обоих вариантов концовок. Далее мы узнаём, что герой-рассказчик передаёт людям полученное им знание (“обо всём разузнал и вам рассказал” (34) и т.п.). Кроме того, рассказчик может отдельно сообщать, что сам является очевидцем рассказанного: “а кто эту сказку последний сказал, всё это своими глазами видал” (35), – говорится в одной из сказок братьев Гримм; “а при смерти их остался я, мудрец, а когда умру, всякой сказке конец” (36) и др. Таким образом, мотив перемещения во многих случаях оказывается связанным с утверждением достоверности рассказанного.

Здесь мы можем уловить некоторые намёки на получение знаний как цель преодоления границы героем-рассказчиком (“я недавно у них была, мёд-пиво пила, с ним говорила, да кой про что спросить забыла” (37) – сообщается в русской сказке; “был и я на этом пиру. Вместе с ними брагу пил. Обо всём разузнал и вам рассказал” (38) – говорит рассказчик Дагестана и т.п.). В одной из Дагестанских сказок встречаем очень любопытный пример: “Я на том пиру был, по-медвежьи плясал, а потом оставил народ петь и веселиться, а сам побежал к маленьким детям, чтобы рассказать им эту сказку” (39). Здесь проявляются два мотива: желание передать полученное знание и явно ритуальная “медвежья пляска”.

Мы заканчиваем рассмотрение одного из ключевых мотивов концовок волшебных сказок – границы. Переход её – важнейший этап пути героя-рассказчика, и зачастую внимание в концовке акцентируется именно на нём. Обратный переход границы является отдельным мотивом, имеющим собственные пути выражения (40).

III ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Кратко рассмотрев наш материал, мы видим целый комплекс мифологических построений, заключающихся в структуре рассмотренной нами группы концовок. Нашей целью здесь было проиллюстрировать сам факт структурных построений, развивающихся по мифологическим моделям, присущим сказке. Вариант концовок “удачного пути” содержит повествование героя-рассказчика, строящееся в соответствии со сказочной моделью. Герой проходит испытание едой, купается в молоке или выпивает некую жидкость, в результате чего преодолевает границу, попадает в царство мёртвых. Здесь он может обретать магические знания (медвежьи пляски и т.п.), или же некие предметы (в сказке – аналог полученным способностям). После этого он возвращается в мир живых и передаёт людям полученные им знания – в первую очередь это те же сказки. Такова канва концовок варианта “удачного пути”. Сам феномен построения финальной формулы по сказочно-мифологической модели представляется интересным фактом – наличие его как такового (как самодостаточного элемента) не отмечалось в исследованиях формул сказок; функции и генезис данного вида концовок – нерассмотренный вопрос. Мы видим своеобразный перенос сказочных моделей на финальную формулу, что получает различные виды выражения.

Иным видом концовок является вариант “неудачного пути”. В то время как рассмотренные выше концовки можно охарактеризовать как копирующие – законы построения соответствуют сказочно-мифологическим моделям – построение концовок “неудачного пути” оказывается зеркальным, обратным по отношению к данному варианту.

Прежде всего мы видим, что развитие сюжета концовок “неудачного пути” происходит в соответствии и на основе тех же сказочно-мифологических моделей, которые лежат в основе варианта “удачного пути”. Однако правила поведения героя оказываются нарушенными, что влечёт за собой нарушение всей системы – ситуация переворачивается “с ног на голову” с внесением насмешки, элементов шутовства; речь всегда ритмизованна и рифмована. Традиционное рассмотрение данных концовок определяет их функцию как утверждение нереальности рассказанного путём демонстрации нереальности описываемой ситуации (пира). Возникает, однако, иная гипотеза относительно семантики концовок “неудачного пути”. На основании рассмотренного нами материала русских сказок становится виден элемент шутовства, становящийся определяющим императивом данных концовок. Насмешка обращена отнюдь не столько на саму ситуацию сколько на фигуру героя-рассказчика. Смех вызывается в первую очередь описанием героя – совершаемых им и над ним действий: “по усам текло, в рот не попало”, “стали в шею толкать”, “в подворотню шмыг – да колешко сшиб и теперя больно” /Аф.146/ и т.п. В описании самого себя у героя явно присутствует некоторое “прибеднение”, ироничное самоуничижение. Как мы помним, герой варианта “неудачного пути” получает много вещей, но все теряет по пути, что происходит из-за его “глупости”, “невезучести” и т.п. Этот элемент представляется важным также, как и идея нефункциональности получаемых предметов и нереальности описываемого – присутствие элементов шутовства не опровергает роль данного вида концовок как указывающих на нереальность рассказанного, но вносит иной аспект рассмотрения. Характерно-шутовская манера описания себя рассказчиком заставляет выдвинуть предположение о позднейшем происхождении концовок “неудачного пути”, происхождении из концовок первого варианта, развивающихся по правильной сказочно-мифологической модели. В пользу такого предположения говорит уже тот, отмеченный в ходе исследования факт, что элементы концовок “неудачного пути” являются прямым переложением элементов классического сказочного варианта, лежащего в основе концовок “удачного пути”, с утратой логической канвы (получение даров происходит после изгнания и не обосновывается уже ничем иным, кроме необходимости использовать данный элемент со знаком минуса, в “перевёрнутом состояни” – логика основывается не на последовательной канве рассказываемого, а на необходимости внесения элемента отрицания во все составляющие изначального варианта). В таком случае, мы можем иметь дело с переделыванием концовки “удачного пути” с ложащимся в основу императивом шутовства. Характерно здесь то, что концовки “неудачного пути” присущи в первую очередь славянскому материалу, наиболее распространены в русских сказках при наличие в последних (что важно) также и вариантов “удачного пути”.

В комическом контексте рассказчик повествует об утрате всех полученных вещей, однако существуют и неисчезающие предметы, стоящие в рифмованной связке с каким-либо глаголом. Наиболее распространённым из них является колпак. Примеры типичны и многочисленны: “И я там был, вино-пиво пил, по губам-то текло, а в рот не попало; тут мне колпак давали да вон толкали; я упирался да вон убирался” /Аф.250/ /курсив мой. – Д.А./, “На той свадьбе и я был, вино пил, по усам текло, во рту не было. Надели на меня колпак да и ну толкать…” /Аф.234/ и т.п. (41). Такое широкое использование колпака в структуре концовок также заставляет задуматься о возможности влиянии средневекового культурного пласта. “Перевёртывание” реальности – основополагающий элемент шутовства; здесь происходит полная смена знаков в семиотической системе (42). Также характерно и специфическое самоуничижение, комическое прибеднение рассказчика. Данные элементы, характерные для концовок варианта “неудачного пути”, полностью соответствуют традициям шутовства, и, в первую очередь, древнерусской смеховой культуре (43). Последовательное переделывание элементов концовок “удачного пути”, развивающихся по сказочно-мифологической модели, действительно соответствует законам этой культурной среды. Если это так, то функция указания нереальности оказывается в определённом смысле второстепенной – не основополагающей, но сопутствующей. Средневековое происхождение концовок “неудачного пути” на основе изначально-копирующих, в соответствии с возникновением новой категории рассказчиков, вносящих элементы иной культурной среды, представляется на данном этапе одним из возможных вариантов. Таковы основные положения предлагаемой нами гипотезы.

Сокращения

Аф. – Афанасьев А.Н. Народные русские сказки: В 3 т. / Отв. редакторы Э.В.Померанцева,

К.В.Чистов. – М.: Наука, 1984.

Примечания

1 Приведённая выше классификация концовок с разделением их на два типа встречается в различных исследованиях. Очень характерную классификацию концовок встречаем у Н.М.Ведерниковой. Сюжетные концовки названы собственно “концовками”, в то время как прибауточные – “концовками прибауточного характера”. Их функции разграничены: за “концовками” признаётся связь с контекстом и некоторая информативность. “Зачины” (формулы, вводящие в повествование: “жил-был”, “в некотором царстве, в некотором государстве” и т.п.) и “концовки” образуют “вступительные и заключительные формулы”, являющиеся частью сказочного действия. “Концовки прибауточного характера” образуют рамки произведения в паре с “присказками”. “Присказки” являются кратким шутливым “рассказом”, часто строящимся по модели заговорных формул: “Было это дело на море, на океане; на острове Кидане стоит древо золотые макоуки, по этому древу ходит кот Баюн…”. Этот “рассказ” содержит информацию, не имеющую отношения к непосредственному контексту сказки. По этому признаку “присказки” объединяются с “концовками прибауточного характера” и образуют “обрамляющие формулы”. “Концовки прибауточного характера” в свою очередь делятся на несколько видов: их роль могут выполнять пословицы, скороговорки или рифмованные присловия; по содержанию они могут благодарить слушателей за внимание, намекать на награду, угощение и т.п. Ведерникова Н.М. Русская народная сказка. М.: Наука, 1975.

2 Ведерникова Н.М. Указ. соч. С. 63-64; та же трактовка у Б.А. Успенского – см.: Успенский Б.А. Поэтика композиции // Семиотика искусства. – М.: Школа, 1995. С. 182. В Энциклопедии мифов народов мира, в статье, посвящённой сказкам и мифам, выделенные нами концовки объединены с зачинами типа “жил-был” – т.е. с теми, которые в классификации Ведерниковой объединяются с сюжетными концовками, сами же сюжетные концовки (как и прибауточные) вообще не рассматриваются. Целью определяется то же указание нереальности описанного в сказке, см.: Мелетинский Е.М. Сказки и мифы // Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 Т. / Гл. ред. С.А. Токарев. М., 1991. Т.2. С. 443-444. Подробно структура концовок третьего типа рассматривается Н. Рошияну, однако определение их функции остаётся аналогичной, см.: Рошияну Н. Традиционные формулы сказки. М., 1974.

3 Мелетинский Е.М. Сказки и мифы // Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 Т. / Гл. ред. С.А. Токарев. М., 1991. Т. 2. С. 443-444.

4 Абхазские сказки / Под. ред. Р.Г. Петрозашвили. Сухуми: Алашара, 1965. С. 227.

5 Афанасьев: Указ. соч. С. 3, 81, 95, 103, 109, 123, 124, 126, 128, 129, 132, 134, 135, 141, 151, 157, 160, 162, 182, 184, 197, 202, 203, 210, 251, 270, 279, 284, 293, 294, 322, 331, 344, 379.

6 Латышские сказки. Рига: Издательство академии наук Латвийской ССР, 1957. С.416.

7 Пропп В.Я. Указ.соч. С. 69.

8 Пропп В.Я. Указ.соч. С. 67.

9 Подробнее об этом см.: Пропп В.Я. Волшебные дары // В кн. Исторические корни волшебной сказки. СПб., 1996.

10 Русские народные сказки / Рассказчица А.Н. Королькова / Сост. и отв. ред. Э.В. Померанцева. – М., Наука, 1969. С. 269.

11 Старшая Эдда; Речи Гримнира; О сыновьях конунга Храудунга; Сага о людях с песчаного берега – гл. XXXIV; Сага о Храфнкеле Годи Фрейра – гл. XVIII; Сага о Гисли – гл. XVI и др.; описание Хель в Младшей Эдде.

12 Латышские народные … С. 377.

13 Там же.

14 Дагестанские народные сказки / Сост. Н Капиева. М., 1957. С.64.

15 Там же. С. 57.

16 Грузинские народные сказки / Отв. ред. А.И. Алиева. Т. 2. М.: Наука, 1988. С.140.

17 Русские народные… С. 117, 188, 152.

18 Персидские сказки. / Сост. М. Н. Османов. – М.: Наука, 1987. С. 188.

19 Русские народные… С. 188.

20 Там же. С. 152.

21 Пропп В.Я. Указ. соч. С. 341.

22 Там же. – С. 321.

23 Персидские сказки… С. 35.

24 Пропп В.Я. Указ. соч. С. 199.

25 Подробнее об этом см.: В.В.Иванов Верх и низ // Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 Т. / Гл. ред. С.А. Токарев. М.: Советская энциклопедия, 1991. Т. 1. С.233-234.

26 Персидские сказки… С. 35.

27 Персидские сказки… С. 188.

28 Там же. С. 35.

29 Там же. С. 16.

30 Там же. С. 167.

31 Абхазские сказки. Сухуми, 1935. С. 29.

32 Латышские народные… С. 377.

33 Абхазские сказки. Сухуми, 1935. С. 29.

34 Там же. С. 26.

35 Братья Гримм. Сказки / Пер. Г. Петникова. – Минск, 1983. – С. 95.

36 Успенский Б.А. Семиотика искусства. – М., 1995. – С. 182.

37 Русские народные… С. 117.

38 Дагестанские народные… С. 42.

39 Там же. С. 26.

40 Выведенная нами картина соответствует структуре концовок “удачного пути”, определённой Н. Рошияну (причём сам исследователь не разделяет эти варианты концовок, но рассматривает их в совокупности). Четырьмя основополагающими элементами концовок данного типа автор называет: “1 — присутствие на пиру рассказчика, 2 — действия сказочника, 3 — перемещение сказочника от места действия к слушателям, 4 — цель перемещения – изложение сказки”. При этом, однако, ко второму элементу Н. Рошияну относит мотивы еды, которую невозможно съесть – элемент иного варианта, и нереальные действия (вода, черпаемая решетом, яйца, переносимые вилами и т.п.) – элемент, уже целенаправленно служащий утверждению идеи нереальности (в большинстве случаев сохраняющий при этом, что характерно, связь с первым мотивом – еды, которую невозможно съесть!). Вариант “удачного пути” как таковой не получает объяснения в работе исследователя. – Рошияну Н. Указ. соч. – С. 55.

41 Присутствие колпака как неисчезающего дара см.: Аф. 137, 234, 250, 292, 430, 576.

42 См.: Смеховой мир древней Руси // Д.С. Лихачёв, А.М. Панченко, Н.В. Понырко. Смех в древней Руси. Л., 1984.

43 Там же. 
Материал размещен на сайте при поддержке гранта №1015-1063 Фонда Форда.

присказка, зачин, концовка во 2 классе

II. Операционный этап. 1.Определение композиционных частей. Метод «Прогнозирование». 2.Проверка. Взаимопроверка пар по ключу в учебнике 3.Определение последовательности композиционных частей сказки. 4.Проверка методом «Делегирование». 5. Физминутка 6.Закрепление изученного материала.

Установить правильность и осознанность учащимися рассматриваемого материала. Выявить пробелы и провести коррекцию Выявить качества знаний учащими, определить пробелы, установить их причину

У каждой пары есть карточка. Рассмотрите и попробуйте определить с помощью стрелок присказку, зачин, концовку. (Используются карточки двух вариантов) 1 вариант Имя_________ 1)Ой ду-ду! На дубу Грянул ворон во трубу. И пошли чудеса: Засинели небеса, Вышли в море паруса, Встали тёмные леса. 2) Жили себе дед да баба. Дед и говорит бабе: -Ты, баба, пеки пироги, а я запрягу сани, поеду за рыбой…. 3) Вот и стали они жить –поживать да добра наживать. КОНЦОВКА ПРИСКАЗКА ЗАЧИН 2 вариант. Имя_________ 1) А в лесной избушке Затопилась печь – Пироги с морошкой Начал зайка печь. Пирогов покушай, Сказочку послушай. 2) В старые годы у одного царя было три сына. Вот, когда сыновья стали на возрасте, царь собрал их и говорит: -Сыновья мои любезные, покуда я ещё не стар, мне охота бы вас женить, посмотреть на ваших деточек, на моих внучат… 3) И я там был. Мёд-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало. КОНЦОВКА ПРИСКАЗКА ЗАЧИН Кто определил правильно? У кого не получилось, не расстраивайтесь, сейчас вы прочитаете точное определение понятий и сможете правильно находить в сказках присказку, зачин и концовку-Чем сказка отличается от рассказа? -В рассказе нет присказки, зачина и концовки. -По каким признакам мы отличаем сказку? -Слова «жили-были», «однажды». Положительные и отрицательные герои. Добро и зло. Добро побеждает. -Расположите карточки с названиями композиционных частей в том порядке, в котором, вы считаете, располагаются композиционные части в сказке. Карточки: Присказка концовка зачин содержание Карточки с разноуровневыми заданиями. (Обосновать свой выбор) 1 уровень. Задание: Прочитайте сказку и разделите её на композиционные части. Будет сказка занимательна. Слушайте её внимательно. Кто уши широко раскроет – много всякой всячины усвоит. А кто невзначай уснёт – тот ни с чем и уйдёт. Как-то по весне жила на крыше одного дома сосулька, которая очень хотела иметь косынку. И вот однажды утром мимо пробегала маленькая девочка. Малышка очень спешила в детский сад и не заметила, как косынка с ее плеч упала прямо на асфальт. Сосулька по молодости и неопытности подумала, что косынка оставлена в подарок для нее. Все утро она думала, как же добраться до косынки. Наступил день, солнышко засветило ярко и сильно. Сосулька, увлеченная своими мыслями, потихоньку таяла и по капельке капала вниз, прямо на косынку… Она и не заметила, как растаяла вся… Влажная от воды косынка к вечеру высохла под солнечными лучами. А вечером девочка, возвращаясь домой из садика, нашла ее на том самом месте, где оставила утром. Вот и сказочке конец, а кто слушал молодец! 2 уровень. Карточки с разрезанным текстом. Задание: Прочитайте сказку, собрав правильно её части. В то давнее время, когда мир божий наполнен был лешими, ведьмами да русалками, когда реки текли молочные, берега были кисельные, а по полям летали жареные куропатки, в то время жил-был царь по имени Горох… В старые-стародавние времена царь Горох воевал с грибами. Гриб боровик, над грибами полковник, под дубочком сидючи, на все грибы глядючи, стал приказывать: – Приходите вы, белянки, ко мне на войну! Отказалися белянки: – Мы – столбовые дворянки! Не пойдем на войну! – Приходите вы, рыжики, ко мне на войну! Отказались рыжики: – Мы – богаты мужики! Не пойдем на войну! – Приходите вы, волнушки, ко мне на войну! Отказалися волнушки. – Мы, волнушки, – старушки! Не пойдем на войну! – Приходите вы, опенки, ко мне на войну! Отказалися опенки: – У нас ноги очень тонки! Не пойдем на войну! – Приходите, грузди, ко мне на войну! – Мы, грузди, – ребятушки дружны! Пойдем на войну! Так и победили грибы царя Гороха! И я там был. За победу мёд-пиво пил. По усам текло, а в рот не попало. 3 уровень (талантливые и одарённые) Задание: Устно составьте сказку, используя все композиционные части.

Работа в парах Работа в группах Делегаты от групп заходят в другие группы и смотрят выполненную работу. Свои мысли, оценку и предложения оставляют на стикере. В каждой группе остаётся спикер, который представляет работу своей группы. Присказка зачин содержание концовка Представление выполненной работы спикерами групп.

Навыки сотрудничества в предложенной ситуации Внутренняя позиция школьника Умения слушать и слышать

Регулятивные: учитывать правило при выполнении учебного задания; Коммуникатив ные: формулировать коррективные высказывания в рамках учебного диалога; Коммуникатив ные : адекватно воспринимать предложения товарищей по исправлению ошибок Познавательные: – определять связь между присказкой , зачином и концовкой в сказке,обосновать своё суждение; – использовать данные – применять приобретенные умения при сочинении сказки Регулятивные: – выполнять учебное задание в соответствии с правилом. Коммуникатив ные : – выполнять учебные задания в группах; – формулировать высказывания,используя литературные термины. Познавательные: использовать приобретенные знания в практической деятельности Регулятивные: -выполнять учебное действие в соответствии с заданием. Коммуникативные: адекватно использовать речь для представления результата.

Умения определять присказку, зачин и концовку сказки Умения определять сказку Навыки установления последовательности композиционных частей в сказке

«Счастливый конец». Тайный шифр женских сказок

«Счастливый конец»

Архетипические сюжеты многообразны – ведь нужно символически описать и передать знания о разных гранях Жизни. Сказки предупреждают, демонстрируют сценарии разрешения конфликтных ситуаций, восстанавливают тонкие связи с миром Нави, раскрывают тайны мужских и женских посвящений.

Многие сказки имеют счастливый конец: «они жили долго и счастливо». Такое завершение истории сегодня превратилось в штамп, дающий обывателям право говорить: «Ну прямо как в сказке!». При этом подразумевается, что происходит нечто нереально хорошее.

Однако любой читающий сказки человек понимает, как это далеко от истины. Как раз для нормального обывателя в сказках ничего особенно хорошего и нет. Одни трудности, испытания, лишения. Конечно, читать об этом интересно, но каково оказаться на месте главного героя?!

На его месте мы оказываемся, когда неспешное предсказуемое течение нашей жизни нарушается приходом События. Оно врывается, принося с собой некий архетипический (древний) сюжет. Но мы об этом не знаем, нас об этом, как нам кажется, не предупредили. Поэтому как вести себя в условиях разворачивающегося архетипического сюжета События мы не знаем. И это то, что называется «стрессом».

Так что в основе сюжета сказки, мифа, притчи, былины и даже некоторых анекдотов лежит стрессовая ситуация. Фактически сказочная история раскрывает способы преодоления стрессовой ситуации, управления конфликтом, как внутренним, так и внешним.

Вспомните «Золушку». Разве героиня не находится в затяжной стрессовой ситуации? Она потеряла мать, с ней никто не проводил терапию потерь. Вместо психологической поддержки и реабилитации, она выходит на работу и сразу попадает в новый конфликт. Мачеха сживает ее со свету. Сегодня этому даже есть название «боссинг» – ситуация, когда начальник сознательно и целенаправленно травит подчиненного.

Золушка вынуждена выполнять самую грязную работу. Причем, в сказке нет указаний на то, что она получает какую-либо заработанную плату. Налицо грубое нарушение Трудового Кодекса. Более того, она даже лишена права на законный выходной, не может открыто пойти на бал. Такой событийный ряд называется «как в сказке»?!

Подобные события происходят в жизни многих людей, причем, не только женщин. Чем это чаще всего заканчивается? Люди психологически «ломаются», входят в роль «жертвы». А Золушка? Откуда при такой психологической и физической нагрузке у нее столько сил, оптимизма, креативности, присутствия духа? Ведь Фея подарила ей только имидж, соответствующий бальному случаю, никаких волшебных напитков Силы и Жизнерадостности она Золушке не преподносила.

Вот один из сказочных секретов – где у Золушки Источник Силы? Мы знаем про смерть Кощея, она находится на конце иглы. А про Золушку ничего не знаем. Эту загадку нам приходится разгадывать в своей жизни самим. Сказка только намекает нам, что Источник Силы Золушки где-то есть, и именно он помогает ей пройти стрессовую ситуацию достойно и начать новую жизнь.

Так рождаются вопросы для творческого размышления над сказкой. Откуда Золушка берет силы, чтобы пройти все испытания? Почему она не раздражается из-за несправедливого отношения к ней мачехи и сестер? Ведь непохоже, чтобы она подавляла напряжение внутри себя.

Да, в истории о Золушке счастливый конец. Но это ЗАКОНОМЕРНО счастливый конец. У некоторых жизненных историй, начинающихся подобно золушкиной, бывает ЗАКОНОМЕРНО несчастливый конец. Почему? Люди угодили в ловушку – позволили себе стать жертвой. Но не обстоятельств, а собственных деструктивных чувств, заблуждений, ошибочных оценок. Обиды, разочарования, наивность и неграмотность подтачивают человека изнутри. А уж реальные жизненные обстоятельства, как птицы-падальщики, слетаются и завершают дело.

В сказке Золушка бережет свою Силу, не растрачивает ее на переживания боли, обид и бессилия. Поэтому финал ее (и аналогичных историй) закономерно счастливый. В жизни не все берегут свою Силу. Тогда зачем сетовать на Судьбу и объявлять сказки обманом?

«Золушка» и другие истории с закономерно счастливым концом – это архетипические сюжеты о сохранении и приумножении Жизненной Силы. Причем, не только у главной героини или героя. Таких закономерно счастливых завершений стрессовых ситуаций немало в нашей жизни. Они происходят у людей, умеющих сберегать и приумножать свою Жизненную Силу. Действительно, «как в сказке».

Но есть сказки, которые имеют, условно говоря, «несчастливый конец». И он также закономерен. Это особые сказки. Сказки-предупреждения. Интересно, что сказки-предупреждения это первые сказки, которые начинают читать и рассказывать детям. «Курочка Ряба», «Колобок», «Теремок», «Пузырь, Соломинка и Лапоть».

В «Курочке Рябе» герои лишаются Золотого Яйца. В более ранних версиях этой сказки все умирают, не получив даже простого яйца. Колобка съедает лиса. Теремок разрушается. Пузырь, Соломинка и Лапоть погибают. Никакого счастливого конца. Что ж, можем ли мы теперь воскликнуть: «Прямо как в сказке!»?!

В сказках все по честному. Какова логика событий, принимаемых героями решений, таков и конец. Разве в жизни иначе?

В чем же состоят предупреждения и почему приобщение ребенка к сказочной традиции начинается с них?

Символическое предупреждение «Курочки Рябы» – береги Жизнь. Золотое Яйцо – символ Жизни, как божественного подарка. Золотое Яйцо прекрасно, пока сохраняет свою целостность.

Для того чтобы радоваться присутствию Золотого Яйца в доме совершенно не обязательно разбивать его, узнавать, как оно устроено. В этом контексте Золотое Яйцо становится символом гармоничных отношений, например, в семье.

Золотое Яйцо – это нечто, чью целостность необходимо беречь, сохранять. Причем, не обременяя себя ответом на вопрос: «зачем?». Не все возможно постичь пытливым умом. Золотое Яйцо – подарок, а «дареному коню в зубы не смотрят».

Дед и бабка колотили по Яйцу, но сами разбить не смогли. Зато своим намерением, желанием вызвали из подполья разрушительные силы – мышку. В христианской традиции мышь символизирует злую, разрушительную деятельность. Иногда неосторожного движения хвоста маленькой мыши достаточно, чтобы уничтожить и надежду, и отношения, а может, и всю планету. Движение хвоста мыши – последняя капля в последовательности разрушительных действий человека.

Сказка о «Курочке Рябе» предупреждает маленького человека о последствиях бездумных, стереотипных и разрушительных действий. Он даже не знает об этом, не осознают предупреждения и его родители, но ценность Жизни как божественного подарка уже закладывается в подсознание.

Есть еще один аспект этой сказки. Согласно исследованиям М. Маковского,[6] слово «мышь» соотносится со словами, обозначающими «плоть». В этом контексте смысл сказки является предупреждением другого рода. «Плотские», материальные стремления разбивают, разрушают божественную природу человека.

Сказка «Колобок» тоже непростая. В ней есть предупреждения и социального и духовного плана.

На социальном уровне сказка предупреждает о проявлении наивности, потери бдительности, а также о последствиях переговоров в условиях недостатка информации о партнере. Колобок отправляется в самостоятельную жизнь, спрыгнув с родительского подоконника. Он рассчитывает только на себя, но переоценивает собственные знания о жизни и природе лесных обитателей. Да, его удалая песенка помогает ему, когда он встречается с Простаками – Зайцем, Волком и даже Медведем. И она же играет с ним злую шутку при встрече с опытным манипулятором – Лисой.

Песенка Колобка – это своего рода мантра, аффирмация, заговор собственного сочинения, помогающий ему поддерживать в себе боевой дух и отводить от себя неприятности. Но в жизни нет универсальных рецептов ухода от опасности. Лиса – провокатор, она бросает вызов самонадеянности Колобка. Он должен был бы насторожиться оттого, что реакция Лисы на его песенку была не такой, как у Зайца, Волка и Медведя. Но нет – жажда признания (надо же, кто-то хочет слушать мою песенку!) усыпила его бдительность. Кроме того, он оказался в ситуации дефицита информации о своем «отзывчивом слушателе» (Лисе). Возможно, если бы он полежал у Деда и Бабки на подоконнике подольше, он бы узнал об особенностях и коварстве Лисы. Но… он поторопился. Состав предупреждений социального плана налицо.

«Колобок» содержит важное предупреждение духовного плана – предназначение должно быть реализованным. Колобок – пирожок, сдоба. Он произведен на свет для того чтобы быть съеденным. Дед и Бабка рассчитывали на свою долю, но судьба распорядилась по-другому. Не так важно каким образом обставлен акт реализации предназначения, важно, что он обязательно произойдет. Поэтому съедение Колобка в конце сказки закономерно.

Сказку «Теремок» можно было бы назвать настоящей коммунальной историей. Среди героев нет злодеев и манипуляторов, в сказке нет мотива борьбы со злом. Все, будучи очень разными, живут в теремке дружно. Но в финале – разрушение. Отчего? Просто разрешили медведю жить вместе с ними. Так одно недальновидное решение лишает крова многих…Сказка предупреждает маленького человека – знай кого в дом приглашать, просчитывай последствия принимаемых решений.

Есть интересный, не совсем детский вариант сказки о теремке – называется он «Терем мухи».

Ехал мужик с горшками, потерял большой кувшин. Залетела в кувшин муха и стала в нем жить-поживать. День живет, другой живет. Прилетел комар и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, а ты кто?

– А я комар-пискун.

– Иди ко мне жить.

Вот стали они вдвоем жить. Прибежала мышь и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, да комар-пискун, а ты кто?

– Я из-за угла хлыст.

– Иди к нам жить.

И стало их трое. Прискакала лягушка и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, а ты кто?

– Я на воде болтунья.

– Иди к нам жить.

Вот и стало их четверо. Пришел заяц и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, а ты кто?

– Я на поле прыгун.

– Иди к нам.

Стало их пятеро. Пришла еще лисица и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, а ты кто?

– Я на поле краса.

– Ступай к нам.

Прибрела собака и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, да на поле краса, а ты кто?

– А я гам-гам.

– Иди к нам жить.

Собака влезла. Живут всемером. Прибежал еще волк и стучится:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, да на поле краса, да гам-гам а ты кто?

– Я из-за кустов хап.

– Иди к нам жить.

Вот живут ввосьмером. Спознал про эти хоромы медведь, приходит и стучится – чуть хоромы живы:

– Кто в хоромах, кто в высоких?

– Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хлыст, да на воде болтунья, да на поле прыгун, да на поле краса, да гам-гам, да из-за кустов хап, а ты кто?

– А я лесной гнёт.

Сел на кувшин и всех раздавил.

В этой истории медведь не дожидается приглашения. Он называется «лесным гнётом» и уничтожает терем мухи. Здесь предупреждение сказки уже связано с защитой своего дома, своих границ. Многие будут покушаться на «хоромы», не с каждым можно договориться, а тем более жить вместе. Чтобы терем стоял, его нужно защищать, и каждый из жильцов может внести в общее дело свой вклад.

Неужели муха-шумиха, комар-пискун, из-за угла хлыст, на воде болтунья, на поле прыгун, на поле краса, гам-гам, из-за кустов хап не могли бы между собой грамотно распределить обязанности, используя способности друг друга?! Они – команда. Но команда, которая не собиралась использовать свой общекомандный ресурс. Команда свой ресурс просто «проживала». А, между тем, в команде были члены, которым природа велит питаться друг другом.

Лягушка может легко съесть муху и комара. Но она – болтунья, так она себя назвала. Лиса и волк могут конкурировать между собой – кому достанется заяц. Но краса, из-за кустов хап и прыгун живут вместе, игнорируя конфликт, заложенный в их отношения самой природой.

Внутренних противоречий в тереме много. Рано или поздно они либо разорвут хоромы на части, либо жильцы станут командой и начнут расширять свои владения. К горшку пристроят норы, станут нести дозор, предупреждать друг друга о приходе медведей или иного «лесного гнёта».

Но ничего общекомандного не происходит, а потому гибельный финал закономерен. Нас предупредили.

Продолжает эту тему история о пузыре, соломинке и лапте.

Жили-были пузырь, соломинка и лапоть. Пошли они в лес дрова рубить, дошли до реки, и не знают, как через реку перейти. Лапоть говорит пузырю:

– Пузырь, давай на тебе переплывем!

– Нет, пусть лучше соломинка перетянется с берега на берег, а мы по ней перейдем!

Соломинка перетянулась. Лапоть пошел по ней, она и переломилась. лапоть упал в реку, а пузырь хохотал, хохотал, да и лопнул!

Если в «Теремке» герои даже не подошли к распределению ролей в команде, то в этой истории троица попыталась распределить между собой нагрузку с учетом возможностей каждого. Это сам по себе правильный ход мыслей. Тогда почему случилась неудача? Дело в том, что герои не решали актуальную задачу – перебраться через реку. Лапоть и пузырь, на самом деле, делали все возможное, чтобы переложить трудную работу на другого. Соломинка оказалась настоящим «козлом отпущения». Разве так работают в команде? В бизнес реальности подобных ситуаций множество. Того, кто работает «на износ», заваливают работой еще больше. Начальники подразделений, конкурируя между собой, находят нежизнеспособный «компромиссный вариант». При этом втайне один мечтает подставить другого. Сказка предупреждает, что при таком подходе – финал один.

Сказка «Пузырь, соломинка и лапоть» – это интересная задачка для взрослых. Действительно, как переправиться через реку этим героям, используя только собственные способности, как им распределить между собой функции? И возможно ли это, в принципе?

Лапоть можно превратить в лодку, соломинка станет «байдарочным» веслом, а пузырь гребцом. Но влезет ли пузырь в лапоть, и будет ли соломинка прочным веслом? Не исключено, что сказка предупреждает о том, что такой подбор кадров, как лапоть, соломинка и пузырь, не приведет к результату, в принципе.

Получается, что в сказках нет счастливых или несчастливых концов. Есть ЗАКОНОМЕРНЫЕ финалы. Ошибочные действия, заблуждения приводят к провалу. Бережное отношение к собственное Силе, стремление грамотно пройти испытание вознаграждается разрешением острой ситуации.

Особое место в рассуждениях о закономерном финале сказочных историй занимают сказки Г.-Х. Андерсена. Особенно «Русалочка».

Русалочка, страстно желавшая стать женой принца, оказывается отвергнутой и превращается в морскую пену. Где же закономерность и справедливость? Где жизнеутверждающий принцип, наконец? Так думают многие. И опять корень заблуждения кроется в невнимательном прочтении сказки.

Давайте рассуждать творчески. Зачем русалочке, по происхождению – «элементалу», духу воды, идти на жертвы и неудобства, связанные с хождением по земле? Некоторые обыватели уверенно говорят: «Ради любви!». Хорошо, зачем духу воды любовь? Надо сказать, этот вопрос многих ставит в тупик: «Как это – зачем любовь?! Любовь нужна всегда, ради нее можно идти на любые жертвы!».

Так мы попадаем в первую ловушку сказки – понятия «любви» и «жертвы» срастаются не только в сознании, но и подсознании. Причем, у многих и расставаться не собираются.

Любовь не требует жертв. Она вообще ничего не требует – только дает. Силу, радость, мудрость, энергию стремления к цели, – любовь щедра на подарки. Любви не нужны наши жертвы.

Кому тогда они нужны? Из добрых сил уж точно – никому. Языческим богам приносили жертвы, но они были другого качества и содержания.

Проблема в том, что произошла путаница – жертва стала синонимом испытания, прохождения жизненного урока. Мы претерпеваем неудобства, ограничения, преодолеваем собственный эгоизм, желание быстрого чуда, – так мы проходим свой урок. Наша психическая сущность утончается, душа очищается и мы становимся восприимчивыми к более тонким переживаниям. Любви, в том числе.

Попробуем отойти от понятия «жертвы» и начать пользоваться понятием «плата». Русалочка платит морской ведьме своим голосом, и та дает ей ноги. И следовательно – возможность стать возлюбленной принца.

Заметьте, русалочка платит только за возможность! Ведьма не дает ей никаких гарантий того, что принц полюбит ее и сделает предложение. Более того, ведьма честно предупреждает русалочку о сопутствующих рисках подобной сделки – каждый шаг по земле будет приносить невероятную боль, и если принц ее не полюбит и предпочтет другую, она погибнет.

Русалочка платит и рискует. Зачем? Ради односторонней любви и призрачной возможности приобрести взаимность? Тогда дело не в Любви, а в банальном удовлетворении эгоистической потребности в признании и любви. Вряд ли за удовлетворение потребности можно платить так дорого.

Секрет решения Русалочки найдет внимательный читатель. Он – в разговоре героини с бабушкой. Этот разговор – о бессмертной душе. Бабушка рассказывает внучке о том, чем отличаются люди и элементалы, духи воды. Люди обладают бессмертной душой, которая воплощается в смертном теле. Люди живут недолго, а потом их тело умирает, а душа остается и попадает в чудесный мир, и потом может воплотиться в другом теле. И так происходит бесконечно. Знал ли Андерсен теорию инкарнаций души? Во всяком случае, он зашифровал ее в своей сказке.

Духи воды сотворены из воды и в нее превращаются, когда умирают. Правда живут они дольше, аж 300 лет. Открытие это так взволновало Русалочку, что она пожелала отдать все 300 лет своей русалочьей жизни за возможность получить бессмертную душу. Но возможно ли такое? Бабушка говорит, что возможно, если Русалочка вызовет любовь в сердце того, кто обладает бессмертной душой…

«Все больше и больше начинала русалочка любить людей, все сильнее и сильнее тянуло ее к ним; их земной мир казался ей куда больше, чем ее подводный; они могли ведь переплывать на своих кораблях море, взбираться на высокие горы к самым облакам, а их земля с лесами и полями тянулась далеко-далеко, ее и глазом не охватить! Русалочке очень хотелось побольше узнать о людях и об их жизни, но сестры не могли ответить на все ее вопросы, и она обращалась к бабушке: старуха хорошо знала «высший свет», как она справедливо называла землю, лежавшую над морем.

– Если люди не тонут, – спрашивала русалочка, – тогда они живут вечно, не умирают, как мы?

– Ну что ты! – отвечала старуха. – Они тоже умирают, их век даже короче нашего. Мы живем триста лет, но, когда нам приходит конец, нас не хоронят среди близких, у нас нет даже могил, мы просто превращаемся в морскую пену. Нам не дано бессмертной души, и мы никогда не воскресаем; мы – как тростник: вырвешь его с корнем, и он не зазеленеет вновь! У людей, напротив, есть бессмертная душа, которая живет вечно, даже и после того, как тело превращается в прах; она улетает на небо, прямо к мерцающим звездам! Как мы можем подняться со дна морского и увидать землю, где живут люди, так и они могут подняться после смерти в неведомые блаженные страны, которых нам не видать никогда!

– А почему у нас нет бессмертной души? – грустно спросила русалочка. – Я бы отдала все свои сотни лет за один день человеческой жизни, чтобы потом тоже подняться на небо.

– Вздор! Нечего и думать об этом! – сказала старуха. – Нам тут живется куда лучше, чем людям на земле!

– Значит, и я умру, стану морской пеной, не буду больше слышать музыки волн, не увижу чудесных цветов и красного солнца! Неужели же я никак не могу обрести бессмертную душу?

– Можешь, – сказала бабушка, – пусть только кто-нибудь из людей полюбит тебя так, что ты станешь ему дороже отца и матери, пусть отдастся он тебе всем своим сердцем и всеми помыслами и велит священнику соединить ваши руки в знак вечной верности друг другу; тогда частица его души сообщится тебе и когда-нибудь ты вкусишь вечного блаженства. Он даст тебе душу и сохранит при себе свою. Но этому не бывать никогда! Ведь то, что у нас считается красивым, твой рыбий хвост, люди находят безобразным; они ничего не смыслят в красоте; по их мнению, чтобы быть красивым, надо непременно иметь две неуклюжих подпорки – ноги, как они их называют.

Русалочка глубоко вздохнула и печально посмотрела на свой рыбий хвост.

– Будем жить – не тужить! – сказала старуха, – повеселимся вволю свои триста лет– срок не малый, тем слаще будет отдых после смерти!»[7]

Так у Русалочки формируется цель – получить бессмертную душу, а также находится и средство – любовь принца. Теперь становится понятным, за что она вносит ведьме такую высокую плату – за возможность обрести бессмертную душу, за возможность качественной эволюции. Русалочка готова «прыгать через ступени», готова платить за интенсивный рост.

Люди, активно растущие в профессиональном, социальном, духовном плане, платят за свою эволюцию, платят за реализацию цели. Сначала платят своими мелкими слабостями и прихотями, отказываясь от них. Потом кругом друзей – он меняется, иногда очень резко. Иногда платой становится здоровье и важные отношения. При интенсивном росте плата бывает очень болезненна. Так больно было Русалочке, когда она ступала по земле. Так дискомфортно переживается человеком вхождение в свое новое качество.

Каков же финал? Все оказалось зря – духу воды не дано получить бессметную душу? Русалочке было предложение от сестер – отказаться от цели, принять свое прежнее качество, остаться русалкой. Но чтобы вернуться назад нужна жертвенная кровь, кровь принца. Если Русалочка зарежет принца и окропит его кровью свои ноги, они вновь превратятся в хвост. И все станет как было.

В этом эпизоде, действительно, присутствует реальный символизм жертвы. Принцу предназначается роль жертвенного агнца на алтаре русалочкиной инволюции. В сказке зашифрован тончайший символизм жертвы – она ради регресса, возвращения в прежнее качество. Но если Русалочка получит обратно свой хвост, это не означает того, что она станет прежней. Тоска по неосуществленной цели источит ее изнутри.

Когда человек отказывается от собственной эволюции (социальной, психологической, духовной), от шанса, он всю оставшуюся жизнь жалеет об этом. Но ничего изменить уже нельзя. Такие переживания очень болезненны и разрушительны.

Русалочка не приносит жертву, она решается идти в своей эволюции до конца. Несмотря на то, что ситуация вышла из-под контроля и стала непредсказуемой. Хотя героиня видит свое ближайшее будущее – превращение в морскую пену, ей не дано предугадать, как развернуться события на самом деле.

Русалочка отказывается от жертвы и принимает свою смерть, самое страшное, что могло произойти. И это – момент истины. Она свободна и от цели, от своего прежнего существа русалочьего, а также и нового человеческого. Она не запятнала себя жертвенным убийством. Она выдержала испытание, о сюжете которого ее не могли предупредить ни бабушка, ни сама морская ведьма.

В этом фрагменте сказки зашифрована уникальная мысль – сюжет испытания до конца не открыт человеку. Мы можем изучить все архетипические сюжеты испытаний, внять предупреждениям, бережно относиться к собственной Силе, контролировать ситуацию. Однако в любом сказочном и жизненном сюжете всегда остается место для вмешательства Провидения. И к этому невозможно быть готовым. Но это – Подарок.

Так и с Русалочкой. Превратившись в морскую пену, к чему она была готова, Русалочка вдруг ощутила, что поднимается над поверхностью воды. Она видела корабль, принца сверху, а вокруг себя – бестелесных существ. Они пели что-то удивительное, мелодичное и неземное. Русалочка оказалась среди дочерей воздуха, которые имеют возможность получить бессмертную душу через 300 лет. А может и раньше, – как шепнула ей одна из новых подруг…

«Еще раз посмотрела она на принца полуугасшим взором, бросилась с корабля в море и почувствовала, как тело ее расплывается пеной.

Над морем поднялось солнце; лучи его любовно согревали мертвенно-холодную морскую пену, и русалочка не чувствовала смерти: она видела ясное солнце и каких-то прозрачных, чудных созданий, сотнями реявших над ней. Она видела сквозь них белые паруса корабля и красные облака в небе; голос их звучал как музыка, но такая возвышенная, что человеческое ухо не расслышало бы ее, так же как человеческие глаза не видели их самих. У них не было крыльев, но они носились в воздухе, легкие и прозрачные. Русалочка увидала, что и у нее такое же тело, как у них, и что она все больше и больше отделяется от морской пены.

– К кому я иду? – спросила она, поднимаясь в воздух, и ее голос звучал такою же дивною музыкой, какой не в силах передать никакие земные звуки.

– К дочерям воздуха! – ответили ей воздушные создания. – У русалки нет бессмертной души, и обрести ее она может, только если ее полюбит человек. Ее вечное существование зависит от чужой воли. У дочерей воздуха тоже нет бессмертной души, но они могут заслужить ее добрыми делами. Мы прилетаем в жаркие страны, где люди гибнут от знойного зачумленного воздуха, и навеваем прохладу. Мы распространяем в воздухе благоухание цветов и несем людям исцеление и отраду. Пройдет триста лет, во время которых мы будем посильно творить добро, и мы получим в награду бессмертную душу и сможем изведать вечное блаженство, доступное людям. Ты, бедная русалочка, всем сердцем стремилась к тому же, что и мы, ты любила и страдала, подымись же вместе с нами в заоблачный мир. Теперь ты сама можешь добрыми делами заслужить себе бессмертную душу и обрести ее через триста лет!

И русалочка протянула свои прозрачные руки к солнцу и в первый раз почувствовала у себя на глазах слезы. На корабле за это время все опять пришло в движение, и русалочка увидала, как принц с женой ищут ее. Печально смотрели они на волнующуюся морскую пену, точно знали, что русалочка бросилась в волны. Невидимая, поцеловала русалочка красавицу в лоб, улыбнулась принцу и поднялась вместе с другими детьми воздуха к розовым облакам, плававшим в небе.

– Через триста лет мы войдем в божье царство!

– Может быть, и раньше! – прошептала одна из дочерей воздуха. – Невидимками влетаем мы в жилища людей, где есть дети, и если находим там доброе, послушное дитя, радующее своих родителей и достойное их любви, мы улыбаемся. Ребенок не видит нас, когда мы летаем по комнате, и если мы радуемся, глядя на него, наш трехсотлетний срок сокращается на год.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Окончание известной сказки

Определение сказки:

A: история (для детей) с участием фантастических сил и существ (фей, волшебников, гоблинов), также называемая сказкой.

B: история, в которой невероятные события приводят к счастливому концу

I. Обсудить сказки.

Какие бывают персонажи? Какой типичный финал бывает у сказки? Что происходит?

Типичные персонажи: феи, волшебники, гоблины, ведьмы, лисы, охотник, принц, принцесса, королева, гном, зверь, кролик

Типичные сюжеты: Кто-то пытается обмануть другого персонажа.Ведьме нужно то, что есть у принцессы, или принцу, возможно, придется пройти испытание, чтобы найти женщину, на которой он должен жениться.

Вот несколько сказок, которые большинство студентов могут знать и о которых могут подумать в этом контексте:

Золушка
Белоснежка и семь гномов
Гензель и Гретель
Гадкий утенок
Златовласка и три медведя
Красная шапочка
Красавица и чудовище

Обсудите другие версии / адаптации этих историй (например, выходит новый фильм, в котором будет новый взгляд на Маленькая Красная Шапочка под названием Красная Шапочка ).Объясните, чем занимались в течение дня. «Мы собираемся взять несколько известных сказок и сделать их своими, добавив собственный финал».

Если есть время, попросите учащихся описать свою любимую сказку и дать краткое изложение сюжета.

II. Прочтите отрывки из стихотворения Жана Валентайна и братьев Гримм *.

* примечание: я отсекла «Двенадцать братьев» в той части, где старуха говорит: «Дитя мое, что ты сделал? Почему ты не оставил в росте двенадцать белых цветов? Они были твоими братьями, которые сейчас навсегда превратился в воронов.«

Объясните: сказки могут появляться в очень неожиданных местах и ​​что в некотором смысле любую историю можно превратить в сказку.

III. Альтернативная концовка

Скажите ученикам, что их работа сегодня – закончить эту знаменитую сказку. Они могут закончить историю так, как захотят. Им просто нужно выяснить, что происходит с девушкой и ее братьями. Они могут написать стихотворение, рассказ, что угодно, лишь бы закончить рассказ.

Вот вопросы, которые помогут студенту окончить школу:

Что происходит с 12 воронами?
Как Дева спасает своих братьев?
Может ли Дева использовать особую силу, чтобы спасти своих братьев? В чем особенная сила?
Будут ли спасены все 12 братьев?
Что старушка велит Деве делать?
Кто еще помогает Деве? Какие еще персонажи фигурируют в этой истории?
Куда Дева идет за помощью?
Дева остается в Великом лесу? Как теперь выглядит Великий лес с 12 воронами? Это жутко? Это красиво?
Что происходит с Девой в конце рассказа? Она когда-нибудь вернется к своим родителям?
Во что одеты все в конце рассказа?
Будет ли Дева жить долго и счастливо?

IV.Делится

Предложите учащимся поделиться друг с другом своими историями. (Перед тем, как они начнут, прочтите стихотворение Валентина и опишите, что это был конец этой знаменитой сказки одним поэтом.)

Расширение деятельности

Попросите учащихся проиллюстрировать свои истории.

Необходимые ресурсы доступны в Интернете:

«Двенадцать братьев» Братьев Гримм, http://www.literaturecollection.com/a/grimm-brothers/554/

«Одиннадцатый брат» Жана Валентайна, http: // www.poets.org/viewmedia.php/prmMID/21676

Фраза «Финал сказки» – значение и происхождение.

Сказочный финал

Что означает фраза «Сказочный финал»?

Прекрасный, радостный и простой финал рассказа, как в сказках.

Каково происхождение фразы «Сказочный финал»?

Прежде чем мы посмотрим на происхождение словосочетания «финал сказки», давайте просто скажем кое-что о его написании. Подобно многим составным словам, которые начинались как два слова, «сказка» соединилась с дефисом, чтобы стать «сказкой».Некоторые пары слов, например «место рождения» и «залитый кровью», прошли полный путь, чтобы стать «местом рождения» и «залитым кровью», но «сказка» еще не пришла. Сказав это, вы можете найти выражение, написанное как «сказка», «сказка» или «сказка», и вряд ли вас поправят, что бы вы ни использовали. Тем не менее, правильным способом написания выражения, которое мы здесь рассматриваем, является «сказочный финал».

Первые метафорические употребления слов «сказка» и «сказка», то есть употребления, не относящиеся к реальным рассказам о феях, встречаются в текстах 17 века.Например, это произведение английского священнослужителя Джона Свона в Speculum Mundi , 1635:

А что касается сказок Фэйри о Ламио, то они не принадлежат этому существу: ни те обычные сообщения о Сфинксе, ни о его загадке. прочее, чем басни.

Прошло еще два столетия, прежде чем начали использовать «сказочный финал». Вот один из первых примеров, напечатанный в феврале 1854 года в еженедельном журнале Household Words , издаваемом Чарльзом Диккенсом.Это связывает «сказочный финал» с типичной формулой для таких – «они жили долго и счастливо»:

Мне не следовало бы сожалеть, что к этой правдивой истории был добавлен старый сказочный финал ». жили вместе очень долго и счастливо ».

В дополнение к «финалу сказки» у нас есть рассказ, который, когда его развенчали в 1980-х годах, широко освещался в газетах как «конец сказки».

Феи Коттингли – это серия фотографий, сделанных с 1917 года двумя молодыми девушками, Элси Райт и Фрэнсис Гриффитс, на которых изображены девушки, играющие с феями.В наши дни люди знают, как легко подделать изображения, и такие изображения сразу же будут отвергнуты как подделки. Однако в начале 20-го века публика была немного более доверчивой (и, возможно, немного более склонной верить в фей), и многие люди принимали фотографии как подлинные. Не меньший персонаж, чем писатель и известный сторонник спиритизма, сэр Артур Конан Дойл объявил картины подлинными.

Поскольку старушки в 1980-х Райт и Гриффитс признались, что подделывали фотографии с помощью картонных вырезок, Фрэнсис Гриффитс продолжала утверждать, что одна из пяти фотографий была подлинной, хотя это было довольно странно.

Элементы сказки

Элементы, найденные в сказках

Сказка – вымышленная история, которая может с фольклорными персонажами (такими как феи, гоблины, эльфы, тролли, ведьмы, гиганты и говорящие животные) и чары, часто с надуманными цепочка событий. Этот термин также используется для описания чего-то наделенного необычное счастье, как в “финале сказки” (счастливый конец) или «сказочный романс», хотя далеко не все сказки заканчиваются благополучно.Сказочный сказки – это жанр в литературе. Они уходят корнями в устную традицию. Распространены сказки с очень похожими сюжетами, персонажами и мотивами. во многих разных культурах. Сказки также имеют тенденцию приобретать цвет их расположение, благодаря выбору мотивов, стиля, в котором они рассказываются, и изображение характера и местного колорита.

Басня – это краткий, емкий рассказ, на проза или стихи, в которых изображены животные, растения, неодушевленные предметы или силы природа, антропоморфизированная (с учетом человеческих качеств), и что иллюстрирует моральный урок («мораль»), который в конце может быть выраженный явно в лаконичном изречении.

Басня отличается от притчи тем, что последний не включает животных, растений, неодушевленных предметов и сил природы. как актеры, которые берут на себя речь и другие способности человечества.

Особое начало и / или конечные слова

~ Жили-были … и жили они долго и счастливо. Иногда бывает неожиданный финал

Хороший характер

~ До вы видите доброго, невинного персонажа? Хороший персонаж умен? Он / она помогли другие?

Злой персонаж

~ До вы видите ведьму? Демон? Злая мачеха? Зловещий гном?

В в конце злой персонаж обычно как-то проигрывает

Роялти

~ Есть замок? Принц? Принцесса? А король? Королева?

Бедность

~ Видишь бедную работающую девушку, бедную семья, бедный пастух? Вы видите бедных людей, пытающихся заработать себе на жизнь, чтобы есть достаточно

Магия и чары

~ Вы видите, как происходят волшебные вещи? Вы видите говорящих животных / предметы? Ты могут увидеть фей, троллей, эльфов, гоблинов и т. д.

Повторяющиеся узоры / Номера

~ Вы видите какие-нибудь закономерности? Часто вы увидите вещи, фразы, задачи появляются «тройками», шестерки и / или «семерки»

Универсальные истины

~ сказка, вероятно, затрагивает какой-то универсальный переживания (т. е. совершеннолетие) или надежды (т. е. иметь достаточно еды и любви)

Распространенные мотивы ~

Говорящий животные / предметы

Сообразительность / обманщик / игры в слова

Путешественники сказки

Происхождение ~ откуда мы пришли?

Триумф бедных

Человек исследованная слабость (т.э., любопытство, чревоугодие, гордость, лень и т. д.)

Человек прославленные сильные стороны (например, доброта, щедрость, терпение и т. д.)

Обманщик (иногда герой, иногда на стороне зла, но люди выигрывают)

Высокий рассказ (небольшое преувеличение гипербола)

Магия слова или фразы; повторение фраз / слов ( abracadabra! )

Опекуны (крестные феи, наставники, волшебные помощники, проводники и т. д.)

Монстры (драконы, огры, злые существа и т. д.)

Борьба между добром и злом, светом и тьмой

Самый младший против старшего (сыновья, дочери, соперничество братьев и сестер)

Спать (продолжительный сон, смертельные трансы)

Невозможно задачи (смехотворно отупляющие, для выполнения требуются фантастические усилия и т. д.)

Квесты

Чревоугодие / Голод (есть тонкая грань между едой для выживания и уступкой искушение)

Ключи, пропусков (открытие новых дверей)

Доноры, Благотворители, Помощники

способа толкования сказок

Когда ты думаешь о сказке, ты думаешь, дети.Но обратите внимание на истории, и вы увидите больше значения предназначены не только для детей.

юнгианский Архетипы

ман. коллективное подсознание, коллективная мечта, общие переживания, самые сокровенные желания, страхи

Фрейдист Психоанализ

id, the эго, супер-эго всегда борется с нашими первобытными потребностями, противоречащими нашим совесть

Феминистка Теория

стремится понять природу неравенство и фокусируется на гендерной политике, властных отношениях и сексуальности; темы: фертильность, дискриминация, стереотипы, объективация (особенно сексуальная объективация), угнетение и патриархат

Морфология

анализирует функция каждого персонажа / действия = сказка состоит из тридцати одного элемента и восьми типов символов; Владимир Пропп, Русские сказки

Исторический Анализ

видя сказки способ сохранить историю, легенды и обычаи

Мораль Уроки

Чарльз Все версии Perraults заканчиваются уроком

уроков от ГРИММ: 4 типа сказочных концовок, которых следует избегать

Обычно мы думаем о HEA (Happily Ever Afters), когда говорим о финалах сказок.Но, читая в этом году все сказки Гримма, я замечаю, что в концовках начинают проявляться некоторые закономерности.

Многие концовки сюжетов кажутся скомпонованными, поспешными, переворачиваемыми или кажутся смешанными двумя историями. Эти сказки могли закончиться раньше и было бы лучше.

1. Конец прихватки

Прикрепленные окончания – это концовки, которые кажутся неожиданными или несвязанными. к повествованию, которое было до него.

На прошлой неделе мы прочитали “Верный Иоанн”, в котором сказку по сравнению с другими рассказами Гримма, но финал был бы так много Лучше бы он остановился на статуе верного Иоанна, храбро сохранившего обещание своему королю защитить своего сына, даже если это будет стоить ему жизни.

В нынешнем финале сын убивает своих близнецов. и пролили свою кровь, чтобы спасти Джона, только чтобы все волшебным образом остались живы снова в конце.

Вау. Я мог бы обойтись без этого короткого, приколотого окончание.

Зачем вообще это было включено? Джон пожертвовал собой спасти сына своего короля, благородное усилие, но не было ничего благородного в сын короля приносит в жертву своих детей без надежды на временную потерю и выкупила … и чтобы мать близнецов согласилась, что ее муж хорошо выбор еще до того, как увидеть результаты !?

Просто, нет.

Закончите сказку, оставив Иоанна до конца верным. Трагический, горько-сладкий финал, который находил отклик у сына, который видел статую каждый день как напоминание ему, чтобы он стал лучшим королем.

2. Бросился конец

Концовка Рапунцель кажется поспешной.

Начало рассказа по сравнению с ним неторопливое. до конца, поскольку он устанавливает основную часть рассказа:

Беременная мать так жаждет этой восхитительно выглядящей рапунцели (салат – овощ из семейства реповых; вы можете есть корни, а листья можно использовать в салатах) в саду своей соседки так сильно, что ее муж ворует за ее.После того, как она попробует, тяга усиливается! А когда ее муж ворует еще, его ловит ведьма, владеющая садом.

Затем, к концу рассказа, мы почти получаем список событий. Это случается, потом это случается, а потом это. Он читается как заметки писателя я оставляю себе, чтобы выбросить мысли из головы, прежде чем Я их забываю.

При написании концовки дайте читателю полную развязку. Если им понравилась история, они захотят немного задержаться.Они могут даже читать медленнее, потому что знают, что конец приближается, и они не готовы покинуть мир рассказов, который вы создали.

3. Перевернутый герой Концовка

Я только что придумал эту категорию, но не знаю, что еще назови это. Это когда мы читаем об одном символе или наборе символов на всю историю, а затем внезапно в конце кто-то другой становится герой. Такой финал очень неудовлетворителен.

Самая первая сказка Гримма – это Король лягушек или Железный Генри .Даже в названии неясно, кто эта история в конечном итоге о!

В этой истории избалованная принцесса роняет золотой шар. хорошо. Проклятый принц в виде лягушки соглашается вернуть мяч, если принцесса заберет его домой и позволит жить с ней. Она соглашается, получает мяч, то тут же оставляет лягушку у колодца и уходит домой.

В этой сказочной концовке принц снова становится мужчиной, женится на принцессе, а затем воссоединяется со своим верным слугой, который так Он был вне себя от радости, что принц вернулся, что железные узы на его сердце разорвались.

Подожди секунду.

Почему мы вдруг заговорили об этом слуге, который звучит более героически, чем любой из наших несовершенных главных героев? Где был этот слуга все время? Почему нам не рассказали о нем вначале? Или середина? Или даже близко к концу?

Если слуга появится в девятом часу, мы должен был иметь о нем намек в начале истории. Не то чтобы есть строгие правила в письменной форме (если это работает для рассказа, это работает), но, как правило, писатели должны представьте всех их главных персонажей до середины.Даже если они не физически приходите на сцену, пока читатели не должны о них знать.

Может быть, этот верный слуга разыскивал потенциальных принцесс для своего хозяина и специально поместил лягушку в этот колодец в надежде, что принцесса найдет его. Тогда его появление в конце имело бы больше смысла.

Даже так. Главный герой, герой, которого мы все время преследовали, должен, в конце концов, спасти положение.

4.Пюре концовка

Иногда кажется, что сказка состоит из двух историй, разбились вместе.

Маленький Брат и Little Sister легко могла быть двумя разными сказками: одна, в которой брат превращается в олененка, а другая, в которой королева низкого происхождения заменяется ее сводная сестра.

В первой части рассказа естественный финал. когда король находит сестру, прячущуюся в лесу, преследуя олененка с золотая подвязка.Король предлагает жениться и берет и сестру, и ее брат-олененок в замок, чтобы жить долго и счастливо. Это не конец рассказ, а должно быть (!)

Затем мы переходим во 2-ю часть, где злая мачеха узнает о счастья детей и придумывает план, чтобы ее дочь выглядела как теперь королева и займи ее место.

Подождите. Какая дочь?

В Little Brother и Little Sister , мы рано узнаем, что дети-сироты бегают подальше от мачехи, и это место в истории было бы отличным пора рассказать нам о сводной сестре, которая неожиданно появляется на конец истории.Была ли она мстительной девушкой, полностью согласной с материнской лечение этих сирот? Или она пешка, неспособная оторваться от нее мама?

Не так много сквозной линии от первой части рассказ второй. В первой части мачеха, кажется, пытается чтобы разрушить детское счастье назло, потому что они убежали от нее.

Но затем во второй части она становится активной в своем стремлении вырастить собственного ребенка. Если бы ее мотивация была последовательной на всем протяжении, казалось бы, что финал с пюре лучше, чем сейчас.

5. Удовлетворяющие окончания

Удовлетворительные концовки связывают все сюжетные нити, приходи раньше. Мы часто получаем первые намеки на концовку в самом начале истории, так что мы получаем красивый эффект заглушки, связывая историю воедино.

сказок Гримм, которые мы прочитали до сих пор (три недели спустя наш вызов # GRIMMread2019), Двенадцать Brothers близок к удовлетворительному финалу … если бы нам разрешили удалить прикрепленные последние два предложения о злой матери, которую бросают в бочку с кипящим маслом и змеями!

В Двенадцать братьев , у нас есть забронированные начало и конец.

Начало: История начинается с двенадцати мальчиков и грядущее появление тринадцатого ребенка, сестры, которая станет причиной смерти братьев.

Концовка: Братья убивают сестру, пока она сжигается на костре за их защиту. И в конце концов братья спасите сестру, как сестра спасла их.

А, видите? Все нитки в конце завязать. Все идет вместе, и мы можем закрыть книгу, зная, что все они живут долго и счастливо.

(обновленное примечание: читая пост Тамары Рут в связном блоге на неделе 3, мне напомнили, что большая тема осталась развязанной … мы так и не узнаем, что случилось с родителями детей! дочь ушла искать своих братьев.)

Я понимаю, что братья Гримм пытались сохранить устные сказки в том виде, в каком они были рассказаны, но с годами они действительно внесли изменения в рассказы, и мне хотелось бы, чтобы они отредактировали некоторые из этих концовок, чтобы сделать их более интересными.

Сказок и счастливых концов

Сказки. По ним я знаток. Самые любимые в мире классические сказки о любви: «Золушка», «Красавица и чудовище», «Спящая красавица», «Белоснежка», «Лягушка-принц» – все они у меня бережно хранятся в бархатной библиотеке моего дома. Квартира в Гринвич-Виллидж.

Тот же самый романтический идеал – тоска по любви, которая завершается счастливым концом – охватывает весь спектр коллективного повествования от братьев Гримм до Уолта Диснея и секса в большом городе.

Сказка может быть одним из самых важных культурных и социальных факторов, влияющих на развитие детей. То, кем мы становимся во взрослом возрасте, во многом зависит от рассказанных нам историй. Хотя мы учим мальчиков и девочек верить в счастливый конец, остается вопрос: сколько веры достаточно, чтобы поддержать предложенную в сказке веру в то, что когда-нибудь где-то ждет лучший мир? В эпоху разбитых мечтаний и чистой реальности и множества примеров людей, которые в конце концов этого не сделали, какова наша ответственность, если таковая имеется, в том, чтобы рассказать ребенку, что возможно? Что означает сказка? Что мы можем извлечь из этого?

Сказочная бабушка (Золушка):

Даже чудеса требуют времени.

И когда-либо счастливо: фиксация постмодерна или реальность?

29 апреля ^-го -го 2011 года весь мир остановился, чтобы увидеть сказку, разворачивающуюся на их глазах: свадьбу принца Уильяма, герцога Кембриджского и Кэтрин Миддлтон. Невеста, торт, домашняя кавалерия и герцог заставили весь мир остановиться в мгновение ока. Королевская свадьба превратилась в государственный праздник, глобальный праздник романтической любви. Иногда реальная жизнь пишет лучшую копию.

Однако романтические ожидания современной женщины, которая когда-то была молодой девушкой, мечтающей о рыцаре в сияющих доспехах, не всегда заканчиваются хэппи-эндом. Юная Фиона в мюзикле «Шрек» иронично говорит: «Мучительное существование, я не помню эту часть!»

Достаточно взглянуть на феминистский проект, сфокусированный вокруг критики модели добродетельной девушки, которая вечно ждет, пока Прекрасный принц придет ей на помощь, и почувствовать, что дает ложные обещания ребенку.

От феминистской критики гендерного стереотипа до традиционной интерпретации моральной добродетели, что мы можем сделать с магическим повествованием? Если бы мы сказали детям не верить в счастливый конец как в способ защиты их от потенциальных разочарований, разве мы не сокрушили бы их мечты, основываясь только на наших пугающих прогнозах?

Урок веры или изобрел реальность?

Сказочное повествование – это волшебный опыт для ребенка.Это один из основных источников смысла жизни ребенка и понимания человеческого поведения. Fairytales направлена ​​на создание видения лучшего мира. Но что происходит, когда жизнь бросает вам мяч? Что происходит, когда большие ожидания оказываются не такими уж большими? «Вырежьте злодеев, вырежьте вампира / Вырежьте эту сказку / Вырежьте опасность и ловушки / Вырежьте марионетку и кита / Вырежьте монстров, вырежьте проклятия / Сохраните вступление, вырежьте стихи / И ожидание, ожидание, ожидание, ожидание / ожидание! » кричит Фиона, разочарованная ожиданием своей настоящей любви в мюзикле «Шрек».

Показывать детям сказки, в которых жестокие и пугающие сцены отредактированы или опущены, означало бы показать им только одну сторону реальности. Люсия О., главная героиня моего романа «Письма к ветру», в поисках слова «долго и счастливо» ошибочно выбирает фигуру Темного принца, резкое и жестокое обращение с которым приводит ее в еще большее отчаяние. Тем не менее, путешествие Люсии в О. также во многом связано с переосмыслением себя и тем, как, несмотря на силу любви, которая снова и снова ломает ее, она по-прежнему полна решимости собрать свою историю воедино и стать героем своего собственного повествования.И в этом вся суть сказки.

Ни в одной истории успеха, даже в самой сказочной, от Стива Джобса до Новака Джоковича, герою не удавалось избежать столкновения с препятствиями на пути от лохмотьев к богатству. Испытания, которые предстоит герою, предлагают набор инструментов, чтобы оседлать волну жизни. Сказки предлагают способы выхода из ситуации мертвой хватки, которая временами может казаться непреодолимой и может вдохновить ребенка выйти за рамки ограничивающих обстоятельств.

Таким образом, сказки – не что иное, как уроки веры

.Вера в то, что все возможно.

После победы на Уимблдоне и становления №1 в мире Новак Джокович сказал:

Мечтать нет конца: никогда не отказывайтесь от своей мечты.

Так что рискните. Станьте героем собственного повествования. Может быть, жизнь – это все-таки сказка.

С любовью,
Ксения Павлович

8 сказок и их не очень счастливые концовки

Стейси Конрад, Лорел Миллс и Джон Грин

Те диснеевские финалы, в которых принц и принцесса блаженно женятся? Да, в оригинальных историях этого не происходит.Чтобы дети вернулись домой счастливыми, а не в ужасе, Диснею обычно приходится менять концовку. Читайте оригинальные концовки парочки классических фильмов Диснея (и еще несколько малоизвестных сказок).

1. Золушка

Только пока не выкладывай скрипки перед этой девушкой. Вся эта жестокость, которую бедная Золушка перенесла от властной мачехи, могла быть вполне заслуженной. В самых старых версиях истории более зловещая Золушка на самом деле убивает свою первую мачеху, поэтому ее отец женится на домработнице.Полагаю, она не рассчитывала на то, что к ней переедут шесть дочерей домработницы или на этот нескончаемый список дел по дому.

2. Спящая красавица

В оригинальной версии сказки Спящую красавицу будит не поцелуй красивого принца, а подталкивание ее новорожденных близнецов. Верно. Находясь без сознания, принцесса оплодотворена монархом и просыпается, чтобы дважды узнать, что она мама. Затем, в истинной форме Рики Лейк, «папа младенца» Спящей красавицы торжественно возвращается и обещает послать за ней и детьми позже, удобно забыв упомянуть, что он женат.Когда троицу в конце концов приводят во дворец, его жена пытается убить их всех, но король мешает ей. В конце концов, Спящая красавица выходит замуж за парня, который ее насиловал, и все они живут долго и счастливо.

3. Белоснежка

В конце оригинальной немецкой версии, написанной братьями Гримм, злая королева была смертельно наказана за попытку убить Белоснежку. Это настолько странный метод, которым ее наказывают “”, ее заставляют танцевать в паре раскаленных железных туфель, пока она не упадет замертво.

4. Русалочка

Вы, вероятно, знакомы с диснеевской версией истории Русалочки, в которой Ариэль и ее нахальный друг-краб Себастьян побеждают злую морскую ведьму, а Ариэль плывет, чтобы выйти замуж за человека своей мечты. Однако в оригинальной сказке Ганса Христиана Андерсена главный герой может выйти на сушу, чтобы быть с красивым принцем, только если она выпьет зелье, которое заставляет ее чувствовать, что она все время ходит на ножах. Она это делает, и вы ожидаете, что ее самоотверженный поступок закончится тем, что они двое поженятся.Неа. Принц женится на другой женщине, и Русалочка бросается в море, где ее тело растворяется в морской пене.

А теперь вот еще четыре сказки, с которыми вы, возможно, не знакомы, но не можете забыть.

1. Король, который хотел жениться на своей дочери

Каково это: Золушка, с инцестуозным поворотом

Жена короля умирает, и он клянется, что никогда больше не выйдет замуж, если не найдет женщину, которая идеально впишется в одежду его мертвой королевы.Угадай, что? Его дочь знает! Поэтому он настаивает на женитьбе на ней. Фу. Понятно, что у нее проблемы с этим, и она пытается придумать, как избежать свадьбы, дорогой старый папа. Она говорит, что не выйдет за него замуж, пока не получит сундук, который запирается снаружи и изнутри и может путешествовать по суше и по морю. Он понимает, но она говорит, что должна убедиться, что сундук работает. Чтобы доказать это, он запирает ее внутри и пускает в море. Ее план работает: она просто продолжает плыть, пока не достигнет другого берега. Поэтому она сбегает, выходит замуж за своего отца, но в конечном итоге работает уборщицей в другой стране »¦ отсюда вы можете проследить историю Золушки.Она встречает принца, оставляет свой ботинок, он ходит вокруг, пытаясь увидеть, кому он принадлежит. Конец.

2. Потерянный ребенок

На что это похоже: Гензель и Гретель встречают пилу 2

Эта французская сказка начинается так же, как Гензель и Гретель. Брат и сестра заблудились в лесу и оказались в ловушке в клетках, которых их растирали, чтобы их съесть. Только это не злая ведьма, это Дьявол и его жена. Дьявол делает козлы для маленького мальчика, чтобы он истек кровью (серьезно!), А затем идет на прогулку, говоря девушке, чтобы она посадила своего брата на козлы, прежде чем он вернется.Братья и сестры притворяются, что сбиты с толку, и просят жену дьявола продемонстрировать, как мальчик должен лечь на козлы; когда она показывает им, они привязывают ее к нему и перерезают ей горло. Они крадут все деньги дьявола и сбегают в его экипаже. Он гонится за ними, как только обнаруживает, что они сделали, но умирает в процессе. Ой.

3. Можжевельник

Каково это: худший кошмар каждого пасынка

Каннибализм, убийство, обезглавливание »в этой странной истории Гримма повсюду изобилует причудами.Вдовец снова выходит замуж, но вторая жена ненавидит сына, которого он имел от его первой жены, потому что она хочет, чтобы ее дочь унаследовала семейное богатство. Она предлагает мальчику яблоко из сундука. Когда он наклоняется, чтобы взять его, она захлопывает его крышкой и отрубает ему голову. Примечание: если вы пытаетесь убедить ребенка есть больше фруктов и овощей, не рассказывайте ему эту историю. Что ж, женщина не хочет, чтобы кто-то знал, что она убила мальчика, поэтому она снова кладет ему голову и обматывает ему шею платком, чтобы скрыть тот факт, что он больше не прикреплен.Ее дочь в конечном итоге отрубает ему голову и обвиняется в его смерти. Чтобы скрыть случившееся, они измельчают тело и превращают его в пудинг, которым скармливают его бедному отцу. В конце концов мальчик перевоплощается в птицу и бросает камень на голову мачехи, который убивает ее и возвращает его к жизни.

4. Пента отрубленных рук

Каково это: Гм … вы нам

В этих старинных сказках действительно есть здоровая доза инцеста. В этой итальянской сказке умирает жена короля, и он влюбляется в Пенту… его сестра. Она пытается заставить его разлюбить ее, отрубая ей руки. Король очень расстроен этим; он заключает ее в сундук и бросает в море. Рыбак пытается спасти ее, но Пента так красива, что его ревнивая жена выбросила ее обратно в море. К счастью, Пенту спас король (который не ее брат). Они женятся и рожают ребенка, но ребенок рождается, пока король уехал в море. Пента пытается передать королю хорошие новости о ребенке, но жена ревнивого рыбака перехватывает сообщение и изменяет его, говоря, что Пента родила щенка.Щенок?! Затем злая жена составляет еще одно фальшивое сообщение, на этот раз от короля к его слугам, и говорит, что Пента и ее ребенок должны быть сожжены заживо. Ладно, короче говоря: король выясняет, чем занимается ревнивая жена, и сжигает ее. Пента и король живут долго и счастливо. Я не могу понять, какова мораль этой сказки. Отрубить руки? Рожать собаку? Помогите мне здесь, люди.

Хорошо, наверняка существует масса других жутких сказок, которые вы бы никогда не прочитали своим детям, чтобы убаюкивать их мирным сном.Послушаем их!

альтернативных концовок любимых сказок

И так они все жили долго и счастливо. . . ИЛИ ОНИ ????????? Вы когда-нибудь думали, что это слишком удобно, что сказки всегда заканчиваются в самый подходящий момент? Принцесса целует принца, они женятся … но, привет-е, они практически незнакомцы, это никуда не годится! Хорошо, что Рианнон Томас, автор KINGDOM OF ASHES, сиквела ее «Спящей красавицы», переосмысляющей A WICKED THING, пришла сюда, чтобы установить рекорд.В своем завораживающем сериале Рианнон показывает нам, что на самом деле происходит после того, как принцесса Аврора просыпается от поцелуя какого-то рандомного чувака, поэтому мы попросили ее еще раз выйти за рамки счастливого и счастливого дня и рассказать, что на самом деле происходит в некоторых из наших любимых фей. сказки!

Гензель и Гретель

Гретель не могла вернуться в свой дом с отцом. Конечно, мачеха уговаривала отца бросить их, но он все равно был счастлив бросить их в лесу. Дважды.По крайней мере, ведьма накормила их конфетами, прежде чем приговорить их к смерти.
В конце концов они убежали в лесной дом ведьмы. Сейчас там никто не живет, и кто не захочет пожизненный запас имбирных пряников?
Иногда все еще пахло вареной ведьмой, но всего не могло быть. И, по крайней мере, это держало других мусорщиков подальше.

Золушка

Оказалось, князь ненавидел мышей.
На этот раз, когда Золушка ушла, она не забыла взять с собой обе туфли.

Принцесса и лягушка

Принцесса не хотела этого признавать, но на самом деле она предпочла принца как лягушку. Человеческая версия… ну, он действительно громко смеялся в самые неподходящие моменты и жевал пищу с открытым ртом.
На самом деле, она вообще никогда не хотела, чтобы он превратился в принца. Она просто хотела домашнего питомца. Она бросила его после злополучного ковыряния в носу и вместо этого завела кошку. На всякий случай она его никогда не целовала.

Красная шапочка

Мать Рэда купила ей очки.Ошибочно принимать волка за бабушку.

Белоснежка

После того, как мачеха заставила себя танцевать до смерти в раскаленных туфлях на своей свадьбе, Белоснежка поняла, что на самом деле ей очень нравится сила. Было приятно, когда люди боялись ее, а не толкались. И бегать с криком было так утомительно .
Было бы неверно сказать, что она была любимой королевой года, но никто никогда не говорил против нее ни слова.Не тогда, когда ее птицы всегда смотрели.

Принцесса на горошине

Хрупкая принцесса вышла замуж за принца, но она как бы разозлилась из-за бессонной ночи, когда горошина впилась ей в спину. У нее все еще были синяки.
Итак, она начала складывать вещи в его кровать на ночь. Мраморы. Пауки. Крошечные игрушечные солдатики с игрушечными мечами. Он никогда не замечал. Думаю, он в конце концов был недостоин.

Румпельштильцхен

У дочери мельника все было хорошо, пока королевство не попало в долги, и ее тесть вспомнил всю эту уловку «плести солому в золото».В прошлый раз угроза казни сработала как сильный мотиватор, поэтому он решил, что попробует то же самое еще раз.
“Я дам тебе все, если ты мне поможешь!” – сказала она следующему магу, который прошел мимо.
“Что-нибудь?” – ответил колдун. “Вы действительно не научились, не так ли?”

---

У вашей любимой сказки есть альтернативный финал? Расскажите в комментариях ниже! И посмотрите волшебное и захватывающее фэнтези KINGDOM OF ASHES от Рианнон Томас!
Еще больше сказочного добра ждет вас!

Какую сказку читать по знаку зодиака?
5 самых злых сказочных злодеев всех времен
Викторина: Какая злая королева ты?
Нил Гейман объясняет, почему сказки такие крутые
Какая из сказок героиня ты?

.