Сочинение на тему культура русского народа

$

Введение

Культура речи — сравнительно новая дисциплина в области обучения русскому языку как иностранному.

Учение о речевой культуре зародилось в Древней Греции и Древнем Риме — в теории и практике ораторского искусства. В Росс$ии его оригинально осмыслил и развил на материале общественной словесности М.В. Ломоносов. «Риторика» Кошанского, одного из лицейских наставников А.С. Пушкина, была ограниченной, но не была бесполезной. Острые и болезненные критические удары В.Г. Белинского расшатывали теоретические устои риторик $первой половины XIX столетия. Однако не угасал в обществе, в среде передовых литераторов, юристов и ученных, интерес к тому, что было принято называть красноречием. Место риторики заняла стилистика, включавшая и элементы постепенно вызревавшей в недрах филологии X$X века культуры речи как научной дисциплины.

В XX веке В.И. Чернышов, Л.В. Щерба, Г.О. Винокур, Б.Д. Томашевский, В.В. Виноградов, С.И. Ожегов и их многочисленные ученики постепенно, все полнее и шире осмысливали совокупность явлений, обозначаемую термином «культура речи», или «речевая культура». Этот термин прочно вошёл в науку и жизнь. Наметилось и размежевание этого термина, говорящее о признании новой области знания, задачей которой оказывается изучение культуры речи как совокупности её реальных свойств и особенностей.

$ Признание новой лингвистической дисциплины нашло выражение не только в ряде с$татей и сборников, программе высшей и средней школы, но и в узаконивающих терминологию словарях. Так, в «Справочнике лингвистических терминов» Д.Э. Розенталя и М.А. Теленковой о термине «культура речи» читаем: «1. Раздел филологической науки, изучающий речевую жизнь общества в определенную эпоху (точка зрения объективно-историческая) и устанавливающий на научной основе правила пользования языком как основным средством общения людей, орудием формирования и выражения$ мысли (точка зрения нормативно-регулирующая)… 2. Нормативность речи, её соответствие требованиям, предъявляемым к языку в данном языковом коллективе в определенный исторический период, соблюдение норм произношения, ударения словоупотребления, формообразования, построение словосочетаний и предложений. Нормативность речи также включает в себя такие качества, как точность, ясность, чистота».

$В современной лингвистике различают два уровня речевой культуры человека — низший и высший. Для низшего уровня, для первой ступени овладения литературным языком, достаточно правильности речи, соблюдения норм русского литературного языка. Суще-ствуют нормы лексические, орфоэпические (фонетические), грамматические — словооб-разовательные, морфологические, синтакси-ческие. Л$ексические нормы фиксируются в толковых словарях в виде толкования значении слов и их сочетаемости с другими словами, остальные нормы раскрываются в пособиях по грамматике литературного языка, в специальных словарях-справочниках.

Если человек не допускает ошибок в про-изношении, в употреблении форм слов, в их образовании, а построении предложении, речь его мы называем правильной. Одна$ко этого мало. Речь может быть правильной, но плохой, то есть не соответствовать целям и условиям общения. В понятие хорошей речи включаются как минимум три признака богатство, точность и выразительность. Пока-зателями богатой речи являются большой объем активного словаря, разнообразие ис-пользуемых морфологических форм и $синтак-сических конструкции. Точность речи-это выбор таких языковых средств, которые наилучшим образом выражают содержание высказывания, раскрывают его тему и основ-ную мысль. Выразительность создается с по-мощью отбора языковых средств, в наиболь-шей мере соответствующих условиям и зада-чам общения.

Если человек обладает правильной и $хоро-шей речью, он достигает высшего уровня речевой культуры. Это значит, что он не только не допускает ошибок, но и умеет наилучшим образом строить высказывания в соответствии с целью общения, отбирать наиболее подходящие в каждом случае слова и конструкции, учитывая при этом, к кому и при каких обстоятельствах он обращается.

Высокий уровень речевой культуры — $не-отъемлемая черта культурного человека. Совершенствовать свою речь — задача каж-дого из нас. Для этого нужно следить за своей речью, чтобы не допускать ошибок в произно-шении, в употреблении форм слов, в построе-нии предложении. Нужно постоянно обога-щать свои словарь, учиться чувствовать своего собеседника, уметь отбирать наиболее подхо-дящие для каждого случая слова и конструк-ции.

Проблема “Язык и общество” широка и многопланова. Прежде всего язык социален по своей сущности. Основная его функция — быть средством, орудием общения людей. На базе этой функции и в связи с нею осуще-ствляются язы$ком и другие функции — воздействия, сообщения, формирования и вы-ражения мысли. Эти функции также социаль-ны

Можно сказать, что общество имеет такой язык, какой обществом создан, и использует язык так, как умеет и может. Влияние языка на общество усиливается вместе с разви$тием самого общества — это влияние возрастает по мере развития производства, техники, науки, культуры и государства. Язык участвует в организации труда, в управлении общественным производством, деятельностью учреждении, в осуществлении процесса образования и вос-питания членов общества, в развитии литера-туры и науки.

Общество влияет на язык, но и язык, в свою очередь, влияет на общество, участвуя в раз-личных областях жизни и деятельности людей.

$

Предмет изучения речевой культуры.

$

Полезно начать с некоторых терминологических замечаний. Словосочетание «культура речи»$ (синоним — «речевая культура») применяется в настоящее время в русскоязычной литературе в трех значениях:

$Культура речи — это прежде всего какие-то её признаки и свойства, совокупность и система которых говорят о её коммуникативном совершенстве;

$ Культура речи — это, во-вторых, совокупность навыков и знаний человека, обеспечивающих целесообразное и незатрудненное применение языка в целях общения;

$ Культура речи — это, в-третьих, область лингвистических знаний о культуре речи, как совокупности и системе её коммуникативных качеств. $

Нетрудно усмотреть внутреннюю зависимость между культурой речи в первом значении (назовем его объективным) и культурой речи в$о втором значении (назовем его субъективным): для того, чтобы структура речи приобрела необходимое коммуникативное совершенство, автор речи должен обладать совокупностью нужных навыков и знаний; вместе с тем для того, чтобы получить эти навыки и знания, нужно иметь образцы коммуникативно совершенной речи, нужно знать её признаки и закономерности её построения.

Предположив, что признаки и свойства языковой структуры коммуникативно совершенной речи допускают обобщение и в результате вырабатываются представления о коммуникативных качествах речи (правильность, точность, выразительность и т.д.), мы получаем возможность по-иному, чем это только что было сделано, сформулировать два важных определения:$

$

Культура речи — это совокупность и система её коммуникативных качеств;

$ Культура речи — это учение о совокупности и системе коммуникативных качеств речи.

Приняв же во внимание то, что коммуникативные качества речи нужны для воздействия на слушателей или читателей, предметом культуры речи как учения мы сможем признать языковую структуру речи в её коммуникативном воздействии.

$Так очерчивается $предмет изучения новой лингвистической дисциплины и становится понятным то, что эта дисциплина опирается на весь круг описательных лингвистических наук, а также на психологию, логику, эстетику, социологию, педагогику. Особенно тесные связи культура речи как наука имеет со стилистикой, и немало специалистов склонны растворить культуру речи в стилистике. Между тем у стилистики свой предмет изучения и свои задачи.

Стилистика — это учение о языковых и речевых стилях как функциональных вариантах языка и речи. Многие вопросы культуры речи ставит и практическая стилистика.

$

$

Виды речи.

Речь людей в зависимости от различных условий приобрета-ет своеобразные особенности. Соответственно этому выделяют разные виды речи. Прежде всего различают внешнюю и$ внут-реннюю речь. Внешняя речь бывает устная и письменная. В свою очередь устная речь бывает монологическо$й и диалоги-ческой.

Внешняя речь служит общению (хотя в отдельных случаях человек может размышлять вслух, не общаясь ни с кем), по-этому ее основной признак — доступность восприятию (слуху, зрению) других людей. В зависимости от того, употребляются ли с этой целью звуки или письменные знаки, различают устную (обычную звуковую разговорную речь) и письменную речь. Уст-ная и письменная речь обладают своими психологическими осо-бенностями. При устной речи чел$овек воспринимает слушателей, их реакцию на его слова. Письменная же речь обращена к от-сутствующему читателю, который не видит и не слышит пишу-щего, прочтет написанное только через некоторое время. Часто автор даже вообще не знает своего читателя, не поддерживает с ним связи. Отсутствие непосредственного контакта между пи-шущим и читающим создает определенные трудности в построе-нии письменной речи. Пишущий лишен возможности использо-вать выразительные средства (интонацию, мим$ику, жесты) для лучшего изложения своих мыслей (знаки препинания не заменя-ют в полной мере этих выразительных средств), как это бывает в устной речи. Так что письменная речь обычно менее вырази-тельна, чем устная. Кроме, того, письменная речь должна быть особенно развернутой, связной, понятной и полной, т. е. обрабо-танной.

$ Но письменная речь обладает другим преимуществом: она в отличие от устной речи допускает длительную и тщательную работу над словесным выражением мыслей, тогда как в устной речи недопустимы задержки, времени на шлифовку и отделку фраз нет. Письменная речь как в истории общества, так и в жизни отдельного человека возникает$ позже устной речи и формируется на ее основе. Значение письменной речи чрезвы-чайно велико. Именно в ней закреплен весь исторический опыт человеческого общества. Благодаря письменности достижения культуры, науки и искусства передаются от поколения к поко-лению.

В зависимости от различных условий общения устная речь приобретает вид либо диалогической, либо монологической речи.

$Диалогическая речь — это разговор, беседа двух или несколь-ких лиц, которые говорят попеременно. В повседневном и обыч-ном разговоре диалогическая речь не планируется. Это речь под-держанная. Направленность такой беседы и ее результаты в зна-чительной степени определяются высказываниями ее участников, их репликами, замечаниями, одобрением или возражением. Но ин$огда беседу организуют специально, чтобы выяснить опреде-ленный вопрос, тогда она носит целенаправленный характер.

Диалогическая речь, как правило, предъявляет меньше тре-бований к построению связного и развернутого высказывания, чем речь монологическая или письменная; здесь не нужна спе-циальная подготовка. Объясняется это тем, чт$о собеседники на-ходятся в одинаковой ситуации, воспринимают одни и те же факты и явления и поэтому сравнительно легко, иногда с полу-слова, понимают друг друга. Им не требуется излагать свои мысли в развернутой речевой форме. Важное требование к со-беседникам при диалогической речи — уметь выслушивать выска-зывания партнера до конца, понимать его возражения и отвечать именно на них, а не на собственные мысли.

Монологическая речь пред$полагает, что говорит одно лицо, другие только слушают, не участвуя в разговоре. Монологиче-ская речь в практике общения людей занимает большое место и проявляется в самых разнообразных устных и письменных выступлениях. К монологическим формам речи относятся лек-ции, доклады, выступления на собраниях. Общая и характерная особенность всех форм монологической речи — ярко выраженная направленность ее к слушателю. Цель этой направленности — до-$стигнуть необходимого воздействия на слушателей, передать им знания, убедить в чем-либо. В связи с этим монологическая речь носит развернутый характер, требует связного изложения мыслей, а следовательно, предварительной подготовки и планирования.

$Как правило, монологическая речь протекает с известным на-пряжением. Она требует от говорящего умения логически, после-довательно излагать свои мысли, выражать их в ясной и отчетли-вой форме, а также умения устанавливать контакт с аудиторией. Для этого говорящий должен следить не только за содержанием своей речи и за ее внешним построением, но и за реакцией слуша-телей.

Внутренняя речь — это внутренний беззвучный речевой про-цесс. Она нед$оступна восприятию других людей и, следователь-но, не может быть средством общения. Внутренняя речь — сло-весная оболочка мышления. Внутренняя речь своеобразна. Она очень сокращена, свернута, почти никогда не существует в форме полных, развернутых предложений. Часто целые фразы сокращаются до одного слова (подлежащего или сказуемого). Объясняется это тем, что предмет собственной мысли человеку вполне ясен и поэтому не требует от него развернутых словес-ных формулировок. К по$мощи развернутой внутренней речи прибегают, как правило, в тех случаях, когда испытывают за-труднения в процессе мышления. Трудности, которые переживает иногда человек, пыта$ясь объяснить другому понятную ему самому мысль, часто объясняются трудностью перехода от сокращенной внутренней речи, понятной для себя, к развернутой внешней ре-чи, понятной для других.

$

Речевой этикет.

«ЭТИКЕТ» — это совокупность правил поведения, касающихся отношения к людям (обхождение с окружающими, формы обращения и приветствий, поведение в общественн$ых местах, манеры и одежда). Действительно, этикет выражается в самых разных сторонах нашего поведения. Например, этикетное значение могут иметь разнообразные движени$я человека, позы и положения, которые он принимает. Сравните вежливое положение лицом к говорящему и совершенно невежливое — спиной к нему. В этикетных целях мы используем предметы (приподнятая шляпа, преподнесенные цветы и т.д.), особенности одежды (выбор праздничной, траурной или будничной одежды хорошо показывает, как мы понимаем обстановку, как относимся к другим участникам общения). Самую важную роль в этикетном выражении отношений к людям играет наша речь. $

С помощью слов можно рассказать решительно обо всем. Нет в мире таких явлений, которые были бы нам не известны и о которых в то же время нельзя было бы поведать на языке. Более того, стоит появиться в поле зрения человечества чему-то совершенно новому, дотоле неизвестному, как язык тут же предоставит нам возможность обсуждать и это явление.$

Разберем такие высказывания, как «Спасибо», «Пожалуйста», «Будьте здоровы», «Добрый вечер» и т.д. К чему они ближе по своим свойствам: к обычной речи или к этикету?

Во — первых эти высказывания неотделимы от той ситуации общения, в которой их используют. С помощью обычно построенной речи можно сообщить, что кто-$ то кого- то благодарил, благодарит или благодарил бы при некоторых условиях Можно выразить и соответствующее побуждение, прибегнуть к форме вопроса, отрицания. Выражение же «Спасибо!» не имеет грамматического наклонения, лица, числа. Нет смысла говорить о нем как о вопросительном или невопросительном, повествовательном, побудительном. Оно непосредственно выражает отношения благодарности, которые связывают в момент речи говорящего и того, к кому обращена речь. В этом смысле нет существенной разницы межд$у «Спасибо!», рукопожатием или любым другим несловесным знаком благодарности.

Во- вторых, значение этих устойчивых выражений (формул) не расчленено: как правило, в них нет отдельных значимых частей и они выражают цельное представление о ситуации. Если в ответ на свое «Доброе утро» услышим: «Не такое уж оно сегодня доброе», то это не более чем к$аламбур, потому что наше приветствие вовсе не означает, что утро — хорошее или что сейчас хорошее утро. Просто утром принято отмечать начало общения, особенно со знакомыми, этим устойчивым выражением, которое можно было бы заменить в отдельных случаях и неречевым знаком, например, поклоном.

$Наконец, как и несловесные знаки этикета, «Спасибо!», «Доброе утро!», «Здравствуйте!» и подобные формулы вежливости мыслей, конечно, не выражают.

Значит, формулы вежливости — типичные этикетные знаки. Но своей звуковой материей, тем, как организована их форма, они п$одобны обычным словам. Формулы вежливости порождены речью и не порывают с ней, хотя и играют в общении ту же роль, что и этикет. А у некоторых из них, например у традиционных поздравлений, устойчивым (формулой) оказывается вообще только сам скелет выражения, а конкретно наполнение его словами может достаточно свободно меняться. Одни из самых употребительных формул вежливости — формулы приветствия.

$Формулы приветствия играют большую роль в нашем общении. Здороваясь со знакомыми, мы подтверждаем этим свое знакомство и выражаем желание продолжать его. Нас беспокоит, когда хороший знакомы, проходя мимо, только слегка кивает головой или вовсе не замечает нас. Ведь перестать здороваться — означает прервать добрые отношения, прекратить знакомство. И наоборот: здороваясь с человеком, с которым мы ран$ьше не общались, мы выражаем доброжелательное к нему отношение и намерение вступить с ним в контакт. Поэтому, входя в учреждение, сначала здороваются и только потом начинают излагать свое дело.

У многих народов выбор при$ветствия зависит не только от возраста, пола и степени близости общающихся. На него влияет и другое, время суток например, и особенно то, кем$ является приветствуемый и чем он занят в данный момент. По- разному здороваются с пастухом и с кузнецом, с охотником, который идет на охоту, и с охотником, возвращающимся с добычей, с гостем и с попутчиком, с теми, кто занят работой, и с теми, кто обедает. В каждом случае звучит свое приветствие, особое пожелание. Именно из пожелание и возникает большинство приветственных формул, поэтому первоначально они должны были быть очень разнообразными.

Замечательный знаток русской речи Владимир Иванович Даль привел с своем сборнике пословиц и поговорок немало приветственных формул, которые были приняты в России в прошлом. Здороваясь с заканчивающими жатву, говорили: «С двумя полями $сжатыми, с третьим засеянным». Молотильщикам также желали успешной работы: «По сту на день, по тысяче на неделю!». «Свеженько$ тебе!» — здоровались с девушкой, черпающей воду. «Хлеб да соль!» или «Чай да сахар!» — говорили едящим или пьющим.

Приветствие — одно из самых важных знаков речевого этикета. С его помощью устанавливают контакт общающихся, определяют отношения между людьми. Поэтому не владеть формулами приветствия — это значит быть всем чужим, не уметь общаться.

С приветствия начинается общение, поэтому приветственные формулы — обязательный раздел двуязычных разговорников, которые изд$аются для туристов, спортсменов и всех, кто отправляется в другие страны. Именно с формул приветствия нередко начинают изучение и описание языка. В 1696 г. в Оксфорде вышла русская грамматика, составленная побывавшим в России Генрихом Вильгельмом Лудольфом. Она должна была познакомить Западную Европу с языком московской Руси. Грамматика была очень краткой, но к ней прилагались образцы текстов, и первый же приведенный к грамматике диалог был диалогом приветствия, а в специальном при$ложении можно было познакомиться с приветствиями утренними, дневными, вечерними и приветствиями, «когда змеркнет», то есть перед сном.

$Со временем приветствия, конечно, меняются. Еще в XVIII в. формулы «Здравия тебе желаю!», «Желаю здравия!» мог произносить любой человек, входя в дом или встречая знакомого. Лишь позже они закрепились в военной среде, сделались уставной формой. Когда- то «Здравствуй!» говорили не только при свидании с другим, но и если кто-нибудь чихал, то е$сть в тех случаях, в которых сейчас говорят «Будь здоров!» или «Будьте здоровы!».

Из богатого в прошлом набора специальных формул сохранились немногие. Устойчивее других оказались приветствия утренние, дневные, вечерние: «Доброе утро!», Добрый день!»$, Добрый вечер!», которые широко используются в современной русской речи наряду с «Здравствуйте!». В сравнении с формулами «Здравствуй!», «Здравствуйте!» у них есть даже некоторое преимущество. В приветствиях «Добрый день!», «Добрый вечер!», «Доброе утро!» не содержится обращение на «Ты» или на «Вы», поэтому мы охотно прибегаем к ним, когда сомневаемся, как следует обращаться к данному человеку. Не решаясь выбрать «Здравствуй!» или «Здравствуйте!», мы предпочитаем менее определенные, но как раз этим и удобные формулы типа «Добрый день!».

Формулы приветстви$я связывают нас друг с другом, укрепляют контакты, приближают к радости человеческого общения.$

С помощью словесных формул этикета мы выражаем отношения при встрече и расставании, когда кого- либо благодарим или приносим свои извинения, в ситуации знакомства и во многих других случаях. Каждый язык обладает своим фондом этикетных формул.

В сравнении с неэтикетной речью содержание этикетных посланий, конечно, ограничено. Но оно ограничивается не какой — либо узкой специальной сферой, как, например, ограничивается значение математических символов, знаков азбуки Морзе, дорожной сигнал$изации. Напротив, оно выделяет и обслуживает область, на которую неизменно направлено внимание людей во всех случаях общения.

Этике$тная информация важна в начале общения, в момент организации коллектива, когда устанавливается его структура, определяются типы отношений между его членами. Но она необходима и в последующем общении. Поток этикетной информации практически непрерывен. Человек не может действовать в обществе, не имея постоянных сведений о том, совпадают ли его представления о распределении ролей между членами коллектива с соответствующими представлениями других участников общения. Если общение сводится лишь к одним этикетным действиям и имеет характер ритуала, оно является общением этикетным.

$В обществе всегда имеются представления о жизненных ситуациях, которые требуют исполнения ритуала. Некоторые из них мы уже упоминали: ситуация начал общения, ситуация прощания, ситуация праздника. События горестные, печальные также вызывают этикетное общение, в этих обстоятельства$х мы выражаем свое участие, сочувствие, соболезнование. Нередко бывает необходимо, чтобы кто- нибудь что- то сделал для нас, с этим связаны ритуалы, просьбы и благодарности. А случайное$ или вынужденное нарушение интересов партнера требует ритуала извинения. Когда в коллектив входит новый член, совершается один из наиболее важных этикетных ритуалов — ритуал знакомства. Он устанавливает первую ступень близости, дает разрешение на контакты в будущем, организует общение, задает его тип.

Этикетное общение играет большую роль в жизни каждого из нас, но, конечно, человеческое общение вовсе не сводится к одним только ритуалам. Этикетные ситуации составляют лишь некоторую часть общения. Неэтикетное общение не менее важно.

$Вся человеческая деятельность, в том числе и общение, отражает социальные условия, в которых она протекает. И наша речь несомненно, строится по-разному в зависимости от того, кто общается, с какой целью, каким способом, какие между общающимися отношения и т.п. В одном из трудов по риторике (риторика — наука и искусство красноречия)$ М.В. Ломоносов советовал пишущим и говорящим «наблюдать три вещи:

1. Состояние особы, к коей речь говорить или письмо писать должно;

$ 2. Материю, которая предлагается;

3. Состояние самого себя».

Кто, кому и о $чем — вот самое главное, что влияет на построение речи, по мнению Ломоносова, который в данном случае опирается на много вековую традицию, идущую от античности.

Кто, кому и о ч ем — вот, следовательно, и то, что можно узнать воспринимая речь. Какие общественные роли играют автор речи и ее адресат, каковы отношения между ними — обо всем этом прямо может$ и не говориться, текст может быть совсем о другом. Но в речи все это так или иначе будет уловлено адресатом.

Мы так привыкли менять тип речи в зависимости от условий общения, что делаем это чаще всего неосознанно, автоматически. Автоматически происходит и восприятие информации о человеческих отношениях, передаваемой особенностями речи. Но стоит допустить ошибку в выборе т$ипа речи, как автоматизм восприятия нарушается и мы сразу замечаем то, что раньше ускользало от нашего внимания. Дело в том, что речь меняется в зависимости от ситуации и через эти изменения мы с большой точностью воспринимаем отраженные речью человеческие отношения.

Модуляция. Часто этим словом обозначают колебания человеческого го$лоса, придающее ему выразительность; в музыке модуляция — переход из одной тональности в другую; в$ технике так называют разного рода изменения, колебания. Изменения речи в соответствии с условиями общения тоже можно рассматривать как ее модуляцию. Речь колеблется в такт человеческим отношениям — это и есть этикетная модуляция речи. Специальное этикетное общение совершается, как мы уже знаем, лишь время от времени, а вот видоизменения (модуляция) речевого и неречевого поведения под влиянием человеческих отношений происходят всегда. Значит, это одно из самых важных средств выражать этикетное содержание — средство, которое всегда в нашем распоряжении, аппарат, который всегда включен.

$Легко различается тон покровительственный и презрительный, участливый и холодный, открытый и вкрадчивый, вызывающий и кроткий.

Общая звуковая окраска речи может подкреплять смысл, переданный составом слов высказывания, но иногда противоречит ему, заставляет понимать это высказывание совершенно по-другому. $

Значительно чаще тон речи и ее словесное содержание действуют «заодно». Причем им соответствуют мимика, жесты, поза и все наше поведение. Не случайно словом тон мы передаем и сове впечатление от речи в целом. Например, «Мне не понравился тон его письма!». В прошлом слово тон обозначало и общий характер поведения человека. Говорили: хороший тон, дурной тон. Выражение «задать тон» толкуется у В.И. Даля так: «Франтить, пускать пыль в глаза». $

Очень часто$ в соответствии с человеческими отношениями модулируется (колеблется) и содержание речи: с одним и тем же человеком можно говорить «как со взрослым» и как «с ребенком», т.е. по- разному отбирать темы, доводы, доказательства.

Есть темы, которые обсуждают лишь со своими. В разных общественных группах не одинаково, если можно так выразиться, «тематическое расстояние», на которое допускается па$ртнер. Бывают темы престижные, обсуждать которые считается приметой хорошего тона.

Конечно, любые тематические ограничения или рекомендации имеют исторический характер и меняются в связи с социальными преобразованиями коллектива, а в следствие своей условности попадают и под влиянием моды. Темы являются настолько важным этикетным сигналом, что отбор их подвергается иногда специальному обсуждению.

$Чем больше общение приближается по своему характеру к этикетному, тем сильнее влияет оно на выбо$р темы. Вежливость в тех случаях, когда она выступает в качестве главного регулятора содержания речи, т.е. в этикетных ситуация требует, чтобы человек максимально учитывал позиции своего собеседника: говорил в основном о том, что понятно и близко партнеру, избегал неприятных ему тем.

Есть темы широкие, открытые.$ Они создают общий разговор, позволяют всем присутствующим сказать свое слово, объединиться в общении. Есть темы узкие, личные. Они ограничивают состав беседующих. Невежливо, общаясь в группе, заводить с одним из присутствующих беседу о том, что касается вас двоих или только вам понятно. Это исключает из общения остальных, свидетельствует о $не внимании к ним и, конечно, может обидеть. Чем разнообразней круг беседующих, чем более чужды они друг к другу, тем важнее правильно выбирать темы.

Тема «Я» наименее предпочтительна в любом ее варианте. Чем вежливее говорящий, тем менее категоричны его высказывания: он не лишает собеседника возможности судить о предмете самостоятельно, не присваивает себе роль верховно$го судьи, поэтому заявления типа «Этого не может быть!» и подобные уступают место таким, как «Мне кажется это не вполне убедительным»; «Боюсь, что не могу согласиться с вами»; «Едва ли это так» и т.п.

Не только такие общие стороны речи, как интонация и содержание, но и сам факт общения с ее помощью — явление, которое способно служить этикетным целям. Поэтому иногда мы говорим только для того, чтобы поддержать добрые отношения, показать$, что мы «свои» , проверить, все ли согласные с вами в этом.

$Естественно, что содержание речи в таких случаях почти не важно, важен процесс общения. Происходит «пустая», неинформативная беседа, которая на самом деле не так уж пуста, ведь важный этикетный смысл она сохраняет. Чаще всего, хотя и далеко не всегда беседы этого рода ведутся между малознакомыми людьми в начале общения. О чем, например, разговаривают только что представленные друг другу гости или люди, случайно оказавшиеся в одном купе? Общих интересов у них еще нет, вместе с тем долго молчать — неудобно, ведь это показывает нежелание вступать в как$ие — либо отношения. Популярные в подобных обстоятельствах темы — погода, телевизионные передачи, которые все смотрели или смотрят вместе в данный момент, газетные новости, спорт и т.д. Иногда речь идет о чем — либо другом, но потому как скользит беседа по поверхности темы, с какой готовностью подхватывается и как случайно перескакивает с одного предмета на другой, обычно бывает совершенно ясно: здесь менее важно, ч$то именно говорится, в сравнении с тем, что люди общаются.

Речевое общение возможно тогда, когда люди владеют одним или очень близкими языками. А владеть одинаковой речью означает относится к одному коллективу. На способность речи символизировать единство использующих ее людей и основывается этикетная роль пустых разговоров. Однако бывает и так, что нам нужно выразить не единство с кем- либо, а как раз отсут$ствие его, подчеркнуть свою не причастность к какому-либо коллективу или то, что кто- то не входит в наш коллектив. В таких случаях иногда демонстрируют не знание, действительное или мнимое, чужой речи, невозможность воспринять ее, искажают, например, имя человека, отсутствие общности с которым хотели бы отметить.

Все формулы вежливости — это самост$оятельные специальные этикетные средства. Самостоятельные потому, что каждая формула образует целое этикетное высказывание. Специальные, так как служат эти средства в первую очередь этикетным целям. А вот этикетный выбор темы — средство не самостоятельное и не специальное. Это, конечно, ясно: из одной лишь темы речь не состоит, а этикетная роль для нее — не главное. Есть среди этикетных средств речи и специальные несамостоятельные. Они видоизменяют речь, как бы приклеиваясь к отдельным ее единицам. Целых высказываний эти средства не образуют, зато четко маркируют речь, показывая в каком ключе следует ее понимать.

$ Почти ни одно пособие по речевому этикету не обходится без обсуждения того, какие существуют средства вежливо сог$ласиться с собеседником или отказать ему. В книге Л.П. Ступина и К.С. Игнатьева «Современный английский речевой этикет» имеются сведения о том, как вежливо оформляются согласие и отказ у англичан. Например, об отказе говорится: «Невозможность выполнить просьбу своего собеседника вызывает обычное чувство неловкости, поэтому сам отказ должен сочетать в себе вежливость и убедительно$сть. Однако даже в том случае, когда причина отказа не приводится англичанину совершенно несвойственно выпытывать ее у собеседника. В ситуации отказа, как, в прочем, и при положительной реакции на просьбу, английский этикет не признает категоричных форм, и нередко бывает сложно передать средствами английского языка, например, такие негативные восклицания: это абсолютно исключено! Хоть убей, не могу! Нет и еще раз нет! Наотрез отказываюсь! и т.п. Однако среди английских фамильярных реплик можно найти экв$ивалент к ним.

Знакомство с подобными фактами полезно уже тем, что оно наталкивает нас на мысль: специальные средства этикетного варьирования речи распределены в ней не случайно, не «как попало», а встречаются преимущественно в одних и тех же точках. Обычно в тех, которые в сравнении с другими $имеют более непосредственное отношение к участникам общения.

Среди множества вводных слов русского языка есть такие, которые, как и этикетные средства подтверждения или отрицания можно считать специальным приемом этикетной модуляции речи. Например, вводные слова видите ли, знаете ли, понимаете ли, поверьте, представьте.

Ясно, что вводные слова, за поведением которых мы наблюдаем, хотя и служ$ат в основном выражению связи с собеседником, т.е. имеют самые общие этикетные значения, сохранили все же и следы смысла соответствующих глаголов. Поэтому при одинаковом этикетном содержании видите ли, знаете ли, понимаете ли, представьт$е себе и подобные им вводные слова полностью в смысловом отношении все — таки не равны. Каждый из них несет и свое дополнительное значение.

Если мы сравним этикетные возможности русской речи с этикетными возможностями $других языков, то выяснится, что этикетные средства бывают обязательными и необязательными, или факультативными. Это напоминает то, как передается разными языками значение определенности — неопределенности.

Конечно, вся обстановка речи, а также предшествующие и последующие фразы обычно делают понятным, об определенном или неопределенном мальчике мы говорим, но в русском языке средства выражения этих значений не являются обязательным$и: русская грамматика не требует, чтобы к существительному непременно был присоединен специальный показатель определенности или неопределенности предмета. А вот английское, французская, немецкая грамматика этого, как известно требует, переводя предложение Идет мальчик на французский, немецкий, английский язык, мы обязаны выбрать определенный или не определенный артикль, использовать обязательные средства передачи значения определенности -неопределенности.

$Точно также в одних языках есть только не обязательные этикетные средства, а в других языках — и обязательные. Таков, скажем, японский язык. Почти все глаголы японского языка могут иметь подчеркнуто вежливое по отношению к адресату речи форму и форму фамильярную.

$О чем бы мы не говорили по-японски (пусть даже не об адресате речи!), приходится выбирать либо вежливую, либо фамильярную форму глагола$, т.е., хотим мы этого или не хотим, — показывать свое отношению к адресату. А вот в русском языке нет грамматических предписаний, когда и каким именно способом непременно должно быть выражено этикетное содержание. Значит, этикетные средства русского языка факультативны.

Однако как мы уже видели, этикетные возможности от этого не только не уменьшаются, но делаются более тонкими и гибкими!

$Способов передавать в речи этикетные значения — невероятно много. Каждый раз, когда мы выбираем, что сказать и как сказать, мы обязательно учитываем (хотя не всегда сами это замечаем) и то, с кем и в какой обстановке говорим. Поэтому речи, не имеющие никакого отношения к этикету, пожалуй, вообще не бывает. Если в языке выработалось несколько стилей (книжная речь, разговорная, на$учный стиль, деловой и т.д.) и есть различие в речи отдельных общественных групп (речь образованных людей и не образованных, литературная и диалектная, речь молодых и немолодых и т.д.), то уже сам выбор типа речи оказывается этикетным знаком, выражает отношение к слушателю или к тому, $кого мы упоминаем.

Удивительно многообразные этикетные знаки в речи разных народов. Например, виды междометий, которые сопровождают обращение. В некоторых языках они различаются в зависимости от того, кто и к кому обращается. Тем самым они указывают состав общающихся, и, сле$довательно, несут важную этикетную информацию.

Во многих языках, чтобы передавать этикетное содержание, применяют намеренные отклонения грамматического числа, грамматического рода, замену одной формы лица другою, специальные «вежливые» и «сверхвежливые» слова, своеобразное строение предложения… Трудно перечислить этикетные средства одной т$олько устной речи, а ведь еще и этикетные приемы, которые используются на письме! Вспомните хотя бы написание с прописной буквы вежливых форм Вы, Вас, Вам, Ваш, Вашего и т.д.

Русский психолог и языковед А.А. Леонтьев, отмечая роль личных междометий, говорит, что «местоимение- $как бы крохотное зеркало, в котором отражается система общественных отношений».

В русском языке личных местоимений немного, но их вес в речевом этикете достаточно велик. Особенно важен выбор между ты и вы .

Вы вместо ты в обращении к одному у русских появилось относительно недавно ($в XVIII в.). Такое Вы закрепилось прежде всего среди образованных дворян. До этого ты само по себе этикетного содержания не имело. Но в сравнении с Вы оно приобрело значение близости, а в общении людей не близких стало выражать социальное неравенство, общение сверху вниз. Ты говорили простолюдинам, слугам. Захватывая постепенно все новые и новые слои горожан, употребление ты и Вы соответственно получало разнообразные оттенки в соответствии с типичными для каждой общественной группы отношение.

$Чтобы верно оценивать и тонко чувствовать этикетные особенности поведения (своего и чужого), нужно прежде всего $научиться замечать их. Трудность в том, что все обычное , постоянно встречающееся, даже будучи важным, как правило, реже привлекает к себе внимание, чем необычное. Это относится и к речевому этикету, и к другим общепринятым формам поведения. Сравнение — основа всякого познания. Он позволяет во внешне несходных обычаях разных народов обнаружить ценнейшее обще человеческое содержание.

Этикет — лишь одно из многочисленных средств общения, используемых людьми. Сравнение его с главным средством человеческого общения — языком — позволяет лучше разобраться не только в этикете, но и в сам$ом языке.

$

$

Роль современных факторов на формирование речи.

$

Современная речь отражает неустойчивое культурно-языковое состояние общества, балансирующее на грани литературного языка и жар$гона. В разные периоды развития общества разным был и язык. В 20-30-е гг. разговорную речь захлестывали волны уличной стихии — беспризорников, воров, — а также митинговый язык революционных матросов и солдат (от них — обращение братишка). Остро встал вопрос о сохранении литера$турного языка, о путях его дальнейшего развития в связи с изменением контингента носителей — в этой формулировке выдающегося лингвиста Е.Д. Поливанова чувствуется не только революционный энтузиазм эпохи, но и горечь, и сознание трагизма момента, вызвавшего изменение контингента носителей. И сохранился, выстоял русский язык — в соответствии с парадоксом Е.Д. Поливанова: развитие литературного языка заключается, в частности, в том, что он все меньше изменя$ется. Жаргон, как видно, явление не новое в нашей языковой истории. Да и не только в нашей. Жаргон — английский сленг, французское арго — явление, характерное для языкового развития. В разные периоды истории сообщества людей, объединенные общим делом, общими интересами, а более всего — сознанием братства и отчужденности от остального общества, изобретали и свои особые способы общения, устные и письменные. Для них важно было, чтобы посторонние их не поняли, — и отсюда всякие приемы зашифровывания и переноса значений слов.

Сейчас же так называ$емый общий жаргон — заниженный стиль речи, размывающий и нормы языка, и нормы речевого этикета, — становится привычным не только в повседневном общении, но и звучит в теле- и радиоэфире. А также присутствующая в современном обществе актуальность культурных достижений западной цивилизации — вполне естественная плата за шаг, сделанный ей навстречу. То, что там связано с индустрией шоу, $в основе которой лежат несколько эксплуатируемых обществом идей, связанных с деньгами, сексом, насилием, жаргоном, и то, что там воспринимается преимущественно как некая зрелищная форма, звучит у нас как своеобразное руководство к действию.

Молодежь, являясь преимущественным носителем жаргона, делает его элементом поп-культуры, который в свою очередь $делает его престижным и необходимым для самовыражения. Примеров тому достаточно в текстах песен («Мне все по барабану» — группа «Сплин», «Заколебал ты» — группа «Дискотека Авария»), в радиопередачах и музыкальном телевидении, на которые они и ориентируются.

Стремительное и постоянное ускорение и обновление — в$едущие характеристики современной жизни, которой живет российский подросток. Научно-технические революции делают общение чрезвычайно динамичной системой, стимулируя радикальное изменение социальных связей и форм человеческих коммуникаций. В современной культуре присутствует ярко выраженный слой инноваций, которые постоянно взламывают и перестраивают культурную традицию, затрудняя тем самым процессы социализации и адаптации человека к постоянно меняющимся условиям и требованиям жизни. Усложнение социокультурной реальности, сопровождающейся ломкой традиций и норм разных сфер жизни, стремительное $и всеохватывающее распространение продуктов массовой культуры обусловливают угрожающие масштабы современного кризиса общения.

Развитие мировой культуры выработало основные коммуникативные качества хорошей речи. Конечно, эти к$ачества изменяются, развиваются, поэтому понятия о хорошей$ речи не во всем совпадают в разные эпохи и у представителей различных классов и мировоззрений.

Каждый человек должен излагать свои мысли так, чтобы его нельзя было не понять, а именно точно, ясно и просто. Если речь не ясна, то она не достигает цели.

Чтобы речь была точной, слова следует$ употреблять в полном соответствии с теми значениями, которые за ними закреплены.

Важнейшее условие хорошей речи логичность. Мы должны заботиться о том, чтобы наша речь не нарушала логических законов.

Речь — это связанное целое, и каждое слово в ней, любая конструкция должны быть целенаправленны, стилистически уместны.

$ Не для всякого общественного положения, не для всякого места подходит один и тот же стиль, но в каждой части речи, также как и в жизни, надо всегда иметь ввиду, что уместно. Соблюдение уместности пре$дполагает знание стилей литературного языка.

Чистота речи также важна. Если в речи присутствуют слова-паразиты, речевые штампы, канцеляризмы, то это свидетельствует о бедности словарного запаса, о беспомощности говорящего.

$Требования правильности речи относится не только к лексике — оно распространяется и на грамматику, словообразование, произношение, а в письменной речи на орфографию и пунктуацию. Соблюдение нормы главное условие культуры речи. Всякое отклонение от литературной нормы препятствует непосредственному и точному восприятию содержания письменной $и устной речи.

Всякая речь имеет определенное содержание. Содержательность речи зависит от многих условий, которые влекут за собой многообразие форм подачи материала.

$Чтобы достичь речевого богатства нужно изучать язык в его литературной и разговорной формах, его стиле, лексике, фразеологии, словообразовании и грамматике.

Существенное значение имеет выразительность речи, которая достигается четким ясным произношение$м, правильной интонацией, умело расставленными паузами. Должное внимание следует уделять темпу речи, силе голоса, убедительности тона а также особенностям ораторского искусства: позе, жестам, мимике.

Хорошая речь не может быть без соответствующих знаний, умений и навыков. Это все приходит как результат труда. Значит необходимо быть требовательным не только к речи других, но прежде всего к с$воей собственной.

Структура речи — основа теории культуры речи.

$ По принятому нами определению, речь — это последовательность языковых знаков (прежде всего слов), организованная (или построенная) по «правилам» языка и в соответствии с потребностями выражаемой информации. Такую последовательность создает говорящий (или пишущий), такую последовательность$ воспринимает и «расшифровывает», т.е. так или иначе понимает, слушатель (или читатель). В общем случае задача заключается в том, чтобы в сознании слушателя (или читателя) возникла такая информация, которую выражал говорящий (пишущий); правда, это случай идеальный и, как всякий идеал, едва ли достижимый; практически же между информацией выраженной и информацией, возникшей в $сознании слушателей или читателей, устанавливается большее или меньшее сходство. И чем больше это сходство, тем полнее и лучше осуществлены коммуникативные задачи. Более $полному и лучшему осуществлению этих задач и служат коммуникативные качества речи, совокупность и система которых образует речевую культуру общества и отдельного человека.

Речь — это внешняя, формальная сторона текста; она все$гда имеет не только языковую структуру и её организацию, но и выражаемый ею, по существу, неязыковой (или внеязыковой) смысл, ради которого и во многом подчиняясь которому она строится. Речь оказывается явлением не только лингвистическим, но и психологическим и эстетическим. Именно поэтому люди давно заметили хорошие и плохие стороны речи и давно делают попытки объяснить их, в частности, прибегая к таким словам, как «точная», «правильная», «красивая», и т.д. Правда, эти слова применяются обычно нетерминированно, т.е. без точного и однозначного их логического содержания и определения.

Важнее для верного понимания и успешного описания речевой культуры$, качеств хорошей речи оказывает умение увидеть системные отношения речи, её языковой структуры к чему-то, что находится за её пределами, к другим неречевым структурам.

$Попытаемся внимательнее присмотреться к тому, с чем же именно и как её соотнесенность к неречевым структурам может быть и должна быть использована для осмысления и описания её коммуникативных качеств:

Соотношение речь — язык$. Это соотношение самоочевидно: ведь речь построена из материала языка и по свойственным ему «правилам». Однако самоочевидность еще не означает того, что мы видим и понимаем все стороны этого соотношения. Речь построена из языка, подчинена его законам, но она не равна языку. В речи языковые единицы получают прибавку, а именно выбор, повторение размещение, комбинирование и трансформирование. Это соотношение важно для понимания м$ногих свойств речи, однако прежде всего оно необходимо для понимания и разъяснения таких коммуникативных качеств речи, как $правильность, чистота и разнообразие.

$Соотношение речь — мышление. $Речь и мышление постоянно связаны и взаимодействуют в едином процессе речемыслительной деятельности. В речи мысль выражается, и в речи же она формируется. Это соотношение помогает осмысливать такие коммуникативные качества речи, как точность и логичность.

$ Соотношение речь — сознание. Мышление, как известно, входит в сознание, но не равно ему. Сознание шире мышления. Если мышление можно определить как процесс отображения действительности в формах понятий, суждений и умозаключений, то сознание — это процесс отображения действительности в $любых формах, включая ощущения, представления, эмоциональные, волевые, эстетические состояния субъекта. Это соотношение помогает понять, что стоит за словами выразительность, образность, $уместность, действенность, когда эти слова применяются для обозначения коммуникативных качеств речи.

$Соотношение речь — действительность. Как правило, речевые структуры соотнесены с какими-то предметами, явлениями, событиями окружающего человека мира: речь оказывается своеобразной знаковой моделью тех или иных «кусочков» или «узлов» жизни. Наряду с соотношением речь — мышление, это соотношение помогает осмыслить такие коммуникативные качества, как $точность и логичность.

$ Соотношение речь — человек, её адресат. Автор речи создает её, как правило, не для себя, а для другого. Помимо автора речь имеет адресата. Им может быть один человек или группа людей. Автор обычно заинтересован в том, чтобы получатель речь понял, чтобы она была доступна; в том же заинтересован и получатель. В связи с этим может $быть осмысленно коммуникативное качество речи, называемое доступностью.

$ Соотношение речь — условия общения$. Под «условиями общения» следует понимать место, время, жанр и задачи коммуникативного процесса. Языковая структура речи должна быть приведена в соответствие с условиями общения, и в этом случае речь может быть названа уместной.

$ Наверное самым важным качеством речи является — правильность речи — её не единственное, но главное коммуникативное качество, потому что прежде всего правильностью речи обеспечиваются её взаимопонимаемость, её единство. Нет правильности — не могут срабатывать другие коммуникативны$е качества: точность, логичность, уместность и т.д. Правильность речи всегда ведет к соблюдению норм литературного языка, неправильность — к отступлению от них. Правильнос$ть речи — это соответствие её языковой структуры действующим языковым нормам.

Одни нормы усваиваются легко и при минимальном участии школы. Другие — укрепляются влиянием школы. Третьи — остаются полу освоенными и после окончания человеком средней школы. Было бы полезно для целенаправленного воздействия на речевую культуру знать, какие именно знаки языка имеют норму, усваиваемую независимо от школы, какие под воздействие школы и какие остаются не усвоенными и после средней школы.

$

$

Функциональные особенности речи.

Речь имеет общественно-историческую природу. Люди всегда жили и жив$ут коллективно, в обществе. Общественная жизнь и коллективный труд людей вызывают необходимость постоянно общаться, устанавливать контакт друг с другом, воздействовать друг на друга. Это общение$ осуществляется при помощи речи. Благодаря речи люди обмениваются мыслями и знаниями, рас-сказывают о своих чувствах, переживаниях, намерениях.

Общаясь друг с другом, люди употребляют слова н пользу-ются грамматическими правилами того или иного языка. Язык есть система словесных знаков, средство, с помощью которого осуществляется общение между людьми. Речь — это процесс ис-пользования языка в целях общения людей. Язык и речь нераз-рывно связаны, представляют собой единство, которое выража-ется в том, что историче$ски язык любого народа создавался и развивался в процессе речевого общения людей. Связь между языком и речью выражается и в том, что язык как орудие обще-ния существует исторически до тех пор, пока люди говор$ят на нем. Как только люди перестают использовать тот или иной язык в речевом общении, он становится мертвым языком. Таким мерт-вым языком стал, например, латинский.

Познание закономерностей окружающего мира, умственное развитие человека .совершается путем усвоения знаний, вырабо-танных человечеством в процессе общественно-исторического раз-вития и закрепленных с помощью языка, с помощью письмен-ной речи. Язык в этом смысле есть средство закрепления и передачи от поколения к поколению достижений человеческой культуры, науки и искусства. Каждый человек в процессе обуче-ния усваивает $знания, приобретенные всем человечеством и на-копленные исторически.

Итак, одна из функций речи — служить средством общения между людьми.

$Другая важнейшая функция речи вытекает из рассмотренного выше положения о том, что мышление осуществляется в речевой форме. Речь (в частности, внутренняя речь — внутренний без-звучный речевой процесс, с помощью которого мы мыслим про себя) является средством мышления.

$

$

Заключение

Такова чудодейственная сила слова. Она особенно важна и действительна в сло$жных коммуникативных ситуациях. Слово может быть сильнейшим оружием не только в руках бессовестных, своекорыстных демагогов. Оно может быть еще более сильным оружием в руках борцов. И хотя они и используют его, но они далеко не всегда сознают силу слова — как разрушительную, так и созидательную.

Далеко не всегда они, особенно в сложных коммуникативных условиях, как можно нейтрализовать, разоблачить лживое и злобное «антислово$» и как дать подлинную силу слову. И даже зная, не всегда они находят в себе смелость, ответственност$ь и упорство, необходимые для решения такого рода задач. И даже находя, далеко не всегда владеют искусством такого тонкого и действенного слова.

Одной из важнейших задач воспитания современной функциональной культуры речи является овладение умениями и навыками анализа сложных ситу$аций общения, прежде всего применительно к практически непосредственно актуальным сферам и ситуациям. На этой базе соответствующие продуктивные умения и навыки могут приобретаться самовоспитанием в естественной речевой практике.

Азимов Камил Азимович 4 ФМ

Саратовский филлиал РГТЭУ