И снова Борис Индюков остался ни при чем, так и не узнав, точно ли необходимо ставить точку в конце фразы. Но тяга к изящной литературе была настолько велика, что Борис решил немедленно же приступить к творческой работе. За два месяца он сочинил роман из жизни дровосеков и дровосечек под названием «Пни». Своего первенца Индюков посвятил «Начальнику гублита дружелюбиво». Но эта предусмотрительность ни к чему не привела. Ни одно издательство не согласилось напечатать роман «Пни», у автора которого катастрофически не ладилось дело со сказуемым. Начальник гублита так и не узнал о дружелюбивом посвящении.
Тогда Индюков написал шесть романов: «На перепутье», «Пути и овраги», «Шагай, фабзаяц», «Серп и молот», «В ногу» и «Дуня-активистка».
Ни один из них не был напечатан, и Борис Индюков начал уже было отчаиваться, когда в его голову пришла замечательная мысль.
Но тут Шахерезада Федоровна заметила, что служебный день окончился, и скромно умолкла. Когда же наступил
Десятый служебный день, она сказала:
— …В его голову пришла замечательная мысль.
Сообразив, что конкурировать с пятьюдесятью тысячами советских писателей — задача нелегкая и требующая некоторого дарования, Борис Индюков мыслил три дня и три ночи. И все понял.
«Зачем, — решил он, — самому писать романы, когда гораздо легче, выгоднее и спокойнее ругать романы чужие».
И с жаром, который сопутствовал ему во всех начинаниях, Борис Индюков принялся за новый жанр. На его счастье, молодая неопытная газета «Однажды утром» задумала библиографический отдел по совершенно новой системе.
— Понимаете? — радостно говорил редактор Индюкову, который случайно оказался в его кабинете. — Мы строим отдел библиографии совсем по-новому. Каждая рецензия — три строки. Понимаете? Не больше! Гениально! Отдел так и будет называться: «В три строки».
— Понимаю! — радостно отвечал Индюков.
— Отлично! — ликовал редактор. — Утрем нос всем толстым журналам!
— Утрем! — кричал Индюков тем же тоном, каким суворовские солдаты кричали: «Умрем».
Новая работа совершенно поглотила Бориса Индюкова. В трех строчках как раз вмещалось все то, что Индюков мог сказать о толстой в четыреста страниц книге.
Рецензии на отечественные романы писались по форме э 1.
«Автор. Название книги. Из-во. Год. Цена. Числе страниц». Кому нужна книга писателя (такого-то)? Никому она не нужна. Мы рекомендовали бы писателю (такому-то) осветить быт мороженщиков, до сих пор еще никем не затронутый».
Рецензии на иностранные романы писались по форме э 2.
«Автор. Название книги. Из-во. Цена. Число страниц». Книга французского писателя (такого-то) написана со свойственным иностранцам мастерством. Но… кому нужна эта книга? Никому она не нужна. Эта книга не впечатляет».
Подписывался Индюков самыми разнообразными инициалами, стараясь таким образом сбить со следа писателей. Он подписывался: «Б. И.», «А. Б.», «Индио», «Индус», «Инус», «Иус», а иногда просто «ов». Но, несмотря на эти предосторожности, Индюкова иногда выслеживали и поколачивали.
Спасаясь от побоев, Индюков вошел в охрану труда с ходатайством о выдаче ему панциря, но получил отказ, так как параграфа о панцирях в колдоговоре не нашли. Тогда на великие доходы от маленьких рецензий он сшил себе толстую шубу на вате и на хорьках и, когда его били, только улыбался.
Писатели, изнуренные борьбой с «Индио», «Б. И.» и — «-овым», переменили тактику. Малодушные перестали писать, а сильные духом принялись заискивать перед всесильным «Индио».
Положение Индюкова упрочилось. Его комната была завалена тюками книг с автографами. На некоторых из них он с удовольствием читал печатные посвящения: «Тов. Индюкову — дружелюбиво». И ничто отныне не омрачает его благополучия.
И если высокочтимый товарищ Фанатюк или кто-нибудь из членов комиссии захочет написать роман, пусть лучше этого не делает. Борис Индюков выругает его в трех строках по форме э 1.
Но эта история менее занимательная, чем рассказ о «Золотом Лете».
И товарищ Фанатюк подумал:
«Клянусь Госпланом, я не уволю ее, пока не услышу рассказа о «Золотом Лете».
• Рассказ о «Золотом Лете»
И Шахерезада Федоровна, стараясь оттянуть час своего увольнения, начала новый рассказ.
— Знайте, о члены комиссии по чистке аппарата, что в нашей столице существовали два учреждения: губернское издательство «Водопой» и издательское общество «Золотое Лето».
«Водопой» издавал изящную литературу с налетом социальной грусти и предисловиями чинов Государственной Академии Художественных Наук. Толстенькие водопоевские книжки выходили в переплетах, крытых сатином, который обычно идет на косоворотки и подкладку к демисезонным пальто. Сверх переплета книга была заключена в бумажную обертку. На обороте титульного листа водопоевской книжки всегда красовались важные строки:
Переплет, суперобложка и форзац работы
худ. Э. Рыцарева. Суперобложка отпечатана
на Гос. карточной фабрике.
И действительно, каждая водопоевская книга своей тяжеловесной пышностью напоминала даму треф. Вообще «Водопой» славился тонкими манерами и даже посылал своим авторам новогодние поздравления!
Что же касается издательского общества «Золотое Лето», то это было издательство совсем другого диапазона. Издавало оно изящную литературу уже не с налетом социальной грусти, а с примесью социального негодования.
Хотя предисловия к золотолетовским книгам принадлежали тем же чинам Академии Худ. Наук, но обложки книг были сделаны не из благородного сатина, а из обыкновенной бумаги, на которой независимо от содержания книги были изображены двутавровые балки и хорошенькие дамские мордочки. Делалось это в интересах распространения.
Авторам своим «Золотое Лето» никаких поздравлений не посылало, но зато часто устраивало писательскую чашку чаю (полбутылки вина на писательскую душу).
Говоря короче, «Водопой» издавал культурные ценности, оставшиеся от царского режима, а «Золотое Лето» печатало сочинения современных авторов, признавших советскую власть несколько позже Италии, но немного раньше Греции.
Совершенно естественно, что оба издательства враждовали между собой. «Водопой» полагал почему-то, что его грабит «Золотое Лето», захватив в исключительное пользование современных авторов. А «Золотое Лето» в свою очередь облизывалось на авторов, уцелевших от старого мира.
Междоусобие, все усиливаясь, привело к тому, что главы обоих учреждений беспрерывно делали визиты в Центробукву, где интриговали с необыкновенным пылом. Хлопоты «Водопоя» сводились к тому, чтобы подчинить себе «Золотое Лето», а «Лето» стремилось поглотить «Водопой».
И вот однажды Центробуква, правильно рассудив, что два издательства хорошо, а одно еще лучше, постановила слить их вместе, присвоив новому организму название «Златопой». Сделано это было так дипломатично, что ни одна из сторон не могла понять, кто победил и кто будет верховодить «Златопоем».
Золотолетовцы бродили по новому учреждению и гордым своим видом старались показать, что хозяева здесь они. Почтенные же водопоевцы, поблескивая во мгле коридоров лысинами, тоже праздновали победу, считая, что взяла верх их группа.
Самым главным для них была борьба за власть. То же обстоятельство, что у них была теперь одна работа и одна финансовая часть, волновало их меньше всего.
Но здесь Шахерезада заметила, что служебный день окончился, и скромно умолкла.
А когда наступил
Одиннадцатый служебный день,
она сказала:
— И конкуренция, которую Центробуква замыслила искоренить слиянием обоих издательств, разгорелась с новой силой.
Современные авторы, а равно и авторы, перешедшие от царского режима, в начале реформы сильно опечалились.
— Были две кормушки, — визгливо восклицали они, — а стала одна кормушка.
Но время шло, и авторы убедились, что особах изменений не произошло.
— Были две кормушки, — восклицали они еще визгливее, — и остались две кормушки!
И во мгле златопоевских коридоров продолжались дикие схватки за обладание авторами. Бывшие водопоевцы считали высшей доблестью перехватить автора в вестибюле и подписать с ним договор именно в той комнате, где сидели они, но никак не в комнате, где заседали бывшие золотолетовцы. Ту же тактику применяли золотолетовцы. И таким образом в объединенном издательстве между двумя точками ежедневно проводились две прямые линии, что со времен Эвклида считалось невозможным. И вот все об этих странных людях.
Жил в ту пору в Москве писатель Модест Хамяков, автор двух книг, из коих одна — «Бураны» — была издана в тысяча девятьсот одиннадцатом году, другая же — «Буруны» — в тысяча девятьсот двадцать пятом году. Придя к заключению, что читатель соскучился и ждет от него третьей книги, Модест Хамяков пришел в «Златопой» позондировать почву.
Уже в вестибюле его остановил благообразный старичок, сразу признавший в Хамякове писателя, уцелевшего от старого мира.
— Модест Львович, — сказал он, — подкинули бы нам полное собрание своих сочинений.
Хамяков согласился подкинуть. Кстати, собрание сочинений оказалось у него в портфеле. Договорившись с бывшими водопоевцами, Модест направился к выходу, но здесь был обнаружен молодым человеком, который сразу узнал в Хамякове автора, признавшего советскую власть на неделю раньше Мексики.
— Здравствуйте, товарищ Хамяков, — сказал молодой человек. — Подкиньте нам свои романы для собраньица сочиненьиц.
— А я уже подкинул, — сказал простодушный Модест. — В бывший «Водопой». Для собраньица сочиненьиц.
— Здравствуйте! — с горечью закричал молодой человек. — Ведь вы — современный автор и, следовательно, подведомственны бывшему «Лету». Давайте собраньице!
Собраньице оказалось у простодушного Модеста в портфеле. Книги же, сданные водопоевцам, строгий молодой человек обещал отобрать.
Тихий Модест засел на своей Собачьей площадке за грозовую повесть, ничего не зная о том, что в «Златопое» из-за его собраньица началась свалка. Однако молодому человеку не удалось победить благообразного старичка. Но и старичку не удалось одолеть молодого человека.
— Мы, — упрямо бормотал водопойный старик, — уже включили Хамякова в план. Ведь он типичный автор, уцелевший от старого режима.
— А мы не включили? — надсаживался золотолетовский молодец. — Насчет старого мира нам ничего неизвестно, но зато хорошо известно, что он признал советскую власть еще раньше Мексики. Де-юре и де-факто!
И через два месяца, в рекордный срок, объединенное издательство «Златопой» выпустило в продажу двух Хамяковых. Одно собрание было издано в косовороточных переплетах и карточной суперобложке. Предисловие принадлежало перу академика Худ. Наук и имело налет социальной грусти.
То же самое собрание сочинений появилось одновременно в желтой обложке с изображением балок и мордочек с предисловием того же худ. академика, но уже с примесью социального негодования. И, к удивлению читателей, на обоих собраниях стояла издательская марка «Златопоя».
— Но это ничто, — добавила Шахерезада, — в сравнении с историей о преступлении Якова Трепетова.
И товарищ Фанатюк, возглавлявший комиссию по чистке аппарата, подумал:
«Клянусь Госпланом, я не уволю ее, пока не узнаю этой истории!»
• Преступление Якова
И Шахерезада Федоровна начала новый рассказ.
— Людям свойственно быть недовольными своей профессией.
Был недоволен и Яков Трепетов, испытанный культработник, глава культотдела союза местного транспорта.
Товарищ Трепетов блестяще украшал свой город. Он был честен, умен и работоспособен. Таких людей, как Яков Трепетов, обычно зовут бессребрениками.
— Этот не украдет, — говаривал о нем культработник Умрихин. — Бернардов украдет, даже Бернгардов может украсть! Я украду! Но Трепетов Яшка копейки чужой не тронет.
Но Яков Трепетов тронул чужую копейку.
Это было невероятно, неслыханно, неправдоподобно, но это случилось.
Светлым майским вечером, когда общественность города прогуливалась по бульвару, культработник Яков Трепетов, этот бессребреник, подкрался на глазах у всех к сослуживцу своему Умрихину, залез к нему в карман пиджака, вытащил кошелек и неторопливо стал удаляться.
В конце бульвара его схватил заметивший кражу милиционер. Трепетов не сопротивлялся. Собралась толпа.
— Он пошутил! — кричал подоспевший Умрихин. — Пустите его! Что за глупые шутки, Яков?
— Он пошутил, — поддержала толпа, хорошо знавшая Трепетова.
И милиционер уже приготовился отпустить шутника на свободу, когда Трепетов сказал:
— Я не шутил. Я обокрал этого почтенного гражданина. Я вор. Ведите меня в темницу. Вяжите меня.
Однако никто его не вязал. Тогда Трепетов вспылил.
— Почему, — обратился он к милиционеру, — вы не исполняете возложенных на вас обязанностей?
Милиционер сконфузился и робко заявил, что раз потерпевший не имеет претензий, то вести уличенного в темницу нет надобности.
— Вы не знаете уголовно-процессуального кодекса! — завизжал Трепетов, обводя притихшую толпу злыми глазами. — А я знаю! Я досконально изучил! Заявление потерпевшего от кражи не обязательно! Если преступление, предусмотренное сто восьмидесятой статьей уголовного кодекса, совершено, то вы обязаны передать правонарушителя в руки правосудия.
— Что ж, я могу, — неуверенно сказал милиционер, — будьте, граждане, свидетелями.
И он повел Якова Трепетова судиться.
На суде разыгрались драматические сцены. Все свидетели, подтверждая факт кражи кошелька с девятью рублями сорока четырьмя копейками и одним выигрышным билетом кругосветной лотереи стоимостью в пятьдесят копеек, в один голос говорили, что это выше их понимания.
Потерпевший в продолжение всего заседания умолял обвиняемого «оставить эти глупые шутки». Но обвиняемый был непоколебим.
— Делайте ваше дело! — заявил он судьям. — Важны не девять рублей сорок четыре копейки, а важен принцип. Я преступил закон и должен понести соответствующую кару.
Но тут Шахерезада Федороввз заметила, что служебный день окончился.
А когда наступил
Двенадцатый служебный день,
она сказала:
— И суд вынужден был заключить бессребреника на две недели в исправдом.
— А мне больше и не надо! — сказал Трепетов, просияв. — Спасибо, судьи! Вы правильно судили!
Дело в том, что испытаннейший культработник и активный общественник Трепетов считал настоящим своим призванием не организацию библиотек, которую он проводил с большим умением, не оживление кружковой работы и не вовлечение в клуб старичков, а сочинение стихов.
Писал он их по ночам, а утром прятал написанное в сундук и, вздыхая, невыспавшийся и хмурый, шел на работу, повторяя по дороге сочиненные за ночь строфы: Не верь, родимая, наветам, Я их не устрашусь! Вотще!
И грудь моя под дулом пистолета Все, все вздыхает по тебе!
Не верь, родимая, молю — не верь, Ведь я люблю тебя, как зверь.
На такие вот дела тратил культработник ценные часы своего отдыха. Но часов отдыха становилось все меньше. Расширение сети кружков отнимало у него строфу за строфой. Вовлечение в клуб старичков требовало столько работы, что отпуск пришлось перенести на осень.
А между тем в душе зрела весенняя поэма. Даже название было уже проработано — «Майские грезы». Выявились даже начальные строки: По клейким лепесткам уже стекает сок, А воды уж весной шумят…
Времени же совершенно не было. Доведенный до крайности потными валами вдохновения, Яков Трепетов решился на кражу:
«В тюрьме мне никто не помешает, — с горькой радостью думал культработник, — там напишу я «Майские грезы».
Две недели показались ему достаточным сроком. И потому он с такой радостью встретил приговор.
В первый же день, с аппетитом пообедав «передачей», которую принес в тюрьму безутешный Умрихин, и с отвращением выбросив в «парашу» найденную в булке записку: «Яша! Брось эти глупости!» — Яков Трепетов засел за поэму.
Под мерные шаги часового и под тихую перебранку соседей хорошо думалось. Потные валы вдохновения окатили узника. Он почувствовал привычный грохот в висках и начал быстро писать:
• Майские грезы / Поэма
По клейким лепесткам уже стекает сок, А воды уж весной шумят…
Но тут дверь камеры с шумом отворилась.
— Трепетов Яков! — закричал надзиратель.
— Есть! — ответил поэт, отрываясь от любимого занятия.
— Идите в клуб. Вы, кажется, культработник? Вас начальник культотдела зовет.
— Зачем? — воскликнул узник.
— Вести культработу. Поставить библиотеку на должную высоту, оживить кружковую работу и вовлечь побольше старичков рецидивистов!
Со стесненным сердцем побрел Трепетов в клуб. Но там, как старый кавалерийский конь, заслышавши звуки трубы, он принялся прорабатывать, вовлекать и налаживать. И когда он опомнился, срок заключения уже прошел.
Говорят, что поэма «Майские грезы» никогда не была закончена. Ибо, отсидев свой срок, Трепетов нашел культработу запущенной и ему пришлось работать даже по ночам.
— Таким образом, — закончила Шахерезада, — одним плохим поэтом стало меньше! Но эта история ничто в сравнении с рассказом о молодости, как таковой.
— Я ничего не знаю об этом, — сказал председатель по чистке, товарищ Фанатюк. — Что же это за история?
• Хранитель традиций
И Шахерезада Федоровна, делопроизводительница конторы по заготовке Когтей и Хвостов, начала новый рассказ.
— Сейчас, о высокочтимый товарищ Фанатюк, и вы, члены комиссии по чистке, я расскажу вам трагическую историю.
Среди нынешней молодежи нетрудно различить юношей двух типов: жоржей и братишек.
Братишки окончательно порвали со старым миром, носят рубашки «апаш», редко чистят зубы, всей душой болеют за родную футбольную команду, летом занимаются пешеходством, а зимой в прохладных аудиториях копят духовные ценности.
Жоржи со старым миром не порвали. Они носят преувеличенно широкие панталоны, зубов не чистят никогда и не в силах забыть о бабушке-фрейлине или о том, что их дедушка был чиновником министерства финансов. По вечерам жоржи предаются танцам, которые составляют их любимое занятие.
Есть еще смешанные фигуры: жоржобратишки и братишкожоржи. Первые совершают медленную эволюцию от тонкого аристократизма жоржей к детской непосредственности братишек. Вторые из лагеря братишек совершают переход к солнечному быту жоржей.
Однако в нашем рассказе участвуют породы чистых кровей: Коля Архипов был типичным братишкой, а вид Гени Черепенникова сразу указывал на то, что Геня чистопородный жорж.
И вот однажды в коридоре электротехникума, где оба они учились, Коля Архипов в присутствии множества студентов ударил Геню Черепенникова по бледному, одухотворенному лицу.
— Вот тебе за политграмоту Бердникова и Светлова! — сказал Коля Архипов после нанесения удара.
Этим он хотел намекнуть Черепенникову, что нехорошо «заматывать» такую полезную книгу.
В коридоре стало тихо. Все ждали обратного удара. Геня Черепенников, в котором закипели самые благородные чувства, двинулся было на обидчика, но, вовремя оценив его атлетическую фигуру, повернулся на полпути и ушел.
Два дня перед ним витала тень дедушки из министерства финансов и взывала о мщении. А на третий день он подошел к братишке Архипову и сказал:
— Вы, конечно, понимаете, что порицание, которое вам вынесло Исполбюро, меня не удовлетворяет. Такие оскорбления смываются только кровью. Я требую сатисфакции.
— Чего? — спросил Коля.
— Дуэли.
— Это можно, — хладнокровно сказал Коля, — мы к дуэли привычные.
— Не паясничайте, Архипов! — воскликнул Черепенников. — Хоть в этот решительный час ведите себя достойно. Я все обдумал. К сожалению, в советских условиях возможна только тайная американская дуэль. Мы тянем жребий. Тот, кто вытянет бумажку с крестом, должен умереть, то есть покончить жизнь самоубийством, предварительно оставив записку: «В смерти моей прошу никого не винить». Способ самоубийства любой. Вас это устраивает?
Колю Архипова это устраивало. Он шаркнул ножкой, обутой в яловочный сапог, и заявил, что давно жаждал американской дуэли.
— Смотрите, — сказал Геня Черепенников, отрезав две бумажки и отмечая одну из них крестом, — дело серьезное. Вы живете последний день.
— Пожалуйста, пожалуйста, — угодливо заметил Архипов, — после того как вы замотали у меня Бердникова, я как-то потерял вкус к жизни!
— Что вы, интересно знать, запоете, когда вытащите роковую бумажку? — со злостью закричал Геня.
Враги потянули жребий.
Геня Черепенников был так уверен в победе, что даже зашатался, когда увидел на своей бумажке крест.
В этом месте Шахереэада заметила, что служебный день окончился.
А когда наступил
Тринадцатый служебный день,
она продолжала:
— Что же теперь будет? — жалобно спросил он.
— Очень просто, — сказал Архипов, — вам, как любителю дуэлей, самоубийство должно доставить живейшее удовольствие. Сейчас вы пойдете домой и, опрыскав одеколоном ТЭЖЭ листок почтовой бумаги, твердым почерком напишете: «В смерти моей прошу никого не винить». А потом — какой широкий выбор! Сколько разнообразия! Кстати, не советую вам бросаться под дачные поезда. Это пошло. Умрите с честью, красиво — под сибирским экспрессом, у станции Лосиноостровской.
Геня Черепенников пришел домой с позеленевшим лицом. Есть ему не хотелось. Он с отвращением поболтал ложкой в супе и перешел к письменному столу. Тень финансового дедушки незримо витала над ним.
«В смерти моей прошу никого не винить», — написал он на листке почтовой бумаги.
Дедушка одобрительно закивал головой.
Потом Геня Черепенников всхлипнул, перечеркнул страничку и сделал новую надпись:
«В смерти моей прошу винить Николая Архипова (Токмаков переулок, 20, комн. 271. Застать можно вечером), который подстрекал меня к самоубийству».
Дедушка презрительно усмехнулся, но Гене было все равно.
«Дадут Кольке восемь лет со строгой за подстрекательство, — злорадно подумал он, — воображаю его удивление».
Но умирать все-таки мучительно не хотелось, хотя дедушка — старорежимный самурай — строгим своим видом показывал, что медлить неудобно и нужно приступать к харакири.
«И чего этот лезет, — подумал Геня Черепенников, отмахиваясь от навязчивой тени, — самого небось каждый день по морде хлестали и ничего, дожил, дурак, до восьмидесяти лет. Тоже лорд-мэр города Парижа выискался, хранитель традиций!»
Однако смыть оскорбление кровью было необходимо.
Геня Черепенников провел ночь типичного самоубийцы. Он пил кипяченую воду, бросал на пол листки бумаги, писал на стене слово «Люба» и выкурил два десятка папирос «Ау».
Утром он пробудился с тем же ощущением безысходности. Тяжесть несмытого оскорбления давила его тысячами тонн.
И Геня Черепенников решился.
Он взял чистый лист бумаги и твердым почерком написал:
«В нарсуд Бауманского района. Настоящим прошу привлечь к ответственности гр. Н. Архипова за оскорбление меня действием. Есть свидетели».
Через неделю нарсуд приговорил Архипова к пятнадцати рублям штрафа, что составляло его полуторамесячную стипендию.
Архипов был сконфужен. Черепенников торжествовал.
— А следующая история, — закончила Шахерезада, — будет об удивительном больном — Мисаиле Трикартове.
«Клянусь Госпланом, — подумал товарищ Фанатюк, — я не уволю ее, пока не услышу рассказа о Мисаиле Трикартове!»
• Процедуры Трикартова
И Шахерезада Федоровна начала:
— Знайте, товарищ Фанатюк, и вы, члены комиссии по чистке аппарата, что весною служилым людом овладевает лечебная лихорадка. Чем пышнее светит солнце, чем пронзительнее поют птицы, тем хуже чувствуют себя служивые. Молодая трава вырастает за ночь на вершок, ртутная палочка термометра подымается кверху так поспешно, словно хочет добраться до второго этажа, а служивым делается все горше и горше.
Им хочется лечиться, лечиться от чего угодно и как угодно, лишь бы это было в санатории и по возможности на юге.
Мисаил Александрович Трикартов, пожилой, но еще прыткий человек, был подвержен лечебной лихорадке в особенно сильной степени.
— Все лечатся, — восклицал он, держась обеими руками за пухлую грудь, — а я должен погибать. Я тоже хочу лечиться!
— Что же с вами? — участливо спрашивали сослуживцы.
— Откуда мне знать! — визжал Мисаил. — Ну колит, ну катар. Порок сердца. Я не доктор, но я чувствую.
И Мисаил побежал к профессору. Он считал, что лечиться можно только у профессоров.
Профессор долго прикладывал ухо к голому Трикартову и прислушивался к работе его органов с тою внимательностью, с какою кошка прислушивается к движениям мыши.
Во время осмотра трусливый Мисаил Александрович смотрел на свою грудь, мохнатую, как демисезонное пальто, полными слез глазами.
— Ну что? — выговорил он, глядя в спину профессора, который мыл руки.
Он хотел спросить, «есть ли надежда», но губы у него задрожали и насчет надежды не вышло.
— Вы здоровы, — сказал профессор. — Абсолютно.
— У меня порок сердца! — вызывающе сказал Трикартов.
Профессор рассердился.
— А вы знаете, что такое порок сердца?
За визит к профессору Трикартов уплатил семь рублей, и поэтому он тоже рассердился.
— Знаю, — сказал он. — Порок сердца, это когда сердце стучит. Кроме того, у меня еще колит, катар и невроз.
— Вы дурак, — ответил профессор.
Тем не менее Трикартов решил лечиться. Сначала он хотел лечить свои болезни за счет государства. Но государство этого не захотело.
Тогда Мисаил убедился, что во врачебных комиссиях сидят такие же жулики, как и профессора, занимающиеся частной практикой, от знакомых он разузнал, что в Кисловодске хорошо лечат, и купил себе койку в одном из тамошних санаториев.
Погода благоприятствовала поездке Трикартова. Он поселился среди роз. Он занимал чудную комнату. Но все это не радовало его. Он завидовал.
С рассвета в санатории начиналась хлопотливая жизнь. Часть больных, как стадо антилоп, направлялась к источнику, где упивалась нарзаном. Других под руки вели к грязевым ваннам. Некоторых пытали душами Шарко. Были и такие, которых заворачивали в мохнатые простыни и заставляли потеть. Со всеми что-то делали, с одним лишь Трикартовым ничего не делали. И Мисаил очень страдал от этого.
Но однажды увидел он нечто такое, чего перенести уже не смог.
Но здесь Шахерезада заметила, что служебный день окончился, и скромно умолкла.
А когда наступил
Четырнадцатый служебный день.
она сказала:
— Гуляя по санаторию, он забрел во флигелек в саду. Там посреди комнаты на возвышении сидел человек, из волос которого бойко выскакивали синие электрические искры. Гудели какие-то машины.
— А мне почему этого не делают? — спросил Трикартов санитара. — Я тоже хочу, чтобы у меня искры. Я Трикартов.
— Вас нет в списке, — равнодушно ответил санитар.
Трикартов понял, что эта процедура самая дорогая и ее нарочно скрывают от него в саду.
Вечером, на террасе, в присутствии больных и гостей, он учинил главврачу большой скандал.
— Дайте мне мои процедуры, — кричал Мисаил Александрович, прыгая. — Где мои процедуры? Что это за кузница здоровья! Я деньги платил.
— Вы здоровы, — сконфуженно говорил главврач. — Вам не нужны процедуры. Отдыхайте. Старайтесь поменьше волноваться!
Но Трикартов не спал всю ночь и решил лечиться своею собственной рукой. На рассвете, пугливо озираясь по сторонам, он поскакал к источнику и вдоволь напился нарзану.
— Я им покажу, — сказал он, возвращаясь в санаторий. — Я уже чувствую себя лучше.
Днем он бегал по опрятным аллейкам, крича:
— Где горное солнце?
Не добившись солнца, Мисаил Александрович забрался в электрический флигелек и, приложив к груди цинковую пластинку со шнурами, включил ток. До самого вечера он содрогался от сдерживаемой радости, потому что медный вкус во рту не покидал его и создавал уверенность в быстром выздоровлении. Ночью, при свете луны, он снова пробрался к источнику и, отрыгиваясь, выпил шестнадцать стаканов газового напитка.
— Я им покажу! — шептал он, пробираясь через окно в свою комнату.
Остаток времени он провел с большой пользой. Вынув из-под кровати выкраденную синюю лампу, он возлег на постель, озарив себя гробовым светом, — лечился всю ночь. Здоровье Мисаила заметно улучшилось, но почему-то пропал аппетит. Души Шарко, нарзанные и грязевые ванны пришлось принимать конспиративно и большей частью по ночам.
— Плохо вы что-то выглядите, — сказал ему однажды врач. — Вы бы яичек побольше ели.
«Знаем! — подумал опытный Мисаил. — Хочет мне сплавить дешевые яички, а дорогое горное солнце уже месяц, как от меня прячет!»
Перед самым отъездом Трикартову удалось забраться к заветному солнцу. Но наслаждаться им пришлось всего лишь один час. Спугнула няня. По дороге в Москву, на станции Скотоватая, Мисаилу сделалось плохо. Пришлось вызвать врача, который установил порок сердца, катар желудка и общее отравление неизвестными газами. Когда Трикартов предстал перед сослуживцами, вид у него был пугающий.
— Что с вами? — спрашивали друзья.
— Залечили, сукины дети! — ответил Мисаил. — Кварцевой лампы пожалели. Горное солнце давали в недостаточном количестве. Для наркомов берегли. Тоже кузница здоровья!
— Но эта история, — добавила Шахерезада, — ничто в сравнении с рассказом о борьбе двух чиновников.
«Клянусь Госпланом, — подумал товарищ Фанатюк, — что я не уволю ее, пока не услышу этого рассказа!»
И на этом окончился четырнадцатый служебный день.
• Борьба гигантов
Вот уже четырнадцать служебных дней, с десяти часов утра до четырех часов дня, Шахерезада Федоровна Шайтанова, делопроизводительница конторы по заготовке Когтей и Хвостов, рассказывала главе учреждения, товарищу Фанатюку, и членам комиссии по чистке всякого рода завлекательные истории и басни.
Четырнадцать дней контора, лишенная разумного руководства, бездействовала.
И вот, на пятнадцатый день, Шахерезада, глаза которой светились необыкновенным оживлением, начала новый рассказ.
— Знайте же, товарищ Фанатюк, что история, которую я вам сейчас поведаю, история чрезвычайно правдивая и гласит о борьбе двух чиновников.
Была в Москве контора по заготовке Когтей и Хвостов.
— Как? — вскричал товарищ Фанатюк. — Ведь это наша контора.
— Не перебивайте меня, о высокочтимый шеф, — ответила Шахерезада, тряся серьгами. — Быть может, в Москве еще одна такая контора. Ведь один Госплан всеведущ и всемудр. Итак, я продолжаю. И были в этой конторе два начальника. Одного звали Фанатюк…
— Как! — снова воскликнул Фанатюк с раздражением. — Речь идет обо мне?
— Все возможно на свете, — уклончиво заметила Шахерезада. — В адресном столе под литером Ф. значится, может быть, несколько Фанатюков. Итак, я продолжаю. Другой начальник носил мелодичную фамилию Сатанюк.
При имени своего врага товарищ Фанатюк вскочил.
— Однако, — закричал он, багровея, — это переходит все границы! На свете не бывает таких совпадений!
— На свете бывают и не такие совпадения, — сурово сказала делопроизводительница. — Если угодно, я могу прекратить рассказ, который, впрочем, обещает быть весьма интересным.
— Нет, нет! — воскликнул товарищ Фанатюк. — Рассказывайте, рассказывайте! Я в конце концов не против самокритики!
И Шахерезада, прерываемая возгласами удивления и возмущения, продолжала рассказ.
— Итак, начальников было двое, и, вместо того чтобы помогать друг другу в работе, они боролись между собой. И в жарких схватках они потянули за собой всю контору, и служащие разделились на два лагеря — фанатюковцев и сатанюковцев. Свет не видел более глупой и бессмысленной борьбы, ибо здесь решающую роль играли не интересы дела, а самолюбие начальников.
Борьба кончилась полным поражением Сатанюка. Интригами противника он был снят с поста и брошен в Умань для ведения культработы среди тамошних извозопромышленников.
И грозная тень победившего Фанатюка упала на помертвевшую контору по заготовке Когтей и Хвостов для нужд широкого потребления.
— Это намек на меня! — вскричал глава учреждения. — Молчать! В двадцать четыре часа!.. Впрочем, простите, это все-таки интересно, рассказывайте.
— Ну и вот! — продолжала Шахерезада. — Надо прямо сказать, что товарищ Фанатюк был не из тех людей, которые хватают с неба звезды. Можно даже сказать, что он был глуп как пробка. Не возмущайтесь, не возмущайтесь. Вы ведь не против самокритики. Итак, он был глуп как пробка! Понимаете? Как пробка! Глуп и злопамятен.
Своим скудным умишком он решил выжить из конторы всех служащих, которых он считал сторонниками поверженного Сатанюка, и немедленно после обеда он приступил к чистке. Это был очень глупый человек. Понимаете? Очень. Он был, знаете ли, так глуп, что даже трудно вам рассказать. Я вижу, что это вам неприятно. Я лучше перестану.
— Продолжайте! — прохрипел Фанатюк.
На губах у него появилась мыльная пена. Члены комиссии старались не смотреть в его сторону.
— Так вот, этот глупый человек дал себя обвести вокруг пальца ничтожнейшей из служащих, своей делопроизводительнице. Он хотел ее уволить, эту делопроизводительницу, потому что считал ее главной клевреткой Сатанюка.
Но делопроизводительница принялась рассказывать ему сказки, и этот более чем наивный человек слушал сказки четырнадцать дней. И служащие, ожидавшие увольнения, благословляли ее. Слушает он их и сейчас. Сегодня пошел пятнадцатый день. И пока он занимался этой чепухой, его враг, всеми нами уважаемый товарищ Сатанюк… Однако довольно. Не хочу больше рассказывать.
— Говорите! Что же сделал Сатанюк? — раздался умоляющий голос Фанатюка. — Я требую этого!..
— Не хочу. Не желаю. Противно.
— Но ведь, кажется, — говорил Фанатюк, предчувствуя недоброе, — ведь, кажется, полагается рассказывать тысяча один день.
— Не желаю и все тут. По колдоговору я вам сказки рассказывать не обязана.
— Тогда я вас увольняю. Вон. Без выходного. Запишите в протокол: «Увольняется делопроизводительница Шахерезада Шайтанова, как дочь…» Ну, все равно — «как дочь английской королевы Виктории». Вон!
Шахерезада встала. Серьги ее издали пугающий звон.
— Хорошо. Осел хочет узнать свою судьбу. Итак, я продолжаю. И пока он слушал сказки, товарищ Сатанюк не дремал. Он нажал все пружины, и говорят, что добился восстановления.
— Не может быть! — запищал Фанатюк.
— Все может быть! — ответила побледневшая от торжества Шахерезада. — Прислушайтесь.
И действительно: откуда-то снизу, очевидно из швейцарской, послышался ропот голосов. Он все увеличивался, рос и приближался. Вскоре можно было различить явственное «ура».
Двери кабинета распахнулись, и в портале показалась мощная фигура товарища Сатанюка.
При нем были три портфеля. Один большой, нашейный, крокодиловый и два из свиной кожи в руках. И голос товарища Сатанюка был, как морской прибой в шестибалльный ветер.
— Кто сидит за моим столом? — спросил он, потряхивая какой-то бумажонкой. — Товарищ Фанатюк назначается в город Колоколамск на должность городского фотографа.
И еще никто в мире не сдавал дела с такой быстротой, как товарищ Фанатюк. Так окончились сказки Новой Шахерезады.
Ильф Илья, Петров Евгений (Ильф и Петров).
Форма творческой работы по МХК на тему «Из истории создания музыкального произведения Римского-Корсакова «Шахерезада»» представлена в виде брошюры с рядом заданий и вопросов, на которые учащимся предлагается ответить. Задания для выполнения предполагают игровой характер.
Подробнее о работе:
Темой проекта по музыке «Из истории создания музыкального произведения Римского-Корсакова «Шахерезада»» стало описание событий, изложенных в литературном произведении «Тысяча и одна ночь». Созданная «Умная тетрадь» на тему «Из истории создания музыкального произведения Римского-Корсакова «Шахерезада»» начинается с изложения сказки, рассказанной главной героиней Шахерезадой (авторский текст учителя музыки школы Ткачевой Елены Евгеньевны). Последующая работа выполнена учащейся – автором проекта.
В рамках самостоятельной работы ученица 10 класса создала концепцию «Умной тетради», подобрала ряд вопросов, адресованных игрокам, изучила литературные источники, ставшие основой брошюры, подобрала иллюстративный ряд, соответствующий характеру и содержанию отобранных музыкальных примеров. Рассказ, ставший основой проекта, должен побуждать учащихся к проявлению интереса к музыке, а вопросы и задания – к проявлению творческого потенциала при их выполнении.
Оглавление
Введение
1. Подбор иллюстративного ряда, описание и составление вопросов, заданий.
Заключение
Литература
Введение
При выборе темы и содержания проекта ведущим ее элементом является
актуальность.
При создании данной работы актуальность заключается в том, что изучение вопросов, связанных с изучением музыки, творчества Н. А. Римского –Корсакова. носит социальный характер, так как отвечает многим положениям Указа Президента РФ «Об утверждении Основ государственной культурной политики». Государственная политика носит приоритетный характер в ряду гуманитарных наук, как наук о человеке, его духовной, нравственной, культурной, общественной деятельности.
Государственная культурная политика поддерживает инициативу граждан в работе по выявлению, изучению, сохранению культурного наследия. Поддерживает проекты в области искусств, гуманитарной науки, отдельных видов культурной деятельности. Музыка как вид искусства является частью жизни людей, отражающей их нравственные позиции, гражданскую позицию. Является национальным достоянием.
Изучение музыки как вида искусства начинается с изучения музыкальных произведений в рамках школьного предмета «Музыка». Постичь основы этого вида искусств задача любого ученика. Особое значение изучение предмета имеет для юных жителей города – петербуржцев, как жителей культурной столицы, где были написаны многие музыкальные произведения, где жили и творили великие русские композиторы и музыканты.
Творчество композитора связано с историей первой в России Санкт-Петербургской императорской консерватории, профессором которой он был. Лучшие, популярные произведения Римского-Корсакова были написаны и поставлены на сцене Императорского Санкт-Петербургского Мариинского театра. Будучи объектом культурного наследия России он дорог ни только горожанам, но и гостям города. Творчество композитора – наша история, наше наследие.
Цель проекта:создать игровое пособие для учащихся по музыке в виде брошюры и ряда вопросов.
Задачи:
- Создать концепцию «Умной тетради» (рассказ, иллюстрации, задания)
- Подобрать ряд вопросов, адресованных игрокам
- Изучить литературные источники, ставшие основой брошюры.
- Подобрать иллюстративный ряд, соответствующий характеру и содержанию отобранных музыкальных примеров
- Оформить брошюру
- Подготовить презентацию проекта
Этапы работы
Подготовительный
- Сообщение куратору от цели, задумках, вариантах выполнения работы
- Подготовка необходимых ресурсов для выполнения работы в виде брошюры
Основной
- Создание ряда вопросов, заданий и ответов Умной тетради
- Подбор инвентаря для создания и оформления тетради
- Поиск иллюстраций для оформления тетради
- Подборка подобранного литературного материала совместно с куратором
- Изготовление брошюры «Умная тетрадь»
- Проверка подобранного материала совместно с куратором проекта
Практический
- Пробные варианты брошюры
- Корректировка, исправление текста, вопросов
- Оценка читающих и отвечающих на вопросы
Заключительный
- Художественное оформление игры
Вопросы и задания по истории создания музыкального произведения Римского-Корсакова «Шахерезада»
В том, что Шахерезада прекрасна и вместе с тем коварна, не сомневайся. В этом ты убедишься, как только начнешь читать сказки «Тысяча и одна ночь».
Ты увлечешься настолько, что забудешь обо всем на свете. Кто же она, эта коварная и прекрасная Шахерезада?
В начале XVII века во Франции появился сборник увлекательных повестей и сказок под названием «Тысяча и одна ночь».
Сказки эти, как говорила легенда, были рассказаны султану Шахриару его женой, мудрой Шахерезадой.
Шли годы, сказки были переведены на многие языки и стали очень популярны в европейских странах. Теперь с литературой Востока могли познакомиться французы, россияне и др. народы.
И все же — что же такое «Тысяча и одна ночь?» Это сочинение, которое создавалось на протяжении многих веков народами Востока: арабами, персами, индусами.
О чем оно? О фантазии и реальности, о жизни народа и его правителях. Это сказки о шумном, пестром, мудром, веселом древнем Востоке.
В сказках всё уживается вместе — дворцы и хижины, султаны и визири, царевны и портные, торговцы и ремесленники, невольницы и жены. Любовь и измены.
Козни и казни. Пышная природа и палящее солнце. Безжизненные пустыни и живое, изменчивое море. Здесь есть всё. И со всем этим ты встретишься, начав их читать.
История самой Шахерезады началась задолго до того, как появилась она во дворце повелителя, грозного и жестокого шаха Шахриара.
Как и у всех восточных царей, у шаха Шахриара по традициям восточных халифатов был гарем: сообщество женщин, девушек, которые будучи наложницами султана, должны были проводить с ним ночи любви. Никто из рабынь не должен был пострадать. Однако, всё было совсем не так.
Шахриар был некогда безмерно счастлив: он был бесконечно влюблен в свою жену. Однажды брат Шахриара, шах Шахзаман, правитель Персии, зная об измене его жены с рабом, предупредил Шахриара:» Друг мой, не верь женщинам, не обращай внимание на их обещания. Женщины притворщицы. Они часто клянутся нам в любви, но горький лед предательства у них в крови.
Не забывай о том, что дьявол сотворил женщину, чтобы изгнать Адама из рая. Никогда не говори о том, что любовь не ослепит тебя и не затмит твой разум. Этого не произойдет. Рано или поздно ты попадешь в эти сети, потому как женскому коварству не существует пределов». Не поверил Шахриар брату. Но вскоре, неожиданно вернувшись с охоты, убедился в правдивости его слов.
Шахриар застал свою любимую супругу в объятиях раба. Впервые вскрикнул Шахриар: «Эй, душа, сейчас спрошу у тебя, какая любовь является сильнее: та, что переходит из уст в уста, или же та, что разрывает сердце без единого слова».
Последний раз взглянул Шахриар в сторону убитой по его приказу жены, сказав: «Блеснуло счастье, словно вспышка молнии. И наступила ночь, еще темнее, чем прежде. Таков горький осадок того сладкого напитка, которым напоила меня моя возлюбленная. Нет больше покоя моему сердцу. Моя душа умерла».
С тех пор горькая печаль и тоска поселилась в сердце султана. Он возненавидел женщин, стал угрюм и жесток. А потому, проведя ночь в покоях султана, ни одна из рабынь не возвращалась в гарем. Все они по приказу его погибали.
История Шахриара была хорошо известна Шахерезаде. Ее отец был самым близким другом шаха. Он был визирем, его помощником и советником. Всегда и повсюду он сопровождал Шахриара, уберегая от гнева, жестоких поступков и неправильных решений. Но ничего не мог он сделать с окаменевшим сердцем своего повелителя.
Возвращаясь из дворца домой, отец рассказывал дочери о жизни Шахриара. И каждый раз, слушая его, Шахерезада представляла себе красивого, умного, но жестокого и одинокого человека.
Сама же она была необыкновенна красива, умна и воспитана. Дочь визиря знала несколько восточных языков, на которых свободно говорила и читала. В доме ее отца была большая библиотека. Воспитанием дочери занимался сам визирь. В то время, когда отец ее был на службе, Шахерезада, переодевшись в простые одежды, тайком убегала от служанок, незаметно покидая дом. Каждый раз дорога ее лежала в сторону городской площади, где находился рынок. Здесь собиралось множество самых разных людей, говорящих на самых разных языках. Ее привлекала шумная толпа горожан, иноземных гостей, торговцев, ремесленников, пестрые, яркие одежды.
Именно сюда стекалось множество людей, желающих послушать сказки восточных монахов. Звали их календерами. Сказки звучали на разных языках. Но Шахерезада, знающая их, понимала и внимала рассказам старцев.
К тому времени, когда отец должен был возвращаться из дворца, Шахерезада уже ждала его, одев на себя самые лучшие платья. Ничего не подозревающий отец, горячо обнимал свою дочь. А она каждый вечер рассказывала ему сказки, услышанные днем. Отец, восхищаясь ее разумом, был уверен, сколь много ей удалось прочесть за день. Она представала перед отцом благовоспитанной дочерью.
Однажды он возвратился из дворца опечаленный и расстроенный. Угрюм и немногословен был он в тот день. Но Шехерезаде удалось разговорить отца. Рассказ был печальным и горьким. Распоряжения султана не обсуждались, а принимались к выполнению. А в этот раз шах приказал то, что было опасно и не предвещало ничего хорошего.
Повелитель распорядился пополнить свой гарем, опустевший к этому времени. В этом не было ничего необычного, ведь по законам султаната шах обязан иметь гарем. Вот только не так просто пополнить его: никто не хотел потерять свою дочь или сестру. Ведь всем хорошо было известно, как поступал шах со своими рабынями. А значит, предстояли и битвы, и кражи, и похищения, и козни. Жестокость, недоверие к женщинам стали причиной угасания и жестокости повелителя.
Выслушав рассказ отца, Шахерезада обеспокоилась, ведь его жизнь теперь зависела от успеха похода в поисках новых рабынь-жен для гарема султана. Всю ночь, не сомкнув глаз, думала она, как помочь горячо любимому отцу. Наутро, за завтраком, сев напротив, она обратилась к нему. Ничего не просила она для себя, лишь предложила выслушать. Услышав план, придуманный ею, отец пришел в ужас.
Он приказал дочери даже не помышлять о том, что было у нее на уме. Долго пришлось Шахерезаде уговаривать отца. Лишь через несколько дней, на исходе срока выхода в поход, отец согласился с дочерью. Подготовка к выполнению плана заняла у Шахерезады целый день. Собрав лучшие платья, драгоценности и все то, что могло бы ей помочь в осуществлении плана. Она отправилась во дворец вместе с отцом. Он прощался с нею навсегда, не будучи уверенным вновь увидеть ее.
С приездом Шахерезады во дворец началась ее история с шахом Шахриаром, изменившая в будущем жизнь обоих. Повелителю доложили о появлении в гареме новой рабыни-наложницы. Но новость эта не взволновала его. Уже давно ничто не волновало его одинокое и разбитое предательством сердце.
Между тем Шахерезада весь день готовилась к встрече с повелителем. В хлопотах провела она все утро и день, готовясь предстать пред ним во всей красе. Прогуливаясь по дворцу, Шехерезада прекрасно изучила расположение залов, внутренних помещений, дивясь и восхищаясь красоте их убранства. Многообразие золота и рубинов, изумрудов и жемчуга, завораживали неповторимостью рисунков в причудливости мозаичных узоров.
Устав от украшавших дворцовые покои. которые своим сиянием приготовлений, Шахерезада несколько раз выходила в сад, где аллеи были наполнены ароматом бесчисленного множества причудливо растущих разноцветных тюльпанов-фонариков. Они распространяли дивный аромат и запах, заставляя забыть о печалях и горестях.
Внимание Шахерезады привлекли цветы, находящиеся на возвышениях, на самых видных местах сада. Здесь, издавая необыкновенно тонкие запахи, были расположены в красивом рисунке тысячи самых разнообразных, самых красивых и редких сортов в полном расцвете тюльпанов, удивительные формы и прелестные окраски которых очаровывали взоры. При этом в разных уголках сада были расставлены невидимые оркестры, которые играли то веселые, то грустные мотивы. Так прошел ее первый день во дворце.
А между тем время приближалось к полуночи. Это было время ее встречи с повелителем. Одев самые дорогие платья, украсив себя необыкновенно красивыми камнями, играющими и отражающими вечерний свет, она вскоре предстала перед Шахриаром. Войдя в его покои, Шахерезада опустилась на колени, склонив голову. Султан приказал встать, но встав, Шахерезада по-прежнему не смела взглянуть на своего повелителя. По традиции Шахриар пригласил жестом наложницу отведать ужин, приготовленный для встречи.
Богатое угощение восточными сладостями и напитками лишь на время отвлекли Шахерезаду. Все это время она помнила о том, для чего и почему она здесь. Закончив трапезу, Шахреар предложил наложнице рассказать о себе – откуда она родом, из какой семьи, чем занималась раньше. Удовлетворив любопытство султана, но при этом не выдав себя, Шахерезада сказала, что знает много самых разных сказок. Еще больше любопытство повелителя возросло тогда, когда наложница предложила султану послушать одну из них. И султан разрешил ей говорить.
Расположившись перед повелителем на разноцветном ковре среди множества мягких, ослепляющих своей красотой подушек, Шахерезада посмела просить повелителя об услуге. «Говори», — молвил он. Зная о последствиях проведенной с повелителем ночи, она была внимательна и осторожна. И все же посмела сказать повелителю о том, что каждая рассказанная ею сказка, закончится на том месте и в то время, когда первые лучи восходящего солнца, коснутся земли. Ничего не подозревающий Шахриар, согласился.
И потекла ее неторопливая речь. Тихий, завораживающий, слегка убаюкивающий голос Шахерезады пленил повелителя. Успокоившись, он увлекся рассказом невольницы. Ее первая сказка была о башмачнике Маруфе. Хитрому и алчному сапожнику удалось обманом жениться на дочери падишаха. Рассказ был столь увлекательным, что Шахриар ни разу не сошел с места, ни разу не оторвал глаз от рассказчицы. Но… всему приходит конец, и сказке тоже. Как только забрезжили первые лучи солнца, Шахерезада низко склонив голову, вновь обратилась к повелителю с просьбой отпустить ее. Вспомнив свое обещание, султан согласился, сказав, что хочет услышать продолжение сказки. «Повелевай, о, мой, султан. Так и будет», — молвила Шахрезада.
Удалившись из покоев султана, Шахерезада весь день провела в своих покоях и в аллеях сада повелителя. Постепенно день угас, и вскоре приблизилась ночь. И вновь, как и в первую ночь своей встречи, Шахерезада предстала перед повелителем в своей ослепительной красоте. А войдя в его покои, она снова опустилась на колени. Но в этот раз султан подняв ее, сразу пригласил расположиться перед ним на ковре. «Продолжи свой рассказ, Шахерезада». Усевшись среди множества расшитых золотом ярких подушек, она вновь предупредила шаха о своем намерении рассказывать сказку до того момента, как только первые лучи солнца коснутся земли.
«Я помню об этом. Рассказывай» И снова потекла ее размеренная спокойная речь. Сказка была столь интересна, что султан ни разу не прервал рассказ Шахерезады, ни разу не оторвал от нее глаз. А она, закончив сказку о Маруфе, искусно вплела в нее начало новой сказки о влюбленных, погибших от любви. Но вот первые лучи солнца коснулись земли, и Шахерезада закончила рассказ.
«Но, Шахерезада, это ведь не конец сказки», -«Ее конец впереди. Ты только пожелай, мой повелитель, и я вновь предстану пред тобой».
Шло время, одна ночь сменяла другую, вслед за одной рассказанной сказкой, звучала другая. Их было множество: «О быке с ослом», «О коварном визире». «О Синдбаде –мореходе», «О трех яблоках», «О христианине», «О животных и птицах», «О лисице и волке». Тонкой нитью плела Шахерезада интригу. И каждая, рассказанная ею сказка, не была закончена на исходе ночи. Каждая из них требовала продолжения. Ночи сменяли друг друга, и было таких ночей ровно 1000 и одна.
И все это время Шахерезада ловко вела свою игру, сближаясь с повелителем. Желание услышать знакомый, ставший столь нужным голос, стал для него необходим. Теперь Шахреар нуждался в своей наложнице еще больше, будучи все еще одиноким, а, порой, все еще печальным. Поняв это, однажды Шахерезада посмела сказать повелителю: «Проснись! Как долго ты будешь отталкивать свое счастье? В спящем сердце не расцветет цветок». Ничего не ответил султан. Лишь глубокая печаль и тоска читались в его глазах.
Но Шахерезада была умна и терпелива. Время и только оно могло залечить раны повелителя, вновь возвращая к радости жизни. Снова и снова текли ее рассказы, так продолжалось долгое время. Однажды, прервав рассказ, Шахерезада обратилась к шаху: «Есть у меня только ты. Ты – моя услада. Ты – моя награда. За все ожидания, веков испытания, очей моих, свет, ты для меня дороже всех. Ты навсегда в сердце моем. Бальзам ты на раны мои. Жить без тебя, словно быть в заточении. От всех моих бед и невзгод ты одно исцеление. Желания твои – закон для меня. Повелевай, мой султан. На всю жизнь я твоя».
И впервые за долгие ночи встреч Шахриар улыбнулся, в глазах его Шахерезада увидела свет и надежду на исцеление. Любовью было объято сердце его к Шахерезаде. Впервые услышала она слова признания: «Ты стала мучительным и одновременно прекраснейшим видением моей души. Любовь к тебе прокралась в глубину моего сердца и окрасила его в самый яркий, не тускнеющий цвет. Любовь сжигает меня изнутри. Я желал бы отдать тебе всего себя без остатка.
И если б ты спросила меня: «Эй, шах, пожертвовал бы ты ради меня?», — ответил, — Ради тебя я готов пожертвовать всем, Шахерезада. Всем на свете!» Услышав признание повелителя, Шахерезада привстала, в желании обнять его, но поняв ее, он продолжил: «Для любой раны бинты и лучшая мазь – это ты. От печали и коварства ты лучшее на свете лекарство. Коль угодно сердцу твоему, приказ отдай мне одному. Покуда ты существуешь, повелительницей мне будешь». Слова эти говорились от души, наполненной радостью, счастьем и любовью. Низко склонив голову, Шахерезада обратилась к повелителю: «О, царь времен, единый в веках и столетиях.
Я – твоя рабыня. Есть ли у меня право пожелать от тебя желание?» И царь сказал ей: «Пожелай и получишь, Шахерезада!». И тогда она кликнула нянек и сказала им: «Принесите моих детей». И они поспешно исполнили просьбу и принесли троих сыновей. Один – ходил, второй – ползал, а третий был на руках рабыни. По знаку повелителя рабыни вышли, передав младенца на руки Шахерезады. Двоих она поставила перед Шахриаром и сказала: «О, царь – это твои сыновья.
Если ты меня убьешь, эти дети останутся без матери. А лучше меня их никто не воспитает». И тут повелитель, опустившись перед ними на колени. Заплакал. А, прижав детей к груди, сказал: «О, Шахерезада, клянусь Аллахом, я помиловал тебя прежде, чем появились эти дети. Да благославит тебя Аллах, твоего отца и твою мать. Призываю Аллаха в свидетели, что я освободил тебя от всего, что может тебе навредить. Каждое утро я спрашиваю о тебе у восходящего солнца, каждую ночь у сверкающей луны.
Без тебя мое сердце разбито на части от горя. Ничто не сравнится с тем днем, когда мы будем вместе. Лику твоему прекрасному завидует рассвет. Твой лик затмевает сверкающую луну. Растаю я от жара раз твой лик – рай». И распространилась во дворце радость. И объявили по всей стране о благой вести –предстоящей свадьбе Шахриара и Шахерезады. А когда наступила 1002 ночь, шах Шахриар сказал: «Шахерезада, теперь тебе ничего не грозит. Можешь смело рассказывать сказки», — «С радостью, повелитель».
Шахерезада сидит у ног шаха. Сейчас она расскажет ему новую сказку. Это будет прекрасная сказка, чудесная и легкая, как сон. –«Ты спишь, Шахерезада?» – Да. Она спит. Позади 1000 и одна ночь». А что впереди? – «Позже, не будите Шахерезаду».
Вот так закончились сказки «Тысяча и одной ночи». Рассказ о Шахриаре, его возлюбленной Шахрезаде и троих их детях.
Наверняка рассказ о хитрой, коварной, но глубоко любящей Шахерезаде, тебе понравился. Наверняка возникнет желание прочесть и ни одну, а многие из 1001 сказки.
Но наш рассказ будет лишь о четырех. Помнишь, в одной из них шел рассказ о Синдбаде –мореходе. Сказка эта состояла из историй, произошедших с ним в разное время, в разных морях и странах, в дружбе и ненависти, злобе и печали. Он терял друзей, заводил новых, гонялся за сокровищами, терял и вновь приобретал их. Его непростая, полная волнений и приключений жизнь была связана с морем и кораблем. Именно они станут причиной многих несчастий Синдбада. Но об этом чуть позже.
Другая – повествовала о приключениях царевичей-календерах. Третья же рассказывала о прекрасной, неповторимой и страстной любви царевича и царевны. И, наконец, четвертая сказка– яркая, шумная, полная страстей и страшных событий. Сказка о Багдадском празднике.
А о чем сейчас пойдет речь?
Нет, не о прекрасной повелительнице сердца Шахреара и не о ней самой.
А о ком?
О том, кто сумел воплотить замысел о ней и ее возлюбленном, рассказав лишь только часть из множества.
Поговорим о другом авторе. Правда, рассказ этот будет вестись не языком слов. Этот другой автор расскажет нам знакомую историю языком звуков, языком музыки.
Речь пойдет о композиторе, сотворившим еще одно чудо. Но не в виде словесной сказки, что рассказывала Шахерезада, а сказки музыкальной. И был им великий музыкант, композитор -сказочник Николай Андреевич Римский-Корсаков.
Твоих знаний о нем будет достаточно, чтобы вспомнить и ответить на многие ?.
Это будут ? ни только о нем самом, но и о его творчестве, с которым ты уже знаком. В этом сомнений нет.
Выступи в роли знатока музыки
Продолжи фразы.
- Римского-Корсакова звали ____________.
- Все члены рода Римских-Корсаковых по мужской линии были ____________.
- Римский-Корсаков родился в городе __________недалеко от города Санкт-Петербург. Его музыкальные способности проявились рано.
- В 11-летнем возрасте он переезжает в город __________ и поступает в ____________.
По окончании обучения он совершает кругосветное путешествие на клипере (вид парусного судна) «Алмаз»
Сильное впечатление на юношу во время путешествия произвело море, его образ займет значительное место в его произведениях.
- В течение 30 лет Римский-Корсаков будет возглавлять Санкт-Петербургскую ________. Он станет ее профессором.
- В настоящее время __________ носит его имя.
- Рядом со зданием Консерватории находится ___________ Римскому-Корсакову.
Римский-Корсаков умер в 1904 году.
- Он похоронен в _________ лавре, на __________дорожке.
- Музей-квартира композитора находится в городе________.
- Римский-Корсаков — автор _____ опер, более _________ романсов, ряда обработок народных песен, симфонических произведений.
Сомненья, прочь. Ты действительно знаток творчества композитора. Ведь твои ответы выглядят так:
- Николай Андреевич
- Моряками
- Тихвин
- Санкт-Петербург. Морской кадетский корпус
- Консерваторию
- Консерватория
- Памятник
- Александро-Невская лавра. Композиторская дорожка
- Санкт-Петербурге
- 15 опер, 80 романсов
Верно?
Поговорим о том, что же сотворил, придумал, автором какого музыкального произведения был композитор-сказочник.
В название своего произведения Римский-Корсаков выносит имя главной героини сказок «1000 и одной ночи» — Шахерезады.
Произведение написано в форме _______.
Что это за музыкальная форма? Она состоит из частей, которые связаны между собой.
Твой ответ: ________
В данном случае связь частей, в которых речь идет о разных событиях, разных людях, заключается в том, что ведет этот рассказ прекрасная и коварная Шахерезада. Это она, тонко плетя паутину-сказку, соединяет части своего повествования. Это ее голос мы слышим, как только одна сказка рассказана и начата новая. Это она расскажет о море и корабле Синдбада, о царевиче-календере, о влюбленных царевне и царевиче. Наконец, это в ее увлекательном рассказе мы услышим о шумном багдадском празднике.
Вновь твой ответ верен.
Речь идет о сюите, музыкальной форме, состоящей из связанных между собой частей.
Сюита — еще один пример программного произведения.
Стоп!
Вспомним, какое музыкальное произведение называется программным?
Вспомнил? ___________
Отлично.
Ответ зачтен: музыкальное произведение, в основе которого лежит литературное произведение какого-либо жанра.
- Новелла 5. Юмореска.
- Роман 6. Поэма.
- Детектив 7. Рассказ.
- Сказка 8. Повесть
В данном случае основой сюиты стал жанр
Правильно!
Название жанра под №4.
Надо сказать, что Римский-Корсаков не следует абсолютно и точно за рассказами Шахерезады. Для своей сюиты он выбирает эпизоды и картины, которые стали историями названных героев.
У тебя прекрасная память, вспомни этих героев.
____ — ____
____ — ____
____ и ____
____ ______
А мы продолжим свой рассказ языком…
Чего? (речь ведь о музыкальном произведении) _________
Правильно — языком музыки. Слово хорошо, а музыка еще лучше. Лучше от того, что дает возможность тоньше и глубже почувствовать душу Шахерезады. Поможет «увидеть и услышать» ревущее море, отважного царевича, яростный бой, шумный восточный базар, влюбленных царевича и царевну, вечно мечтающего о приключениях Синдбада. Музыке подвластно все.
Итак, вперед, за музыкой. Предоставим ей слово.
Первая часть сюиты называется «Море. Корабль Синдбада-морехода».
Море тихо и спокойно. Вдали показался корабль Синдбада. Он плывет, мягко качаясь на волнах. Плавное скольжение по воде рисует светлая тема в исполнении деревянных духовых инструментов: она звучит в высоком регистре, постепенно удаляется и тает, как будто уплывает вдаль.
Синдбад вспоминает, что не всегда так спокойно море, стихия может настигнуть корабль в любую минуту. И тогда налетит порывистый ветер, который разорвет паруса, сломает мачты. Водяные горы поднимутся, закрывая собой горизонт. Долго будет бушевать разъяренное море.
- А музыка?
- Как в музыке будет передано это состояние?
Мелодия, которая только что была тиха, безмятежна и спокойна, наполнится силой. Эту силу ей придаст звучание медных духовых: число инструментов в оркестре будет увеличиваться до тех пор, пока сила оркестра не заполнит все звуковое пространство!
И вдруг — о, чудо! Стихия угомонилась, вновь покой и синева безбрежья. Уплывающий вдаль корабль цел и невредим. И снова звучат в высоком регистре струнные деревянные, прозрачен голос солирующих флейты и гобоя. Тема уплывающего вдаль корабля чуть слышна, звук гаснет — ни следа от только что бушевавшей стихии.
Представим себе эту картину.
Как ты думаешь, кто из великих русских живописцев мог так ярко, образно языком красок передать такое разное состояние моря? Ведь оно живое: то спокойное и тихое, то бурлящее и гудящее.
- И.Шишкин.
- В. Перов.
- И.Репин.
- И. Крамской.
- И. Суриков.
- И. Айвазовский,
- М. Чюрлёнис.
Твой ответ: ___________
Верно!
Ответ под №6.
Однако…
Удивлен? Ты назвал лишь широко известного и тебе, и многим любителям живописи художника – Ивана Айвазовского. А ведь и М.Микалоюс Константинос Чюрлёнис не менее известный живописец!
Это литовский поэт, живописец, композитор в одном лице. Он был талантливым человеком. Его полотна – музыкальные, живописные, поэтические заслуживают ни только беглого знакомства, а долгого внимательного изучения. Он и его произведения этого достойны!
Живопись и музыка рука об руку шли с этим человеком. Его нельзя было представить или только рисующим, или только сочиняющим музыку. Нет, два этих вида искусств соединились в его душе. Чюрлёнис обладал уникальным даром «видеть». Его «зрительный» слух позволял воспринимать аккорды в «цвете». Эта удивительная способность и побудила его к созданию «музыкальных» картин. И было именно так: сначала музыка, а потом – живопись. Среди его живописных произведений «Соната моря», «Соната весны». «Симфония леса».
Вот теперь ответ на вопрос полный. Но вернемся к картинам известного всем живописца Ивана Айвазовского.
И тут же вспомним, как называют художников-живописцев, изображающих море.
- Портретист
- Маринист
- Пейзажист
- Карикатурист
Твой ответ №_____
Ответ правильный – маринист.
Почти все работы Айвазовского связаны с образом моря. Вот только все они такие же, как море – разные.
- Назови самую известную картину Айвазовского. Ее знают все – от мала до велика.
Это «________ ____»
- Вспомни, что изображено в центре картины ____________
Вспомним вместе
Бушующее море. Обломки корабля. Поломанная бурей мачта. Безбрежное море. Рассвет. Просыпающееся солнце — его почти не видно. Водяная пыль. Крошечные люди. Вновь девятый вал. Огромная волна.
Представь себя в роли писателя, попытайся, представив эту картину, описать ее словами. Не забудь использовать часть речи, которая «разукрасит» твой рассказ, придаст ему зримый, ощутимый образ. Море живое, оно меняется вслед за изменениями погоды. Значит, необходима и другая часть речи. Какая? Догадался?
Глагол. Действуй.
__________________________________________________________
__________________________________________________________
__________________________________________________________
Автор: ___________
Вернемся к музыке. Создать подобное невозможно без знаний об особенностях музыки: ее изобразительности и выразительности. Помогают в этом композитору –
Реши, о чем идет речь
- О нотах
- Об инструментах
- О литературных сюжетах
- О средствах музыкальной выразительности
Твой ответ № ______ ______ _______
Конечно, ты прав. Речь идет о средствах музыкальной выразительности.
Перечисли известные тебе средства выразительности музыки.
Вспомни, о каких из них идет речь:
- Скорость звучания музыки
- Последовательное чередование длинных и коротких звуков
- Настроение в музыке
- Голос музыкального инструмента
- Главная мысль музыкального произведения
- Часть звукоряда
- Сила звучания музыки
Проверь себя, называя средства выразительности.
Рядом поставь цифру ответа:
__лад, __темп, __тембр, __ритм, __регистр, __динамика, __мелодия.
Ответь, какие из них наиболее значимы при озвучивании 1-ой части сюиты.
Я думаю _________________________________________.
Согласишься ли, что картину моря (тихого, бушующего и вновь спокойного) композитор рисует с помощью динамики, регистров, лада, тембров инструментов, оркестровки?
Твой ответ: ________.
Послушав музыку 1-ой части сюиты, определи своим музыкальным ухом, сколько в ней эпизодов.
Получилось?
1-2-3-4- ?
Твой ответ: __________.
Есть ли повторяющиеся эпизоды?
Ответ: ______.
Сколько, какие?
___ и _________
Изобрази схематично построение этой части
Наведи порядок согласно повторам эпизодов. Раскрась правильно.
- Какие части схемы будут одинакового цвета?
Как тебе кажется, будучи живописцем, с помощью какого средства живописи ты изобразил бы удаляющийся корабль?
Твой ответ: ____________.
- А, будучи композитором, какими средствами выразительности этого достичь?
Твой ответ?
______ и ______ и ______
А наш ответ:
Размером (маленький, удаляющийся). Динамикой (тихо-громко). Регистром (средний-верхний)
Самое время вспомнить о главной героине. А ее голос здесь слышен? Но кто же, как не она ведет рассказ? Какое из средств музыкальной выразительности расскажет о ней?
Зачеркни лишнее
Мелодия. Темп. Лад. Регистр, Ритм, Тембр. Динамика.
Правильный ответ: голос музыкального инструмента (тембр)
Какого? Зачеркни лишнее
Виолончель, альт, скрипка (зачеркни лишнее)
Проверь себя:
Тембром скрипки.
Ну, а теперь вспомним, чем заканчивается 1-я часть.
Клокочущее, бурлящее море угомонилось, корабль вновь мягко покачивается на волнах.
Рассказ Шахерезады закончен или нет? Конечно, нет, ведь она уже искусно, незаметно вплела в ее конец начало новой сказки. И вновь, представ перед повелителем, продолжит рассказ. Но это будет уже в следующую ночь. А как мы, слушатели, об этом узнаем?
Музыка об этом скажет. Как?
Подумай!
Верно, звучит голос Шахерезады в исполнении – ______.
Да, скрипки.
Вспомни,как называется тема, характеризующая героя в музыкальном произведении?
Верно, лейтмотив.
Вот и ответ на?, продолжит ли Шахерезада свои сказки. Прежде чем польются прекрасные звуки музыки нового рассказа Шехерезады, мы услышим ее нежный голос. Звучит сказочной красоты мелодия — ее ведут скрипки, это и есть голос рассказчицы. А дальше начнется новая сказка. Ну, а Римский—Корсаков расскажет ее языком музыки.
Вторая часть сюиты — «Рассказ царевича-календера».
Однажды в дом постучали три путника, три странствующих монаха — календера. Все трое в прошлой жизни были царевичами. Козни недобрых людей и злых джиннов лишили их богатства, дома, заставили скитаться по свету. На долю каждого выпало немало удивительных, а порой и страшных приключений. Одного из них приговорили к смерти, другой вступил в единоборство с всесильным джинном, третий потерпев кораблекрушение, на безлюдном острове убил человека, которого любил.
О каком из царевичей ведет речь Шахерезада? Ее рассказ можно связать с историей любого из них. Речь календера, повествующего историю, нетороплива. Мелодия звучит протяжно, печально, ее ведет фагот, тембр которого мягок, напоминая голос человека.
Но вот характер мелодии меняется вслед за изменениями рассказа календера. Она переходит от одного инструмента к другому: от гобоя, звучащего в высоком регистре, под аккомпанемент арфы, к скрипкам. Теперь мелодия похожа не столько на рассказ, причудливый, капризный, сколько на грандиозный танец, мягкий, воздушный.
Вдруг рассказ календера окрашивается в темные тона. Что это? Новый рассказ, о чем он? А что «говорит» музыка?
Она полна раздумья, печали. И вдруг упругий, четкий ритм — марш. Перекличка медных духовых. Яркие, мощные, призывные голоса тромбонов и труб. Это уже не воспоминанья о чем-то прекрасном, легком, воздушном.
Это звуки битвы, страшной, фантастической. Битвы прекрасной девушки со злым духом ифритом. Он превратился в льва и, разинув пасть, ринулся на нее. А она, превратившись в змею, бросилась на него. Бой кипел на земле, жестокий, отчаянный. Наконец, прекрасная дева-царевна сожгла ифрита, и он стал пеплом.
А может, в твоем воображении возникает образ битвы? Битвы прекрасного юноши и чужеземного войска? Ведь не случайно в музыке слышатся звуки барабанов, труб, литавр. Это призывный клич.
Но вот постепенно музыка начинает звучать как-то уж очень сказочно: нереально, призрачно. Почему? Да потому, что на фоне отчаянной битвы, моря звуков, слышится мелодия виолончели, которая поет мягко, задумчиво. Возможно, это голос Шахреара, так сильно увлекшегося рассказом Шахерезады?
Но вновь слышна перекличка тромбонов и труб. Музыка звучит тревожно, по- боевому! Новая отчаянная битва! Но впереди победа! И вот он, марш. Теперь он звучит ликующе, ярко, торжественно. Закончен рассказ календера. И снова голос его звучит задушевно, тепло — вновь поют струнные. Мелодия переходит от их мягких голосов к прозрачным голосам флейты и арфы. Речь календера успокоилась. И тут же возникает голос сказочной красоты, певучести — голос Шахерезады. Она здесь, рядом с ним и с нами, слушателями. Голос скрипок нежен и тонок, мягок и лиричен.
Теперь твоя очередь рассказать о музыке, которая так ярко, образно и выразительно представлена композитором.
Знаток музыки, тебе слово!
Создай словесный портрет героев сюиты с помощью предложенных слов
| герои | Шахреар | Шахерезада | Образ моря | Образ царевича-календера | Образ битвы |
| . |
Словарь: спокойная, простая, ясная, нежная, искренняя, светлая, мягкая, оживленная, быстрая, громкая, легкая, звонкая, шутливая, танцевальная, грозная, кокетливая, плясовая, взволнованная, тревожная, решительная, героическая, огненная, важная, величавая, тяжелая, печальная, трагическая, грустная.
Время представить себя в роли знатока музыки
Вот обозначения средств музыкальной выразительности, которые помогают создать образы героев
Регистр высокий для создания образа _______
Регистр низкий _________
Динамика громко ________
Динамика тихо _________
Инструментовка (тембры медных духовых) ___________
Инструментовка (тембры деревянных духовых) __________
Весь оркестр (тутти) _________
Изобрази схематично рассказ о 2 части сюиты. Сколько будет эпизодов?
- Составь цветной портрет части.
- Перечисли средства музыкальной выразительности, используемые композитором во 2 части
.
_________________________________________________________________________
_________________________________________________________________________
Из слов, предложенных тебе, выпиши те, которые соответствуют описанию характера марша, лирической песне. ( «Знаток родного языка)
Марш ___________________
Лирическая песня __________________
Словарь: спокойная, простая, ясная, певучая, нежная, легкая, решительная, возвышенная, искренняя, сдержанная, кокетливая, тяжелая, грустная, трагическая, яростная, героическая, мягкая, огненная, шутливая, быстрая.
Ну, а теперь продолжим наш разговор об удивительных сказках. И опять в пути нас будет сопровождать Музыка. Продолжим рассказ ее языком.
Повествование начинается с лирической мелодии — это начало третьей части сюиты. В исполнении скрипок и виолончелей звучит удивительной красоты музыка, близкая по характеру восточной. О ком она? О юном и нежном влюбленном. В сказках Шахерезада скажет о красоте этого юноши: «Когда красоту привели бы, чтоб с ним сравнить, в смущенье опустила бы краса голову… А если б ее спросили: „Видала ль ты подобного?» — то сказала б: „Такого? Нет!»».
Эта часть сюиты называется «Царевич и царевна». А как звучит ее мелодия? Хороша ль она? Ритмичная, танцевальная, грациозно-кокетливая, она звучит под аккомпанемент бубенцов. Мелодия царевны столь прекрасна, что Римский-Корсаков вновь и вновь повторяет ее. Она звучит у разных инструментов, пленяя своей красотой: то у кларнета, то у скрипки с виолончелью, а то поет пронзительным голосом крошки флейты-пикколо.
Но вот пляску царевны прерывает голос царевича. Он звучит задумчиво, грустно. Почему? Царевич мечтает о любви. И голосом солирующей скрипки звучит его песня. Звучит мягко, искренне. Царевич грустит. Но рядом с ним неутомимая рассказчица — Шахерезада, она не даст ему потерять свою возлюбленную, она поможет ему.
И вновь в музыке возникает ее голос. Добрая и мудрая, она зовет нас дальше. И что же? Неожиданно все меняется — уже нет скучающего и грустного царевича. Он преодолел все преграды, он добился любви прекрасной царевны. Его песня звучит как гимн любви — уверенно, торжественно, решительно. Да и мелодия прежде кокетливой царевны тоже изменилась. Она стала теплой, лирической. Ее песня звучит мягко, нежно и также искренне. Любящее и доброе сердце Шахерезады соединило влюбленных.
Но всему наступает конец, и музыке тоже. Сюита заканчивается картиной «Багдадский праздник» и «Корабль разбивается о скалу».
Как и прежде, в начале новой сказки звучит хорошо знакомая мелодия — голос Шахерезады. Снова звучат скрипки — печально, слегка взволнованно. Отчего? Оттого, что рассказ ее не только о веселых, но и о страшных событиях. Но в начале — шумный, яркий, пестрый восточный праздник. В музыке есть все: захватывающие ритмы зажигательной восточной пляски, быстрый, стремительный темп, сила и мощь звучащего оркестра.
Здесь переплелись темы знакомых героев. Звучат голоса царевича-календера, фантастической битвы, пленительной царевны, грозного Шахриара. Это сплетение становится огненным вихрем, наполняется демонической силой. Праздник, настоящий восточный праздник! И в самый разгар вихря — все исчезает! Как, почему? Да потому, что мы с вами в сказке!
И снова перед нами море. Его музыку мы уже узнаем по
первым звукам. Та же мелодия, но мелодия неспокойного, гудящего моря. Буря! Скоро будет буря! А музыка? Она тоже бурлит, клокочет, ревет — сила ее звучания растет, число подхвативших мелодию инструментов увеличивается. Трубы. Громогласные, сильные, тревожно звучащие, — вот оно! Началось! Вихрь, ураган! — не спастись кораблю Синдбада. Ветер и волны мчат его прямо на скалы! И вот — мощный, невероятной силы аккорд всего оркестра, гулкие удары там -тама: корабль разбился!
А что дальше? Что мы «видим» и слышим? Море. Тихое, спокойное. Так бывает всегда после бури. Музыка разливается, согревает душу своим теплом. Вновь звучит плавная, покачивающаяся мелодия — это волны, легкие, чуть ощутимые. Мелодия переходит от одного инструмента к другому, и постепенно ее звучание уже в высоком регистре — корабль уплывает, музыка чуть слышна. Что это означает? Корабль спасся? Нет! Он разбился. Но ведь мы в сказке. И, значит, Синдбад спасся, и вновь, построив корабль, покидает землю. Неутомим Синдбад-мореход, его ждут новые открытия. А чем заканчивается сюита? Любовью и согласием. Шахерезада, прекрасная и мудрая, смягчила грозное сердце султана. И ответил он: «Я помиловал тебя, ибо я убедился, что ты… благочестива, великодушна и чиста сердцем». И музыкальная тема, некогда грозная, суровая, смягчилась, стала спокойнее. И напоследок — опять чарующие звуки темы Шахерезады.
Так заканчивается история о прекрасной и мудрой, коварной и любящей Шахерезаде, рассказанная языком музыки.
Составь схему рассказа 3 части.
Согласно схеме, создай цветовое полотно 3 части
Подчеркни нужное.
Ты — художник по костюмам.
Каким ты видишь костюм восточной царевны?
- Платье: нарядное, кружевное, шелковое, легкое, воздушное, украшенное бантами, рюшками, цветами, камня ми, бисером, короткое, длинное…
- Юбка: пышная, длинная, короткая, блестящая, однотонная, цветная, узкая…
- Шарф: воздушный, легкий, тяжелый, прозрачный, мягкий, парчовый, атласный, шелковый, шерстяной…
- Туфельки: платформа, резиновые, кожаные, атласные, парчовые, украшенные, изящные, башмачки, бриллиантовые пряжки, молнии, каблук…
- Накидка: шерстяная, воз душная, легкая, теплая, шифоновая, парчовая, шелковая
- Шаровары: прозрачные, легкие, шерстяные, длинные, украшенные, воздушные…
Ты — постановщик танцев.
Как, по-твоему, должна двигаться балерина, исполняющая танец царевны? Научи свою актрису.
Движется изящно, плавно, мелкими шажками, выгибает спину, ползет, прыгает, бегает, подпрыгивает; кокетливо улыбается, пожимает плечиками, кружится, обмахивается веером, накидкой, шарфом, склоняет голову на плечо, выгибается дугой, замахивается, увертывается, улыбается, расхаживает вокруг, взлетает, ласково гладит.
При этом ты, как постановщик танца, объясняешь актрисе, что ее героиня обладает и характером, и манерами
Выбери в начале сам: лукавая, важная, изящная, гордая, гибкая, воинственная, подвижная, резвая, самовлюбленная, грозная, грубая, нахальная, самолюбивая, коварная, драчливая, кокетливая, игривая, шаловливая, сварливая, ласковая, неловкая, неуклюжая, обидчивая, нежная.
- Как по-твоему, зачем Римскому-Корсакову в 4 части вновь понадобилось ввести тему Шехерезады?
Подумал?
Правильно, ведь именно она незримо присутствует во всех частях сюиты, ведя свои рассказы. И еще. Тема, мы ее назвали лейтмотивом, связывает воедино части сюиты.
На твой взгляд, образ кого или чего наиболее близок Римскому-Корсакову (подчеркни), почему?
Моря, корабля, Синдбада, царевичей, Шахерезады, царевны, восточного праздника?
__________________________________________
__________________________________________
__________________________________________
Как тебе кажется, почему композитор не следует точно за сказками Шахерезады, почему создал
именно эти образы?
__________________________________________
__________________________________________
__________________________________________
Возможно, среди множества образов сказок Шахерезады образ моря, столь близкий композитору по роду его профессии, занял такое значительное место в сюите. Тема любви – вечная тема. Шахерезада — преданная, глубоко чувственная натура, по-настоящему любящая шаха.
Если ты рисуешь или хочешь попробовать себя в роли художника, создай свой фильм (мультфильм) в последовательности всего повествования сказки. Желаем успехов!
А теперь постарайся ответить на вопросы. Не лукавь.
Тебе понравилось отвечать на вопросы?
Да Нет
Тебе понравился текст сказки о Шахерезаде:
Да Нет
В роли кого ты выступил наиболее удачно?
В роли «________________»
Ответы на какие? Были для тебя сложны?
О средствах музыкальной выразительности, литературы, живописи (подчеркни)
Ощутил ли ты себя в роли постановщика танцев? _______Режиссера? _______ Декоратора? _______
Какое по характеру задание, на твой взгляд, было самым сложным? Почему? Хотел бы ты сам создать какую-либо игру, взяв за основу какое-либо музыкальное произведение?
И, наконец, поставь себе отметку за работу «____».
Спасибо!
В России, как и в других странах Европы, в 19, начале 20 века стали популярны «Арабские сказки». Они были настолько необычны, что стали излюбленным чтением подростков. Вот как об этом рассказывает Сергей Аксаков в книге «Детские годы Багрова-внука»: «При первом удобном случае начал я читать арабские сказки, надолго овладевшие моим горячим воображеньем.
ел1902 год. Все сказки мне нравились; я не знал, которой отдать преимущество! Они возбуждали моё детское любопытство, приводили в изумление неожиданностью диковинных приключений, воспламеняли мои собственные фантазии. Герои, заключённые то в колодезе, то в глиняном сосуде, люди, превращённые в животных, очарованные рыбы, чёрная собака, овладели мною. Сколько загадочных чудес, при чтении которых дух занимался в груди! »
И последнее предложение! Перед тобой игровое поле «Синдбад-мореход». Как и в любой другой игре в нашей есть правила. Прочти их. Начинай играть с друзьями. Желаем удачи!
Правила игры:
В эту игру могут играть от 2 до 4 игроков.
Выберите себе фишки, поставьте на старт и отправляйтесь в плаванье с Синдбадом. С позиции 1 можно идти в любую сторону. Бросайте кубик по очереди и продвигайтесь вперед на столько кружков, сколько очков выпало на кубике.
Если твоя фишка попала на кружок с надписью: “Перейди на букву А” – найди кружок с буквой А одного цвета с надписью и перейди на него. Ты попал в сокровищницу! Ходить вокруг сокровищ можно в любую сторону, пока не попадешь на кружок со стрелкой-выходом.
На середине пути ты найдешь два алмаза – кружки 28 и 29. Если твоя фишка попала прямо на кружок 28, следующим ходом переходи сразу на 29 и продолжай движение. А если у тебя выпало очков больше, чем осталось до кружка 28 – тебе придется прийти к 29, сделав полный круг вокруг Синдбада. Только так ты сможешь вернуться на свой путь.
Если у тебя выпало больше очков, чем осталось кружков до финиша, оставайся на месте и передай право хода следующему игроку. Победителем станет тот, кто первым дойдет до финиша.
Условные обозначения ты найдешь на игровом поле.
Желаю удачи!
Если страница Вам понравилась, поделитесь в социальных сетях: