Сочинение по литературе$:
Тема Родины в лирике А.А.Блока.
ученицы 11 “A” класса
Дьяковой Марии$
В годы политической и общественной реакции после поражения первой русской революции, когда буржуазная литература переживала время застоя и упадка, когда подавляющее большинство буржуазных писателей, вчерашних союзников революции, отшатнул$ось от борьбы за свободу и изменило благородным традициям передовой общественной мысли и литературы, — в это тяжёлое время Александр Блок занимал особую и в высшей степени достойную позицию. Разочаровавшись в своих прежних исканиях, он настойчиво ищет новые $пути.
Из мира бесплотной мечты фантазии он окончательно переходит в мир действительности, который одновременно и влечет, и страшит его.
Блок очень тяжело переживал поражение революции, но не утратил чувство будущего: временное торжество реакции он правильно оценил как «случайную победу» палачей народа и предупредил наступление ещё более грозных и величественных событий. Главной темой Блока – и в художественном творчестве, и в публицистике — становится Россия.
$
Блок очень тяжело переживал поражение революции, но не утратил чувство будущего: временное торжество реакции он правильно оценил как «случайную победу» палачей народа, предупредил наступление ещё более грозных и величественных событий. Главной темой
Блок$а – и в художественном творчестве, и в публицистике — становится Россия.
Тема родины относится к числу вечных в поэзии. К ней обращались художники слова во все времена. Но в творчестве А.Блока эта тема обретает особое звучание. Сам поэт писал: «Родина — это о$громное, родное, дышащее существо, подобное человеку, но бесконечно более уютное, ласковое беспомощное, чем отдельный человек; человек – маленькая монада, состоящая из весёлых стальных мышц телесных и душевных, сам себе хозяин в мире, когда здоров и здрав, пойдёт куда захочет, и сделает, что пожелает, ни пред кем, кроме бога и себя не отвечает он за свои поступки. Так пел человека ещё Софокл, таков он всегда, вечно юный.$
Родине суждено быть некогда покинутой, как матери, когда сын её, человек вырастает до звёзд и найдёт себе невесту. Эту обречённость на покинутость мы всегда видим в больших материнских глазах родины, всегда печальных, даже тогда, когда она тихо радуется. Не родина оставит человека, а человек родину. Мы ещё дети и не знаем сроков, только читаем их по звёздам; однако читаем уже, что близко время, когда границы сотрутся и родной станет вся з$емля, а потом и не одна земля, а бесконечная вселенная, только мало крыльев из полотна и стали некогда крылья Духа понесут нас в объятия вечности».
Тема родины, России захватывает Блока всецело. Ощущение отчизны как живого существа сливается со сверх чувством жгучей любви. Личная трагедия одиночества поднимается до уровня траге$дии народа.
«В поэтическом ощущении мира нет разрыва между личным и общим»,- говорит поэт. От своих предшественников Блок отличается тем, что к судьбе России он подходит не как мыслитель, не отвлечённой идеей, а как поэт – с интимной любовью. Написаны они в угарное время увлечений, но несут на себе печать объективизма, кризисного спокойствия и эстетизм правды. Пропитаны они и современными ужасами, но остались в сфере и атмосфере иде$йного равновесия и умного такта.
Утончённое мастерство совпадает в стихах о России со всем богатством творческого опыта и достигает истинной классичности. Любовь, муки, мудрость, вся сложность чувств сов$ременного мира соединены в них с величественной, в веках теряющейся духовной генеалогией. Образ родины в русской литературе обычно ассоциировался с образом матери. Блок связывает его с образом молодой красавицы, невесты, жены, тем самым, придавая ему глубоко интимный характер «Твои мне слёзы ветровые — как слёзы первые любви», и в то же время – с вечной и нетленной красотой Прекрасной Дамы, Мировой Души, мировой гармонии. В блоковском образе родины — полной сил и страсти женщин, надёлённой «разбойной$ красотой»,- интимно личное неотделимо от вселенского, чувственное – от духовного, национальное – от общечеловеческого, природное – от культурных традиций, высокое – от будничного. В свете романтического идеала родина предстаёт не только поэтической, одухотворённой, прекрасной, нетленной, но и нищей — с серыми избами, расхляба$нными дорогами, острожной тоской, глухой песней ямщика. Чувство живой нетленной красоты помогает Блоку верить в её будущее, в то, что она преодолеет все тяготы и препятствия на своём трудном пути. Он надеется, что тяжёлый путь во мгле, «в тоске безбрежной», бесстрашно будет пройден: «Домчимся. Озарим кострами степную даль». Разум и духовность сразятся со всем, что делает жизнь грязной, пошлой, б$еспросветной. «Но узнаю тебя, начало высоких и мятежных дней!» Только в неуспокоенности и движении к д$обру видит автор смысл существования: «Не может сердце жить покоем…» Блок часто подчёркивает, что дела победы – кровь. Кровь сопутствует свету. «Закат в крови» Звучит призыв к действию.
И вечный бой! Покой нам только снится.
Сквозь кровь и пыль…
Летит, летит степная$ кобылица
Внимание его сосредоточено на судьбе народа, на волновавшем его вопросе о взаимоотношениях интеллигенции и народа. Он утверждал, что только с народом «все пути», что народ является единственным источником всякой «жизненной силы», в том числе и творческой силы художника, поэта.
В лирическом предисловии к сборнику «Земля в снегу» Блок прочерчивает восходящий путь своей поэзии, неумолимую логику выпущенных своих трёх книг: «Стихи о Прекрасной Даме» — ранняя утренняя заря… «Печальная радость» — первые жгучие и горестные восторги, пе$рвые страницы книги бытия … И вот «Земля в снегу», плод горестных восторгов, чаша «горького вина, когда безумец потеряет дорогу, — уж не вы ли укажете ему путь? Не принимаю – идите своими путями. Я сам знаю страны света, звуки сердца, лесные тропинки, глухие овраги, огни в избах моей родины, очи моей спутницы. Но не победит и Судьба, ибо в конце пути, исполненного падений, противоречий, горестных восторгов и ненужной тоски, $расстилается одна вечная и бескрайняя равнина — изначальная родина, может быть, сама Россия…»
Так в лирических образах блоковской прозы возникает тема его ст$ихов – «тема о России».
Блок находится в центре перелома, общеевропейского кризиса, в конечном счете, приведшего к первой мировой войне и межреволюционной реакции в России. Россия, «вырвавшись из одной революции, жадно смотрит в глаза другой…»
$ Испепеляющие годы!
Безумья ль в вас, надежды ль весть?
От дней войны, от дней свободы-
Кровавый отсвет в лицах есть.
И мнёт ковыль…
В ранней поэзии А.Блока тема России не звучит как самостоятельная. Но все события его духовной жизни проходят на фоне русс$кого пейзажа. Например, в стихотворении 1901 года «Видно дни золотые пришли…»:
Видно, дни золотые пришли,
$Все деревья стоят как в сиянье.
Ночью холодом веет с земли;
Утром белая церковь вдали
И близка и ясна очертаньем.
Героиня блоковских стихов ранних лет обретает черты сказочной царевны из русских сказок, жилище ее — заколдованный терем, а герой- царевич, князь, жених. Поэзию А.Блока этих лет пронизывают образы русской культуры, нередко в их романтическом облике, например, в стихотворении «Ночь на Новый год» возникает образ Светланы, героини баллады В.Жуковского. Мир ранней поэзии А.Блока — это мир прекрасной мечты$, и этой прекрасной мечтой окутан образ России.
К постижению родины подлинной, далекой от чарующей сказки, поэт шел через мотивы страшного мира. Именно в этот страшный м$ир попадает блоковский герой, уйдя от Прекрасной Дамы, выйдя из заповедного сада своих ранних стихов в страшный мир природы, где звезды и зори сменяет мир мхов, болот с хромыми лягушками, ржавых кочек и пней. Населяют эту природу диковинные существа: колдуны и косматые ведьмы, «твари весенние», чертенята, «больная русалка». Не менее страшен и облик людей, обитающих в этом мире: это герои зловещего балагана, носители «всемирной пошлости», живые мертвецы, как, например, в цикле стихов «Пляски смерти». Наиболее известное стихотворение этого цикла — «Ночь, улица, фонарь, аптека…», в которо$м самой композицией подчеркнута полная безысходность, замкнутость жизни в страшный круг. Однако страшный мир — это не только мир вокруг поэта, это и мир в нем самом. Так, в самом своем известном стихотворении, надолго ставшем символом поэзии А$.Блока — «Незнакомка» — лирический герой принадлежит двум мирам: миру мечты, поэзии, где все окутано дымкой тайны, а поэт — хранитель этой тайны. Но он же не отделяет себя и от низменного, пошлого мира «испытанных остряков», бездушной и мертвенной природы, в которой самое поэтичное ее явление — луна на небе — превращается в мертвый диск. Недаром заканчиваетс$я стихотворение возвращением лирического
героя от мечты к реальности. Страшный мир, созданный А.Блоком, — это тоже Россия, и высшее мужество поэта не в том, чтобы не видеть этого, а в том, чтобы видеть и принять, полюбить свою страну даже в таком неприглядном обличье.
Сам А.Блок предельно откры$то выразил эту свою, любовь-ненависть в стихотворении «Грешить бесстыдно, непробудно…», написанном в 1914 году. В нем возникает крайне отвратительный, безмерно отталкивающий облик человека бездуховного, лавочника, вся жизнь которого — это беспробудный сон духа, даже покаяние его лишь минутно. Подавая грошик в церкви, он тут же, вернувшись, обманывает на это$т грош своего ближнего. Тогда, о себе и своих современниках он сказал: «Мы — дети страшных лет России». Предчувствие «неслыханных перемен» и «невиданных мятежей» отбрасывало особый отблеск на любовь А.Блока к России, делало ее противоречивой и обостренной, стихотворение звучит почти как сатира. Герой его$ обретает черты символические. И тем неожиданнее и сильнее звучит финал стихотворения:
Да, и такой, моя Россия,
Ты всех краев дороже мне.
У Гоголя Россия – тройка, несущаяся вдаль, у Блока она «cтепная кобылица» и та же тройка. В записях к стихотворению «Я пригвождён к трактирной стойке…» Блок пишет об этом образе: «Слышите ли Вы задыхающийся гон тройки? Это Россия летит неведомо куда – в сине-голубую пропасть… Видите ли Вы её звездные очи – с моль$бой, обращённой к ним: «Полюби меня, полюби красоту мою!….» Кто же проберётся навстречу летящей тройке тропами тайными и мудрыми, кротким словом остановит взмыленных коней, смелой рукой опрокинет коней, смелой рукой опрокинет демонского ямщика….»
Стихотворение «Россия» (1908 г.) звучит как признание в любви нищей, но прекрасной Родине$, Чистота и неподдельность народной силы питают надеждой:
И невозможное возможно,
Дорога долгая легла….
Все стихи зрелого Блока написаны от лица сына «страшных лет России», обладающег$о отчётливой исторической памятью и обострённым предчувствием будущего.
Из низких нищих деревень$
Не счесть, не смерить оком,
И светит в потемневший день
Костёр в лугу далёком.
Стихи наполнены верой в высокую миссию поэта, сознанием сложной противоречивости жизни и др.
Одним из первых непосредственных обращений А.Блока к теме России как к самостоятельной стало его стихотворение 1906 года «Русь». Страна предстает в этом стихотворении как заповедная,$ сказочная. Таково само
ее пространство:
Русь опоясана реками
И дебрями окружена
С болота$ми и журавлями
И смутным взором колдуна…
Россия в этом произведении как бы спящее заколдованное царство, и лирический герой проникается ее тайной, его живая душа погружена в дремоту. Русь убаюкала ее на своих просторах. Итогом размышлений А.Блока о судьбах своей страны стал цикл стихов «Родина», который создавался с 1907 по 1916 $годы. К самым различным аспектам сложной и драматической темы обращается поэт в этом цикле. Здесь и размышления о Руси как о заповедной стране, чья хозяйка — сказочная княжна, которую отличает традиционный облик русской красавицы — с$татной, с косой. Символом этой страны становится тихий дом в густой траве, покинутый героем ради тревог и битв. В этот цикл входит и стихотворение «На железной дороге», в чем-то перекликающееся с некрасовским «Что ты жадно глядишь на дорогу…» Здесь судьба России осмысливается через женскую судьбу, горькую и трагическую, и это тоже традиционно для русской поэзии.
Одно из наиболее известных стихотворений цикла — «Россия» («Опять, как в годы золотые…»). В последних произведения цикла «Родина» появляется новая нота, связанная с тем, что в судьбе страны наступил поворот, началась война 1914 года, все яснее звучат в стихах поэта мотивы будущей трагической судьбы России. Это ощущается в стихотворениях «Петро$градское небо мутилось дождем..», «Я не пред$ал белое знамя…», «Коршун» и других.
Однако тема трагического предвидения звучит в стихотворениях из цикла Родина, написанных задолго до войны 1914 года, в стихотворениях, объединенных темой, обозначенной в названии: «На поле Куликовом». Написаны эти стихотворения в 1908 году и посвящены одному из самых значительных событий русской истории. В 1912 году Блок писал: «Куликовская битва принадлежит, по убеждению автора, к символическим событиям русской истории. Таким событием суждено возвращение. Разгадка их еще впереди». Значение Куликовской битвы (восьмое сентября 1380 года) было не столько военным, политическим, сколько духовным. И не случайно обращается к этому событию поэт в п$редвидении трагических лет России. Мне хотелось бы проанализировать первое стихотворение цикла «На поле Куликовом»:
Река раскинулась. Течет, грустит лениво,
$
И моет берега.
Над скудной глиной же того обрыва
В степи грустят стога.
О Русь моя! Жена моя! До боли
Нам ясен долгий путь!
Наш путь стрелой татарской древней воли
Пронзил нам грудь.
Наш путь степной, наш путь$ — в тоске безбрежной.
В твоей тоске, о, Русь!
И даже мглы — ночной и зарубежной —
Я не боюсь.
Пусть но$чь. Домчимся. Озарим кострами
Степную даль.
В степном дыму блеснет святое знамя
И ханской сабли сталь…$
И вечный бой! Покой нам только снится
Сквозь кровь и пыль…
И мнет ковыль…
$И нет конца! Мелькают версты, кручи…
Останови!
Идут, идут испуганные тучи,
Закат в крови!
Закат в крови! Из сердца кровь струится; Плачь, сердце, плачь…
Покоя нет! Степная кобылица
Несется вскачь!
Стихотворение посвящено осмыслению исторической судьбы России. И судьба эта пророчески описывается автором как трагическая. Символом ее становитс$я стремительно мчащаяся степная кобылица. Возникает традиционное для поэзии осмысление единства жизни людей и жизни приро$ды. Сами природные явления здесь окрашены в кровавый трагический цвет («Закат в крови!»). Этот мотив встречается и в других стихотворениях цикла «Родина», например, в стихотворении «Петроградское небо мутилось дождем…»:
В закатной дали
Были дымные тучи в крови.
В стихотворении «Река раскинулась…» несколько раз меняется объект поэтической речи. Начинается оно как описание типично русского пейзажа; скудного и грустного. Затем звучит прямое обращение к России, и, надо сказать, в свое время оно многим показалось шокирующим — ведь А.Бл$ок называл свою страну «О, Русь моя! Жена моя!». Однако в этом нет поэтической вольности, есть высшая степень единения ли$рического героя с Россией, особенно если учесть смысловой ореол, данный слову «жена» символистской поэзией. В ней он восходит к евангельской традиции, к образу величавой жены.
И, наконец, в финале стихотворения возникает новый объект обращения: «Плачь, сердце, плачь…» В стихотворении А.Блок употребляет авторское «мы», размышляя о судьбах людей своего поколения. Они представляются ему трагическими, стре$мительное движение — это движение к гибели, вечный бой здесь не радостен, а драматичен. Теме стихотворения соответствует его интонационный строй, сам темп поэтической речи. Она начинается спокойно, даже замедленно, затем темп стремительно нарастает, предложения делаются короткими, в половину, а то и в треть поэтической строки (например: «Пусть ночь. Домчимся. Озарим кострами».). Нарастают восклицательные интонации $- это реализовано и на уровне синтаксическом: в семи строфах стихотворения автор семь раз употребляет восклицательный знак. Поэтическая речь здесь предельно взволнованна. Это ощущение создается и стиховым строем текста. Произведение написано разностопным ямбом, что придает ему особую динамично$сть и стремительность, передавая безудержный и страшный порыв, вечный бой, трагическое приближение к гибели.
Стихотворение А.Блока о России, прозвучавшее в те годы, когда судьба ее неуклонно приближалась к катастрофе, когда сама любовь к родине обретала внутренний драматизм, звучат сегодня удивительно современно и являет нам образец той мужественной всеви$дящей преданности своей стране, которая была воспринята поэтом от лучших традиций классической русской литературы.
$
_________________________________________________________________________________________________
Сочинение.
Образ возлюбленной в лирике М.Лермонтова
Тема любви становится центральной в ранней лирике М. Ю. Лермонтова. Поэт раскрывает ее своеобразно. Для Лермонтова любовь связана с изменой, клеветой, даже злобой. Его лирический герой безумно одинок, он отчужден от мира, от светского общества. Этому человеку кажется, что он может обрести гармонию, если найдет любимую, «родную душу». Увы! Не такова возлюбленная героя. Вместо счастья она причиняет ему множество страданий и боли. Вот что читаем мы, например, в стихотворении «Я не унижусь пред тобою»: … Иль женщин уважать возможно, Когда мне ангел изменил? Я был готов на смерть и муку И целый мир на битву звать Чтобы твою младую руку – Безумец! – лишний раз пожать! Не знав коварную измену, Тебе я душу отдавал; Такой души ты знала ль цену? Ты знала – я тебя не знал! Герой жестоко обманут. В ответ на свою горячую, искреннюю любовь он получил предательство. Возлюбленная, прекрасная, как ангел, оказалось коварной изменщицей. И в лирике Лермонтова много женских образов, подобных ей. Вот что пишет поэт к «Н.И.»: Я не достоин может быть, Твоей любви: не мне судить; Но ты обманом наградила Мои надежды и мечты, И я всегда скажу, что ты Несправедливо поступила. Эта обманщица не столь коварна. Лишь часто новым впечатленьям Душа вверяется твоя. — говорит о возлюбленной герой. Если женщина в поэзии Лермонтова не легковерна и не коварна, то она бесчувственна и холодна. О такой пишет поэт в «Сонете»: Я знаю, ты любовь мою не презираешь; Но холодно ее молениям внимаешь; Так мраморный кумир на берегу морском Стоит, — у ног его волна кипит, клокочет, А он, бесчувственным исполнен божеством, Не внемлет, хоть ее отталкивать не хочет. Почему же возлюбленная героя так нехороша? Я думаю, главная вина здесь лежит на светском обществе. Это оно портит нравы, опустошает душу. Не случайно поэт вопрошает в стихотворении «Как луч зари, как розы Леля…»: Но свет чего не уничтожит? Возлюбленная в этом произведении идеальна, у нее масса достоинств: Как луч зари, как розы Леля, Прекрасен цвет ее ланит, Как у мадонны Рафаэля Ее молчанье говорит. Инверсии, высокая лексика, изысканные сравнения в этом стихотворении создают величественный образ героини. В то же время очень приятна ее естественность, которая интересно сочетается с особой женской таинственностью, так неотразимо притягивающей мужчин. Герой желал бы возлюбленной счастья, но нет: оно не живет в этом обществе, здесь в него лишь играют, как, впрочем, и в любовь, и во все другие чувства. Несчастный романтик бежит из такой обстановки в мир своей мечты или в воспоминания. Совершенством является его первая любовь, которую он никогда не забудет: И деву чудную любил я, как любить Не мог еще с тех пор, не стану, может быть Перед чем преклоняется лирический герой? Ведь он понимает, что «дева чудная» — всего лишь образ, созданный его воображением, далекий от реальности. Да, это так, но без подобных грез нет жизни. Что тогда остается? Пустота? Лучше уж быть мечтателем, чем циником. Постепенно мироощущение поэта меняется, он начинает по-другому относиться к любви. И образ возлюбленной в его лирике становится иным, более светлым. Теперь абсолютно всё пленяет героя в девушке: голос «звонкий и ласковый», глаза «лазурно — глубокие», а главное простота и открытость, сердечность. Вот так влюбленный реагирует на эти качества: И как-то весело, И хочется плакать, И так на шею бы Тебе я кинулся. У другой возлюбленной больше величавости, но она также искренна, чиста душою. Оттого и восхитительна ее песня: Она поет – и звуки тают, Как поцелуи на устах, Глядит – и небеса играют В ее божественных глазах; Идет ли – все ее движенья, Иль молвит слово – все черты Так полны чувства, выраженья, Так полны дивной простоты. Поэт воспевает прекрасных женщин, которым также, как и ему, чужды «светские цепи» и «блеск утомительный бала», которые естественны даже «среди ледяного, среди беспощадного света». Вот так он характеризует М. А. Щербатову: Как ночи Украйны, В мерцании звезд незакатных, Исполнены тайны Слова ее уст ароматных Прозрачны и сини, Как небо тех стран, ее глазки, Как ветер пустыни, И нежат и жгут ее ласки. Эта женщина привлекает поэта глубиной своих чувств, умением по-настоящему верить, надеяться, любить: От дерзкого взора В ней страсти не вспыхнут пожаром, Полюбит не скоро, Зато не разлюбит уж даром. Лирический герой развивается вместе с автором. Он становится более опытным и мудрым, и эти качества помогают ему выбирать более достойных возлюбленных, хотя по-прежнему понять женскую суть этому человеку сложно. О противоречивости любимой рассказывает стихотворение «К портрету»: Таит молодое чело По воле – и радость и горе. В глазах – как на небе светло, В душе ее темно, как в море! То истиной душит в ней всё, То все в ней притворно и ложно! Понять невозможно ее, Зато не любить невозможно.
Эволюция образа возлюбленной в лирике Лермонтова свидетельствует о развитии личности поэта, а также о том, что женская душа – это вечная тайна, и мужчина всегда будет стремиться ее постичь.
.
…
Как написать студенческую работу, чтобы её 100% приняли?
Возникают ситуации, когда очень сложно сделать работу, когда совершенно не понятно каков должен быть конечный результат. В таких случаях лучше не тратить лишние время и нервы, а обращаться к знающим людям.
Помощь в написании учебных работ
Есенин писал: «Моя лирика жива одной большой любовью, любовью к Родине. Чувство Родины — основное в моем творчестве».
У раннего Есенина можно найти и типичные российские пейзажи, и характерные для России той поры жанровые картинки.
Россия для Есенина — прежде всего древняя патриархальная «Русь», своего рода застывшее время и пространство, в котором не предполагается никакое движение, а всякий прогресс губителен. Отсюда — антиурбанизм, отрицательное отношение к индустриальным символам (излюбленным для футуристов). В одном из стихотворений цикла «Сорокоуст» используется выразительная метафора, передающая драматическую коллизию города и деревни, как ее видел в то время поэт (эта метафора стала хрестоматийной: летящий по рельсам паровоз и не поспевающий за ним жеребенок: «Милый, милый, смешной дуралей, / Ну куда он, куда он гонится? / Неужель он не знает, что живых коней / Победила стальная конница?»).
Первоначально Есенин принял Октябрьскую революцию («Товарищ», «Инония», «Преображение», «Иорданская голубица», «Пантократор»), однако симпатия к ней у Есенина была не политическая, а, как и у Блока, отвлеченно-философская: это соответствовало его утопической мечте о построении «мужицкого рая». Но, так как революция большевиков была по преимуществу пролетарской и индустриальной и на деле имела мало общего с утопией «мужицкого рая», тоска по «Руси уходящей» со временем одержала верх в сознании Есенина над революционной утопией («Страна негодяев», «Русь уходящая», «Русь советская», «Русь бесприютная», «Спит ковыль. Равнина дорогая…» и другие). Поэт разочаровался в революции, и только незадолго до смерти пытался написать кое-что по «социальному заказу».
[sms]
В цикле «Персидские мотивы» сквозь воспевание красот Востока пробивается искренняя, незабываемая любовь к Родине. В стихотворении «Шаганэ ты моя, Шаганэ!», посвященном восточной красавице, тема любви к России вспыхивает ярко и неожиданно. Например, у восточных поэтов прошлого можно найти такие особенности, как совпадение Первой и последней строк в каждой строфе, обращение к вое- точной красавице, которым обрамляется произведение с начальной и заключительной строф. Но в этой форме поэт выражает образы родной земли: волнистой ржи, рязанских раздолий и т. п. Ключевой оказывается первая строфа. Вторая ее строчка повторяется во второй строфе, третья строка — в начале и в конце третьей строфы; четвертая строка образует подобное кольцо в четвертой строфе и т. д. В результате каждый стих первой строфы встречается в произведении трижды.
Обращение к экзотике (южной или восточной) имеет четкую традицию в романтической поэзии XIX в. Особенно показательным может быть сравнение с пушкинским южным посланием «Эллеферия, пред тобой…». В обоих стихотворениях герой обращается к чужеземной красавице со словами любви, подчеркивая при этом свое происхождение (у Пушкина: «Твоей красоте / Вредна холодная Россия»; у Есенина: «Потому что я с севера, что ли…»).
Стихотворение, в сущности, построено на одной развернутой метафоре: герой сравнивает собственные кудри (выразительная деталь подлинного есенинского портрета) с «волнистой рожью при луне». Все образы стихотворения так или иначе связаны с этой метафорой, ни о чем другом почти не говорится. Композиционный центр стихотворения — третья строфа, где появляется метафора любовного переживания:
Я готов рассказать тебе поле.
Эти волосы взял я у ржи,
Если хочешь, на палец вяжи —
Я нисколько не чувствую боли.
Я готов рассказать тебе поле.
В следующей, предпоследней, строфе неожиданно возникает новый мотив: печальное воспоминание о родине: «Не буди только память во мне / Про волнистую рожь при луне…» Этот, типично романтический в своих истоках, мотив созвучен пушкинскому: «Не пой, красавица, при мне / Ты песен Грузии печальной…» В последней строфе обнаруживается основной смысл атого высказывания: речь идет о
русской девушке, которую не может забыть влюбленный в Шаганэ герой. Образ далекой возлюбленной («Там, на севере, девушка тоже, / На тебя она страшно похожа. / Может, думает обо мне…») навеян традиционными романтическими мотивами. Можно обратить внимание также на ритмический сдвиг: стих «Может, думает обо мне» является дольником, и таким образом нарушается анапест — основной размер стихотворения. Нарушение ритма имеет смысловое значение: оно так же передает волнение, как и отклонения от правильного синтаксиса.
Природа и родина неразрывны в творчестве Есенина. Своеобразие его стихотворений в том, что в них передано чувство единства с родной природой, с языком простого народа. Уже в раннем творчестве Есенина его самой сильной стороной было лирическое изображение русской природы, зримые образы родного пейзажа, через которые он выражал свою любовь к Родине:
О Русь — малиновое поле
И синь, упавшая в реку, —
Люблю до радости и боли
Твою озерную тоску.
Холодной скорби не измерить,
Ты на туманном берегу.
Но не любить тебя, не верить —
Я научиться не могу.
Часто в пейзаже много печали и горя убогой деревни («Край ты мой заброшенный, край ты мой, пустырь»). Однако Есенин видел родные края и другими: в радостном весеннем убранстве, с синевой небес и цветением трав, с весенними реками и зелеными рощами, окрашенными в светлые тона: «заголубели долы», вокруг «синяя ширь», вечерами встают «малиновые зори».
Боль и невзгоды крестьянской Руси, ее радости и надежды — все это вылилось у Есенина в светлые, задушевные строфы:
Ой ты, Русь, моя родина кроткая,
Лишь к тебе я любовь берегу.
От проникновенных стихов о красоте родной земли Есенин пришел к раздумьям о судьбах России в «суровые грозные годы»:
Но более всего
Любовь к родному краю
Меня томила, мучила и жгла.
После революции все чаще появляются у Есенина стихи, полные душевного смятения, и тревоги, грусти об уходящей вместе с деревенской Русью в прошлое юности, о собственном призвании и о том, сможет ли он петь по-новому. Тема Родины получает дальнейшее развитие. На смену «Руси уходящей», еще недавно горячо любимой поэтом и воспетой им, приходит новый образ Родины. В стихотворении «Неуютная жидкая лунность…» Есенин с горечью говорит о бедности и нищете «полевой России», «усохших вербах», лачугах и сохах, «тележной песне колес», страстно желает видеть «мощь родной страны»:
Я не знаю, что будет со мною…
Может, в новую жизнь не гожусь.
Но и все же хочу я стальною.
Видеть бедную, нищую Русь.
Какие бы перипетии ни ожидали поэта, Есенин находит верный путь к пониманию своего места на Родине:
Радуясь, свирепствуя и мучась,
Хорошо живется на Руси.
В автобиографии поэт писал: «Искусство для меня не затейливость узоров, а самое необходимое слово того языка, которым я хочу себя выразить». Творчество Есенина — одна из самых прекрасных страниц в русской поэзии. Стихи его совершенны по форме, они просты и глубоки по мысли, необыкновенно лиричны и напевны. [/sms]
Автор Алёна Базан На чтение 6 мин Просмотров 2.4к.
Обновлено
Итоговое сочинение «Как характер и образ жизни человека влияют на его жизненный путь?» относится к направлению «Человек путешествующий – дорога в жизни человека». Данное направление дает возможность порассуждать о жизненном пути человека, о приобретении практического и духовного опыта. А в качестве аргументов лучше всего подойдут произведения следующих авторов: И.А. Бунина, А.С. Пушкина, И.А. Гончарова, Л.Н. Толстого.
Вариант 1
Жизненный путь – это широкое понятие, которое описывает процесс развития человека от рождения до смерти. Вся наша жизнь состоит из событий, которые происходят по той или иной причине, и человек каждый день совершает выбор, зависящий от его характера и мировоззрения. Но не всем ответственное решение дается легко. Так, к примеру, главная героиня рассказа И.А. Бунина «Чистый понедельник» — долго колебалась, прежде чем отважиться на серьезный поступок.
Она была молодой, красивой, богатой девушкой, привыкшей к светской жизни и веселым развлечениям. Но что-то все время тяготило ее, не давало ей возможности наслаждаться доступными удовольствиями. Все дело в том, что героиня ощущала духовные потребности, которые простая жизнь не могла удовлетворить. Она отчаянно нуждалась в Боге, часто посещала церковные службы, причащалась и ежедневно молилась. Только святая обитель могла помочь девушке обрести себя, но этот, казалось бы, очевидной выбор, обременяло одно обстоятельство – любовь к мужчине.
Тогда главная героиня решает испытать себя всеми соблазнами, и даже проводит ночь со своим возлюбленным. Но выбор уже сделан, и ничто не способно изменить его. Несмотря на чувства к любимому человеку, она отрекается от мирской жизни, и уходит в монастырь.
В качестве другого примера хочется привести главного героя романа А.С. Пушкина «Евгений Онегин». Онегин вырос в столице, в окружении светской суеты и фальши. Вначале он придерживался свойственного высшему обществу образу жизни, но со временем пресытился «искусственным» миром, где все было не тем, чем казалось. Покинув столицу, Евгений уединился в деревне, надеясь понять, что ему нужно. Однако деревенская скука и ограниченность местных жителей вскоре надоели ему. Даже знакомство с Владимиром Ленским только немного скрасило одиночество Онегина, но не избавило его от хандры. А любовь Татьяны стала самой настоящей обузой, ведь теперь Евгений не мог появляться там, где была отвергнутая им девушка. Он не выдерживал грустных взглядов Татьяны и ее печальных вздохов.
Однажды Ленскому удается заманить Онегина на праздник, которым оказываются именины Татьяны, и в отместку за это главный герой решает приударить за его возлюбленной – Ольгой Лариной. Этот необдуманный поступок заканчивается дуэлью, на которой Владимир Ленский погибает. А Онегин навсегда покидает деревню, не в силах более оставаться в месте, напоминающем ему о произошедшей трагедии. Он так и не понял, в чем заключается смысл его жизни, поэтому отправился путешествовать, продолжая свои поиски.
Таким образом, можно прийти к выводу, что жизненный путь бывает извилист, но всё зависит от самого человека, от его характера и образа жизни. Каждый из нас сам строит свое будущее и выбирает тот путь, который соответствует нашим целям и ориентирам.
Вариант 2
У каждого человека есть собственное предназначение, но не все люди способны понять его. Жизненный путь – это череда печальных и радостных событий, которые меняют нас, формируют характер, определяют образ жизни. На этом пути люди каждый день сталкиваются с принятием ответственных решений, но не все совершают правильный выбор. А порой даже от незначительного решения зависит наше будущее.
Ярким примером человека, жизненный путь которого напрямую зависел от его характера и образа жизни, является главный герой романа И.А. Гончарова «Обломов». Илья Ильич выбрал самый простой путь в жизни – он просто плыл по течению. Он жил на небольшой, но стабильный доход от семейного имения, и не хотел ничего предпринимать, для того чтобы улучшить свое финансовое положение. Он довольствовался малым, тем, что само окажется в его руках. У Обломова не было никаких целей, намерений, интересов, он целые дни напролет мечтал о беспечной жизни и строил призрачные планы на будущее.
Главный герой отгородился от окружающего мира, распрощался с прежними друзьями, не выходил из дома, будто прирос к своему дивану. Но когда в его жизни появилась деятельная Ольга Ильинская, он словно переродился. Полюбив Ольгу, Обломов на какое-то время изменился. Он стал рано вставать, тщательно одеваться, читать газеты. Илья Ильич покинул свое укрытие, стал выходить в люди, посещать театры. Но даже ради любимой девушки он не смог искоренить в себе лень и апатию, поэтому в скором времени все вернулось на свои места. Обломову хотелось, чтобы любовь не нарушала его привычный образ жизни, поэтому в итоге он женится на Агафье Пшеницыной, которой удалось воссоздать вокруг своего супруга атмосферу Обломовки. Барство и лень, привитые с детства, сформировали безвольный, слабый характер, который определил образ жизни главного героя и весь его жизненный путь.
В качестве другого примера хочется привести Андрея Болконского – одного из главных героев романа-эпопеи Л.Н. Толстого «Война и мир». Его жизненный путь пролегал через испытания и переосмысление себя. Вначале он искал себя на военном поприще, считая, что его судьба заключается в геройстве на поле боя. Но именно долгожданный подвиг и разубедил Болконского в этой идее. Он осознал, что зря повел своих солдат на верную смерть в битву, от которой даже не зависела судьба его Родины. Андрей почувствовал, что его бывший кумир вызывает теперь омерзение, а прежние стремления ничего не значат.
Вернувшись с войны, он занялся семьей и хозяйством, но и это не смогло удовлетворить его поиски собственного предназначения. Реформы не удались, попытки построить счастливую семью окончились провалом. Обманутый возлюбленной Болконский, вновь отправляется на войну. И лишь здесь ему удается понять, в чем заключается смысл жизни. Перед смертью он смог познать истинную мудрость и почувствовать себя, наконец, счастливым.
Исходя из всего вышесказанного, можно прийти к выводу, что жизненный путь человека целиком и полностью зависит от его характера и образа жизни. Только мы сами виноваты в том, что живем не так, как хотелось бы. Всегда можно изменить свою жизнь, необходимо просто найти в себе силы. Наша дальнейшая судьба – в наших руках, и мы сами решаем, каким будет завтрашний день.
Александр Блок создал знаменитую поэму «Двенадцать», будучи под впечатлением от Петроградских событий 1917 года. Он начал работу над произведением 8 января 1918 года – через два месяца после революционного восстания. На написание у автора ушло двадцать дней. 28 января 1918 года поэма была закончена.
Христос появляется в завершающей части повествования. Это достаточно необычный поворот. В произведении обсуждается революция, убийство человека. Идея внедрить образ Христа в поэме «12» выглядит нестандартно, но логично.
Среди современников, поддерживающих православное русское направление, бытовало радикальное мнение о творчестве Александра Блока. Многие неоднозначно характеризовали произведение с непредвиденной финальной развязкой.
До сегодняшнего дня образ Христа в поэме Блока «Двенадцать» является спорным вопросом для литературных критиков, литературоведов. У каждого своя точка зрения касательно его появления в конце революционного опуса.
Образ Иисуса Христа в поэме «Двенадцать»
Фигуру Иисуса необходимо воспринимать совместно с обликом двенадцати красноармейцев, символизирующих 12 апостолов. Критики называют их предзнаменованием революционного движения. Бог может возглавлять их, освещая дорогу к новой жизни. Автору удалось воспроизвести отражение гармоничного, стихийного мироздания. Значение собаки, бегущей позади, – отголоски прошлого. Расстановка героев является намеком на неполное избавление революционеров от прежних традиций, порядков.
Образ Иисуса Христа в поэме «12» трактуется по-разному:
- Роль спасителя. Основным православным, ортодоксальным значением фигуры Христа считается Спаситель. Бога позиционируют как мученика, готового пойти на смерть, чтобы жизнь на земле обновилась, изменилась к лучшему.
- Формирование нового жизненного уклада вместо устаревших канонов. Для интеллигенции, увлекающейся творчеством Блока, революция была значимым, стихийным событием. Они верили, что она избавит их от устоявшихся правил, гнета, давления нынешней власти, приведет к новым перспективам, возможностям. Задание Иисуса – привести революционеров к светлому будущему сквозь обветшалый мир.
- Ложный Бог. Образ Иисуса не является христианским. Так рассуждал философ Павел Флоренский. Он уверен – в завершении действа предстает не Бог, а его противоположность, фигура антихриста.
Каждая из этих точек зрения поддерживается весомыми аргументами. Если провести тест творческих мотивов Блока, станет понятно, что для автора Христос является идеалом нравственности. Он направляет красноармейцев к светлой цели, счастливому будущему.
Значение образа Христа в поэме «Двенадцать»
Бог – символическая фигура в поэме, имеющая неоднозначный смысл. Персонаж помогает писателю завершить сюжетную линию точкой или троеточием многоточием. Для толкования сути читатель может использовать различные подходы: исторический, политический, религиозный. Появление евангельских мотивов заметно с первых строк произведения:
- 12 красноармейцев;
- Отсутствие святого имени;
- Отсутствие креста;
- Белый венчик из роз на голове Христа.
В образ Бога Блок вкладывает доброту, любовь, красоту. Он принимает революцию, противоречащую вере. При этом считает безнравственным отрицать наличие Иисуса Христа.
Образ Иисуса Христа в поэме Блока Двенадцать
- Сочинения
- По литературе
- Другие
- Образ Иисуса Христа в поэме Блока Двенадцать
Александр Александрович Блок был гениальным поэтом, который внёс большой вклад в русскую литературу, да и культуру в целом.
Он стал настоящим модернистом, который не боялся сказать правду в лицо и раскрывал её другим, через символизм. Творчество этого поэта, его энергетика что есть в стихах, поэмах настолько уникальны, что ни с чем не спутаешь. В своих произведениях он передавал настроение того переломного и кровавого времени.
Девятнадцатый век был тяжёлым веком, в прочем, как и двадцатый. Большую роль Блок отдал русской революции, которая не пощадила никого на своём пути.
Поэма «12» — это как бы новая ступенька в творчестве Александра Александровича. Разгулявшиеся природные катаклизмы можно сравнить в революционным переворотом, что происходил на тот момент.
Блок описывал не только свой порыв души, но и соотечественников. Это было не лёгкое время: революция, гражданская война, холод, голод, смена власти, новый строй.
Многие в те страшные, кровавые годы погибли.
Образ Иисуса Христа — это образ веры. Александр Блок верит в великого и могучего, верит что всё это когда — нибудь закончится. Так же автор верит, что кровь невинных и виновных, которая проливается это своего рода искупление за грехи. Этот символический образ, когда Иисус идёт впереди двенадцати красноармейцев. Он ведёт их по этому сложному пути в конце, которого будет свобода.
Однако, не стоит забывать, что в данной поэме образ Бога представляется и под иным углом. Это образ, языческого Бога, будущее страны, антихрист. Автор предполагает различные варианты, которые только могут быть. Хотя всего и не додумать.
Но Блок чётко передал свои мысли — у революции был святой долг, который надо исполнить и именно это служит оправдание тех ужасных вещей, что происходили в те года.
Но вера что, что люди смогут искупить даже самые худшие грехи и зажить новой жизнью греет душу и даёт силы.
Таким образом, Иисус Христос — это скорее символ веры и светлого будущего, о котором так многие мечтают. Ведь вера, это всё что есть у человека. Когда не за что зацепиться и падают руки от безысходного положения, человек всегда может обратится к вере и она придаст новые силы.
В названии повести барышня крестьянка слова синонимы
Блок был реалистом и символистом, не одно стихотворение, ни одна поэма не была написана без определённых символов. И только эта черта делала произведения уникальными.
Сочинение «Образ Христа и загадка поэмы 12 Блока.»
Более восьмидесяти лет назад услышал А. Блок «музыку революции». Что чувствовал Блок, что испытывал в те непростые и тяжелые для страны времена? Считается, что он встретил революцию 1917 года восторженно, принял ее всем сердцем и душой.
Стремясь объективно и всесторонне рассмотреть революционные события, «защитников» революции, Блок создал свою знаменитую поэму «Двенадцать». Она явилась своеобразной летописью, дневником революции. Многие современники, писатели и поэты не поняли Блока, посчитали предательством его взгляды.
Но так ли правы те, кто утверждает, что Блок выступал «певцом революции»?
В основе композиции произведения лежит идея двоемирия, параллельного существования двух миров: «мира старого» и «мира нового», прошлого и будущего, темного и светлого. Для максимально полной передачи своих ощущений и мыслей Блок создал галерею символичных образов.
«Старый мир» — мир патриархально-помещичьей России — Блок представил барыней в каракулях, старушкой, «товарищем попом» и писателем. Все они являются представителями тех сословий, которые ранее занимали привилегированное положение в обществе.
Общим, собирательным образом всех вышеперечисленных фигур является голодный, бездомный «шелудивый пес»: Стоит буржуй, как пес голодный, Стоит безмолвный, как вопрос, И старый мир, как пес безродный, Стоит за ним, поджавши хвост… Все они — осколки прошлого, будущее которых черно и непонятно.
Скорее это гибель — духовная или физическая. Но кто же противопоставлен им? Кто является олицетворением «нового» мира, проводником в новую жизнь, новую эпоху? Это двенадцать патрулирующих ночные улицы красногвардейцев.
Но присмотримся к ним поближе: Блок как раз таки не идеализирует их, не приукрашивает существующее положение вещей: В зубах — цыгарка, примят картуз, На спину б надо бубновый туз! Выражение «бубновый туз» — устаревшее. Раньше оно понималось как знак каторжника, преступника. Следовательно, автор обращает внимание на их не совсем лицеприятное прошлое: так оно и получается далее.
Красногвардейцы идут «раздувать мировой пожар революции», открывать новую эпоху, а в результате они совершают убийство и грабежи: Эх, эх! Позабавиться не грех!
Отпирайте етажи — Скоро будут грабежи! Отпирайте погреба — Гуляет нынче голотьба! Тем более в этих людях нет ничего святого, а в груди кипит «черная, черная злоба». Злоба — вот, что движет двенадцатью. Символичен и цвет поэмы — черный. Обилие этого цвета в произведении, надо понимать, указывает на пустоту, бездуховность, нравственное и моральное разложение двенадцати: …
И идут без имени святого Все двенадцать — вдаль. Ко всему готовы, Ничего не жаль. Вот они, защитники революции! Жестокие, грубые, бездуховные каторжники и преступники.
Но в финале поэмы появляется самый загадочный образ, который «облагораживает» всю шайку: Нежной поступью надвьюжной, Снежной россыпью жемчужной, В белом венчике из роз — Впереди — Исус Христос. Он, судя по контексту, возглавляет отряд красногвардейцев.
Можно предположить, что этим автор придал бывшим преступникам ореол святости, и теперь это уже не «голотьба», а новый, революционный народ. Некоторые исследователи творчества поэта предложили трактовать эту идею шире.
Двенадцать — это апостолы, возглавляемые Петром.
Но на каких основаниях строится эта идея? Лишь по их количеству, сходного с числом апостолов? Или потому, что среди них выделен лишь один — Петр? А может потому, что в финале их возглавляет Иисус Христос? Да, поэтому.
Но они — апостолы нового времени, новой эпохи, предпочитающих вместо смирения борьбу. Но сам Блок предостерегал от скоропалительных выводов: не следует недооценивать политические мотивы в поэме «12»; она более символична, чем может показаться на первый взгляд.
Возможно это вас заинтересует:
- Сочинение «Прошлое, настоящее и будущее России в поэзии А. А. Блока.» И опять идут двенадцать. А. Блок Александр Александрович Блок — гениальный мастер слова, одним из первых русских поэтов сумевший услышать и перелить в стихи…
- Сочинение «Прием контраста в поэме 12 Блока» Каждый из нас знает о событиях октября 1917 года.
В учебниках истории эта дата обозначается не иначе как «Великая Октябрьская социалистическая революция». Нам, живущим…
- Сочинение «Образ возлюбленной в лирике А . А . Блока» Есть поэты, чье творчество входит в наши сердца как бесценный дар, с которым мы никогда не разлучаемся. Среди них — Александр Блок… М.
Рыльский…
- Сочинение «Тема революции в поэме Блока «12»» Тема поэмы – восприятие Блоком революции, он считает, что революция это обновление, очищение мира. Ветер сопутствует красноармейскому патрулю, защищающему революцию, это символ очищения, но…
- Сочинение «Образ возлюбленной в лирике А. А.
Блока» Любовная тема всегда занимала одно из главенствующих мест в русской поэзии. Пушкин, Лермонтов, Некрасов, Тютчев, А. Толстой отдавали свою поэтическую дань этому прекрасному чувству:…
«Двенадцать» Блока: версии по поводу образа Христа
Христос. Иллюстрация Н. Гончаровой к поэме Блока «Двенадцать»
Скучный «набор стихов и частушек», — так говорил о поэме Блока Иван Бунин. «Самое значительное произведение нашей эпохи», — утверждал Лев Троцкий.
Понимание смысла загадочной поэмы «Двенадцать» зависит прежде всего от толкования центрального образа поэмы — Христа, идущего сквозь вьюгу перед отрядом красногвардейцев.
Сам Александр Блок подчеркивал, что в финал «должен был поставить Христа». Обратимся к самой неоднозначной поэме в истории русской литературы и к ее главному образу.
Поэма «Двенадцать» (1918) — свежий отклик Александра Блока на революционные события 1917 года (с момента революции прошло только два с небольшим месяца). Поэт воспринял революцию как явление положительной метаморфозы, духовного преображения России; точку отсчета нового времени.
Статью того же 1918 года «Интеллигенция и революция» он закончил так: «Всем телом, всем сердцем, всем сознанием — слушайте Революцию». Однако революционность Блока не имела ничего общего с партийной программой большевиков.
В своем поэтическом отклике, в финале «революционной» поэмы, Блок не смог обойтись без ключевого христианского образа, породившего разнообразные трактовки Спасителя «с кровавым флагом», идущего во главе отряда красногвардейцев. Необходимо разобраться в этих расхождениях и смысловых нюансах.
Тем более, что «Двенадцать» входит в обязательную школьную программу. Поэтому преподавателю, который идёт на урок по поэме, нельзя ограничиваться какой-либо одной точкой зрения на образ Христа.
- Кто же впереди: многообразие трактовок
- В самом конце поэмы «Двенадцать» появляется ее центральный образ — образ Христа. Вот эти известные строки:
- …Впереди — с кровавым флагом, И за вьюгой невидим, И от пули невредим, Нежной поступью надвьюжной, Снежной россыпью жемчужной, В белом венчике из роз — Впереди — Исус Христос.
Эссе на тему: «Почему я выбрала профессию воспитателя?»
- Среди многочисленных объяснений финала поэмы специалистами, а также современниками поэта, можно выделить несколько самых распространённых.
- Бог умер
- Обложка издания поэмы Блока в издательстве «Новый путь»
В одной из примечательных и распространенных трактовок пристальное внимание обращено на «белый венчик из роз», не соответствующий православной традиции, в которой атрибутом Спасителя является терновый венец. Живописец Петров-Водкин откровенно признавался ученому Дмитрию Максимову: «Я предпочел бы, чтобы там был просто Христос, без всяких белых венчиков».
Одна из интерпретационных крайностей образа венка — его погребальное назначение. Следовательно, Христос в поэме мертвый, а это значит, что умерла и Церковь, и вера.
Здесь мы видим перекличку с философией Фридриха Ницше, популярного в России начала ХХ века и утверждавшего, что «Бог умер», а также с цитатой из произведения самого Блока, написанного в 1918 году: «Церковь умерла, а храм стал продолжением улицы. Двери открыты, посредине лежит мёртвый Христос».
Однако цветы на венце Христа могут, напротив, означать и возрождение, Воскресение, путь к новому возрожденному миру, в котором ключевая роль будет отдана вере в Бога.
Лже-Христос
Ряд исследователей соглашаются с точкой зрения священника и философа Павла Флоренского, который считал, что «поэма — это предел и завершение блоковского демонизма».
В финале появляется не Христос, а его антипод, «враг» «за вьюгой невидим», — антихрист, принявший вид Иисуса. Известный литературовед Михаил Дунаев пишет: «Быть может, это все же адова сила: дьявола ведь тоже пулей не возьмешь.
И вот он принимает облик Спасителя — и увлекает за собою духовно неразвитых «апостолов»? Ведь такая трактовка имеет свою логику».
Существовали очень резкие оценки такого «антихристианского» восприятия образа современниками автора. Так, Николай Гумилев говорил, что Блок, создав «Двенадцать», послужил «делу Антихриста», «вторично распял Христа и еще раз расстрелял государя», а Анна Ахматова даже отказывалась выступать с Блоком на совместных поэтических вечерах.
Разрушение «старого мира» и зарождение «нового»
«Двенадцать», берлинское издательство «Нева»
Большая часть русских интеллигентов, современников Блока, восторженно воспринимала революцию как стихийную силу — средство разрушения «старого» мира; как необходимый переход к миру «новому», полному возможностей и свершений. Поэтому Бог, идущий во главе красногвардейцев, был главным духовным звеном в этом революционном процессе разрушения отжившего, обветшалого мира.
В последних строках поколение Александра Блока находило ответ на вопрос, что же принес в мир Октябрь 1917 года. Появление Христа здесь означало возможность будущего преображения, к которому приведут революционные события.
Однако важно отметить, что самой революционной массе образ Христа показался резко отрицательным, «незримым» врагом двенадцати бойцов «без креста».
Христос — Спаситель
Другая актуальная трактовка отражает наиболее ортодоксальное, православное понимание образа Спасителя в поэме. Согласно этой литературной традиции, Христос — мученик, который идет на гибель ради обновления жизни. Здесь не может идти речи об антихристе, принявшем облик Иисуса, чтобы обмануть красноармейцев.
Их попросту невозможно обмануть лже-Христом, так как сам Иисус для них — одно из воплощений «старого» мира, они совсем не хотят знать истинного Спасителя. Он не является для бойцов, держащих «револьюцьонный шаг», авторитетом, который сманил бы их на ложный путь.
Как пишет литературовед Денис Макаров, «если бы антихрист хотел обмануть их, ему было бы проще это сделать в образе, например, Карла Маркса или Фридриха Энгельса, Троцкого, наконец».
Строки «Нежной поступью надвьюжной, / Снежной россыпью жемчужной…» могут указывать не только на обычное движение Христа, но и означать присутствие Спасителя как вне этого мира, так и в нем. Христос — над стихиями и над природой, Он познаваем и непознаваем одновременно.
Согласно этому толкованию, к Богу обращаются и простые созерцатели революции, и двенадцать красногвардейцев-безбожников.
Они проходят путь от свободы и вседозволенности «без креста», «без имени святого», к свободе с Христом, и такая разительная перемена происходит помимо их воли, без их веры в Спасителя, т.е.
фатально, как проявление высшего порядка. Иисус идёт впереди красногвардейцев. С кровавым, красным флагом — образом страданий и крови.
Во всем есть промысел Божий. Христос — во всем происходящем в мире.
Иисус в поэме олицетворяет и идею принятия на Себя очередного греха людей, и идею всепрощения, и надежду на то, что те, кто совершил кровавый грех все-таки придут к Его заветам, к идеалам любви и братства.
Известный литературовед Виктор Жирмунский в рамках этой интерпретации также считал главной темой поэмы спасение душ двенадцати красногвардейцев — олицетворения всей разбойной России, всего человечества.
- А как думал сам Блок?
- Блок, портрет 1917 года
- Многообразие трактовок и расхождения в оценках (Михаил Пришвин, к примеру, видел в Христе самого Блока, а Иван Бунин, напротив, считал, что автор «дурачит публику какой-то галиматьей» в лице «пляшущего Иисусика») подчёркивают глубину созданного поэтом образа Иисуса, содержание которого не исчерпывается приведёнными примерами.
Какими бы разнообразными ни были трактовки критиков и литературоведов, сохранились записные книжки самого Блока, в которых поэт сделал несколько записей о своей поэме, что часто не учитывается при анализе «Двенадцати», в том числе в школе. Так, 18 февраля 1918 года Блок пишет: «Что Христос идет перед ними — несомненно.
Дело не в том, «достойны ли они Его», а страшно то, что опять Он с ними, и другого пока нет, а надо Другого — ?» Но кто этот Другой, Блок сам не знает. Следовательно, образ Христа в финале поэмы был для Блока единственно возможным. Как отмечает филолог Дина Магомедова, «Блок ничего не искал. Он писал о том, что увидел.
И проницательные слова Блока о Христе в финале поэмы свидетельствуют об одном: поэт был непреложно убежден в органичности именно такого завершения».
Также в черновике поэмы Блок сделал запись, что Христос: «… был с разбойником. Было двенадцать разбойников». Здесь мы видим отсылку к Евангелию от Луки и истории о двух распятых с Христом разбойниках, один из которых проявил сострадание к мукам Иисуса и был прощен.
В контексте этого библейского сюжета во многом прочитывается суть появления Иисуса Христа перед красногвардейцами в финале.
Это не благословение происходящего и не «освящение» стихийного разгула, а преодоление безотчетного аморализма и нигилизма, залог будущего очищения для героев произведения. Из запечатленного Блоком хаоса должна родиться гармония.
Важно, что явление Христа в конце поэмы — символическое явление необходимости религии. Еще 27 июля 1918 года Блок отметил в дневнике: «В народе говорят, что все происходящее — от падения религии…».
Показателен эпизод чтения поэмы на одном из литературных вечеров на Фонтанке, который лишний раз убеждает в неоднозначности блоковского текста:
После прочтения поэмы, у автора спросили:
— Александр Александрович, а что значит этот образ: «И за вьюгой невидим, И от пули невредим, Нежной поступью надвьюжной, Снежной россыпью жемчужной, В белом венчике из роз — Впереди — Исус Христос?»
Блок ответил: «Не знаю, так мне привиделось. Я разъяснить не умею. Вижу так».
То есть на вопрос о смысле главного образа своей поэмы Блок не ответил. Следовательно, каждый читатель может по-своему ответить на этот вопрос, и в каждом таком толковании будет своя доля правды.
Известный учёный Сергей Аверинцев заметил: «Должен сознаться в наивности, если это наивность: когда поэт на вопрос о его интенции свидетельствует: «Не знаю», — я предпочитаю совершенно дословно верить такому свидетельству».
Источники: С. Аверинцев, Е. Иванова, Д. Макаров, Н. Солнцева, Д. Магомедова, О. Клинг
Источник
Образ Иисуса Христа в поэме Блока Двенадцать
- Сочинения
- По литературе
- Другие
- Образ Иисуса Христа в поэме Блока Двенадцать
Александр Александрович Блок был гениальным поэтом, который внёс большой вклад в русскую литературу, да и культуру в целом.
Он стал настоящим модернистом, который не боялся сказать правду в лицо и раскрывал её другим, через символизм. Творчество этого поэта, его энергетика что есть в стихах, поэмах настолько уникальны, что ни с чем не спутаешь. В своих произведениях он передавал настроение того переломного и кровавого времени.
Девятнадцатый век был тяжёлым веком, в прочем, как и двадцатый. Большую роль Блок отдал русской революции, которая не пощадила никого на своём пути.
Поэма «12» — это как бы новая ступенька в творчестве Александра Александровича. Разгулявшиеся природные катаклизмы можно сравнить в революционным переворотом, что происходил на тот момент.
Блок описывал не только свой порыв души, но и соотечественников. Это было не лёгкое время: революция, гражданская война, холод, голод, смена власти, новый строй.
Многие в те страшные, кровавые годы погибли.
Образ Иисуса Христа — это образ веры. Александр Блок верит в великого и могучего, верит что всё это когда — нибудь закончится. Так же автор верит, что кровь невинных и виновных, которая проливается это своего рода искупление за грехи. Этот символический образ, когда Иисус идёт впереди двенадцати красноармейцев. Он ведёт их по этому сложному пути в конце, которого будет свобода.
Однако, не стоит забывать, что в данной поэме образ Бога представляется и под иным углом. Это образ, языческого Бога, будущее страны, антихрист. Автор предполагает различные варианты, которые только могут быть. Хотя всего и не додумать.
Но Блок чётко передал свои мысли — у революции был святой долг, который надо исполнить и именно это служит оправдание тех ужасных вещей, что происходили в те года.
Но вера что, что люди смогут искупить даже самые худшие грехи и зажить новой жизнью греет душу и даёт силы.
Таким образом, Иисус Христос — это скорее символ веры и светлого будущего, о котором так многие мечтают. Ведь вера, это всё что есть у человека. Когда не за что зацепиться и падают руки от безысходного положения, человек всегда может обратится к вере и она придаст новые силы.
Блок был реалистом и символистом, не одно стихотворение, ни одна поэма не была написана без определённых символов. И только эта черта делала произведения уникальными.
«Двенадцать» Блока: версии по поводу образа Христа
Скучный «набор стихов и частушек», – так говорил о поэме Блока Иван Бунин. «Самое значительное произведение нашей эпохи», – утверждал Лев Троцкий.
Понимание смысла загадочной поэмы «Двенадцать» зависит прежде всего от толкования центрального образа поэмы – Христа, идущего сквозь вьюгу перед отрядом красногвардейцев. Сам Александр Блок подчеркивал, что в финал «должен был поставить Христа».
Обратимся к самой неоднозначной поэме в истории русской литературы и к ее главному образу Поэма «Двенадцать» (1918)
– свежий отклик Александра Блока на революционные события 1917 года (с момента революции прошло только два с небольшим месяца). Поэт воспринял революцию как явление положительной метаморфозы, духовного преображения России; точку отсчета нового времени.
Статью того же 1918 года «Интеллигенция и революция» он закончил так: «Всем телом, всем сердцем, всем сознанием – слушайте Революцию». Однако революционность Блока не имела ничего общего с партийной программой большевиков.
В своем поэтическом отклике, в финале «революционной» поэмы, Блок не смог обойтись без ключевого христианского образа, породившего разнообразные трактовки Спасителя «с кровавым флагом», идущего во главе отряда красногвардейцев. Необходимо разобраться в этих расхождениях и смысловых нюансах. Тем более, что «Двенадцать» входит в обязательную школьную программу.
Поэтому преподавателю, который идёт на урок по поэме, нельзя ограничиваться какой-либо одной точкой зрения на образ Христа.Кто же впереди: многообразие трактовок В самом конце поэмы «Двенадцать» появляется ее центральный образ – образ Христа. Вот эти известные строки:
…Впереди – с кровавым флагом,И за вьюгой невидим,И от пули невредим,Нежной поступью надвьюжной,Снежной россыпью жемчужной,В белом венчике из роз –Впереди – Исус Христос. Среди многочисленных объяснений финала поэмы специалистами, а также современниками поэта, можно выделить несколько самых распространённых.
В одной из примечательных и распространенных трактовок пристальное внимание обращено на «белый венчик из роз», не соответствующий православной традиции, в которой атрибутом Спасителя является терновый венец.
Живописец Петров-Водкин откровенно признавался ученому Дмитрию Максимову: «Я предпочел бы, чтобы там был просто Христос, без всяких белых венчиков». Одна из интерпретационных крайностей образа венка – его погребальное назначение. Следовательно, Христос в поэме мертвый, а это значит, что умерла и Церковь, и вера.
Здесь мы видим перекличку с философией Фридриха Ницше, популярного в России начала ХХ века и утверждавшего, что «Бог умер», а также с цитатой из произведения самого Блока, написанного в 1918 году: «Церковь умерла, а храм стал продолжением улицы. Двери открыты, посредине лежит мёртвый Христос».
Однако цветы на венце Христа могут, напротив, означать и возрождение, Воскресение, путь к новому возрожденному миру, в котором ключевая роль будет отдана вере в Бога.
Ряд исследователей соглашаются с точкой зрения священника и философа Павла Флоренского, который считал, что «поэма – это предел и завершение блоковского демонизма». В финале появляется не Христос, а его антипод, «враг» «за вьюгой невидим», – антихрист, принявший вид Иисуса.
Известный литературовед Михаил Дунаев пишет: «Быть может, это все же адова сила: дьявола ведь тоже пулей не возьмешь. И вот он принимает облик Спасителя – и увлекает за собою духовно неразвитых «апостолов»? Ведь такая трактовка имеет свою логику».
Существовали очень резкие оценки такого «антихристианского» восприятия образа современниками автора.
Так, Николай Гумилев говорил, что Блок, создав «Двенадцать», послужил «делу Антихриста», «вторично распял Христа и еще раз расстрелял государя», а Анна Ахматова даже отказывалась выступать с Блоком на совместных поэтических вечерах.
- Разрушение «старого мира» и зарождение «нового»
Большая часть русских интеллигентов, современников Блока, восторженно воспринимала революцию как стихийную силу – средство разрушения «старого» мира; как необходимый переход к миру «новому», полному возможностей и свершений.
Поэтому Бог, идущий во главе красногвардейцев, был главным духовным звеном в этом революционном процессе разрушения отжившего, обветшалого мира. В последних строках поколение Александра Блока находило ответ на вопрос, что же принес в мир Октябрь 1917 года.
Появление Христа здесь означало возможность будущего преображения, к которому приведут революционные события.
Однако важно отметить, что самой революционной массе образ Христа показался резко отрицательным, «незримым» врагом двенадцати бойцов «без креста».
Другая актуальная трактовка отражает наиболее ортодоксальное, православное понимание образа Спасителя в поэме. Согласно этой литературной традиции, Христос – мученик, который идет на гибель ради обновления жизни. Здесь не может идти речи об антихристе, принявшем облик Иисуса, чтобы обмануть красноармейцев.
Их попросту невозможно обмануть лже-Христом, так как сам Иисус для них – одно из воплощений «старого» мира, они совсем не хотят знать истинного Спасителя. Он не является для бойцов, держащих «револьюцьонный шаг», авторитетом, который сманил бы их на ложный путь.
Как пишет литературовед Денис Макаров, «если бы антихрист хотел обмануть их, ему было бы проще это сделать в образе, например, Карла Маркса или Фридриха Энгельса, Троцкого, наконец».
Строки «Нежной поступью надвьюжной, / Снежной россыпью жемчужной…» могут указывать не только на обычное движение Христа, но и означать присутствие Спасителя как вне этого мира, так и в нем. Христос – над стихиями и над природой, Он познаваем и непознаваем одновременно.
Согласно этому толкованию, к Богу обращаются и простые созерцатели революции, и двенадцать красногвардейцев-безбожников.
Они проходят путь от свободы и вседозволенности «без креста», «без имени святого», к свободе с Христом, и такая разительная перемена происходит помимо их воли, без их веры в Спасителя, т.е.
фатально, как проявление высшего порядка. Иисус идёт впереди красногвардейцев. С кровавым, красным флагом — образом страданий и крови.
Во всем есть промысел Божий. Христос – во всем происходящем в мире.
Иисус в поэме олицетворяет и идею принятия на Себя очередного греха людей, и идею всепрощения, и надежду на то, что те, кто совершил кровавый грех все-таки придут к Его заветам, к идеалам любви и братства.
Известный литературовед Виктор Жирмунский в рамках этой интерпретации также считал главной темой поэмы спасение душ двенадцати красногвардейцев — олицетворения всей разбойной России, всего человечества.
А как думал сам Блок?
Многообразие трактовок и расхождения в оценках (Михаил Пришвин, к примеру, видел в Христе самого Блока, а Иван Бунин, напротив, считал, что автор «дурачит публику какой-то галиматьей» в лице «пляшущего Иисусика») подчёркивают глубину созданного поэтом образа Иисуса, содержание которого не исчерпывается приведёнными примерами.
Какими бы разнообразными ни были трактовки критиков и литературоведов, сохранились записные книжки самого Блока, в которых поэт сделал несколько записей о своей поэме, что часто не учитывается при анализе «Двенадцати», в том числе в школе. Так, 18 февраля 1918 года Блок пишет: «Что Христос идет перед ними — несомненно.
Дело не в том, “достойны ли они Его”, а страшно то, что опять Он с ними, и другого пока нет, а надо Другого — ?» Но кто этот Другой, Блок сам не знает. Следовательно, образ Христа в финале поэмы был для Блока единственно возможным. Как отмечает филолог Дина Магомедова, «Блок ничего не искал. Он писал о том, что увидел.
И проницательные слова Блока о Христе в финале поэмы свидетельствуют об одном: поэт был непреложно убежден в органичности именно такого завершения».
Также в черновике поэмы Блок сделал запись, что Христос: «… был с разбойником. Было двенадцать разбойников». Здесь мы видим отсылку к Евангелию от Луки и истории о двух распятых с Христом разбойниках, один из которых проявил сострадание к мукам Иисуса и был прощен.
В контексте этого библейского сюжета во многом прочитывается суть появления Иисуса Христа перед красногвардейцами в финале.
Это не благословение происходящего и не «освящение» стихийного разгула, а преодоление безотчетного аморализма и нигилизма, залог будущего очищения для героев произведения. Из запечатленного Блоком хаоса должна родиться гармония.
Важно, что явление Христа в конце поэмы — символическое явление необходимости религии. Еще 27 июля 1918 года Блок отметил в дневнике: «В народе говорят, что все происходящее – от падения религии…».
Показателен эпизод чтения поэмы на одном из литературных вечеров на Фонтанке, который лишний раз убеждает в неоднозначности блоковского текста:
После прочтения поэмы, у автора спросили:— Александр Александрович, а что значит этот образ: «И за вьюгой невидим, И от пули невредим, Нежной поступью надвьюжной, Снежной россыпью жемчужной, В белом венчике из роз — Впереди — Исус Христос?»Блок ответил: «Не знаю, так мне привиделось. Я разъяснить не умею. Вижу так».
То есть на вопрос о смысле главного образа своей поэмы Блок не ответил. Следовательно, каждый читатель может по-своему ответить на этот вопрос, и в каждом таком толковании будет своя доля правды.
Известный учёный Сергей Аверинцев заметил: «Должен сознаться в наивности, если это наивность: когда поэт на вопрос о его интенции свидетельствует: «Не знаю», — я предпочитаю совершенно дословно верить такому свидетельству». Фома
Смысл образа Христа в поэме А. Блока «Двенадцать»
Поэма о революции была написана Блоком через 2 месяца после того, как в Петрограде произошло революционное восстание. Поэт уловил «ветер», «страшный шум» времени, переломный характер эпохи.
«Двенадцать» была создана за двадцать дней (8 – 28 января 1918 года), по словам поэта, в порыве вдохновения, в согласии со стихией. Это произведение – не «поэтохроника», а поэма, в которой типическое начало, изображение событий и характеров составляет основу художественной структуры.
«Двенадцать» вызвала многочисленную и разноречивую критику. Наверное, ни одно произведение Блока не могло сравниться с этой поэмой по популярности в России и, тем более, за рубежом.
Еще при жизни автора, за три года, она была переведена на несколько европейских языков.
Несмотря на то, что разными критиками высказывались прямо противоположные мнения об этом произведении, все сходились в одном: Блок принял революцию.
Евангельские мотивы в поэме не ограничиваются завершающим образом Христа. Само число идущих «вдаль», «без креста», «без имени святого», стреляющих в виденье «в белом венчике из роз», соответствует двенадцати ученикам Христа.
Мне кажется, сопоставление революционного патруля с апостолами христианского учения для самого автора было многозначным, как и любой другой символ. Так, в августе 1918 года в письме художнику Ю.П.
Анненкову, иллюстрировавшему поэму, Блок писал: «Христос с флагом – это ведь – так и не так».
Образ Христа возникает в финальной главе поэмы. Появление такого образа в произведении необычно, так как в нем звучит тема революции, совершается убийство женщины. Но, в то же время, нельзя отрицать логичности и органичности появления этого образа.
Мне кажется, что образ Христа – это прежде всего высокий нравственный идеал. Он несет в себе Добро, Любовь, Красоту.
И Блок, руководствуясь именно этими нравственными ценностями, находит воплощение своего идеала в Христе. Блоковский Христос вбирает в себя все многообразие свойств, присущих идеальным образам поэзии Блока.
Можно сказать, что это – органичное продолжение художественных и духовных исканий поэта.
Фигура Христа в «Двенадцати», как известно, вызвала самые разноречивые мнения и суждения. Наиболее радикально к поэме были настроены те современники Блока, кто были сторонниками русской православной мысли: П. Флоренский, И. Ильин. П. Флоренский, в частности, рассматривал поэму как последнюю ступень развития Блока.
Высоко отзываясь о художественном таланте поэта, философ считал, что Блок свернул на путь подмены «идеала мадонны» «идеалом содомским». Поэтому, по мнению Флоренского, в конце произведения не образ Христа, а образ Антихриста. Доказательство тому – пурга, разгул стихии в поэме. Трудно согласиться с этим мнением философа.
На мой взгляд, истинный художник далеко не всегда должен ограничиваться видением мира через призму религии.
Спорной представляется и точка зрения Максимилиана Волошина. Он, будучи убежденным в религиозности и культовости поэзии Блока, считал, что революционеры преследуют Христа ради его убийства.
Нельзя не согласиться, что образ Христа – образ символический и потому – многозначный. Интерес вызывает мнение И.С. Приходько, который утверждает, что Христос воплощает в себе стихию революции. Тут необходимо помнить призыв самого Блока «слушать революцию».
Символический смысл придает образу Христа белый цвет («белый венчик из роз»). Белый – цвет небесных сил. Он означает чистоту, невинность, надежду на обновление Неба и Земли. Роза в католической традиции – знак Девы Марии.
Следовательно, по мнению Приходько, поэт попытался соединить в Христе Святой Дух с Богородицей.
Как известно, сам Блок верил в революцию и придавал ей огромное значение и символическое звучание. Поэт верил в очистительную силу революции. На мой взгляд, одного-единственного суждения о смысле образа Христа не может быть по двум причинам. Во-первых, «Двенадцать» – произведение, наполненное символами.
Можно сказать, что оно открыто в бесконечность для толкования символических образов. Во-вторых, как и в других своих поэмах, здесь А. Блок воссоздает сквозь историческую картину историю мироздания, которой изначально правит стихия и гармония.
Даже сам Блок относился к своей поэме по-разному, а что уж говорить о нас, «смертных»:
- Так идут державным шагом –Позади – голодный пес,Впереди – с кровавым флагом,И за вьюгой невидим,И от пули невредим,Нежной поступью надвьюжной,Снежной россыпью жемчужной,В белом венчике из роз –
- Впереди – Иисус Христос.
Смысл образа Христа в поэме А. Блока «Двенадцать»
Поэма о революции была написана Блоком через 2 месяца после того, как в Петрограде произошло революционное восстание. Поэт уловил «ветер», «страшный шум» времени, переломный характер эпохи.
«Двенадцать» была создана за двадцать дней (8 – 28 января 1918 года), по словам поэта, в порыве вдохновения, в согласии со стихией. Это произведение – не «поэтохроника», а поэма, в которой типическое начало, изображение событий и характеров составляет основу художественной структуры.
«Двенадцать» вызвала многочисленную и разноречивую критику. Наверное, ни одно произведение Блока не могло сравниться с этой поэмой по популярности в России и, тем более, за рубежом.
Еще при жизни автора, за три года, она была переведена на несколько европейских языков.
Несмотря на то, что разными критиками высказывались прямо противоположные мнения об этом произведении, все сходились в одном: Блок принял революцию.
Евангельские мотивы в поэме не ограничиваются завершающим образом Христа. Само число идущих «вдаль», «без креста», «без имени святого», стреляющих в виденье «в белом венчике из роз», соответствует двенадцати ученикам Христа.
Мне кажется, сопоставление революционного патруля с апостолами христианского учения для самого автора было многозначным, как и любой другой символ. Так, в августе 1918 года в письме художнику Ю.П.
Анненкову, иллюстрировавшему поэму, Блок писал: «Христос с флагом – это ведь – так и не так».
Образ Христа возникает в финальной главе поэмы. Появление такого образа в произведении необычно, так как в нем звучит тема революции, совершается убийство женщины. Но, в то же время, нельзя отрицать логичности и органичности появления этого образа.
Мне кажется, что образ Христа – это прежде всего высокий нравственный идеал. Он несет в себе Добро, Любовь, Красоту.
И Блок, руководствуясь именно этими нравственными ценностями, находит воплощение своего идеала в Христе. Блоковский Христос вбирает в себя все многообразие свойств, присущих идеальным образам поэзии Блока.
Можно сказать, что это – органичное продолжение художественных и духовных исканий поэта.
Фигура Христа в «Двенадцати», как известно, вызвала самые разноречивые мнения и суждения. Наиболее радикально к поэме были настроены те современники Блока, кто были сторонниками русской православной мысли: П. Флоренский, И. Ильин. П. Флоренский, в частности, рассматривал поэму как последнюю ступень развития Блока.
Высоко отзываясь о художественном таланте поэта, философ считал, что Блок свернул на путь подмены «идеала мадонны» «идеалом содомским». Поэтому, по мнению Флоренского, в конце произведения не образ Христа, а образ Антихриста. Доказательство тому – пурга, разгул стихии в поэме. Трудно согласиться с этим мнением философа.
На мой взгляд, истинный художник далеко не всегда должен ограничиваться видением мира через призму религии.
Спорной представляется и точка зрения Максимилиана Волошина. Он, будучи убежденным в религиозности и культовости поэзии Блока, считал, что революционеры преследуют Христа ради его убийства.
Нельзя не согласиться, что образ Христа – образ символический и потому – многозначный. Интерес вызывает мнение И.С. Приходько, который утверждает, что Христос воплощает в себе стихию революции. Тут необходимо помнить призыв самого Блока «слушать революцию».
Символический смысл придает образу Христа белый цвет («белый венчик из роз»). Белый – цвет небесных сил. Он означает чистоту, невинность, надежду на обновление Неба и Земли. Роза в католической традиции – знак Девы Марии.
Следовательно, по мнению Приходько, поэт попытался соединить в Христе Святой Дух с Богородицей.
Как известно, сам Блок верил в революцию и придавал ей огромное значение и символическое звучание. Поэт верил в очистительную силу революции. На мой взгляд, одного-единственного суждения о смысле образа Христа не может быть по двум причинам. Во-первых, «Двенадцать» – произведение, наполненное символами.
Можно сказать, что оно открыто в бесконечность для толкования символических образов. Во-вторых, как и в других своих поэмах, здесь А. Блок воссоздает сквозь историческую картину историю мироздания, которой изначально правит стихия и гармония.
Даже сам Блок относился к своей поэме по-разному, а что уж говорить о нас, «смертных»:
- Так идут державным шагом –
- Позади – голодный пес,
- Впереди – с кровавым флагом,
- И за вьюгой невидим,
- И от пули невредим,
- Нежной поступью надвьюжной,
- Снежной россыпью жемчужной,
- В белом венчике из роз –
- Впереди – Иисус Христос.