Сочинение тема россии в драме островского гроза

Печальные действия драмы «Гроза» происходят в городе Калинове. Это купеческая среда с пыльными от ветхости, но твёрдыми патриархальными устоями. Калиновцы по-разному воспринимают правила проживания в городе и их можно поделить на три категории.
К первым следует отнести тех, кому жить в подобных условиях вполне комфортно, ко вторым тех, кто придерживается нейтрального отношения к городу, формируют его среду и являются её неотъемлемой частью. Третьи находятся в меньшинстве и не могут свыкнуться с местными обычаями, от того страдают от пребывания в Калинове.
К последней категории относится главная героиня Катерина, для которой жизнь в городе обратилась тюремным заключением без права на освобождение. Ей есть с чем сравнивать, героиня успела привыкнуть к свободе в детстве и безмятежной юности. Лишь после замужества она очутилась в Калинове, супруг стал для неё каменной стеной в дурном смысле этого выражения, а сварливая свекровь — жестоким надзирателем, от глаз которого не скроется ни один шаг. В похожей ситуации находится и Борис, прибывший в эти места «извне». В его доме должность тирана занимает Дикой, который так же, как Кабаниха, властвующая над Катериной, является непосредственной частью города. Любовь двух этих несчастных есть результат их борьбы с традиционализмом и патриархальностью, но ввиду незрелости душ героев, их битва проиграна. Из города этому союзу не удаётся вырваться. Самоубийство Катерины всего лишь слабый полный отчаяния вызов обществу. Кабаниха и Дикой относятся ко второму типу горожан. Они задают общую атмосферу, управляют событиями, поддерживают сложившиеся веками устои. К первому типу можно отнести Кулигина, который воспринимает всё поверхностно, не пропуская через себя. Прекрасно осознавая тягость ситуации в городской среде, он легко в ней уживается и наслаждается пейзажами. К примеру, восхищается грозой, сотрясающей небо как магическим природным явлением, в отличие от Катерины, сопоставляющей раскаты грома с закатом своей жизни. Сюда же можно отнести странницу Феклушу, побывавшую в разных уголках земли и нашедшую Калинов мирным пристанищем, почти что раем, без суеты и лишних волнений.
Художественное действие пьесы ограничено рамками Калинова. От того город этот имеет прямое воздействие на всех персонажей повествования. Одних он своей статичностью и степенностью губит, других умиротворяет. Калинов резко контрастирует с рекой, на берегу которой расположился. Волга полна движения, а город предпочитает сон близкий к коматозному состоянию. Вода, как известно, это жизнь. Так автор подчёркивает обречённость существования таких городов, как Калинов, и таких горожан, как калиновцы. Сатирой высмеяно местное население за их невежество и не желание открыться новому. Люди, населяющие затерянный в былых временах городок, темны, а сам город, что древний лес, сопротивляющийся наступающей цивилизации.

Драма «Гроза» Драма А. Н. Островского «Гроза» была поставлена на сцене в 1859 году. В ней автор попытался изобразить все сложности и противоречия жизни купеческой семьи типичного города в средней полосе России.
Город Калинов, изображённый в драме «Гроза» представляет обобщённый образ города средней полосы России XIX века. На его появление во многом повлияло путешествие по Волге, в рамках которого автор посетил такие города как Кострома, Кинешма, Калязин, Тверь, Ярославль. При этом Островский обращал внимание на быт, нравы обитателей этих городов, особо обращая внимание на жизнь купеческих семей. Именно эти люди становятся главные персонажами его многих произведений.
Проанализируем фрагменты драмы. «КУЛИГИН. Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие! В мещанстве, сударь, вы ничего, кроме грубости да бедности нагольной не увидите. И никогда нам, сударь, не выбраться из этой коры! Потому что честным трудом никогда не заработать нам больше насущного хлеба. А у кого деньги, сударь, тот старается бедного закабалить, чтобы на его труды даровые ещё больше денег наживать. Знаете, что ваш дядюшка, Савел Прокофьич городничему отвечал? К городничему мужики пришли жаловаться, что ни одного из них путём не разочтёт. Городничий и стал ему говорить: «Послушай, говорит, Савел Прокофьич, рассчитывай ты мужиков хорошенько! Каждый день ко мне с жалобой ходят! » Дядюшка ваш потрепал городничего по плечу, да и говорит: «Стоит ли, ваше высокоблагородие, нам с вами о таких пустяках разговаривать! Много у меня в год-то народу перебывает; вы то поймите: не доплачу я им по какой-нибудь копейке на человека, а у меня из этого тысячи составляются, так оно мне и хорошо! » Вот как, сударь! А между собой-то, сударь, как живут! Торговлю друг у друга подрывают, и не столько из корысти, сколько из зависти. Враждуют друг на друга; залучают в свои высокие-то хоромы пьяных приказных, таких, сударь, приказных, что и виду-то человеческого на нём нет, обличие-то человеческое истеряно. А те им за малую благостыню, на гербовых листах злостные кляузы строчат на ближних. И начнётся у них, сударь, суд да дело, и несть конца мучениям. Судятся-судятся здесь, да в губернию поедут, а там уж их ждут и от радости руками плещут. Скоро водят, волочат их, волочат; а они и рады этому волоченью, того только им и надобно. «Я, говорит, потрачусь, да уж и ему станет в копейку» . Я бы хотел всё это стихами изобразить. (…) Вот какой, сударь, у нас городишко! Бульвар сделали, а не гуляют. Гуляют только по праздникам, и то один вид делают, что гуляют, а сами ходят туда наряды показывать. Только пьяного приказного и встретишь, из трактира домой плетётся. Бедным гулять, сударь, некогда, у них день и ночь работа. И спят-то всего часа три в сутки. А богатые-то что делают? Ну, что бы кажется, им не гулять, не дышать свежим воздухом? Так нет. У них давно ворота, сударь заперты и собаки спущены. Вы думаете, они дело делают, либо Богу молятся? Нет, сударь. И не от воров они запираются, а чтоб люди не видали, как они своих домашних едят поедом, да семью тиранят. И что слёз льётся за этими запорами, невидимых и неслышимых. Да что вам говорить, сударь! По себе можете судить. И что, сударь, за этими замками разврату тёмного да пьянства! И всё шито да крыто – никто ничего не видит и не знает, видит только один Бог! Ты, говорит, смотри в людях меня да на улице, а до семьи моей тебе дела нет; на это, говорит, у меня есть замки, да запоры, да собаки злые. Семья, говорит, дело тайное, секретное! Знаем мы эти секреты-то! От этих секретов-то, сударь, ему только одному весело, а остальные – волком воют. Да и что за секрет? Кто его не знает! Ограбить сирот, родственников, племянников, заколотить домашних так, чтобы ни о чём, что он там творит, пикнуть не смели. Вот и весь секрет. Ну, да Бог с ними! …
Перед нами образец затерянного провинциального городка со своими жестокими нравами и убогой жизнью.

А. Н. Островский — величайший драматург XIX века. За годы своего творчества он прошел долгий путь, по мере прохождения которого он находился в постоянном поиске той идеальной составляющей, в коей нуждалось его столетие. Огромную роль играет периодизация — за многие периоды своей творческой жизни он успел не только возвеличить купечество как сословие, способное стать основой для будущего общества, но и разочароваться в нем.
Место действия в пьесах используется Островским в качестве инструмента для отражения той эпохи, в которой происходят события сюжета. Пьеса «Гроза» относится к предреформенному периоду — периоду потери прежних ориентиров, ощущению грядущих перемен, и более трезвому взгляду на происходящее, поэтому купеческое сословие в ней отнюдь не добропорядочное, каковым оно было описано в предыдущем периоде, а консервативное, закостенелое, боящееся любых перемен. В центре пьесы находится довольно трагичный, но вместе с тем многогранный семейно-бытовой конфликт, через который, в свою очередь, раскрывается еще более глобальное противостояние разных эпох и поколений, касающееся не только Кабановых, но и большинства семей.
Вымышленный город Калинов находится на Волге, истинно русской реке — это подчеркивает то, что Калинов не какой-то особенный, непохожий на остальные места, а напротив, имеет нечто общее со многими русскими городами. Считается, что идея написания пьесы пришла к Островскому во время отдыха в Костромской губернии и сюжет частично заимствован из жизни костромского купечества (до начала XX века костромичи могли без каких-либо затруднений указать на место самоубийства Катерины или, что более вероятно, ее прототипа). Красота этого места не раз подчеркивается персонажами, но из уст разных героев эти замечания несут различный характер — странница Феклуша, корыстная женщина, расхваливает Калинов и его купеческое сословие, «добродетелями украшенное». Прогрессивный Кулигин же хоть и восторгается прелестью местной природы, но его слова звучат с оттенком горечи из-за нравов, царящих там. Жители этого небольшого города ведут весьма замкнутый, консервативный образ жизни — гуляют по бульвару лишь в праздники, а все остальное время сидят по домам, совершенно не замечая всего этого великолепия вокруг них — старшие и сильные издеваются над младшими и слабыми.
Купцы Дикой и Кабаниха являются представителями старшего поколения, самыми богатыми купцами города, с чьим мнением считается даже градоначальник, и их характеры вполне соответствуют патриархальному укладу темного царства. Между тем, они совсем непохожи — Дикой по сравнению с Марфой Игнатьевной Кабановой очень слаб, он неспособен противостоять более дерзкому и сильному человеку, поэтому всю злобу и неудовольствие он предпочитает вымещать скорее на домашних, чем открыто высказать это обидчику. Он с подозрением относится к новым веяниям и прогрессу, потому что лишь эта сила в состоянии пошатнуть его кажущийся нерушимым авторитет.
Кабаниха наоборот, считает себя главой семейства, порядочной женщиной, безупречной, которую не в чем упрекнуть, а на деле оказывается подлинным тираном своего дома, наседая на родственников. Она считает себя в праве осуждать других в их поступках и совершенно «заела» своего взрослого сына, постоянно указывая ему на то, как нужно жить. Ее нрав отчасти объясняется эпохой патриархального уклада и, мне кажется, подобные Кабановой купцы и купчихи встречались на Руси довольно часто и, возможно, не раз доходило до таких трагедий, как та, что описана в пьесе. Она враждебна ко всему, что способно развеять страх перед ней, вызвать сопротивление.
Молодое поколение Калинова называется молодым не только из-за возраста, но из-за того, что они символизируют собой новые идеи прогресса, свежее течение в застойном болоте, которого никак нельзя избежать, несмотря на все старания главных его защитников, патриархов купеческого сословия. К этому поколению относятся многие персонажи, но особого упоминания, на мой взгляд, заслуживают младшие Кабановы — Тихон, Варвара и Катерина.
Тихон и Варвара — типичные купеческие дети, но вместе с тем, они отличаются друг от друга, как стол от стула — с одной стороны, они принадлежат к одному семейству, но Тихон гораздо более слаб, чем его сестра. Он абсолютно подчинен воле своей матери и не находит в себе ни сил, ни, что самое главное, желания воспротивиться такому контролю. Он не исполнен обожания к своей норовистой матушке, но знает, чем грозит непослушание и поэтому предпочитает не спорить. Когда Кабаниха приказывает сыну побить жену, признавшуюся в неверности, он делает это с неохотой, видимо оттого, что частично понимает Катерину и ее желание найти хоть какое-то спасение от домашнего рабства, которое она увидела в Борисе. Еще одна причина пассивного поведения Тихона — нежелание стать самостоятельным. Если бы он пошел на открытый протест, то ему бы пришлось взять ответственность за все свои действия и поступки на себя, что ему совсем не хочется. Для него гораздо проще выглядит другой путь — плыть по течению в лодке, управляемой Кабанихой, пусть даже его не прельщают берега, к которым он направляется. Лишь в конце пьесы, после смерти жены, он обвиняет мать в случившейся трагедии — «Маменька, вы ее погубили, вы, вы, вы…».
Варвара — напротив, дерзкая, смелая, непокорная, одним словом, настоящая купеческая дочка. Именно она убеждает Катерину в том, что попытка спрятать ее чувство к Борису от окружающих и самой себя не увенчается успехом и лучше для нее будет пойти любви навстречу. В отличие от Катерины, ее не так уж мучает совесть из-за встреч с Кудряшом. Их побег может служить таким же проявлением протеста против старших, как и самоубийство Катерины. Но если Катерина терзаема осознанием собственного греха, не находит иного выхода, и для нее это не протест в буквальном смысле этого слова, то Варвара скорее похожа на зверя, который сбросил стесняющие его оковы и отправился на волю.
Катерина, которую критик Добролюбов окрестил «лучом света в темном царстве», не может принять суть патриархального общества в силу своей чистоты и нравственности, чего напрочь лишены Дикой с Кабанихой. В пьесе «Гроза» ее персонаж предстает перед читателем в духовной эволюции, что является чертой реалистического произведения. Ее эволюция связана с внутренней борьбой совести, представлений о грехе с одной стороны и любовью к Борису с другой. Прежде грех для нее был изменой, невольным обманом мужа и свекрови, но постепенно к ней приходит мысль о смерти как о единственном выходе из сложившегося положения. Причем пьеса с самого начала пропитана неизбежностью ее самоубийства (предсказание сумасшедшей барыни о том, что красота ведет в омут). Сначала Катерина пугается этой мысли, но потом она лишается черт чего-то страшного и рокового и обретает образ воссоединения с природой, с которой она очень близка. Ортодоксальные люди склонны к осуждению ее поступка и упоминают о возможности поиска приюта в монастыре, но в случае Катерины это нереально, так как для этого нужно согласие мужа, чего она никогда бы не добилась из-за подчинения Тихона матери. Тем более, это вызвало бы толки среди соседей, ведь в благополучном семействе замужняя женщина вряд ли бы решилась пойти на такой шаг, а Кабаниха страшится людской молвы. Некоторые литературные критики считают, что Катерина, хоть и искренняя, но все же «плоть от плоти» патриархального режима.
В пьесе есть так же один необычный персонаж, который по возрасту принадлежит к старшему поколению, но по убеждениям является «эссенцией» прогресса. Этот человек — Кулигин, часовщик-самоучка, отыскивающий вечный двигатель, светлая сила, которая противостоит Кабанихе и Дикому. Он, так же, как и Катерина, воплощает живое, душевное начало. Он не идет в ногу с прогрессом в том смысле, что следит за современной ему литературой и новыми открытиями, цитирует в основном классицистов, упоминает Ломоносова. На возражение Дикого насчет необходимости громоотвода он отвечает строками из стихотворения Державина — «Я телом в прахе истлеваю, умом громам повелеваю». До всех научных достижений он способен додуматься самостоятельно, понимает, что человеку дарован Господом огромный потенциал, с помощью которого он может подчинить своей воле природу. Кулигин обладает просвещенным отношением к миру. Он стремится к изобретению вечного двигателя — продав патент на него, он смог бы преобразить город Калинов и ввести его в эпоху вольного процветания.
Действие пьесы «Бесприданница» происходит в более позднее время и дает возможность проследить за изменениями, произошедшими в жизни купеческого сословия за сравнительно небольшой период. В основе сюжета — влюбленность Ларисы в Паратова. Вымышленный город Бряхимов, как и Калинов, располагается на берегах Волги, но заметны отличия в образе жизни жителей — они не сидят по домам, а свободно гуляют по бульвару, чувствуют себя гораздо привольнее, чем прежде. Эпоха патриархального уклада рухнула, буржуазный век отбрасывает некую тень на город — он постепенно теряет свое типично русское лицо, становится все менее определенным. Купцы отныне не консервативные бородачи, а абсолютно новые люди, манеру разговора и моду перенимающие у дворян. Они ведут свои коммерческие дела так, как это принято в просвещенной Европе. Но, несмотря на видимый поворот в сторону прогресса, все теперь продается и покупается, даже люди. Отношение не как к человеку, а как к товару, бытует относительно и Ларисы, и Робинзона, а покупателями становятся купцы.
Двери дома Огудаловых постоянно открыты для гостей, особенно для потенциальных женихов Ларисы, дочери Хариты Игнатьевны, что было бы немыслимо при прежних порядках. Мать беззастенчиво торгует своей дочерью, как товаром, искренне веря в то, что делает все для благоденствия своей семьи. Лариса воспитана по-современному, она натура чувственная, но склонна сдерживать себя от эмоциональных порывов.
Жених Ларисы Юлий Карандышев — откровенно жалкий человек, изо всех сил пускающий пыль в глаза купцам. В среде купцов и чиновников бытует стремление блеснуть чем-то показным, но, в отличие от других, Карандышев слишком беден и потому его попытки выставить себя в выгодном свете выглядят довольно глупо. Он приказывает наклеить на бутылки с дешевым вином этикетки от самого дорогого и даже пьет шампанское из самовара. Ларисе приходится согласиться на брак с ним из безысходности — молодые люди относятся к ней в основном с подозрением, размышляя о причинах того, почему она до сих пор не вышла замуж. Вместо тихой свадьбы, которая была бы Карандышеву по средствам и выглядела бы гораздо более уместной, он затевает богатое и шумное торжество, очередной элемент игры в богатого и знатного чиновника. И Лариса, и Карандышев обоюдно жестоки друг к другу — Лариса не может стерпеть того, что ей хвастаются, как новоприобретенной породистой лошадью, поэтому она показывает, что ничуть не любит его.
Трагедия Ларисы в том, что она, единственная из всех продаваемых, не может смириться с тем положением, которое она занимает — с положением вещи. Она верит в настоящие и неподдельные ценности, искренне любит Паратова, не понимая, что он относится к ней так же, как и к Робинзону — он играет с ней, как с куклой, не заботясь о ее будущем. Лариса будто бы из другой, не буржуазной, эпохи, поэтому ей так тяжело принять свой век, в котором она не смогла бы выжить из-за нравственности, как не смогла выжить в патриархальном веке Катерина. Розыгрыш Ларисы в орлянку, кульминация пьесы, в очередной раз доказывает то, что о «вещах» купцы не заботятся.
Пьесы «Бесприданница» и «Гроза» можно назвать этапными, знаковыми в творчестве Островского, так как в них отражается время предчувствия грядущих перемен. Общество замерло, предвидя «грозу» реформ и переосмысливая свой жизненный уклад. Переход от темного царства, где безраздельно властвуют безжалостные и бессердечные люди, ко времени, когда человек лишается личности и становится вещью, символизирует невозможность сословия, чья кровь — золото, стать идеальной основой реформированного общества.

Уральский государственный педагогический университет
Контрольная работа
по русской литературе 19(2) века
студентки IV курса заочного отделения
ИФК и МК
Агаповой Анастасии Анатольевны
Екатеринбург
2011
Тема: Образ города Калинова в «Грозе» А. Н. Островского.
План:
Краткая биография писателя
История создания повести «Гроза»
Образ города Калинова
Заключение
Список литературы
Краткая биография писателя
Николай Алексеевич Островский родился 29 сентября в селе Вилия Волынской губернии в семье рабочего. Работал помощником электромонтера, с 1923 г. — на руководящей комсомольской работе. В 1927 г. прогрессирующий паралич приковал Островского к постели, а год спустя будущий писатель ослеп, но, «продолжая сражаться за идеи коммунизма», решил заняться литературой. В начале 30-ых годов был написан автобиографический роман «Как закалялась сталь» (1935) — одно из хрестоматийных произведений советской литературы. В 1936 г. был опубликован роман «Рожденные бурей», который автор закончить не успел. Умер Николай Островский 22 декабря 1936 года.
История создания повести «Гроза»
Пьеса была начата Александром Островским в июле, а закончена 9 октября 1859 года. Рукопись хранится в Российской государственной библиотеке.
С написанием пьесы «Гроза» связана и личная драма писателя. В рукописи пьесы, рядом со знаменитым монологом Катерины: «А какие сны мне снились, Варенька, какие сны! Или храмы золотые, или сады какие-то необыкновенные, и все поют невидимые голоса…» (5), есть запись Островского: «Слышал от Л. П. про такой же сон…». Л. П. — это актриса Любовь Павловна Косицкая, с которой у молодого драматурга были очень непростые личные отношения: оба имели семьи. Мужем актрисы был артист Малого театра И. М. Никулин. А Александр Николаевич тоже имел семью: он жил в гражданском браке с простолюдинкой Агафьей Ивановной, с которой имел общих детей – все они умерли еще детьми. С Агафьей Ивановной Островский прожил без малого двадцать лет.
Именно Любовь Павловна Косицкая послужила прототипом образа героини пьесы Катерины, она же стала первой исполнительницей роли.
В 1848 году Александр Островский отправился с семьёй в Кострому, в усадьбу Щелыково. Природная красота Волжского края поразила драматурга, и тогда он задумался о пьесе. Долгое время считалось, что сюжет драмы «Гроза» был взят Островским из жизни костромского купечества. Костромичи в начале XX века могли с точностью указать место самоубийства Катерины.
В своей пьесе Островский поднимает проблему перелома общественной жизни, произошедшего в 1850-е годы, проблему смены общественных устоев.
5 Островский А. Н. Гроза. Государственное издательство Художественной литературы. Москва, 1959.
3. Образ города Калинова
Одним из шедевров Островского и всей русской драматургии по праву считается «Гроза». «Гроза» – есть, без сомненья, самое решительное произведение Островского.
В пьесе Островского «Гроза» показана обычная провинциальная жизнь захолустного купеческого городка Калинова. Находится он на высоком берегу Русской реки Волги. Волга – великая русская река, природная параллель русской судьбы, русской души, русского характера, а значит, все, что происходит на ее берегах, понятно и легко узнаваемо каждым русским человеком. Вид с берега божественный. Волга предстает здесь во всей своей красе. Сам же городок ничем особым от других не отличается: купеческие дома в обилии, церковь, бульвар.
Жители же ведут какой-то свой особый образ жизни. В столице быстро меняется жизнь, а здесь все по старинке. Монотонное и медленное течение времени. Старшие во всем поучают младших, а младшие и носа боятся высунуть. Приезжих в городе мало, поэтому каждого принимают за чужеземца, как заморскую диковинку.
Герои «Грозы» живут, даже не подозревая, насколько уродливо и темно их существование. Для одних их город – «рай», и если он не идеален, то хотя бы представляет собой традиционное устройство общества того времени. Другие не приемлют ни обстановку, ни сам город, который эту обстановку породил. И при этом они составляют незавидное меньшинство, а иные сохраняют полный нейтралитет.
Жители города, сами того не осознавая, опасаются, что один только рассказ о другом городе, о других людях может рассеять иллюзию благополучия в их «земле обетованной». В ремарке, предваряющей текст, автор определяет место и время действия драмы. Это уже не Замоскворечье, столь характерное для многих пьес Островского, а город Калинов на берегу Волги. Город вымышленный, в нем можно увидеть черты самых разных русских городов. Пейзажный фон «Грозы» дает также определенный эмоциональный настрой, позволяющий по контрасту острее почувствовать душную атмосферу жизни калиновцев.
События разворачиваются летом, между 3 и 4 действиями проходит 10 дней. Драматург не говорит, в каком году совершаются события, можно поставить любой год – настолько характерно описанное в пьесе для русской жизни в провинции. Особо Островский оговаривает, что все одеты по-русски, только костюм Бориса соответствует европейским нормам, которые проникли уже в быт русской столицы. Так появляются новые штрихи в обрисовке образа жизни в городе Калинове. Время здесь словно остановилось, а жизнь оказалась замкнутой, непроницаемой для новых веяний.
Главные люди города – купцы-самодуры, которые стараются «бедного закабалить, чтобы на eгo труды дaровые еще больше денег наживать». Они держат в полном подчинении не только служащих, но и домашних, целиком от них зависящих и потому безответных. Считая себя во всем правыми, они уверены, что именно на них свет держится, и потому заставляют всех домашних cтpoгo выполнять домостроевские порядки и обряды. Taкой же обрядностью отличается и их религиозность: они ходят в церковь, соблюдают посты, принимают странниц, щедро одаривают их и в то же время тиранят своих домашних «И что слез льется за этими запорами, невидимых и неслышимых!.». Внутренняя, нравственная сторона религии совершенно чужда Дикому и Кабановой представителям «Teмнoгo царства» Города Калинова.
Драматург создает замкнутый патриархальный мир: калиновцы не ведают о существовании других земель и простодушно верят рассказам горожан:
Что ж такое Литва? – Так она Литва и есть. – А говорят, братец ты мой, она на нас с неба упала…Не умею тебе сказать, с неба, так с неба..
Феклуши:
Я …далеко не ходила, а слыхать – много слыхала…
А то есть еще земля, где все люди с песьими головами …За неверность.
Что есть далекие страны, где правят «салтан Maxнут турецкий» и «салтан Махнут персидский».
Вот у вас…редко кто и за ворота выйдет посидеть…а в Москве-то по улицам гульбища и игрища, иногда стон стоит… Да чего, огненного змия стали запрягать…
Мир города неподвижен и замкнут: его жители имеют смутное представление о своем прошлом и не знают ничего о том, что происходит за пределами Калинова. Нелепые рассказы Феклуши и горожан создают у калиновцев искаженные представления о мире, вселяют в их души страх. Она несет в общество тьму, невежество, скорбит о конце доброго старого времени, осуждает новые порядки. Новое властно входит в жизнь, подрывает основы домостроевских порядков. Символично звучат слова Феклуши о «последних временах». Она стремиться расположить к себе окружающих, поэтому тон ее речи вкрадчивый, льстивый.
Жизнь города Калинова воспроизведена объемно, с детальными подробностями. На сцене предстает город, с его улицами, домами, прекрасной природой, горожанами. Читатель как бы воочию видит красоту русской природы. Здесь, на берегу вольной реки, воспетой народом, и произойдет трагедия, потрясшая Калинов. А первые  слова в «Грозе» – это слова всем знакомой раздольной песни, которую поет Кулигин – человек, глубоко чувствующий красоту:
Среди долины ровныя, на гладкой высоте, цветет, растет высокий дуб. В могучей красоте.
Тишина, воздух отличный, из-за Волги с лугов цветами пахнет, небо чистое…Открылась бездна звезд полна…
Чудеса, истинно надобно сказать, что чудеса!… Пятьдесят лет я каждый день гляжу за Волгу и все наглядеться не могу!
Вид необыкновенный! Красота! Душа радуется! Восторг! Пригляделись вы либо не понимаете, какая красота в природе разлита. – говорит он (5). Однако, рядом с поэзией существует совсем другая, неприглядная, отталкивающая сторона калиновской действительности. Она раскрывается в оценках Кулигина, ощущается в разговорах персонажей, звучит в пророчествах полусумасшедшей барыни.
Единственный в пьесе просвещенный человек , Кулигин, выглядит в глазах горожан чудаком. Наивный, добрый, честный, он и не противостоит калиновскому миру, смиренно сносит не только насмешки, но и грубость, оскорбление. Однако, именно ему автор поручает дать характеристику «темного царства».
Создается впечатление, будто Калинов отгорожен от всего мира и живет какой-то особой, замкнутой жизнью. Но разве можно сказать, что в других местах жизнь совсем другая? Нет, это типичная картина русской провинции и диких нравов патриархального быта. Застой.
Четкого описания города Калинова в пьесе нет. Но, вчитываясь, можно живо себе представить очертания городка и его внутреннюю жизнь.
5 Островский А. Н. Гроза. Государственное издательство Художественной литературы. Москва, 1959.
Центральное положение в пьесе занимает образ главной героини Катерины Кабановой. Для нее город – это клетка, из которой ей не суждено вырваться. Основная причина такого отношения Катерины к городу заключается в том, что она познала контраст. Ее счастливое детство и безмятежная юность прошли, прежде всего, под знаком свободы. Выйдя замуж и очутившись в Калинове, Катерина почувствовала себя как в тюрьме. Город и царящая в нем обстановка (традиционность и патриархальность) только усугубляют положение героини. Ее самоубийство – вызов, данный городу, – было совершено на основе внутреннего состояния Катерины и окружающей действительности.
У Бориса, героя также пришедшего “извне”, складывается схожая точка зрения. Вероятно, их любовь была обязана именно этому. Кроме того, у него, как и у Катерины, основную роль в семье играет “домашний тиран” Дикой, который есть прямое порождение города и является непосредственной его частью.
Вышесказанное можно в полной мере отнести и к Кабанихе. Но для нее город не идеален, на ее глазах рушатся старые традиции, устои. Кабаниха – одна из тех, кто пытается их сохранить, но остаются лишь “китайские церемонии”.
На почве разногласий героев и вырастает основной конфликт – борьба старого, патриархального и нового, разума и невежества. Город породил таких людей, как Дикой и Кабаниха, они (и такие, как они, зажиточные купцы) правят балом. А все недостатки города подпитываются нравами и средой, которые в свою очередь поддерживают всеми силами Кабаниха и Дикой.
Художественное пространство пьесы замкнуто, оно заключено исключительно в городе Калинове, тем труднее найти путь для тех, кто пытается из города вырваться. Кроме того, город статичен, как и его основные жители. Поэтому так резко с неподвижностью города контрастирует бурная Волга. Река воплощает движение. Городом же любое движение воспринимается крайне болезненно.
В самом начале пьесы Кулигин, который в некотором отношении схож с Катериной, говорит об окружающем пейзаже. Он искренне восхищается красотой природного мира, хотя Кулигин отлично себе представляет внутреннее устройство города Калинова. Видеть и восхищаться окружающим миром дано не многим персонажам, особенно в обстановке “темного царства”. Например, Кудряш ничего не замечает, как старается и не замечать царящих вокруг жестоких нравов. Природное явление, показанное в произведении Островского, – гроза также рассматривается жителями города по-разному (кстати, по утверждению одного из героев, гроза – частое явление в Калинове, это дает возможность причислять ее к пейзажу города). Для Дикого гроза – данное людям на испытание Богом событие, для Катерины – это символ близкого конца ее драмы, символ страха. Один Кулигин воспринимает грозу как обыкновенное природное явление, которому можно даже радоваться.
Городок небольшой, поэтому с высокой точки берега, где находится общественный сад, видны поля близлежащих селений. Дома в городе деревянные, возле каждого дома есть цветник. Так было почти везде по России. Вот в таком доме раньше жила и Катерина. Она вспоминает: «Встану я, бывало, рано; коли летом, так схожу на ключик, умоюсь, принесу с собою водицы и все, все цветы в доме полью. У меня цветов было много-много. Потом пойдем с маменькойв церковь…»
Церковь – это главное место в любом селении в России. Люди были очень набожны, и церкви отводилась самая красивая часть города. Она строилась на возвышении и должна была быть видна отовсюду в городе. Калинов не был исключением, и церковь в нем была местом встреч всех жителей, источником всех разговоров и сплетен. Прогуливаясь у церкви, Кулигин рассказывает Борису о порядках здешней жизни: «Жестокие нравы в нашем городе, – говорит он – В мещанстве, сударь, кроме грубости да бедности начальной, вы ничего не увидите» (4). Деньги делают все – вот девиз той жизни. И тем не менее, любовь писателя к таким городам, как Калинов, чувствуется в неброских, но теплых описаниях местных пейзажей.
“Тишина, воздух отличный, из-за.
Волги слугов цветами пахнет, небочистое…”
Так и хочется очутиться в том месте, пройти по бульвару вместе с жителями. Ведь бульвар – это тоже одно из основных мест маленьких,- да и больших городов. На бульвар вечером выходит на прогулку все сословие.
Раньше, когда не было музеев, кинотеатров, телевидения, бульвар был главным местом развлечений. Туда мамаши вывозили своих дочерей, как на смотрины, семейные пары доказывали крепкость своего союза, а молодые люди выискивали себе будущих жен. Но тем не менее, жизнь обывателей скучна и однообразна. Людям с живой и чувствительной натурой, таким, как Катерина, эта жизнь в тягость. Она засасывает, как трясина, и выбраться из нее, изменить что-то нет никакой возможности. На этой высокой ноте трагизма и заканчивается жизнь главной героини пьесы Катерины. «В могиле лучше», – говорит она. Выбраться из однообразия и скуки она смогла только таким способом. Завершая свой «протест, доведенный до отчаяния», Катерина заставляет обратить внимание на такое же отчаяние других жителей города Калинова. Такое отчаянье выражается по-разному. Оно, по
4 Островский А. Н. Избранные произведения. Москва, Детская литература, 1965.
обозначению Добролюбова, укладывается в различные типы общественных столкновений: младших со старшими, безответных со своевольными, бедных с богатыми. Ведь Островский выводя на сцену жителей Калинова, рисует панораму нравов не одного города, а всего общества, где человек зависит только от богатства, дающего силу, будь он глупец или умница, дворянин или разночинец.
Само название пьесы имеет символический смысл. Гроза в природе воспринимается по- разному действующими лицами пьесы: для Кулигина она – «благодать», которой «каждая… травка, каждый цветок радуется», калиновцы же прячутся от нее, как от «напасти какой». Гроза усиливает душевную драму Катерины, ее напряженность, влияя на самый исход этой драмы. Гроза сообщает пьесе не только эмоциональное напряжение, но и ярко выраженный трагический колорит. В то же время еще Н. А. Добролюбов увидел в финале драмы что-то «освежающее и ободряющее». Известно, что сам Oстровский, придававший большое значение заглавию пьесы, писал драматургу Н. Я. Соловьеву, что, если он не может подобрать название произведению, значит, ему «идея пьесы не ясна
В «Грозе» драматург часто использует приемы пaраллелизма и антитезы в системе образов и непосредственно в самом сюжете, в изображении картин природы. Особенно ярко проявляется прием антитезы: в противопоставлении двух главных действующих лиц – Kaтeрины и Кабанихи; в композиции третьего действия резко отличаются друг от друга первая сцена (у ворот дoма Кабановой) и вторая (ночное свидание в овpaгe); в изображении картин природы и, в частности, приближения грозы в первом и четвертом действиях.
Заключение
Островский в своей пьесе показал город вымышленный, но выглядит он предельно достоверно. Автор с болью видел, на сколько отсталой в политическом, экономическом, культурном отношении была Россия, насколько темным было население страны, особенно в провинции.
Островский не только подробно, конкретно и многосторонне воссоздает панораму городской жизни, но и, используя разные драматургические средства и приемы, вводит в художественный мир пьесы элементы мира природы и мира дальних городов и стран. Особенность видения окружающего, присущая горожанам, создает эффект фантастической, невероятной «затерянности» калиновской жизни.
Особую роль в пьесе играет пейзаж, описанный не только в ремарках, но и в диалогах действующих лиц. Одним доступна его красота, другие пригляделись к ней и вполне равнодушны. Калиновцы не только «отгородили, изолировали» себя от других городов, стран, земель, они сделали свои души, свое сознание невосприимчивым к воздействию мира природы, мира, полного жизни, гармонии, высшего смысла.
Люди, так воспринимающие окружающее, готовы поверить во что угодно, даже в самое невероятное, лишь бы оно не угрожало разрушением их «тихой, райской жизни». В основе такой позиции – страх, психологическая неготовность что-то изменить в своей жизни. Так драматург создает не только внешний, но и внутренний, психологический фон для трагической истории Катерины.
«Гроза» – драмма с трагической развязкой, автор использует сатирические приемы, на основе которых складывается негативное отношение читателей к Калинову и его типичным представителям. Особенно вводит сатиру, чтобы показать невежество и необразованность калиновцев.
Таким образом, Островский создает образ традиционного для первой половины 19 века города. Показывает автор глазами его героев. Образ Калинова является собирательным, автор хорошо знал купечество и обстановку, в которой оно развивалось. Так с помощью разных точек зрения героев пьесы «Гроза» Островский создает полную картину уездного купеческого города Калинова.
Список литературы
Анастасьев А. «Гроза» Островского. «Художественная литература» Москва, 1975.
Качурин М. Г., Мотольская Д. К. Русская литература. Москва, Просвещение, 1986.
Лобанов П. П. Островский. Москва, 1989.
Островский А. Н. Избранные произведения. Москва, Детская литература, 1965.
5. Островский А. Н. Гроза. Государственное издательство Художественной литературы. Москва, 1959.
6.      http://referati.vladbazar.com
7.      http://www.litra.ru/com

В классической драматургии, несомненным представителем которой является А. Н. Островский, принципы построения любого произведения определяются единством трех условий, а именно: времени, места и действия. Что касается времени – оно занимает двенадцать дней драматургической жизни героев. Место, где происходят основные события драмы “Гроза”, Островский определил достаточно точно – некий город Калинов, в пространстве которого буквально развертываются трагические хитросплетения сюжета пьесы. Во всяком случае, из пяти действий только одно, второе, происходит в интерьере комнаты дома Кабановых, остальные же имеют публичный, городской характер. Чтобы убедиться в неслучайности авторского замысла, стоит внимательнее присмотреться к ремаркам пьесы, прислушаться к ее героям.
Итак, российская провинция. Волга. Лето. Город, где все рядятся в русские одежды и живут странными обычаями. В общественном саду на берегу реки сидит местный изобретатель-самоучка Ку-лигин и от полноты чувств, видимо, поет, любуясь заречными сельскими видами, райскими красотами, и от вида их радуется его душа. Так начинается драма. Здесь, по высокому берегу Волги проходит граница между чудом заволжской природы и городом, местом, где сосредоточено зло и несчастье. Недаром тонкая и трагичная Катерина хочет стать птицей и улететь в дивные красоты и дали, которые наблюдает ее измученная бытом и злонравием родных душа.
А вот что говорит про городскую жизнь и обычаи наблюдательный Кулигин: “жестокие нравы в нашем городе, сударь, жестокие”. Слово “жестокие” он употребляет дважды. Видно, и сам немало натерпелся уже и почти смирился.
Действительно, что-то страшное и недоброе постоянно совершается здесь. Недаром Островский дает прямое указание, может быть слишком прямое, на то, чем город является на самом деле. В декорации четвертого действия мы видим сводчатую галерею старинной, начинающей разрушаться постройки, кусты, арки, за которыми все еще виден берег Волги. Откуда взялась сия классическая руина в захудалом городишке, не ясно, пожалуй, и самому автору. Однако она ему чрезвычайно необходима.
Из разговоров горожан ясно, что стены постройки расписаны. Что же это за роспись? “Это геенна огненная!” – восклицает один из горожан. И вот здесь, в этой огненной “геенне”, собираются жители города, а вместе с ними и герои драмы, пытаясь укрыться от грозы. И здесь у росписей адских мук достигают своего накала страсти, и Катерина опускается на колени перед фреской, чтобы замолить свои грехи, и в ужасе вскакивает, разглядев зловещие росписи…
Словно весь город прячется здесь, молится и боится, словно все они собрались в одном месте, и трагическая фигура Катерины в центре, и блаженный Кулигин, пророчествующий о благодати грозы. Это – кульминация. Это – четкое определение нравственной географии пространства драмы. Это царство несвободы, судьбы, о которой беспрестанно хлопочут и твердят герои драмы.
Свобода, покой, любовь – там, за Волгой. Недаром ночами уходят туда влюбленные Кудряш и Варвара. Недаром вся истинная, человеческая жизнь происходит под покровом ночи, когда засыпают тяжелым сном все эти Кабановы, Дикие, Феклуши.
Удивляется Борис: “Точно сон какой вижу! Эта ночь, песни, свидания! Ходят обнявшись”. Но чему удивляться в этом перевернутом месте, так напоминающем Дантов “Ад”. Однако наступает день – и все простое, разумное, естественное погружается в небытие.
Теперь стоит сказать несколько слов о местном климате, который представляет собой явление необычное, если не сказать странное. Во всяком случае, за время действия драмы происходит три грозы. Невозмутимый же Кулигин доводит до нашего сведения, что здесь бывали также северные сияния, которыми следовало любоваться, и кометы, которым следовало радоваться как “обновке на небе”. Сообщив все это и без того ошеломленным калиновцам, он уводит своего приятеля Бориса из расписанных фресками руин в грозу и в громы, и тот уходит за ним со словами: “Здесь страшнее!”
Катерина бросается с обрыва в Волгу. Происходит это в том самом месте, где любит сидеть Кулигин и любоваться сельскими видами. Она как бы растворяется в пейзаже Заволжья, там, где любовь и свобода. Об этом прозревает Тихон Кабанов. Вот они, последние ключевые слова драмы: “Хорошо тебе, Катя! А я-то зачем остался жить на свете да мучиться!”

Сочинение на тему «Образ Калинова в пьесе «Гроза» (А.Н. Островский)» поможет читателям Литероведа взглянуть на провинциальный городок, описанный в известном произведении А. Островского, свежим взглядом.

Выдающийся русский драматург А.Н. Островский посвятил всю свою жизнь русскому театру и литературе. Он написал немало произведений, которые не только прославили имя автора, но и доказали всему миру, что русский театр существует. Интерес к творчеству А.Н. Островского остается огромным и в настоящее время. Драма «Гроза» — одно из самых известных произведений драматурга.

Автор охотно приглашает читателей в провинциальный город Калинов, который невозможно найти ни на одной географической карте. Образ этого города срисован драматургом с множества других провинциальных городков, которые пришлось повидать автору во время поездок по всей России. Калинов расположен на берегу Волги. Виды города прекрасны и могут впечатлить любого человека: бескрайние волжские просторы, многоводная река, которую в народе ласково называют матушкой; свежий воздух. В Калинове есть бульвар, построенный специально для прогулок в праздничные или будние дни. Здесь можно посидеть на лавочке, поразмышлять, глядя на Волгу, полюбоваться красотой природы или просто отдохнуть. Кулигин, механик-самоучка и один из жителей Калинова, признается, что любуется всей этой красотой, разлитой в природе, в течение пятидесяти лет, но никак не может наглядеться, так как каждый день появляется вокруг что-то особенное, что завораживает его, вдохновляет на творчество. Хотелось бы ему рассказать обо всем этом в стихах, выразить в поэтических строчках свои мысли и чувства, однако он боится, что его высмеют, так как в городе никто не интересуется ни искусством, ни литературой. В Калинове можно увидеть и старинные постройки с узкими галереями и арками. Однако Кулигин сетует, что не много находится людей, желающих пройтись по городскому бульвару и насладиться красотой. Люди больше предпочитают сидеть дома, а если и выходят, то только ненадолго.

Однако любой город – это не только прекрасные или безобразные пейзажи, но и его жители. Калинов населяют в основном купцы и мещане. В большинстве своем это люди темные, необразованные, не приемлющие никаких прогрессивных идей. На просьбу Кулигина поставить на бульваре часы и громоотвод, от которых будет большая польза жителям, Дикой, один из представителей купечества, кричит на механика, обзывает его мошенником, плутом, пытается разубедить Кулигина в том, что гроза – никакое не «елестричество», а Божья кара, посланная грешникам за их деяния.  

Калинов привлекает странниц и богомолок, которых привечают в купеческих домах. Эти «благочестивые» люди рассказывают всякие нелепицы, в которые охотно верят жители города. Странницы утверждают, что есть земли, которые населяют люди с песьими головами, что гроза – это не простое явление природы, а наказание, посылаемое Богом за грехи, поэтому многим жителям города гроза внушает страх. Кроме этого, калиновцы верят, что Литва упала с неба в таком виде, в каком она есть. Странницы называют город «райским местом», землей обетованной, за пределами которой все погрязло в грехе.

В городе царят жестокие нравы, о чем с горечью говорит Кулигин. Здесь процветают грубость и бедность. Те, кто имеет власть, наслаждаются своим положением, забыв о правде и справедливости, о законах и порядках. Богатые стремятся обмануть бедных, нажиться за счет них, увеличить свое состояние. Простых трудяг жестоко обманывают, не доплачивая честно заработанное, оскорбляют их, обзывая всякими словами. Из денег, которые не доходят тем людям, кто их заработал тяжелым трудом, у богатых накапливаются целые состояния. Ради обогащения не только творятся несправедливости по отношению к простым работягам, но и затеваются тяжбы между самими купцами, строятся козни, подрывается торговля путем подкупа чиновников. Культ денег, желание обогатиться затмевают, кажется, все другие чувства, поэтому человек перестает реагировать на красоту природы, видеть ее, перестает заботиться о своем духовном мире. За закрытыми ставнями и высокими заборами, как говорит Кулигин, творятся разные бесчинства.

Вдовая купчиха Марфа Игнатьевна Кабанова поедом ест своих домочадцев, не считаясь с их мнениями и чувствами, строит жизнь семьи по Домострою. Она чувствует себя хозяйкой в доме. Не стесняясь, Кабаниха вмешивается в семейную жизнь сына и невестки, внушает им мысль о подчинении старшим, об уважении и почитании, боясь потерять власть над молодыми. Своей невестке она навязывает мысль о том, что жена должна бояться мужа, а не любить его.

Купец Дикой на чем свет стоит ругает не только всю свою семью, но и любого, кто в минуты гнева попадется ему на глаза. Зная его крутой нрав, и домочадцы, и другие жители города стараются спрятаться от него, не попадаться ему на глаза или вовсе обойти его. В своем гневе Савел Прокофьевич не знает никаких границ.

А.Н. Островский показал город, который привлекает удивительной красотой, прелестью, буйством красок и звуков. Однако этот же город отталкивает своими внутренними законами и порядками. Калинов похож на «темное царство», поэтому у любого человека, кто волей судьбы окажется в городе,  возникает острое желание поскорее вырваться на волю, испытать сладость свободы. Здесь любая новая мысль губится на корню, не существует таких понятий, как взаимопомощь, взаимовыручка. Здесь каждый сам за себя. Выжить в такой атмосфере может только тот, кто живет не по законам совести и нравственности, кто умеет приспосабливаться, хитрить, лгать. Таким же, как Катерина, в атмосфере «темного царства» живется очень тяжело. Героиня задыхается в душной обстановке, не умея жить не в ладу с совестью. Она хочет любить и быть любимой, но вместо этого ей внушают мысли, совершенно для нее чуждые.

Таким образом, город Калинов – типичный провинциальный город, которых немало на просторах России. В его образе А.Н. Островский, знающий все стороны русской жизни и умеющий изобразить их ярко и выразительно,  собрал все пороки, характерные для таких городков: это место застоя, деградации и географической замкнутости.

16 и 17 июня в БДТ имени Г. А. Товстоногова состоится премьера — спектакль Андрея Могучего «Гроза» по одноименной пьесе Александра Островского. Diletant.media решил вспомнить историю драмы. О первой постановке «Грозы» и реакции современников на пьесу расскажет Екатерина Астафьева.Первая постановка Впервые «Гроза» Островского была поставлена на сцене Малого театра 16 ноября 1859 года. Премьера совпала с бенефисом актера Сергея Васильева, которому досталась роль Тихона. Некоторых героев играли люди, специально для которых драматург писал роли. Например, в Катерину перевоплотилась актриса Любовь Никулина-Косицкая, Кабаниху сыграла Надежда Рыкалова, а Варвара Бороздина даже подарила имя героине пьесы.

Публика была в восторге, пресса пестрела хвалебными рецензиями. Автор «Отечественных записок» Дудышкин писал: «В городке, в котором люди умеют богатеть, в котором непременно должна быть одна большая, грязная улица и на ней нечто вроде гостиного двора, и почётные купцы, о которых г. Тургенев сказал, что они «трутся обыкновенно около своих лавок и притворяются, будто торгуют» — в этаком-то городке, каких мы с вами видали много, а проезжали, не видав, ещё более, произошла та трогательная драма, которая нас так поразила».

«Гроза» в Петербурге Вторая премьера «Грозы» состоялась 2 декабря 1859 года уже в Петербурге. На этот раз для зрителей распахнул свои двери Александринский театр. Публика восприняла спектакль благосклонно. Критики особенно отмечали Александра Мартынова, который раскрыл свой талант в роли Тихона. Евдокия Панаева, жена литератора Ивана Панаева, пишет в своих воспоминаниях: «Я была на первом представлении «Грозы» Островского. Мартынов так сыграл свою роль, что дух замирал от каждого его слова в последней сцене, когда он бросился к трупу своей жены, вытащенной из воды. Все зрители были потрясены его игрой. В «Грозе» Мартынов показал, что обладает также замечательным трагическим талантом». К сожалению, судьба актера оказалась трагична: летом 1860-го он скончался от чахотки.

Гликерия Федотова в роли Катерины, Малый театр, 1866

Спустя год после петербургской премьеры пьеса перешла в репертуар Мариинского театра, а оттуда — на провинциальные сцены. В 1860-м «Гроза» вышла в печать: сперва она появилась в журнале «Библиотека для чтения», а затем — отдельным изданием.Темное царство Многие знаменитые критики сочли своим долгом написать отзыв на драму Островского. В трех критических статьях, вышедших в «Современнике» в 1859—1860 годах, Николай Добролюбов рассматривает город Калинов как «темное царство». Он определяет главные правила драмы и затем выясняет, что в пьесе Островского большинство из них нарушено. Тем не менее автор считает, что «Гроза» — «самое решительное произведение Островского». О самом драматурге Добролюбов пишет: «Островский обладает глубоким пониманием русской жизни и великим уменьем изображать резко и живо самые существенные ее стороны».

Эскизы декораций Головина к «Грозе», 1916

Писарев против Добролюбова С Добролюбовым полемизирует Дмитрий Писарев в статье «Мотивы русской драмы». То, что первый критик величественно именует «темным царством», второй называет попросту «семейным курятником», вспоминая известную поговорку «яйца курицу не учат». И тем более Писарев не считает Катерину «лучом света». Со свойственным ему скепсисом критик емко описывает поведение героини и суть пьесы: «Вся жизнь Катерины состоит из постоянных внутренних противоречий; она ежеминутно кидается из одной крайности в другую; она сегодня раскаивается в том, что делала вчера, и между тем сама не знает, что будет делать завтра; она на каждом шагу путает и свою собственную жизнь, и жизнь других людей; наконец, перепутавши все, что было у нее под руками, она разрубает затянувшиеся узлы самым глупым средством, самоубийством, да еще таким самоубийством, которое является совершенно неожиданно для нее самой».

«Гроза» на сцене Малого театра, 1962

Цензор Гончаров Лестный отзыв можно найти в короткой статье Ивана Гончарова, который ко времени премьеры служил цензором. Писатель замечает: «Не опасаясь обвинения в преувеличении, могу сказать по совести, что подобного произведения, как драмы, в нашей литературе не было. Она бесспорно занимает и, вероятно, долго будет занимать первое место по высоким классическим красотам». Гончаров обращает отдельное внимание на язык действующих лиц — «художественно верный, взятый из действительности, как и самые лица, им говорящие».

После «Грозы» В статью «После «Грозы» сложились письма критика Аполлона Григорьева к Ивану Тургеневу. Григорьев рассматривает пьесу как произведение народного поэта. Об Островском он пишет: «Островский прежде всего драматург: ведь он создает свои типы не для г. -бова (Добролюбова, прим. «Дилетанта»), автора статей о «Темном царстве», — не для вас, не для меня, не для кого-нибудь, а для массы, для которой он, пожалуй, как поэт ее, поэт народный, есть и учитель, но учитель с тех высших точек зрения, которые доступны ей, массе, а не вам, не мне, не г. -бову, с точек зрения, ею, массой, понимаемых, ею разделяемых».

Учебная заметка для студентов

Исаак Левитан. Вечер. Золотой Плес (1889)

Невероятная полемика вокруг пьесы А. Островского «Гроза» началась еще при жизни драматурга. Речь идет о пяти статьях:

• Н. Добролюбов «Луч света в темном царстве» (1860);
• Д. Писарев «Мотивы русской драмы» (1864);
• М. Антонович «Промахи» (1864);
• А. Григорьев «После „Грозы“ Островского. Письма к И. С. Тургеневу» (1860);
• М. Достоевский «„Гроза“. Драма в пяти действиях А. Н. Островского» (1860).

Разберемся в высказанных критиками точках зрения.

Н. А. Добролюбов

«Гроза» есть, без сомнения, самое решительное произведение Островского; взаимные отношения самодурства и безгласности доведены в ней до самых трагических последствий; и при всем том большая часть читавших и видевших эту пьесу соглашается, что она производит впечатление менее тяжкое и грустное, нежели другие пьесы Островского (не говоря, разумеется, об его этюдах чисто комического характера). В «Грозе» есть даже что-то освежающее и ободряющее. Это «что-то» и есть, по нашему мнению, фон пьесы, указанный нами и обнаруживающий шаткость и близкий конец самодурства. Затем самый характер Катерины, рисующийся на этом фоне, тоже веет на нас новою жизнью, которая открывается нам в самой ее гибели.

Дело в том, что характер Катерины, как он исполнен в «Грозе», составляет шаг вперед не только в драматической деятельности Островского, но и во всей нашей литературе. Он соответствует новой фазе нашей народной жизни, он давно требовал своего осуществления в литературе, около него вертелись наши лучшие писатели; но они умели только понять его надобность и не могли уразуметь и почувствовать его сущности; это сумел сделать Островский. <…>

Прежде всего вас поражает необыкновенная своеобразность этого характера. Ничего нет в нем внешнего, чужого, а все выходит как-то изнутри его; всякое впечатление переработывается в нем и затем срастается с ним органически. Это мы видим, например, в простодушном рассказе Катерины о своем детском возрасте и о жизни в доме у матери. Оказывается, что воспитание и молодая жизнь ничего не дали ей: в доме ее матери было то же, что и у Кабановых, — ходили в церковь, шили золотом по бархату, слушали рассказы странниц, обедали, гуляли по саду, опять беседовали с богомолками и сами молились… Выслушав рассказ Катерины, Варвара, сестра ее мужа, с удивлением замечает: «Да ведь и у нас то же самое». Но разница определяется Катериною очень быстро в пяти словах: «Да здесь все как будто из-под неволи!» И дальнейший разговор показывает, что во всей этой внешности, которая так обыденна у нас повсюду, Катерина умела находить свой особенный смысл, применять ее к своим потребностям и стремлениям, пока не налегла на нее тяжелая рука Кабанихи. Катерина вовсе не принадлежит к буйным характерам, никогда не довольным, любящим разрушать во что бы то ни стало. Напротив, это характер по преимуществу созидающий, любящий, идеальный. Вот почему она старается все осмыслить и облагородить в своем воображении; то настроение, при котором, по выражению поэта, —

это настроение до последней крайности не покидает Катерину. <…>

В положении Катерины мы видим, что, напротив, все «идеи», внушенные ей с детства, все принципы окружающей среды — восстают против ее естественных стремлений и поступков. Страшная борьба, на которую осуждена молодая женщина, совершается в каждом слове, в каждом движении драмы, и вот где оказывается вся важность вводных лиц, за которых так упрекают Островского. Всмотритесь хорошенько: вы видите, что Катерина воспитана в понятиях одинаковых с понятиями среды, в которой живет, и не может от них отрешиться, не имея никакого теоретического образования. Рассказы странниц и внушения домашних хоть и переработывались ею по-своему, но не могли не оставить безобразного следа в ее душе: и действительно, мы видим в пьесе, что Катерина, потеряв свои радужные мечты и идеальные, выспренние стремления, сохранила от своего воспитания одно сильное чувство — страх каких-то темных сил, чего-то неведомого, чего она не могла ни объяснить себе хорошенько, ни отвергнуть. За каждую мысль свою она боится, за самое простое чувство она ждет себе кары; ей кажется, что гроза ее убьет, потому что она грешница; картина геенны огненной на стене церковной представляется ей уже предвестием ее вечной муки… А все окружающее поддерживает и развивает в ней этот страх: Феклуши ходят к Кабанихе толковать о последних временах; Дикой твердит, что гроза в наказание нам посылается, чтоб мы чувствовали; пришедшая барыня, наводящая страх на всех в городе, показывается несколько раз с тем, чтобы зловещим голосом прокричать над Катериною: «Все в огне гореть будете в неугасимом». <…>

В монологах Катерины видно, что у ней и теперь нет ничего формулированного; она до конца водится своей натурой, а не заданными решениями, потому что для решений ей бы надо было иметь логические, твердые основания, а между тем все начала, которые ей даны для теоретических рассуждений, решительно противны ее натуральным влечениям. Оттого она не только не принимает геройских поз и не произносит изречений, доказывающих твердость характера, а даже напротив — является в виде слабой женщины, не умеющей противиться своим влечениям, и старается оправдывать тот героизм, какой проявляется в ее поступках. Она решилась умереть, но ее страшит мысль, что это грех, и она как бы старается доказать нам и себе, что ее можно и простить, так как ей уж очень тяжело. Ей хотелось бы пользоваться жизнью и любовью; но она знает, что это преступление, и потому говорит в оправдание свое: «Что ж, уж все равно, уж душу свою я ведь погубила!» Ни на кого она не жалуется, никого не винит, и даже на мысль ей не приходит ничего подобного; напротив, она перед всеми виновата, даже Бориса она спрашивает, не сердится ли он на нее, не проклинает ли… Нет в ней ни злобы, ни презрения, ничего, чем так красуются обыкновенно разочарованные герои, самовольно покидающие свет. Но не может она жить больше, не может, да и только; от полноты сердца говорит она: «Уж измучилась я… Долго ль мне еще мучиться? Для чего мне теперь жить, — ну, для чего? Ничего мне не надо, ничего мне не мило, и свет божий не мил! — а смерть не приходит. Ты ее кличешь, а она не приходит. Что ни увижу, что ни услышу, только тут (показывая на сердце) больно». При мысли о могиле ей делается легче — спокойствие как будто проливается ей в душу. «Так тихо, так хорошо… А об жизни и думать не хочется… Опять жить?.. Нет, нет, не надо… нехорошо. И люди мне противны, и дом мне противен, и стены противны! Не пойду туда! Нет, нет, не пойду… Придешь к ним — они ходят, говорят, — а на что мне это?..» И мысль о горечи жизни, какую надо будет терпеть, до того терзает Катерину, что повергает ее в какое-то полугорячечное состояние. В последний момент особенно живо мелькают в ее воображении все домашние ужасы. Она вскрикивает: «А поймают меня да воротят домой насильно!.. Скорей, скорей…» И дело кончено: она не будет более жертвою бездушной свекрови, не будет более томиться взаперти с бесхарактерным и противным ей мужем. Она освобождена!..

Грустно, горько такое освобождение; но что же делать, когда другого выхода нет. Хорошо, что нашлась в бедной женщине решимость хоть на этот страшный выход. В том и сила ее характера, оттого-то «Гроза» и производит на нас впечатление освежающее, как мы сказали выше. <…>

Д. А. Писарев

Драма Островского «Гроза» вызвала со стороны Добролюбова критическую статью под заглавием «Луч света в темном царстве». Эта статья была ошибкою со стороны Добролюбова; он увлекся симпатиею к характеру Катерины и принял ее личность за светлое явление. Подробный анализ этого характера покажет нашим читателям, что взгляд Добролюбова в этом случае неверен и что ни одно светлое явление не может ни возникнуть, ни сложиться в «темном царстве» патриархальной русской семьи, выведенной на сцену в драме Островского. <…>

Добролюбов спросил бы самого себя: как мог сложиться этот светлый образ? Чтобы ответить себе на этот вопрос, он проследил бы жизнь Катерины с самого детства, тем более что Островский дает на это некоторые материалы; он увидел бы, что воспитание и жизнь не могли дать Катерине ни твердого характера, ни развитого ума; тогда он еще раз взглянул бы на те факты, в которых ему бросилась в глаза одна привлекательная сторона, и тут вся личность Катерины представилась бы ему в совершенно другом свете. <…>

Вся жизнь Катерины состоит из постоянных внутренних противоречий; она ежеминутно кидается из одной крайности в другую; она сегодня раскаивается в том, что делала вчера, и между тем сама не знает, что будет делать завтра; она на каждом шагу путает и свою собственную жизнь и жизнь других людей; наконец, перепутавши все, что было у нее под руками, она разрубает затянувшиеся узлы самым глупым средством, самоубийством, да еще таким самоубийством, которое является совершенно неожиданно для нее самой. <…>

М. А. Антонович

…г. Писарев решился исправлять Добролюбова, как г. Зайцев Сеченова, и разоблачать его ошибки, к которым он причисляет одну из самых лучших и глубокомысленнейших статей его «Луч света в темном царстве», написанную по поводу «Грозы» г. Островского. Эту-то поучительную, глубоко прочувствованную и продуманную статью г. Писарев силится залить мутною водою своих фраз и общих мест. <…>

Г. Писареву почудилось, будто бы Добролюбов представляет себе Катерину женщиной с развитым умом и с развитым характером, которая будто бы и решилась на протест только вследствие образования и развития ума, потому будто бы и названа «лучом света». Навязавши таким образом Добролюбову свою собственную фантазию, г. Писарев и стал опровергать ее так, как бы она принадлежала Добролюбову. Как же можно, рассуждал про себя г. Писарев, назвать Катерину светлым лучом, когда она женщина простая, неразвитая; как она могла протестовать против самодурства, когда воспитание не развило ее ума, когда она вовсе не знала естественных наук, которые, по мнению великого историка Бокля, необходимы для прогресса, не имела таких реалистических идей, какие есть, например, у самого г. Писарева, даже была заражена предрассудками, боялась грома и картины адского пламени, нарисованной на стенах галлереи. Значит, умозаключил г. Писарев, Добролюбов ошибается и есть поборник искусства для искусства, когда называет Катерину протестанткой и лучом света. Удивительное доказательство!

Так-то вы, г. Писарев, внимательны к Добролюбову и так-то вы понимаете то, что хотите опровергать? Где ж это вы нашли, будто бы у Добролюбова Катерина представляется женщиной с развитым умом, будто протест ее вытекает из каких-нибудь определенных понятий и сознанных теоретических принципов, для понимания которых действительно требуется развитие ума? Мы уже видели выше, что, по взгляду Добролюбова, протест Катерины был такого рода, что для него не требовалось ни развитие ума, ни знание естественных наук и Бокля, ни понимание электричества, ни свобода от предрассудков, или чтение статей г. Писарева; это был протест непосредственный, так сказать, инстинктивный, протест цельной нормальной натуры в ее первобытном виде, как она вышла сама собою без всяких посредств искусственного воспитания. <…>

Таким образом вся эта фанфаронада г. Писарева в сущности очень жалка. Оказывается, что он не понял Добролюбова, перетолковал его мысль и на основании своего непонимания обличил его в небывалых ошибках и в несуществующих противоречиях…

А. А. Григорьев

Впечатление сильное, глубокое и главным образом положительно общее произведено было не вторым действием драмы, которое, хотя и с некоторым трудом, но все-таки можно еще притянуть к карающему и обличительному роду литературы, — а концом третьего, в котором (конце) решительно ничего иного нет, кроме поэзии народной жизни, — смело, широко и вольно захваченной художником в одном из ее существеннейших моментов, не допускающих не только обличения, но даже критики и анализа: так этот момент схвачен и передан поэтически, непосредственно. Вы не были еще на представлении, но вы знаете этот великолепный по своей смелой поэзии момент — эту небывалую доселе ночь свидания в овраге, всю дышащую близостью Волги, всю благоухающую запахом трав широких ее лугов, всю звучащую вольными песнями, «забавными», тайными речами, всю полную обаяния страсти веселой и разгульной и не меньшего обаяния страсти глубокой и трагически-роковой. Это ведь создано так, как будто не художник, а целый народ создавал тут! И это-то именно было всего сильнее почувствовано в произведении массою, и притом массою в Петербурге, диви бы в Москве, — массою сложною, разнородною, — почувствовано при всей неизбежной (хотя значительно меньшей против обыкновения) фальши, при всей пугающей резкости александрийского выполнения.

М. М. Достоевский

Гибнет одна Катерина, но она погибла бы и без деспотизма. Это жертва собственной чистоты и своих верований. <…> Жизнь Катерины разбита и без самоубийства. Будет ли она жить, пострижется ли в монахини, наложит ли на себя руки — результат один относительно ее душевного состояния, но совершенно другой относительно впечатления. Г. Островскому хотелось, чтоб этот последний акт своей жизни она совершила с полным сознанием и дошла до него путем раздумья. Мысль прекрасная, еще более усиливающая краски, так поэтически щедро потраченные на этот характер. Но, скажут и говорят уже многие, не противоречит ли такое самоубийство ее религиозным верованиям? Конечно противоречит, совершенно противоречит, но эта черта существенна в характере Катерины. Дело в том, что по своему в высшей степени живому темпераменту, она никак не может ужиться в тесной сфере своих убеждений. Полюбила она, совершенно сознавая весь грех своей любви, а между тем все-таки полюбила, будь потом, что будет; закаялась потом видеться с Борисом, а сама все-таки прибежала проститься с ним. Точно так решается она на самоубийство, потому что сил не хватает у ней перенести отчаяние. Она женщина высоких поэтических порывов, но вместе с тем преслабая. Эта непреклонность верований и частая измена им и составляет весь трагизм разбираемого нами характера.

Катерина и Борис. Художник С. В. Герасимов

Пьеса «Гроза» является одним из самых знаменитых произведений великого русского драматурга А. Н. Островского. В этой статье представлена критика о пьесе «Гроза» Островского: отзывы таких критиков-современников, как А. Григорьев, А. Н. Добролюбов, М. Писарев и др.Смотрите: — Краткое содержание пьесы «Гроза»— Все материалы по пьесе «Гроза»

Критика о пьесе «Гроза» Островского, отзывы современников (Григорьев, Добролюбов, Писарев и др.)

А. Пальховский: «Если на пьесу г. Островского смотреть как на драму в настоящем смысле этого слова, то она не выдержит строгой критики: многое в ней окажется лишним, многое недостаточным; но если в ней видеть едкую сатиру, облеченную только в форму драмы, – то она, по нашему мнению, превосходит все до сих пор написанное почтенным автором. Цель «Грозы» — показать во всем ужасающем свете как тот страшный семейный деспотизм, который господствует в «темном царстве» – в быту некоторой части нашего загрубелого, неразвитого купечества, внутренней стороной своей жизни еще принадлежащего временам давно минувшим, — так и тот убийственный, роковой мистицизм, который страшною сетью опутывает душу неразвитого человека.И автор мастерски достиг своей цели: перед вами в ужасной, поразительной картине выступают пагубные результаты того и другого, – в картине, верно срисованной с натуры и ни одной чертой не отступающей от мрачной действительности; вы видите в живых, художественно-воспроизведенных образах, до чего доводят эти два бича человеческого рода – до потери воли, характера, до разврата и даже самоубийства.» («Гроза». Драма А. Н. Островского», журнал «Московский вестник», 1859 г., № 49) Н. Ф. Павлов: «…произведения г. Островского поселяют какую-то уверенность, что он все это слышал где-то, где-то видел, не в своем воображении, а в действительности. Так ли было или нет – все равно, дело в впечатлении. <…> …его талант, по нашему мнению, не обладает тем качеством, которое называется творчеством. Но он владеет великим свойством — наблюдательностью. <…>…займемся в особенности героинею «Грозы». Эта женщина возбудила все наше негодование. На автора она жаловаться не может. Чего он не сделал для нее и какой неблагодарностью не заплатила она ему! Он позволил ей, шестилетнему еще ребенку, из жажды воли, кататься в лодке одной по Волге, он научил ее слушать пение птичек, говорить о поэзии, о любви, чуть не о переселении душ. Правда, он же выдал ее замуж за пьяного дурака и поместил в самое дурное общество, но зато снабдил такою нежностью чувств, таким пылом сердца и поставил в такую пытку, что ей легко было приобресть большое знакомство и расположить в свою пользу очень хороших людей. Писатель с своей стороны сделал все, что мог, и не его вина, если эта безвестная женщина явилась перед нами в таком виде, что бледность ее щек показалась нам дешевым притираньем…» (Н. Ф. Павлов, статья «Гроза», газета «Наше время», 1860 г., №1)А. А. Григорьев:«Г-н Пальховский … глубоко уверовал в то, что Островский каратель и обличитель самодурства и прочего, и вот «Гроза» вышла у него только сатирою, и только в смысле сатиры придал он ей значение. Мысль и сама по себе дикая … <…> Извините за цинизм моих выражений, но они мне приходили невольно на язык, когда я с судорожным хохотом читал статью г. Пальховского… <…> Но ведь смех смеху рознь, и в моем смехе было много грусти… и много тяжелых вопросов выходило из-за логического комизма…» (А. Григорьев, «После «Грозы» Островского», журнал «Русский мир», 1860 г., №5)И. И. Панаев: «Если мы скажем, что новая драма Островского — «Гроза»… принадлежит к явлениям, выходящим из ряда обыкновенных явлений на нашей сцене — то, конечно, даже и молодые скептики не упрекнут нас в этом случае за увлечение… Новая драма г. Островского, по нашему крайнему убеждению, принадлежит к замечательным явлениям русской литературы — и по мысли, заключающейся в ней, и по выполнению.» (И. И. Панаев, ««Заметки Нового поэта» о «Грозе»», журнал «Современник», 1859 г. №12)E. Н. Эдельсон: «… в протестующей Катерине и в том, что задавило это светлое создание, мы узнаем свое, народное. Мы с наслаждением видим усилия автора найти в данных русской же жизни новые начала, способные к борьбе слишком уже отяготевшими над нею старыми формами, и торжествуем успех автора как бы нашу собственную победу. Мы чувствуем неизбежность гибели того существа, к которому автор успел возбудить все наши симпатии, но мы радуемся в то же время новым, живым силам, открытым автором в той же народной жизни, и сознаем ее вследствие того близкою себе, родственною. Огромная заслуга писателя!» (E. Н. Эдельсон, «Библиотека для чтения, 1864 г., №1)П. И. Мельников-Печерский: «Все прежние произведения г. Островского представляют темное царство безвыходным, неприкосновенным, таким царством, которому, кажется, не будет конца… . В «Грозе» — не то, в «Грозе» слышен протест против самодурства, слышен из уст каждой жертвы … Но всего сильнее, по нашему мнению, протест Кулигина. Это протест просвещения, уже проникающего в темные массы домостроевского быта» (П. И. Мельников-Печерский, «Северная пчела», 1860 г., №41)М. М. Достоевский: ««Гроза» есть, без сомнения, одно из лучших его произведений. В ней поэт взял несколько новых сторон из русской жизни, до него никак еще не початых. В этой драме он, по нашему мнению, шире прежнего взглянул на изображаемую им жизнь и дал нам из нее полные поэтические образы. Если и есть недостатки в его пьесе, то они совершенно выкупаются первоклассными красотами. В «Грозе» слышны новые мотивы, прелесть которых удваивается именно потому, что они новы. Галерея русских женщин Островского украсилась новыми характерами, и его Катерина, старуха Кабанова, Варвара, даже Феклуша займут в ней видное место. В этой пьесе мы заметили еще новую черту в таланте ее автора, хотя творческие приемы у него остались те же, что и прежде. Это попытка на анализ. <…> Мы сомневаемся только, чтоб анализ мог ужиться с драматической формой, которая по своей сущности уже чуждается его.» (М. М. Достоевский, ««Гроза». Драма в пяти действиях А. Н. Островского», «Светоч», 1860 г. №3)Н. А. Добролюбов:(из статьи «Луч света в темном царстве») «…Критики, подобные Н. Ф. Павлову, г. Некрасову из Москвы, г. Пальховскому [см. отзывы выше] и пр., тем и грешат особенно, что предполагают безусловное согласие между собою и общим мнением гораздо в большем количестве пунктов, чем следует. <…> …А. Григорьев [см. отзыв выше]… должно быть, от избытка восторга — ему никогда не удается высказать с некоторой ясностью, за что же именно он ценит Островского. Мы читали его статьи и никак не могли добиться толку. <…> …характер Катерины, как он исполнен в «Грозе», составляет шаг вперед не только в драматической деятельности Островского, но и во всей нашей литературе. <…> Решительный, цельный русский характер, действующий в среде Диких и Кабановых, является у Островского в женском типе… Известно, что крайности отражаются крайностями и что самый сильный протест бывает тот, который поднимается, наконец, из груди самых слабых и терпеливых. <…> Катерина вовсе не принадлежит к буйным характерам, никогда не довольным, любящим разрушать во что бы то ни стало. Напротив, это характер по преимуществу созидающий, любящий, идеальный. Вот почему она старается все осмыслить и облагородить в своем воображении… <…> … у Катерины, как личности непосредственной, живой, все делается по влечению натуры, без отчетливого сознания, а у людей, развитых теоретически и сильных умом, – главную роль играет логика и анализ. <…> Сначала, по врожденной доброте и благородству души своей, она будет делать все возможные усилия, чтобы не нарушить мира и прав других, чтобы получить желаемое с возможно большим соблюдением всех требований, какие на нее налагаются людьми… Но если нет, – она ни перед чем не остановится… Такой именно выход представился Катерине, и другого нельзя было ожидать среди той обстановки, в которой она находится. <…> …Тихон представляет один из множества тех жалких типов, которые обыкновенно называются безвредными, хотя они в общем-то смысле столь же вредны, как и сами самодуры, потому что служат их верными помощниками. <…> Всмотритесь хорошенько: вы видите, что Катерина воспитана в понятиях, одинаковых с понятиями среды, и которой живет, и не может от них отрешиться, не имея никакого теоретического образования… <…> К Борису влечет ее не одно то, что он ей нравится, что он и с виду и по речам не похож на остальных, окружающих ее; к нему влечет ее и потребность любви, не нашедшая себе отзыва в муже, и оскорбленное чувство жены и женщины, и смертельная тоска ее однообразной жизни, и желание воли, простора, горячей, беззапретной свободы. <…> Без сомнения, лучше бы было, если б возможно было Катерине избавиться другим образом от своих мучителей или ежели бы окружающие ее мучители могли измениться и примирить ее с собою и с жизнью. <…> …другое решение — бежать с Борисом от произвола и насилия домашних. <…> И она не пренебрегает этим выходом…, она … вовсе не прочь от побега… <…> Но тут-то и всплывает перед нами на минуту камень… материальная зависимость. Борис ничего не имеет и вполне зависит от дяди – Дикого… <…> Борис – не герой, он далеко не стоит Катерины, она и полюбила-то его больше на безлюдье. <…> В Катерине видим мы протест против кабановских понятий о нравственности, протест, доведенный до конца, провозглашенный и под домашней пыткой, и над бездной, в которую бросилась бедная женщина. Она не хочет мириться, не хочет пользоваться жалким прозябаньем, которое ей дают в обмен на ее живую душу. <…> Слова Тихона дают ключ к уразумению пьесы для тех, кто бы даже и не понял ее сущности ранее; они заставляют зрителя подумать уже не о любовной интриге, а обо всей этой жизни, где живые завидуют умершим, да еще каким — самоубийцам!..» (Н. А. Добролюбов, «Луч света в темном царстве», журнал «Современник», 1860 г., №10)М. И. Писарев:«Новое произведение г. Островского исполнено жизни, свежести красок и величайшей правды. <…> По содержанию своему драма относится к купеческому быту глухого городка, но и в этом быту, задавленном бессмысленною обрядностью, мелкою спесью, пробивается порою искра человеческого чувства. <…> Сущность драмы г. Островского, очевидно, состоит в борьбе свободы нравственного чувства с самовластием семейного быта. С одной стороны, рабское повиновение старшему в доме по древнему обычаю, застывшему неподвижно, без исключений, в неумолимой своей строгости; с другой — семейный деспотизм по тому же закону — выражаются в Кабановых: Тихоне и его матери. Загнанный, запуганный, забитый, вечно руководимый чужим умом, чужою волею, вечный раб семьи, Тихон не мог ни развить своего ума, ни дать простора своей свободной воле. <…>… юное, невинное существо [Катерина] попадает в когти строптивой, холодной, строгой, докучливой свекрови, должно напрасно любить мужа, в котором видит одно лишь жалкое ничтожество, должно испытывать всю горечь замужней жизни. Переход к суровой положительности и прозе нового семейного быта и новых обязанностей, при такой несчастной обстановке, какова была в доме Кабановой, не мог совершиться без внутреннего, хотя бы невольного, противодействия со стороны Катерины <…> Борьба неизбежна — борьба не только с окружающим порядком, олицетворенным в свекрови, но и с самой собою, потому что Катерина замужняя, очень хорошо понимает неуместность своей любви к Борису. <…>Катерина должна бороться и с самой собою, и с семьею, олицетворяемой в свекрови… <…>(М. И. Писарев, ««Гроза». Драма А. Н. Островского», газета «Оберточный листок», 1860 г., 11 и 18 мая)А. М. Скабичевский: «…Островский не замедлил в лучшей своей драме «Гроза» обрушиться на домостроевские идеалы в их принципиальном смысле. здесь … раскрывается вся гибельность самих этих принципов: люди погибают здесь именно оттого, что их воля скована тяжкими оковами семейного деспотизма… Кабанова является в этой драме … представительницей домостроевских принципов… Ее отнюдь нельзя ставить в одну категорию с Диким… У [Дикого] … самодурство исходит из мешка с деньгами, не имея никаких нравственных оснований и выражается бессмысленным афоризмов вроде: «Я так хочу…». <…> Совершенно не такова Кабанова. У нее постоянно на устах нравственная сентенция. Все ее суждения исполнены строгой логики, сбить с которой ее нет возможности. Она не развратничает, не самодурствует, а строго блюдет долг свой и держит домочадцев в страхе, потому что так подобает по стародавним праотеческим заветам. Она фанатично верит в этот страх не ради самоуслаждения им, а потому что, по ее незыблемому убеждению, без этого страха все сейчас же совратятся с пути и все развалится… <…> И до конца драмы Кабанова осталась верна своей беспощадной логике, не только ни на минуту не поколебалась, не раскаялась, осталась вполне права в своих собственных глазах, а все развернувшиеся события еще больше утвердили ее в ее убеждениях. И в самом деле: разве невестка своей изменой не осрамила ее дома и не оправдала ее ненависти к ней? <…> В «Грозе» положительными началами … домостроевским является семья Катерины, воспитавшая девушку в духе любви, гуманности и полной свободы. <…> С другой стороны, не менее положительным началом драмы является самоучка-часовщик Кулигин… разночинец с… порывами к знанию, свету, с его кротким, гуманным, свободолюбивым и любвеобильным сердцем. Он играет в драме роль хор древних трагедий, выражая и общественное мнение, и взгляды самого автора на представляемые явления жизни. Это один из немногих случаев в деятельности Островского, что он сам является на сцену, произнося устами Кулигина свой собственный суд над действующими лицами драмы.  <…> …язык Островского представляет богатейшую сокровищницу русской речи. Мы можем в этом отношении поставить в один ряд лишь трех писателей: Крылова, Пушкина и Островского.» (А.М. Скабичевский, книга «История новейшей русской литературы. (1848-1890)», Санкт-Петербург, 1891 г.) Это была избранная критика о пьесе «Гроза» Островского, отзывы современников (А. Григорьева, А. Н. Добролюбова, М. Писарева и др.).Смотрите: Все материалы по пьесе «Гроза»Используемые источники:

• https://diletant.media/articles/29383974/
• https://www.kkos.ru/blog/all/ostrovskyi-drama/
• https://www.literaturus.ru/2016/06/kritika-groza-ostrovskij-dobroljubov-pisarev.html